Восход над Шалмари

— Порядок. Можно подниматься.

— Иду, — донесся голос Алиты. Семен вгляделся в темноту, но ничего не увидел. Выпрямился, подумал, не выжать ли носки, но решил, что толку будет немного. Алита появилась из люка на удивление быстро — сам Семен, по его ощущению, поднимался намного дольше. Он тут же подхватил ее и помог выбраться.

— Спасибо, — улыбнулась Алита, просто села на пол и пожаловалась, — устала я. Семен присел рядом:

— Потерпи, немного осталось, сейчас Вадик выберется и отправит тебя домой, Рорика мы можем и не ждать, мало ли что его там задержало — небось, не маленький.

Алита странно взглянула на него, открыла рот, собираясь что-то сказать, но так и не сказала. Обняла колени руками и задумалась.

— Не сиди на холодном, — сказал Семен. Давай я тебе хоть пальто постелю, его теперь все равно только выбрасывать.

— Действие третье. Те же и он! — из люка показалась улыбающаяся голова Вадика. Он вылез, отряхнулся, бросил пару взглядов в стороны и обратился к Алите с Семеном:

— Ну, в принципе, мне особо готовить нечего, могу прямо сейчас переправу организовать. Начинаем?

— Погоди, — сказал Семен.

— Погоди, не торопись, — сказал еще один голос, — Все трое быстро обернулись. Говорил неизвестно откуда взявшийся пожилой мужчина, лицо которого показалось Семену смутно знакомым. Еще он сразу обратил внимание на массивные черные браслеты, чем-то сразу ему не понравившиеся.

— Вы кто такой? — спросил Семен настороженно.

— Лацис, Сергей Ильич, — улыбнулся мужчина, — Семен, мы же знакомы. Неужели ты меня так быстро позабыл? Мы знали, что ты рано или поздно здесь появишься, поэтому не могли не позаботиться о достойном приеме.

— Ээээ... — сказал Семен, — о приеме? Но... вы же вроде не с ними.

Сергей Ильич улыбнулся:

— Тактический ход, Семен. Предполагалось влезть к тебе в доверие, а потом организовать побег, чтобы ты привел нас к ней, — Сергей Ильич указал на Алиту, — но этот чертов эльф опять все испортил. Впрочем, в конце концов, все получилось неплохо, не находишь?

Вдруг прозвучала громкое шипение, и фигура Сергей Ильича на секунду окуталась туманным ореолом.

— Черт, — сказал Вадик, недоуменно глядя в воздух перед собой, — не сработало, блин.

— Что, Данила-мастер, не выходит каменный цветок? — глумливо поинтересовался Сергей Ильич, — ты лучше и не пытайся, а то разозлюсь еще — и он легонько шевельнул левой рукой. Эффект, однако, был куда как заметен — Вадика сбило с ног и протащило по полу метров двадцать. Алита вскрикнула и прижалась к Семену, но Вадику этот полет, похоже, не сильно повредил — он тут же вскочил и принялся активировать защитные структуры.

Сергей Ильич вздохнул:

— Вадим Равикович, оставьте свои попытки. Даже если бы вам и удалось со мной справится, а по некоторым причинам я считаю это совершенно маловероятным, так почему же вы думаете, что я — единственная ваша проблема? Плохого вы о нас мнения, однако.

— О чем это вы? — спросил Семен, — стараясь, в первую очередь, отвлечь противника. Сергей Ильич улыбнулся:

— Как вы там говорили: Действие четвертое. Те же и... скажем, королевское войско.

Что именно сделал Сергей Ильич, и сделал ли вообще — Семен не заметил. Но зал вдруг заполнился множеством людей. С полроты автоматчиков стояли по периметру зала, а рядом с Сергей Ильичем просто из воздуха проявилось еще три человека. Двоих из них Семен даже знал — Арсеньева и Викторука.

Вадик издал сдавленное восклицание и быстро закрутил руками.

Арсеньев что-то гортанно выкрикнул и протянул в его сторону ладони. Прозвучал приглушенный хлопок, и на месте, где стоял Вадик, материализовался матово-черный эллипсоид двухметровой высоты. Вся четверка сначала удивленно на него вылупилась, затем Арсеньев фыркнул. Сергей Ильич начал сдавленно похохатывать. Викторук с незнакомцем же так и остались стоять с открытыми ртами, переводя взгляд с Арсеньева на новоявленный артефакт. 'Чем это вы его...', — начал было Викторук, но Семен его перебил:

— Что ты с ним сделал, сволочь?

Арсьенев странно посмотрел на Семена:

— Ничего я с ним не сделал. А теперь и не могу, — его начало мелко трясти, — Фактически, твой друг теперь абсолютно неуязвим.

Сергей Ильич перестал сдерживаться и громогласно захохотал. Арсеньев в унисон ему захихикал.

— Да что случилось, черт возьми! — взорвался Семен.

Арсеньев на секунду прекратил смех и воскликнул срывающимся голосом:

— Горе от ума!

И взрывы смеха зазвучали с новой силой. Глядя на них, автоматчики тоже заулыбались. Но, похоже, кроме этих двоих, никто случившегося не понимал. Семен, кипя негодованием, ждал.

— Кокон, — сказал, наконец, все еще посмеиваясь, Сергей Ильич, — пространственная свертка. Довольно сложная штука, надо заметить. Он теперь полностью отгорожен от нашего пространства, ну и, следовательно, защищен от любых воздействий на него.

— Ну и? Я не понял, чего смешного-то?

Отсмеявшийся было Арсеньев снова затрясся. Сергей Ильич же невозмутимо продолжил:

— Да, понимаешь, штука-то эта — двусторонняя, так сказать. Так что он нас теперь не видит и не слышит, а мы зато точно знаем, где он появится. И когда появится. Дело в том, что воздуха у него там ровно столько, сколько он захватил с собой в этом коконе. Минут на десять максимум, я думаю. Вот что значит избыток знаний при недостатке ума.

— Ну ладно, смех смехом, но надо подготовить ему теплый прием, пока он не понял всей прелести своего положения, — Сергей Ильич подошел к эллипсоиду и протянул к нему ладони. Мгновенно тот оказался затянут сложнейшей структурой, Семен даже не стал прикидывать, что к чему — это было намного выше его скромных познаний.

— Вот так, — Сергей Ильич отошел от кокона и удовлетворенно потер руки, — убивать мы его пока не будем, уж больно много интересного он успел узнать. Так, оглушим легонько, а потом, на досуге, поспрашиваем.

Сергей Ильич последний раз взглянул на кокон, укутанный структурой-ловушкой, и повернулся к Семену с Алитой.

— Ну что, молодые люди, — поинтересовался он обыденным тоном, — будем заканчивать?

Алита вздрогнула и покрепче прижалась к Семену.

— Нет, ну вы только взгляните, до чего трогательная сцена, — воскликнул Арсеньев, — можно подумать, мы тут Кащеи Бессмертные какие-то собрались.

— А то что, Иван-Царевичи что-ли? — огрызнулась Алита.

— Алита, доченька, пойми, во всех ваших бедах виноваты только вы сами... нет, не перебивай, да, и с нашей стороны были допущены ошибки, но ведь мы их признаем! Так имейте же смелость вы признать свои ошибки!

— А нам нечего признавать, — сумрачно откликнулся Семен. ('Где же ты шляешься, сукин кот?'), — мы ошибок не допускали.

Арсеньев переключился на Семена:

— А тебя, Семен — тебя я вообще не понимаю. Как ты мог? Предать не страну, даже не расу, а все человечество! Ты же, в первую очередь, человек! Как ты людям в глаза смотреть собирался? Или ты надеялся, что коты тебя к себе заберут?

— Не передергивайте, Виктор Степанович, — ответил Семен, напряженно вслушиваясь (послышалось, или...), — моя совесть чиста.

— А ведь он чего-то ждет, — вдруг вступил в разговор, внимательно следивший за Семеном, Сергей Ильич. При этих словах все вокруг подтянулись. Защелкали затворы.

— Чего ждешь, Семен? — спросил Сергей Ильич, пристально глядя ему в глаза.

Но Семен уже отчетливо слышал гудение, доносящееся из люка.

— Вы уверены, что хотите это знать? — почти весело поинтересовался он.

Гудение резко возросло, но раньше, чем все успели обернуться к люку, из него вырвалась стремительная фигура в обрамлении пары десятков белоснежно светящихся полос. Благодаря басовитому гудению и мерцанию полос, собравшихся в длинные треугольные крылья, эльф в полете напоминал гигантского бражника. На неуловимую долю секунды зависнув в метре над землей, Рорик метнулся влево, вдоль колонн, на лету обрастая структурами активирующихся заклинаний. Викторук, коротко и громко выматерившись, метнулся за прикрытие ближайшего постамента, выхватил автомат. Солдаты, упав, кто на живот, кто на колени, открыли ураганную стрельбу по летящей мишени. Полетела мраморная крошка, завизжали рикошетирующие пули, зазвенели падающие гильзы. Семен зажмурился, обхватив Алиту руками, пригнул ее вниз и присел сам, стараясь прикрыть ее, насколько возможно, своим телом. Шум, однако, кончился так же быстро, как и возник. Стрельба затихла, секунду еще слышался звон катящихся гильз, затем стих и он. Осталось только надсадное хрипение. Семен встал.

Хрипел Викторук. Корчась в круге света, удивительно похожем на круг от циркового прожектора, он пытался выползти в спасительную тень, но свет безжалостно следовал за ним. Рорик неподвижно висел под самым потолком в центре зала, только едва заметно шевелились полосы крыльев. Из небольшого светящегося шара в полуметре под ним тянулись пять прожекторных лучей. К все еще хрипящему Викторуку, к двум 'телохранителям', уже не хрипящим, и к Арсеньеву с незнакомцем. У последних дела обстояли получше: в воздухе над ними словно кружились мириады пылинок и, хотя круги света продолжали освещать их фигуры, губительное действие лучи явно теряли. Но одного взгляда хватало, чтобы понять, что положение их все равно плачевно. Из-под протянутых к противникам ладоней эльфа со звуком рвущейся материи непрерывно срывались ярко-голубые разряды, в самый последний момент отворачивающие от замерших внизу в напряженных позах фигур. Видно было, что отражение атак отнимает все их силы. Простые солдаты же лежали, не шевелясь, в разнообразных позах, все как один — с ярко выраженными на лице признаками смерти от удушья.

Над каждым плечом шавелара соткалось по дымному облачку, после чего в них образовались тускло светящиеся красные пятна и неторопливо двинулись вниз, таща за собой дымные хвосты. Собрав остатки сил, незнакомец в отчаянном рывке бросился в сторону, за статую Аполлона. Одна дымная комета продолжила движение к Арсеньеву, вторая же лениво вильнула и изменила направление движения, пройдя прямо сквозь колонну. В колонне осталась круглая дыра с неровными краями. Незнакомец закричал, и, размахивая руками, бросился к выходу, но комета резко ускорила движение и ударила бегущему в спину. Крик стих, прозвучал звук падающего тела. Вторая комета наткнулась на поспешно сотканную Арсеньевым структуру и потухла, дым лег вокруг него отчетливым полукругом. Но, защищаясь от кометы, Арсеньев на мгновение отвлекся, и то была его последняя удача: сразу три разряда впились в замершую фигуру, он потемнел, как-то съежился и упал. Одежда его потрескивала, из-под нее шел дым.

Рорик мгновенным движением оказался рядом с Семеном, схватил Алиту за плечи, поднял и поставил перед собой. Коротким взглядом окинул ее с головы до ног. Семен осматривал зал.

— Погодь любоваться, — тронул он эльфа за локоть, — тут еще один должен быть. Среди трупов его нет.

Рорик обернулся и медленно прошелся взглядом по залу. Семен готов был поклясться, что эльф смотрел отнюдь не глазами. Точнее, не только глазами.

— Я его не чувствую, — эльф обернулся к Семену.

— И это нормально, — раздался голос Сергея Ильича. Он вышел из-за колонны метрах в тридцати и спокойно смотрел на них. Никаких изменений в его облике заметно не было, разве что браслеты, с самого начала обратившие на себя внимание Семена, слегка светились. Но на эльфа они, похоже, произвели большее впечатление: разнообразные заклинания, окружавшие его причудливым ореолом, вдруг рассеялись, пропали даже 'крылья', и вместо них вытянулись несколько довольно простых щупальцеобразных структур. Рорик тут же начал закачивать в них энергию, так, что кончики 'щупалец' вскоре стали заметны в видимом спектре, создав вокруг фигуры эльфа два пунктирных светящихся полукруга.

— Удивлен, ар-койн? — поинтересовался Сергей Ильич, неторопливо приближаясь, — вижу, что удивлен.

— Арле кхаан к'ахн, — ответил эльф. Кончики структур вокруг него светились так ярко, что Семену пришлось прищуриться.

— Да, изгнанный, ты прав, — кивнул Сергей Ильич, словно не видя зловещих приготовлений, — твой соплеменник, действительно, из рук вон плохо выполнил свою задачу. Можно сказать, он ее вообще не выполнил. Так что индивидуальный защитный комплекс Основателей достался нам почти не поврежденным.

Круг огня, окруживший эльфа, вспыхнул нестерпимо ярко, с незаметной для глаза скоростью структуры метнулись к темной фигуре... и погасли. Только свечение браслетов чуть усилилось.

— Единственная сложность возникла с аккумуляторами, — продолжал между тем Сергей Ильич, — починить мы их не смогли, пришлось использовать свои разработки. Так что есть некоторый предел энергии, который комплекс может усвоить. Но у тебя столько энергии просто нет. А в остальном — мы восстановили функции комплекса полностью.

Окружающее пространство вдруг пришло в движение. Семен, ожидавший нападения, отпрыгнул в сторону, схватил Алиту за руку, но тут же заметил, что это движение не представляет для него опасности. Все мелкие и не очень предметы, рассыпанные вокруг: пули, гильзы, автоматы, осколки камня — вдруг поднялись в воздух и, набирая скорость, устремились к фигуре в светящихся браслетах. Каждый предмет, подлетая на достаточно близкое к цели расстояние, вдруг вспыхивал ярко-красным светом, так, что скоро вокруг противника образовался шар цвета красного каления. На долю секунды Семен поверил в победу, но тут же увидел, что шар пропал, а враг стоит, невредимый, в середине круга расплавленного камня. Пахло горелым металлом. Сергей Ильич перешагнул через багрово светящийся круг и остановился. До него оставалось метров пять.

— Ты невнимательно слушал, — произнес он укоризненным тоном, — я сказал: восстановили полностью.

Эльф наклонил голову:

— И...

— Тоже, — кивнул Сергей Ильич.

Дальнейшего Семен не увидел. Происшедшее заняло не более секунды, и было незаметно для человеческого взгляда. Размазанное движение, занявшее ползала, размазанные вспышки, ветер и слитный многоголосый звук — вот и все что ощутил Семен, перед тем как увидеть, что Рорик лежит, буквально пришпиленный к каменному полу несколькими металлическими штырями, в которых Семен с удивлением узнал стойки наружной металлической ограды. Алита всхлипнула, вырвала руку и бросилась к эльфу.

— Не стоит так переживать, — иронично заметил Сергей Ильич. Браслеты ярко светились, он был местами опален, местами ранен; из нескольких порезов текла кровь, но на ногах стоял твердо и падать в обморок, как это ни печально, явно не собирался, — с его регенерацией дай ему часа три-четыре, опять будет прыгать, как козлик.

Алита повернула голову и с надеждой взглянула на говорившего, но тот сделал неприступное лицо:

— А вот этого, моя дорогая леди, я никак допустить не могу. И не просите.

Алита вскочила, и, сжав кулачки, бросилась на Сергея Ильича, подбежавший Семен едва успел схватить ее за талию и оттащил назад. Алита всхлипывала и вырывалась.

— Благодарю тебя, смелый рыцарь, — Сергей Ильич отвесил насмешливый поклон, — я предпочту провести еще три таких боя, чем подвергнуться нападению разъяренной женщины.