— Почему же она до сих пор его не уволила?
— Он лидер "Скарабеев" и настоящий мастер своего дела, найти замену которому будет очень трудно. А, возможно, у него просто есть, чем прижать Бланш, — Россет замолчал и осенённо посмотрел на собеседницу. — С момента назначения Первым Оратором Бланш очень тесно общалась с ним, так как она является их неформальной главой. Даже, если Троелсен не знает компромата на неё, то у него точно должны быть ниточки, которые туда ведут. Но едва ли он вам их скажет.
— Всё равно я буду иметь в виду, — оптимитично заметила Агнесса, поднимаясь с кресла.
— Удачи, Агнесса! — искренне пожелал ей он. — И будьте осторожны.
Бинар
Западное полушарие
Северное море
Море шумело, буруны волн наваливались на борт, качали небольшое судно. Холодно. В густой фиолетовой дымке чернели скалы. Крики птиц. Ночных бинарских горланок будто высыпали в небо из огромного ведра: они носились, кричали, суматошно мечались, то и дело рушились по одной на воду, тараня рыбу, и удалялись с добычей — в надежде отбиться от попрошаек. Те, что повыше — висели неподвижно на распростёртых крыльях, как дикие флаги без древок. Флаги морозного моря. Ному Кеничи Ториами плотнее кутался в дутую куртку, неотрывно смотря на ночное бинарское небо с палубы, вытканное антрацитовой тканью с вышивкой звёзд на ней. Лёгкий ветер уносил клубы пара размеренного дыхания. Они шли со скоростью шесть узлов. До сетей было три часа ходу. Он подумал, что раньше всё было совсем по-другому. Не найдёшь сети, возвращаешься домой ни с чем, либо на нервах рыщешь полдня по морю. Сейчас один из людей в команде его отца — бригадира судна, колдовал над специальным прибором, точно определяющим положение сети. Он очень помогал в работе. Сначала рыбаки бросали сваренные из арматуры якоря, затем нажималась кнопка и включался специальный маяк. Один мыс перекрыл другой и на палубе собралась вся команда.
— Сыпать будем?
Безмятежное спокойствие сразу исчезло. Его отец резко посерьзёнел и начал отдавать команды рыбакам. За борт отправляется первая снасть с буем и красно-синим флажком. Ному с отцом идёт на корму, откуда они начинают сыпать сети. И вот опустел первый таз с сетью. За ним следуют второй и третий. Сеть из последнего таза высыпана в море, чёрным буйком сигналя о конце. На работу ушло привычных пятнадцать минут. Наступает пауза, но и она длится недолго. Сеть, поставленная вчера, виднеется на поверхности моря буйком. Двое рыбаков бросились снимать часть левого борта, Ному подключил привод барабана. Команда поставила тазы для укладки сети. Ному открыл люк в палубе возле снятого борта, спрягнул в трюм и, свесившись за борт, готовился подцепить трос с буем. Его отец тем временем стоял у штурвала и, работая рычагом газа, маневрировал судном, ведь к бую надо было подойти так, чтобы Ному было удобней вытащить его на палубу. Ведь сеть поднимается строго перпендикулярно борту. Наконец, буй отвязан и трос, уходящий в грубину, перекинут через вращающийся барабан. Ному тянул снасть с огромной глубины, тянуть изо всех сил, безостановочно, так что его тренированное тело становилось ещё очерченней. Весь трюм доверху наполнился рыбой, теперь можно идти домой, и судно повернуло к берегу.
Сколько себя помнил Ному, он никогда не мечтал работать в бинарской разведке. Его жизнь протекала в маленьком рыбацком городке, в ожидании, когда отец вернётся с улова и мечтах порыбачить с ним. Единственную неприятность в школе доставляли учителя, с которыми он всегда не сходился во мнениях. Точка зрения, отличающаяся от общепринятой, вот благодаря чему он был известен ещё со средней школы. В старших классах благодаря этому он стал известен и ещё больше невыносим, так как теперь в дополнении к спорным точкам зрения по истории и литературе приводил хорошую доказательную базу. Поэтому не было ничего удивительного (по крайней мере, для окружающих), когда за год до поступления Териами получил конверт из Академии Бинарской разведки с приглашением прийти на экзамены. Отойдя от ступора (что в нём могли найти бинарские разведчики?), Ному решил пойти на экзамены, уверенно думая, что парень из рыбацкого городка их провалит. И вот тут ошибся. С физподготовкой проблем у него не было из-за тренировок на судне у отца, историки готовы были его слушать бесконечно, только психологи на собеседовании были удивлены тем, как такой парень как Ному до сих пор не осознал, что просто создан для разведки! Но новые миры тоже хотелось увидеть, и он согласился. Проработав во внешниках всего пару лет, он стал полуночником и теперь самой большой его мечтой стали не другие миры, а родной Бинар и рыбалка в море с отцом.
Ветер крепчал. Похоже, без шторма не обойдётся. С каждой минутой качка усиливалась. Временами срывался мелкий дождь, иногда сменяемый колючей снежной крупой. Палуба, словно необъзженный жеребец, так и наровила встать на дыбы. Команда сновала взад-вперед с ловкостью, на полусогнутых ногах, хватаясь за всё, за что можно уцепиться. Переваливаясь с одного бока на другой, корабль повернулся и взял курс на берег. Теперь они шли против ветра. Он и его отец, облачённые в резиновые робы, держались за поручни на борту. Остальная команда пряталась в рубке. Корабль таранил носом волну, покрывая палубу пенными брызгами. Новый порыв ветра, судно вновь провалилось между волнами, накатила ещё большая волна — и снова всё повторилось.
Как только показалась родная гавань, порывы ветра ослабели и море утихло. На пирсе уже можно рассмотреть лица встречающих. Короткий диалог, выгрузка улова и судно направилось швартоваться в порт. Едва Териами сошёл на берег, как сотовый телефон в его куртке просигналил мелодией, не сулившей ничего хорошего. "Передислокация. Варанаси. Секвана. 29 июля", — прочитал на экране он, услышав сверху шум вертолёта. Подняв голову и укрываясь от света прожектора, он увидел зависшую над ним машину.
— У нас приказ вас забрать! — услышал он знакомый голос.
— И что? Без спецэффектов никак? — не удержался от иронии он.
— Это не спецэффекты. Это срочность!
Южное полушарие
остров Радига
Талис Кауа Раул в светлом костюме с юбкой до колен и изящной шляпкой вышла из ещё одного модного магазина и оказалась на улице под пальмами, неся с собой кучу пакетов купленной одежды. Впереди её ждал парфюмерный магазин и спа-салон. Если кто-нибудь лет этак пятнадцать назад сказал бы ей, что она будет получать удовольствие от покупок и ведение образа жизни "модной глупышки", она бы его точно послала... посмотреть звездное небо. Талис была пацанкой, и самого детского сада ей больше нравилось играть с мальчишками, чем с девчонками. Она искренне не понимала, что такого интересного можно найти в куклах, вещах и косметике, зато уже в начальной школе могла заехать по физиономии без всяких угрызний совести. Спорт, драки, вылазки и увлечения на грани с адреналином — это всё было её. А слушать про то, какой должна быть истинная бинарская девушка, она не могла и не хотела. Поэтому она не очень удивилась, когда за восемь месяцев до окончания школы среди прочих писем найденных в почте, обнаружилось ещё одно. От Академии Бинарской разведки, в котором черным по белому было написано приглашение на экзамены и надежда на скорую встречу с ней. Талис ухватилась за эту возможность и ни о чём другом думать не могла. Она начала физические тренировки и вскоре с радостью узнала о том, что прошла. И вот тут началось самое интересное. В Академии, где обучались только девушки, было не продохнуть от боевых искусств, и впервые Талис начало тошнить от того, что она так любит. Помнится, однажды, когда после очередных занятий в спотрзале обессиленные девушки завалились в общежитие, одна из них, дочка каких-то магнатов, предложила сходить всем в спа и оплатила всем одногруппницам поход туда. Тогда впервые, млея под различными масками, Талис обнаружила, какое это блаженство, лежать и ни о чём не думать, пока о тебе заботятся. После окончания универсистета и с началом работы у внешников такая потребность стала просто необходимостью, так как это было единственным способом не думать об операциях, приёмах и забыть, что ты полуночница. А с некоторых пор у неё появился стимул выглядеть как настоящая бинарская девушка.
Талис не помнила, как впервые оказалась на острове Радига. Кажется, это было желание попробовать национальную бинарскую забаву — уехать в никуда, ткнув пальцем в карту наугад, и открыть для себя что-то новое на бинарской карте мира. Зато Талис очень хорошо помнила, как после пляжа зашла в один из курортных ресторанов перекусить и встретила его. Музыкант, игравший живую музыку в "Прибое", зачаровал её, заставив сердце биться сильнее. И теперь она каждый вечер, когда он играет, старалась проводить здесь, изучив меню вдоль и поперёк. Потом она пригласила его к своему столику, а не так давно просто вручила ему билет на совместный отдых. С тех пор всё свободное время она предпочитала проводить здесь, на Радиге, перемещаясь сюда иногда прямо из других миров.
Вот и сегодня, надев шикарное вечернее платье, подчёркивающее её стройную фигуру, Талис показалась в дверях ресторана, оформленном в лазурных тонах с многочисленными аквариумами в стенах.
— Прошу. Ваш столик, — возник рядом с ней вышколенный официант и отодвинул стул, помогая сесть.
— Вам ваш обычный заказ? — вежливо поинтересовался тот.
— Нет, я посмотрю меню.
— Прошу, — официант протянул ей его.
Лениво пролистав страницы, Талис посмотрела на официанта.
— Скажите, а у вас нет чего-нибудь особенного?
— Дванна чего-то желает?
— Что-нибудь новое, особенное от шеф-повара для особого случая. Ваши усилия не останутся без награды, — хитро улыбнулась она. — Подайте, пожалуйста, когда я буду не одна.
— Как скажете, дванна. А пока не желаете чего-нибудь, чтобы скоротать время ожидания?
— Коктейль "Красная ночь" и жареные на гриле бекари под соусом.
— Будет сделано, — с вежливым поклоном официант исчез.
Сделав глоток вина из бокала, Талис удобно расположилась на стуле в ожидании музыкальной программы. Светловолосый молодой человек прошёл к инструменту, сделав едва заметный знак ей. Она ответила. Ещё минута и мир заиграл для неё яркими красками, а сердце забилось быстрее, потому что заиграла музыка. После окончания программы музыкант поклонился и через некоторое время незаметно подсел к ней за столик. Они обменялись улыбками и увидели, что принёс официант.
— Ооо, — удивлённо посмотрел молодой человек на принесённое блюдо. — Наш шеф приготовил что-то новенькое? Я что-то не помню такого в меню.
Талис просияла улыбкой и ничего не ответила.
— Попробуем? — взяв вилку, предложила она.
— Приятного, — молодой человек взял вилку и начал есть.
Когда голод был утолён, Талис решила, что самое время приступить к делу.
— Маури, — неуверенно посмотрела на него она. — Не знаю, как тебе, но мне лично надоела такая жизнь...
Кусок застрял в горле молодого человека, и он шокированно уставился на неё.
— Ждать тебя постоянно, вылавливать в кафе. Узнавать, в какие смены ты работаешь.
Он был бледен как полотно.
— Поэтому я подумала и решила... Женись на мне!
Шок на лице её собеседника сменился растерянностью, он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут предательски запиликал телефон, сообщая о коротком сообщении от абонента, которому отказать нельзя. Тихо выругавшись и виновато улыбнувшись, Талис достала сотовый. "Передислокация. Варанаси. Секвана. 29 июля" и, не обращая внимания на молодого человека, принялась строчить ответ: "Вы очень не вовремя! Я мужчине предложение делаю!!". Отправив её, она вновь подняла на него глаза, ожидая ответа от абонента.
— Талис, я... — смущённо начал он. — Я...
Ответить он не успел. Телефон просигналил снова. "Свадьба через 4 часа с фотографом, свадебным платьем и последущим фуршетом вас устроит?".
— Маури, нас устроит свадьба через 4 часа, а то мне лететь на работу? — подняв глаза, спросила она.
— Д...да, — всё ещё ошарашенно смотрел на неё тот.
Садивы
Амико Кам Йошико уцепилась рукой с телескопиком, находившейся со стороны склона и, укрепившись, сделала ещё шаг навстречу вершине. Шёл второй день восхождения на Фаулу, трудный участок дороги был ещё впереди, и можно было позволить себе немного помедитировать. Сколько себя помнила Амико, она всегда любила горы. Здесь она забывала обо всём на свете, ей было хорошо и легко дышалось. Здесь она ощущала себя частью мира. Да и мог ли не любить горы человек, который родился и вырос там? Йошико из небольшого княжества Веут была представителем горцев, живущих в непроходимых горах. Едва ли не с малых лет она знала, какие участки дороги следует обходить, где достать воды и как выжить в горах, если ты потерялся. Вековое чутье, заложенное в генах, помогало распознавать оползни, сели и обвалы до того, как они случатся. Йошико необычайно гордилась тем, что её народ умел жить в гармонии с природой и, наверняка, осталась бы в горах, если бы не случай. Ей тогда было четырнадцать лет и для всех школьников её поселения организовали бесплатную поездку в столицу княжества. Тур обещал затянуться на несколько дней, что не мешало Йошико искренне полагать, что лучше родных гор она вряд ли что-то увидит. На города и столицы она в полной мере насмотрелась по географическому каналу, да и книжек прочитала немало. Поэтому восторгов сверстников разделять не спешила. Однако по истечении первых двух дней тура, она всё-таки вынуждена была признать, что утопающие в зелени и виноградных лозах города равнины имеют своё очарование. Столица покорила её дендрарием и парком фонтанов. Говорят, здесь были самые красивые фонтаны на Бинаре и, засмотревшись на игру воды одного из них, Амико согласилась, что, может, так оно и есть. Когда она закончила любоваться фонтанами в парке, то обнаружила, что отстала от группы. В её поисках она начала бродить по столице Веута и наткнулась на то, что видеть не должна была. В переулке избивали молодого человека, требуя какие-то сведения. Испугавшись, она спряталась за стену и попробовала ускользнуть и дозвониться до жандармерии. Но лидер группы поймал её раньше, велев никуда не звонить и сказав, что это дело разведки. Представившись агентом бинарской разведки, он попросил девочку молчать об увиденном. Последнее, что видела Амико, как пострадавшего молодого человека куда-то оттаскивали. Ей хватилось смелости проследить и запомнить направление. Оставшийся день в столице она мучилась вопросом, молчать ли ей. А вдруг это действительно разведка и ей не поздовится? Долго взвешивая все за и против, она, наконец, обратилась к экскурсоводу группы с просьбой показать ей местное отделение разведки. Гид удивился просьбе, но выполнил. На пропускном пункте удивились девочке, пришедшей кое-что уточнить. Навстречу ей выслали молодого агента, только что закончившего Академию. Амико с чистой совестью рассказала об увиденном и поинтересовалась, действительно ли это была разведка. К концу разговора, лицо агента резко изменилось и, спросив, не хочет ли она чаю или печенья, вышел. Его долго не было и Амико уже начала переживать, не натворила ли она дел. Когда агент появился, то сообщил, что это была не разведка и она только что спасла их агента. А пока, до окончания дела, её берут под защиту как ценного свидетеля, и она должна будет остаться здесь. К вящему неудовольствию Амико, она задержалась в столице дольше, чем планировала. После опознания избивавших неделю спустя её отвезли домой, где её встречали как настоящую героиню. А через несколько лет, когда встал вопрос о поступлении, к ней в горное село приехал спасённый ею когда-то агент и лично вручил приглашение на экзамены в Академию Бинарской разведки.
