| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Идём, герой. А то как бы наш похмельный капитан свою больную голову проветривать не отправился. Заметит, что я не ко времени перекурить решил, и жалованье обоим урежет. Не хочу тебя подводить.
Он дружески улыбнулся юноше и вытянул руку, предлагая идти первым, а когда тот решительным шагом пошёл вперёд, с тревогой посмотрел на зелёное пятно кустов. В отличие от Карпа, способного разве что мелкой бытовой магией баловаться, он обладал сильным даром и сумел определить, кто "шастает" под стенами Стайлена. Его юный сослуживец был прав: в город собирались проникнуть оборотни. Однако докладывать о лазутчиках Трифон не собирался, более того, он сумел подать знак, что готов помочь, и стал с нетерпением ждать конца смены, искренне надеясь, что вездесущим вящим не придёт в голову мысль совершить вылазку за городские стены...
Чувствительный нос кошки уловил запах табака.
"Что за гадость, Ирсин?! Неужели твой приятель не может курить что-то более приличное? Ты говорил, он прекрасный маг, а ни один уважающий себя маг не опустится до употребления дешёвых и ужасно вонючих сортов табака!"
"Во-первых, ты редкая зануда, Трис, а во-вторых, табак, что он курит, дешёвым никак не назовёшь. С тех пор как Воулен разорвал торговые отношения с Либенией, некоторые компоненты сей табачной смеси стоят целое состояние, поскольку произрастают только на волшебных полях страны оборотней".
"Какая разница сколько стоит эта гадость? Главное, чтобы меня не стошнило. И вообще, идея посетить Стайлен мне совсем не нравится! Зачем мы туда идём, Ирси? Правильнее было бы обойти город и по Кривому тракту направиться в Северную гавань!"
"А дальше? — неожиданно вмешалась в разговор Светлана. — Куда мы отправимся из Северной гавани?"
"На северный материк, куда ещё можно отправиться из Северной гавани?" — деланно удивилась кошка.
"А почему не на Песчаный? Чем он хуже северного?"
"Издеваешься? Да? — тихий голос единорога был усталым и немного злым. — Ты прекрасно знаешь, почему мы поплывём на Снежный! И нечего доводить Трис. Она тоже не железная".
"Вот как?"
Света с неподдельным интересом взглянула на Саолера, а тот, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, смотрел на девушку. Безмолвную дуэль взглядов прервала Трииса. Спрыгнув с плеч землянки, она серой молнией метнулась к кустам и исчезла под мохнатыми ветвями. Единорог дёрнулся следом, но Ирсин скомандовал: "Сидеть!", и юноша не посмел ослушаться. Несколько долгих мгновений маг смотрел в расстроенные васильковые глаза, а потом ласково потрепал Саолера по плечу и повернулся к Светлане:
"Нам придётся выполнить волю Алексиса, Света, хотя мне тоже не хочется идти в родовой замок Ребарат-Нуров. Но иного пути у тебя нет, а я ... Я последую за тобой. Мне есть, что сказать мальчишке".
"И что Вы ему скажете?" — насторожился Саолер, но маг не счёл нужным ответить. Его брови внезапно сдвинулись к переносице, а глаза опасно прищурились.
Светлана хотела спросить, что происходит, но в этот миг земля под ногами зашевелилась, будто из её недр силилось выбраться нечто огромное и страшное. Не удержав равновесия, девушка стала падать. За край затуманенного сознания зацепилась мысль о том, что падает она слишком долго, слишком медленно и... не вниз, а вверх. Летит в небо. Бархатно-чёрное небо, украшенное россыпями незнакомых звёзд. Где-то далеко внизу темнели леса, прошитые извилистыми швами больших и малых рек, тускло светились города, изредка, едва видимыми искорками вспыхивали костры.
— Я лечу, — прошептала Света, и знакомое, пьянящее чувство полёта захватило её, заместив собой и раздражение от нелепой и опасной ситуации, в которой она очутилась, и изматывающий душу страх, и вечное желание замкнуться в себе, спрятаться от мира в непроницаемой броне пушистого пледа, мягкого кресла, тягучего шоколада, усыпляющего мурчания кошек и тихого шелеста страниц.
Свежий, напористый ветер овевал лицо, стекал по длинным белым волосам, стелившимся за спиной подобием мягкого шелкового плаща, струился по обнаженной коже, сдувая остатки бесполезной, бессмысленной брони, словно луковую шелуху.
— Я свободен... — пропела Светлана и вздрогнула: слушая эту песню, она всегда представляла себе мчащуюся в звёздном, или синем, или грозовом (в зависимости от настроения) небе душу, что навсегда покинула опостывшую телесную оболочку и куда-то понеслась.
Забавно, но только сейчас Света вдруг поняла, что никогда не задумывалась, куда и зачем летела свободная от оков душа. Мысли почему-то всегда возвращались к телу, наверное, потому что его дальнейшая судьба была более чем ясной — деревянный ящик, сырая земля, тлен, потемневшие кости...
— Ты закоренелая пессимистка, детка!
Весёлый голос вырвал её из мрачных, пугающих дум, а заодно и остановиться заставил, или, точнее сказать, зависнуть. Как пчелу перед цветком. В роли цветка выступал Алексис Ребарат-Нур. Он сидел на пушистом белом облаке, болтал ногами и жемчужно улыбался во весь рот.
— Добрый э... — Светка зажмурилась от яркого солнечного света, моргнула и, проигнорировав непонятки со сменой времени суток, произнесла нейтральное: — Здравствуйте!
— Привет!
Алексис тряхнул тёмными волосами и расхохотался, раскинувшись на облаке, как на диване. Услышав его искренний, счастливый смех, Света недовольно поджала губы. "Ведёт себя как мальчишка! Бестолковый и безответственный! Хам, хулиган и на лидера никак не тянет. Балбес!"
От желания отвесить хохотуну подзатыльник у Светки аж под ложечкой засвербело, и, недолго думая, она метнулась к заходящемуся смехом мужчине, треснула его по шее и удивлённо ойкнула — рука прошла сквозь тело, не причинив весельчаку ни малейшего вреда. Хотя определённая цель всё же была достигнута: Алексис перестал смеяться, вытер набежавшие на глаза слёзы и похлопал ладонью по облачной перине:
— Садись, Света, поговорим!
Девушка недоверчиво посмотрела на него, но села, ибо в голову закралось подозрение, что ко всем своим недостаткам Алексис ещё и с ума от одиночества сошёл, а с безумными лучше не спорить.
— И то верно: не спорь со мной!
Света чувствовала, что он едва сдерживается, чтобы не рассмеяться вновь, и это ужасно злило. Руки сами собой сжались в кулаки, крылья носа затрепетали от гнева, однако драться с фантомом было глупо, и она, хоть и с превеликим трудом, обуздала жгучее желание наброситься на мерзавца. Стараясь окончательно успокоиться, Светлана несколько раз глубоко вдохнула-выдохнула и, с удовлетворением отметив, что приходит в норму, поудобнее устроилась на облаке и приготовилась слушать. К этому моменту Алексис тоже справился с очередным приступом смеха, но начинать разговор не спешил. Он наблюдал за проплывающими мимо облаками и время от времени поглядывал на девушку, словно предлагая задавать вопросы.
"А смысл? Всё равно скажет ровно столько, сколько планировал сказать".
— Ну почему же? Я могу многое рассказать тебе...
— Не сомневаюсь. Только сдаётся мне, о том, что меня действительно интересует, ты промолчишь.
— А что тебя интересует?
— Как?! Не знаешь? Так и быть, если у тебя случился внезапный приступ слабоумия, спрошу: что ты собираешься сделать с нами?
Светлана осознавала, что ведёт себя грубо и бестактно, но сдерживать эмоции не получалось — этот черноволосый мужчина выводил её из душевного равновесия одним лишь своим присутствием.
— Предлагаю заключить договор, Света. — Ребарат-Нур широко улыбнулся. — Вы с подружкой окажете мне одну услугу, а в награду я отправлю вас домой или в любой другой мир, какой пожелаете.
— Я тебе не верю! — Девушка с подозрением смотрела на Алексиса и отрицательно качала головой. — Судя по словам Ирсина, после того, как мы окажем тебе услугу, отправлять на Землю будет некого, разве что трупы.
— Ирсин, Ирсин... Угораздило же тебя встретиться с этим занудой и моралистом. Не спорю, маг он классный! Да только и он не всесилен и не всезнающ! Не понимаю, почему он решил, что я собираюсь убить вас?! Глупость какая-то! Я, конечно, виноват, что вырвал вас из родного мира без согласия, но у меня выхода другого не было. И если бы в последний момент мне не помешали, то вы оказались бы в моём замке, я бы всё объяснил, и, думаю, вы обязательно согласились бы помочь. А так... — Алексис с печалью в глазах посмотрел на Светку. — Твоя подруга на меня откровенно зла, ты шипишь как рассерженная кошка! Да ещё Ирсин масла в огонь подливает. Грустно всё это. Очень грустно.
Ребарат-Нур замолчал, всматриваясь в синеющую даль, а Светка облокотилась на облако, которое тут же подстроилось под изгибы её тела, перекинула волосы через плечо и принялась плести косу. За механическим, не требующим особой сосредоточенности делом, ей всегда легче думалось. "Может, он, и впрямь, не собирается нас убивать? Мы же ничего ни о нём, ни о мире этом не знаем. Вдруг мы его единственный шанс на победу в борьбе против Вящих?" Светлана исподлобья взглянула на мрачного, как дождливый осенний день, Алексиса и пробормотала:
— И всё же я не могу поверить тебе до конца. Ты не говоришь мне всей правды.
— Так и есть, — мотнул головой Алекс и виновато улыбнулся. — Арента — магический мир и сильных магов у нас предостаточно. Поэтому нельзя быть абсолютно уверенным, что сейчас нас никто не подслушивает. Взять хотя бы того же Ирсина. Или Зарина. Они оба способны "поприсутствовать" при нашей беседе.
Света неопределённо пожала плечами. Объяснения Алексиса выглядели правдоподобно, но червячок сомнения упрямо ворочался в сердце, мешая поверить в его искренность. Девушка отбросила за спину наполовину заплетённую косу и с осторожностью проговорила:
— Но мне всё равно хотелось бы поподробнее узнать, что за услугу мы должны тебе оказать? Не обещаю, что соглашусь, но выслушаю точно.
Бледное лицо мага озарилось воодушевлённой улыбкой. Света ободряюще кивнула, мимоходом отметив, что виновник всех её бед удивительно красив. Щёки залил румянец, в голову полезла всякая любовная чепуха, и девушка почувствовала, что ещё чуть-чуть и разговор плавно перетечёт в совершенно неподходящее русло. И, испугавшись, решила ни в коем случае не допустить этого.
— Что за услуга? — требовательно повторила она, стараясь не обращать внимания на гулкие удары сердца и внутреннюю дрожь.
— Я расскажу, только не здесь.
Не отрывая взгляда от чувственных губ, Светлана послушно кивнула и хриплым шёпотом поинтересовалась:
— А где?
— В моём замке, девочка. Ты же придёшь ко мне, да?
Тёмно-вишнёвые губы сложились в пленительной улыбке, соблазнительно оттенив жемчужные зубы, и Светке до дрожи в коленях захотелось припасть к восхитительному манящему рту.
— Да... — эхом отозвалась она, с ужасом осознавая, что готова броситься в объятия Алексиса прямо сейчас и пойти за ним. Хоть в замок, хоть на край света.
— Жду.
Фигура Алексиса начала терять чёткость очертаний, побледнела, истончилась и растворилась в воздухе. Солнце скрыла пелена серых, угрюмых туч, готовых в любую секунду разрыдаться холодными дождевыми каплями. Облако, исправно служившее удобным, тёплым диваном, вдруг обернулось рыхлой кучей снега, холодного и колючего. Сотни крохотных острых льдинок впились в кожу. Светка дернулась, пытаясь стряхнуть их, и почувствовала, что снова летит, но на этот раз, летит вниз, рискуя разбиться о землю. И от дикого ужаса, охватившего всё её существо, она потеряла сознание.
— Света... Света...
Испуганный и в то же время недовольный голос Ирсина пробирался сквозь густую мутную пелену, затихал, теряясь среди обрывков грязных липких туч, захлёбывался струями ледяного осеннего ливня, но каждый раз воскресал, неумолимо прорываясь к дремлющему сознанию землянки.
— Света... Света...
Ледяные пальцы коснулись висков, по телу прошла дрожь, и девушка открыла глаза. Ирсин облегчённо выдохнул, помог ей сесть. Словно ребёнку поправил съехавшую на глаза шапку, потуже завязал шарф, вытащил из кармана перчатки и натянул на озябшие пальцы землянки. А потом неожиданно опустился рядом, пересадил озадаченную Светку к себе на колени и крепко обнял.
— Тебе нужно согреться, девочка, а твоему новоявленному возлюбленному — надрать задницу, чтоб неделю сидеть не мог!
— За что? — сонным голосом осведомилась девушка, неосознанно прижимаясь к магу сильнее и сильнее: исходящее от него тепло, казалось, согревало не только тело, но и душу, дарило покой и удивительно приятное чувство защищённости.
— За дерзость, за глупость, за наплевательское отношение к людям, за то, что он совершенно не считается с законами магии, и, вообще, творит что хочет!
"Ирсин!"
Рёв кошки ураганом ворвался в головы магов. Единорог издал болезненный стон, Ирсин побледнел и скрипнул зубами, а Светка всем телом вжалась в мага и обняла так сильно, что у того чуть кости не затрещали.
— Полегче, ребята, полегче... Так и убить можно. Кто тогда за вами приглядывать будет? — Ирсин аккуратно разжал руки землянки, пристально посмотрел ей в глаза и, поймав осмысленный ясный взгляд, довольно кивнул. — Согрелась? Вот и хорошо. — И, неотрывно глядя в глаза девушке, продолжил: — Скоро придёт мой друг. Он проводит нас в город, новости последние расскажет. Переночуем у него, а наутро двинемся в путь.
— Мы точно отправимся в Северную гавань?
Приоткрыв рот, Светка с трепетом и тревогой взирала на мага, отчего-то страшась его ответа. "А вдруг он скажет, что передумал идти на Снежный и нам надо, например, на Песчаный или куда-нибудь ещё? Тогда придётся..." Света сползла с колен Ирсина, встала на ноги и сверху вниз уставилась на либенийского мага. В светло-голубых глазах читалась неколебимая решимость убить.
Ирсин расстроено покачал головой, уголки его губ опустились:
— На Снежный. В Нур-а-Рет, родовой замок Ребарат-Нуров.
— К Алексису? — педантично уточнила Светлана.
— Да. — Маг поднялся, отряхнул куртку и кивком указал за плечо девушки. — А вот и мой друг. Знакомьтесь — Трифон.
Света обернулась. Возле вечнозелёных кустов, прислонившись спиной к гладкому стволу обнажившегося к зиме дерева, стоял высокий, плотный мужчина с роскошной окладистой бородой. При взгляде на него Светлана одновременно подумала о священнике и корсаре. На мысль о служителе церкви навело длинное черное пальто, напоминающее сутану, а образу пирата соответствовал цветастый платок на голове и внушительная серьга в ухе. Однако, как бы ни выглядел приятель Ирсина, землянка решила быть вежливой.
— Добрый вечер! Меня зовут Светлана.
Однако ответной вежливости не дождалась. Трифон неприязненно посмотрел на неё, коротко кивнул единорогу, не приветствуя, а скорее говоря: "Я заметил тебя, буду иметь в виду, что ты здесь", и завертел головой, кого-то разыскивая.
— Трииса появится через несколько минут, — сообщил либенийский маг. — В принципе, можно её не ждать. У неё не возникнет проблем со стражей.
— Уверен? В городе полно вящих. И теперь я понимаю почему. — Трифон бросил на Свету ещё один недобрый взгляд. — У тебя опасная и очень-очень заметная спутница, Ирсин!
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
