Круги на воде

-Вздёрнут?!

-В Гайяре суровые законы. Ведёшь себя бесчестно — добро пожаловать на дерево, если, конечно, тебя поймают. Читайте учебники по международному праву, Алакром! Феркрист настолько жалок, что и в Морготе его бы обязательно уничтожили.

-Как маньяк-убийца может быть жалким?

-По своей сути. Он маньяк. Он не может справиться со своим желанием убивать, а значит, жалок и слаб духом. Сильные убивают, когда это выгодно, а не тогда, когда им так хочется. Понятно?

-Теперь да, тар.

-Хорошо, Алакром. У нас есть всего два дня, чтобы избавиться от всей этой компании. Несчастным случаем, увы, не отделаться, каторгой — тоже. Что ж, придётся нанять дорогих профессионалов, эмигрантов с Гриэра. Эти-то должны справиться...

-Можно вопрос, тар?

-Задавай.

-Что вы имеете против тех гриэрцев?

-Я? Ничего. Они даже мне нравятся. С удовольствием оставил бы их в живых, но ради блага страны я обязан сделать это. Ты... вряд ли поймёшь, почему.

-Да, тар. Я понял. Что делать?

Я отодвинулась от двери и глубоко вздохнула. Чем дальше, тем хуже. Вот тебе и "месть ради мести"! Да и неизвестный враг, похоже, нашёлся. Наверное, мы перешли дорожку какой-то спецслужбе, хотя как и когда — ума не приложу. Что, если случайно узнали некий секрет, даже не догадываясь о его значении? Нет уж! Несколько месяцев не смотрела боевики о погонях, а они до сих пор дружно прут наружу. Такое только в фильмах и бывает! Уж лучше приглядеться повнимательнее к поведению Клейтаса. Поведение, надо сказать, престранное. Сидит наш Перворожденный на травке, виски массирует и что-то себе под нос бормочет. Не сошёл ли он, часом, с ума? По телику говорили — бывает и так. Ходишь, ходишь, потом бах! — и всё, здрасте, товарищи санитары. Я подошла к Клейтасу и отвесила ему подзатыльник.

-Ты чего? — возмутился он.

-А ты не свихнулся?

-Скажи ещё, перегрелся в лунном свете!

-А что тогда бормочешь?

-Вспоминаю.

-И как успехи?

-Пока вспомнить не могу. Э-э, я ведь где-то слышал...

-Голос? Ты его знаешь?!

-Да не голос, — Клейтас досадливо отмахнулся, — и ослу понятно, что он говорит через модулятор. Мне показалось, что я раньше слышал эти слова. Ну... про тех кто жалок и слаб духом. Но вот где и когда я мог это слышать?

-Похоже на морготскую философию, — заметил Авриго.

-Может быть. Только я-то не воевал и в Морготе не был. Откуда я тогда это знаю? Ох-х! Ну ведь решение прямо на поверхности, да только проясняться не желает! Почему у меня такое чувство, будто я его реально знаю?

Дайнрил приподнял бровь:

-Чувство — это просто замечательно, но я предпочитаю увидеть решение своими глазами. Чего и тебе желаю. Ага... кстати, наверное, вам будет интересно, что Алакром уже идёт к выходу. Как насчёт небольшого прорыва?

У, это действительно интересно. Если нам повезёт, этот таинственный незнакомец не успеет и дверь прикрыть, а мы живо ломанёмся внутрь. Я покрепче сжала рукоятку танга. Ну, держись, сволочь! Хочешь перестрелки — будет тебе перестрелка. Хоть две! Ну-ка, со скоростью мысли...

Алакром, только поднявший ногу над порогом, влетел в сторожку как пушечное ядро и изображал таковое до тех пор, пока не затормозил о противоположную стену. Наш Дайнрил всегда становится очень щедрым, если речь идёт об ускорении. Вернее, о том, чтобы придать это ускорение какому-нибудь телу, не обязательно мёртвому. Прокурор так сильно треснулся головой, что потерял сознание и (как мне потом рассказывали) оставался в таком состоянии больше суток. Рядом с ним стояла фигура в мантии, как у фокусника, только ещё и капюшон. Ну, просто гриэрская мода. Близ шеи виднелась маленькая серебристая блямба, да ещё и с проводками. Наверное, это и был пресловутый модулятор голоса. А в руках у "фокусника" красовался огромный танг-автомат, находящийся на вооружении у морской пехоты.

-Отлично, — проскрипел металлический голос, — даже не придётся тратиться на киллеров. Вы сами сюда пришли, здесь и останетесь.

-Погоди, цыплёночек, — возразила я, — не воруй чужие идеи. Обезьянничать вообще нехорошо.

-Назови его козлом, и зоопарк обеспечен, — рассмеялся Дайн.

Тип в мантии выстрелил. Но, прежде чем разряд достиг цели, я выпустила ответную молнию, словно в сказке о Мюнхгаузене (ну, ту её часть, где барон летает верхом на ядре, и ядра противников сталкиваются в воздухе). И, с криком "Гюльчатай, открой личико!", пальнула во врага так, что дверь сорвало с петель, и она принялась порхать по комнате, разнося по гайкам и без того закороченную силовую установку. Кроме того, с "благотворителя" во имя родины сдуло мантию вместе с модулятором (собственно, я этого и добивалась), и когда стих ветер, мы смогли рассмотреть нашу Гюльчатай.

Если хотите знать, что Бог думает о деньгах и власти, присмотритесь, кому он их даёт. Можно было жизнь прожить и не догадаться, кто этот самый гад, потому что им оказался... Киргор Тол-Харад, красивый, как картинка, Магистр-Консерватор Валинора. Ветер растрепал его волосы, но он по-прежнему выглядел отлично, да к тому же и смотрел на нас с вызовом.

-Давно я не встречал пси-активности такой редкой направленности, — произнёс Тол-Харад, будто нарочно растягивая слова.

-Тебе везло, — буркнула я.

-Мне всегда везёт, — возразил Магистр-Консерватор и мгновенно выхватил танг из-за спины, — попробуй-ка сейчас, рыжая! Зарядов хватит на всех. И за что вы так сильно стукнули Алакрома? Теперь мне придётся рыть могилы самому.

Я попыталась было расплавить танг, но от злости промахнулась. Тол-Харад упал на пол и, перекатившись за штабель из досок, принялся палить из укрытия. Мы встретили его шквальным огнём, но с каждым разрядом отвечать становилось всё труднее, потому что, в отличие от тех же "Орлов", Киргор Тол-Харад действительно умел стрелять. Пальба грозила затянуться до бесконечности ввиду бесконечности же разрядов. У меня уже немного устала рука, а противник и не думал сдаваться. Похоже, он решил победить или умереть, причём (я в этом уверена) в его завещании будет прямая наводка на нас.

-Хватит! — воскликнула Ника и прыгнула вперёд.

Вообще-то она обожает совершать непредсказуемые поступки, да такие, о которых потом судачит вся округа. Взять хотя бы тот прыжок из окна третьего этажа в мартовский сугроб, когда в институте объявили учебную тревогу на предмет операции "Антитеррор". Ей потом даже объявили благодарность за оригинальность мышления. На следующей тревоге Антон, её вечный подражатель и прилипала на курс младше нас, тоже сиганул (что примечательно, из того же окна) вниз, но на дворе была середина мая, и Антон сломал обе ноги, а вместо благодарности получил выговор.

Или, например, на прошлый Новый Год Ника пришла на маскарад в костюме рыцаря. Меч, щит, доспехи, всё как полагается. Новый Год (то есть, это было где-то 29-е декабря) выдался очень тёплым, на улице было где-то плюс три, и вскоре "царь-девице" во всём этом стало жарко. На том же балу присутствовал ещё один "лыцарь", довольно противный тип по прозвищу Гнус, здоровенный пятикурсник с бицепсами штангиста и уровнем интеллекта ротвейлера. Так вот, как я уже говорила, было жарко, да и неудобно таскать тяжёлые доспехи всё время, и Ника поставила к стенке меч, шлем, щит и отправилась веселиться в другой конец зала. Спустя некоторое время Гнус также сопрел и разоблачился в паре метров от склада Никиного барахла. Ну, когда кто-то додумался открыть окно, Ника и Гнус отправились опять рядиться, да перепутали доспехи. Немудрено, после такого количества водочки... И, как назло, к Гнусу подошёл его дружок, одетый мушкетёром, и предложил дуэль. Гнус ткнул мечом в его ногу и остолбенел, когда увидел хлещущую кровь. Всё потому, что Ника взяла в пару к бутафорской кольчуге настоящий меч — не из текстолита, с которым ездила на ролевые игры, а тот, что ей подарил кузнец из клуба и который раньше висел у неё на стене. Увидев, что произошло, Ника едва не прибила Гнуса его же муляжом, заполненным свинцовыми шариками. Впоследствии уже упоминавшийся Антон где-то раздобыл похожий меч и всюду носил его с собой в креплениях за спиной. Однако бедняге снова не повезло. Крепления развязались в самый неподходящий момент — когда Антон вышел отвечать к доске. Хорошо наточенное лезвие, лишённое поддержки, под действием силы тяжести воткнулось в пол, попутно располовинив парню пиджак, рубашку, брюки и нижнее бельё. Носки, правда, уцелели. Несколько долгих секунд Антон был в центре внимания всего потока (он учится на переводчика, и на всём потоке восемь парней и с полсотни девчонок). Не знаю, почему, но это происшествие не добавило страдальцу популярности среди женской части института. Впрочем, я-то знаю, но, в конце концов, грешно смеяться над инвалидами...

И ещё хочется рассказать одну историю об этом неудачнике, также связанную с Никой, правда, косвенно. На третьем курсе мы сдавали социологию. Этот предмет входит в официальный реестр Министерства Образования и его проходят абсолютно во всех вузах, независимо от индивидуальной программы. Ну, вроде математики в школе. Ника же филигранно умеет списывать. Проделывает это она так лихо и мастерски, что даже самые зоркие преподы ничего не замечают. Так вот, на социологию Ника приготовила набор "парашютиков", готовых ответов на билеты. Пронести их довольно легко, достаточно пиджака (разумеется, расстёгнутого) с большими внутренними карманами. Ника берёт билет, вытаскивает "парашют" и садится отвечать. Остальная стопка бумажек к тому времени успевает разойтись по рукам. Группа сдаёт, все довольны и от радости ходят на голове. Это — обычный сценарий экзамена, но на социологии в нём произошёл сбой. В тот момент, когда Никак уже готовилась отвечать, она вдруг обнаружила, что вытащила совершенно другой "парашют". Оставался один способ вытащить её из болота. Тоже, кстати, отработанный вариант. Я кивнула Нике, и она уронила листочек, тот улетел под парту и застрял в пазе плинтуса. Лиза нашла нужный билет, я забросила его под ту самую парту. Весь процесс отнял не больше двух секунд, Ника достала из-под парты правильный ответ и сдала экзамен.

Год спустя в той же аудитории сдавала социологию и группа Антона. Антон, прилежный зубрила, готовился к экзамену две ночи подряд, он не писал ни шпор, ни парашютов, а просто зубрил, поэтому на экзамен пришёл совершенно никакой. Его сил хватило только на то, чтобы нацарапать на бумажке ответ, а затем, как зомби, дойти до преподавателя. Стоило ему плюхнуться на стул, и листок сам выпал из пальцев. Антон нагнулся, достал бумажку и принялся отвечать, не замечая ни сбивчивости и схематичности собственной речи, ни недоумевающее лицо преподши. Нужно ли говорить, что бедняге достался именно тот, прошлогодний Никин листочек с ответом на другую тему? Всё это произошло на самом деле, я не вру. И, да простят меня уборщицы, это камень и в их огород. Нельзя же целый год не стирать пыль с плинтусов!

Учитывая всё это, легко понять, что Ника действительно может неожиданно отчебучить что-нибудь... эдакое. Но стремительного прыжка на одуревшего от бесконечных вспышек Тол-Харада никто не ожидал. Тол-Харад тоже оторопел от неожиданности, когда в него врезалась вопящая и плюющаяся живая ракета. Танга, к сожалению, он не выпустил, зато потерял равновесие и в обнимку с Никой чебурахнулся на пол. Каждый держался за магистровский танг-автомат, силясь перетянуть оружие к себе. Всё это напоминало финальную сцену в полицейском боевике, где положительный герой сражается за единственный пистолет с главной бякой. Всё бы ничего, но Ника и Тол-Харад буквально кувыркались по полу, мешая нам прицелиться и вырубить врага. Изредка кому-нибудь из них удавалось провернуть рукоятку, и тогда танг палил во все стороны, а один раз хлестнул разрядом по моим кроссовкам. Благо я хорошо прыгаю. И ведь не выстрелишь в гада, уж слишком быстро он перемещается, промажешь — и попадёшь в Нику. А что, если остудить горячие головы всенародно признанным средством, то бишь холодной водой? Лучше, конечно, с градом. Вот только сосредоточиться надо. Но, не успела я сконцентрироваться, как Авриго в очередной раз продемонстрировал, что может претендовать на звание "тар Непредсказуемость". Хотя это можно было бы назвать и иначе: "Болван года". Каким же ослом надо быть, чтобы броситься в самую гущу барахтающегося и стреляющего клубка! Авриго, конечно, действовал от всего сердца, хотел помочь, боялся, что Ника не справится с врагом, но с чего он взял, что сможет чем-то помешать? Тол-Харад изловчился и врезал ему локтем в нос, и кадет Эйтар отлетел в сторону, едва не сбив с ног Клейтаса. Он практически повторил славный полёт прокурора Алакрома, за исключением того, что остался в сознании (хотя шишка выросла знатная). То, что Авриго нас видит, стало понятно только после того, как он пересчитал в уме едва ли не миллион балрогов. Клейтас выразил своё восхищение тем, что сравнил Авриго с дырявой сковородкой — много шума, мало масла.

А в соседнем "углу ринга" уже назревал кризис. Тол-Хараду удалось направить острие танга на Нику, оставалось только рукоятку повернуть, и каюк. Я зажмурилась, сосредоточилась и устроила-таки над драчунами дождик, но всё же перестаралась, и градины получились размером с Лизин кулак. Тол-Харад силился не обращать внимания на "погоду в доме", но лишь до тех пор, пока увесистая градина не шарахнула ему по уху. Секундного замешательства Магистра-Консерватора хватило Дайну для того, чтобы метким выстрелом выбить танг из его лап. Тут уже и я не растерялась: жахнула по оружию молнию такой силы, что от танга осталась лужица расплавленного металла, которая почти сразу застыла под ледяным дождём.

-Осторожно! — крикнул Авриго. — У него нож!

Тол-Харад на самом деле экипировался основательно. Отбиваясь от Ники одной рукой, другой он вытаскивал из-за пояса большой широкий нож. Дайнрил сориентировался на редкость быстро и просто чудом перехватил руку Магистра с занесённым для удара клинком. Теперь можно и прекратить дождь. Тем временем Клейтас оттащил Нику прочь от обезвреженного врага, а Авриго наконец поднялся на ноги.

Дайнрил с любопытством уставился на трофейный ножик. Он чем-то напоминал те экземпляры, что продаются в айрекских сувенирных лавках под видом охотничьих, но, в отличие от них, явно служил владельцу долгие годы, если не тысячелетия. На рукоятке было выгравировано клеймо в виде клыкастой рыбки, вроде нашей пираньи. Дайнрил хотел было его пощупать, но вдруг Клейтас воскликнул:

-Это ловушка! Если дотронешься до неё, нож взорвётся!

-Ничего себе! — я присвистнула. — Вот это консерватизм в вашем Валиноре! Если бы рвануло, нас только и оставалось бы, что консервировать. На "Завтрак туриста". Эй, Киргор! Зайчик, козлик ты наш! Чего молчишь? Язык прикусил от облома? Может, хоть теперь расколешься, за что ты так на нас взъелся? Пустите меня, я ему кости переломаю!

-Не поможет, — Клейтас покачал головой.

-Что так?

-Попросту знаю. А ты хорошо замаскировался, скотина! Только глаза-то остались прежними. Думал, я не узнаю тебя, Курулах Тейн?