Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Мой ректор военной академии


Опубликован:
16.11.2015 — 16.11.2015
Аннотация:
Жизнь за жизнь, сына - за сына... Что может быть справедливее? Но, соглашаясь помочь свергнутой правительнице, Вероника и подумать не могла, что она теперь станет не только беглянкой, жительницей другого мира. Экономкой в поместье... Но и любимой... Книга на конкурсе "Руны любви" на фан-буке. Отправлен на финал конкурса, ждем результатов)
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

Четыре комнаты, которые мы сняли, были чистенькими и неплохо обставленными, столовались мы у хозяйки, мальчишек я в свободное время занимала рассказами по истории России или отправляла фехтовать в специально оборудованные для этого залы — по принципу, чем бы ребенок не занимался, лишь бы утомился как следует.

А я... Я осталась предоставленной самой себе. Читать целыми днями было скучно, Интернета не было, всяческими рукоделиями — как мне было положено в этом мире — я заниматься не умела. Да и потребности такой не испытывала. Иголка в руках, а также крючок или спицы, рождали во мне как чувства бурного протеста, так и дикого раздражения. К ним прибавлялось еще и желание в кого-нибудь это богатство воткнуть. В общем, прощай нервная система.

Преподавателей-женщин в этом мире не было, да и чему я могла учить? Русской истории?

Было скучно.

Чтобы как-то занять себя, я много гуляла по городу Роттервику, узнавая столицу империи. Город был красивый. Узкие, мощеные серым булыжником улочки, вытянутые вверх дома с красной черепицей и яркая, сочная — словно и не осень — зелень парков и скверов, которых тут было множество. Неспешно несущая воды река, что разделяла город на Нижний город — в нем жили люди попроще — и Верхний. Там за узорчатыми чугунными оградами стояли особняки аристократов и находились правительственные здания. И императорский дворец. На который, правда, я смотрела издали.

А осень, тем временем, шла своим чередом. И в это воскресенье мы с мальчишками решили отправиться на прогулку в парк неподалеку. Парк этот примыкал к летней резиденции императора, но гражданам империи дворянского происхождения вход в него был разрешен. Все-таки я не понимала, как имперцы понимали у кого какое происхождение. Документов, действительно, никто ни у кого не спрашивал. Однако во всех случаях меня и мальчишек именовали дворянами. Интересно.

Когда я удивлялась — почему это происходит, Рэм смеялся и отвечал мне:

— По манере поведения, миледи Вероника!

Я и мальчишки спокойно миновали ворота императорского парка. Остановились полюбоваться фигурами воинственных грифонов, что увенчивали ворота парка и через равные промежутки были расположены на высоченной, но изящной кованой ограде, что окружала летнюю императорскую резиденцию.

— Черный грифон, распластавший крылья — это символ императорского дома Тигвердов, — просветил нас с Паулем Рэм. — Символ воздаваемой справедливости и победоносного властителя. Соединение острого ума и безграничной силы. Изображенный на золотом щите является к тому же гербом всей империи Тигвердов.

— Красив, — восхитилась я. — Надменен, но красив.

— Еще и беспощаден, — покачал головой герцог маленького, но свободолюбивого государства, что издавна боролись за свою независимость с империей.

— А у нас орел двуглавый, — пробормотал под нос сын. — Мам, а они чем-то похожи, не находишь?

— Оба обозначают могущество и власть, может, еще независимость своей страны — крылья-то расправлены, — пожала я плечами. — Цвета — золотой и черный.

— Птички, — рассмеялся мой неисправимый сын — и на этом мы влились в поток гуляющих.

И мы неспешно пошли по дорожкам, посыпанным розоватой гранитной крошкой. Один в один как в нашем мире, например, в Петергофе. На вершине холма возвышался белоснежный замок — но к нему мы не сунулись. Пошли в противоположную сторону.

Вообще, если не слушать чужую речь и не смотреть на людей в одежде, которую у нас не носили лет двести, то можно было представить, что мы дома. А все произошедшее с нами — это лишь сон. Странный, но увлекательный.

Я опустилась на скамейку, опоясывающую раскидистое дерево. Рэм и Пауль посмотрели на меня насмешливо — и унеслись, перед этим побросав захваченные из дома шпаги рядом со мной.

Закрыла глаза — прислушалась к звукам окружающего меня мира.

Играл оркестр — что-то на три такта, очень похожее на вальс. В кронах деревьев легко шумел ветер. С этими звуками переплетался неспешный гул голосов, в котором время от времени слышались счастливые, даже ликующие детские крики.

Подбежал Паша... Нет, мы договорились, что здесь, в этом мире, он Пауль... Такое имя у них было. Значит, надо называть его как положено, даже наедине или в уме... Подбежал Пауль, взял со скамейки, где я сидела, шпаги — и унесся к Рэму. Фехтование было у моего сына... больше, чем увлечением. Он им жил. Тренировки в школе олимпийского резерва — пожалуй, единственно, чем он был увлечен. А Рэму хорошо фехтовать было положено по статусу. И в этом мире, как я поняла, сражались холодным оружием. И магией.

Я прикрыла глаза, впитывая неяркое осеннее солнышко, и попросила кого-то:

— Пусть все обойдется... Пожалуйста, пусть все будет хорошо...

— Да неужели я много прошу, — услышала я рядом с собой раздраженное мужское брюзжание. — С точки зрения обороны страны или организации учебного процесса — это вообще мелочи... Так нет же!

Я распахнула глаза и с огромным интересом посмотрела на того, кому организация обороны страны и учебного процесса — равнозначные понятия. Как преподаватель я с ним вполне согласна. А что — человек однозначно понимает, о чем рассуждает... Приятно.

— Вот скажите мне, — обратился вдруг ко мне мужчина. — Как вы делаете так, чтобы прислуга вела себя адекватно: делала то, что приказано и не лезла туда, куда не надо? И, главное, чтобы они не варили мне на завтрак овсянку?

— Что? — изумилась я.

— Простите за бестактность и крайнее нарушение приличий, — резко и недовольно замотал головой незнакомец. — Мне попросту не к кому обратиться.

— Ничего страшного, — уставилась я на него.

Не сказать, что внезапно заговоривший со мной был красив. Слишком твердые губы, слишком узкие. Нос... Скорее выразительный и... большеватый. Отметила высокий рост, широкий разворот плеч, гордую осанку. Недовольные черные глаза — сверкающие. И в довершении портрета — светлые волосы, достаточно длинные, чуть вьющиеся на затылке. Странного серебристого оттенка. Блонди-и-ин? Или седина с таким интересным отливом?

И, главное, смотрит так требовательно... Нетерпеливо дожидаясь ответа.

— Я просто не понимаю сути проблемы, — заговорила я. — Думаю, если четко поставить задачу и несколько раз проследить за правильностью исполнения, то можно всего добиться.

— Золотые слова, — пробормотал мужчина. — Только вот у меня не получается. Понимаете, я хочу покоя. Хотя бы вечером. И не хочу знать, как ведется домашнее хозяйство. Но у меня складывается ощущение, что прислуга делает мне все назло. И камердинер мне только что доложил, что очередная экономка собрала вещи. И ушла. А теперь мне отказалось помогать агентство по найму. Дескать, я выдвигаю непосильные требования.

Против моей воли — я видела, что мужчина по-настоящему расстроен и весьма раздражен — и злить его еще больше было бы глупо — мои губы расплылись в улыбке. Он с таким возмущением проговорил "экономка ушла", будто его, по меньшей мере, жена бросила.

Я хихикнула. И тут же сказала:

— Простите.

— Вы считаете, что это и не проблема вовсе? — словно прочитав мои мысли, спросил мужчина.

— Не то, чтобы да... — аккуратно сказала я.

Тут его взгляд сместился — и из возмущенного стал настороженно-любопытным. К нам, не убрав шпаги в ножны, подходили Рэм и Пауль. И у меня язык не повернулся назвать их мальчиками — это были молодые мужчины, собравшиеся защищать то, что им дорого — меня.

— Смотрите, как правильно заходят, — с непонятным восторгом проговорил мужчина. — С двух сторон, боком. С правого плеча. Это?

— Мои сыновья, — поднялась я со скамейки.

— Молодые люди, — чуть склонил голову мужчина, когда Рэм и Пауль приблизились достаточно. — Я не представляю угрозы. Конечно, проявил бестактность, заговорив с вашей матушкой, не будучи ей представленным, но, я надеюсь, вы извините мне это.

— С кем имеем честь? — холодно поинтересовался Рэм.

Брови незнакомца взлетели вверх. Лицо приобрело выражения смеси крайнего удивления, легкого раздражения. И... восторга, что ли...

— Какая восхитительная...

— Гордость, — перебила я его, опасаясь, что Рэм сейчас окончательно сорвется. — Именно она, милорд. Больше попросту, у нас ничего не осталось. Хорошего вам дня.

И я отвернулась от него, показывая, что разговор окончен.

— Молодые люди, — обратилась я уже к мальчикам. — Мне ничего не угрожает. Можете продолжать свои упражнения.

Я решила, что мальчишек надо убрать — еще нам ссоры, которая привлечет внимание, не хватало...

Рэм и Пауль коротко поклонились и отошли.

Мужчина остался на месте.

— Простите, если показался грубым, — вдруг сказал он. — Я — Ричард Фредерик Рэ, лорд Верд, бастард его Величества.

— Вероника Лиззард, — представилась я.

— Вот так... А почему выдуманным именем-то? — скривился мужчина. — Вы — явно дворянка — и по манерам, и по одежде. А такого имени в перечне дворянских родов попросту нет.

"Конечно, имя выдуманное! Лиззард — это вообще ящерица по-английски. Да и то, что я дворянка — тоже не правда. Бабушки и дедушки — кто крестьяне, кто шахтеры. А спина прямая — потому что танцами много лет занималась", — подумалось мне, но вслух я сказала:

— Я называюсь выдуманным именем, потому что я хочу предложить вам экономку. Умение выполнять распоряжения, приведение в чувство прислугу, Организация вашего покоя и уюта в доме... Это могу гарантировать.

— И эта экономка, как я понимаю...

— Я, милорд. Под своим именем работать было бы неловко.

Не знаю, как эта идея возникла в моей голове, но с каждым мгновением она нравилась мне все больше и больше. К тому же, те, кто нас выслеживают, подобной случайной встречи точно не смогут просчитать.

И значит, мы будем в безопасности.

Осталось уговорить моего случайного собеседника, что это идея — хорошая. А судя по тому, как он хмурился, ему так не казалось.

— Вы — и экономка... — сказал он наконец. — Это смешно.

— Разве обедневшие дворяне не работают экономками или гувернантками? — возразила я.

— Да, но... Вы не выглядите, как обедневшая дворянка. Слишком хорошо одеты. Слишком уверены в себе.

— Это так, — согласилась с ним я. — Но боюсь, проданных драгоценностей надолго не хватит.

Он замолчал, обдумывая мои слова.

— Мда... — покачал милорд головой. — Так оригинально я прислугу еще не нанимал.

— Скажите, — полюбопытствовала я. — А в прошлые разы — когда было все, как положено — вам нравился результат?

— Нет, — в глазах мелькнула усмешка. — Очень не нравился. А вам так нужна работа?

— Если вы интересуетесь, как у меня с деньгами... Мы не бедствуем. Пока, во всяком случае, но есть ряд обстоятельств...

— Подходим к самому главному... Что вы хотите взамен?

— Хорошее учебное заведение для моих сыновей, — решительно ответила я. — Как вы понимаете, уже осень и шансов у нас немного. Ждать следующего года — не хочется. А вы, когда подошли к скамейке, что-то говорили об организации учебного процесса. Следовательно, вы к этому имеете непосредственное отношение. И сможете нам помочь.

— А что вы только сейчас всполошились? Не летом, когда положено?

— Летом, — вздохнула я. — Летом все было по-старому... Мне и в голову не приходило, что я, оставшись без крова, схватив сыновей и драгоценности, буду вынуждена бежать. И куда-то их потом пристраивать.

— Может быть, вам не искать сложных путей и обратиться к его величеству? Император суров, но милостив. И если вас преследуют... Или угрожают... Или...

— Простите, это не возможно.

— Вы преступница? Вас разыскивают за совершение какого-нибудь преступления?

— Нет, — удивленно посмотрела я на него. — С чего вы взяли?

— Я просто вас проверяю. Предупреждаю, я чувствую ложь. Продолжим?

— Прошу вас, — чуть наклонила голову я.

— Вы замышляете что-то против Империи?

— Нет, — отрицательно покачала головой я.

— Что-то против меня лично?

— Нет. Ни против вас, ни против Империи я ничего не замышляю.

— Вы хотите войти в мой дом только по тем причинам, которые вы изложили?

— Я хочу, чтобы мои сыновья занялись делом, чтобы они имели возможность занять то положение, которого достойны. Что касается меня — я хочу крыши над головой. И...

— Договаривайте, — приказали мне.

— Не боятся.

— Вы говорите правду. Надо же, — отчего-то удивился он.

— Вас удивляют люди, которые говорят правду?

— Весьма и весьма, — улыбнулся чему-то он. — Только у меня два вопроса: как вы свое решение будете объяснять сыновьям? И под какой фамилий мы будем их зачислять на первый курс Имперской Военной академии, которой я имею честь руководить?

— На счет фамилии я не знаю. Простите. А с сыновьями я договорюсь.

— Да уж, будьте добры. Кстати, фехтуют они превосходно.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Мать! Ничего, что я так официально? — патетично обратился ко мне сын, когда я рассказала о своей идее, где можно переждать грозу. — Ты совсем спятила?

— Тон смени. И лексику подуйми, — рекомендовала я отпрыску и посмотрела на Рэма.

— Конечно, с матерью так разговаривать нельзя. И Паулю необходимо развивать такую черту характера как сдержанность, но что-то рациональное в его возмущении есть. Сударыня, вы хоть представляете себе, кто такой лорд Верд, с которым вы имели неосторожность заговорить?

— Нет. И, кстати, это он заговорил со мной.

— Это роли не играет.

— И кто такой лорд Верд? Где-то я слышала его имя...

— Это бывший главнокомандующий Имперских вооруженных сил, — торжественно объявил Рэм. — Его еще называют имперским палачом.

— А... — вспомнила я. — Это я про него в газете читала, что император отправил его обучать детей в какую-то академию?

— Про него, — кивнул Рэм.

— Так это же хорошо, что мы его встретили, разве нет?

— Он жестокий, страшный человек, — покачал головой Рэм. — Внебрачный сын Императора. Победитель всех последних военных компаний Империи. Подавлял бунт в Западной провинции — залил ее кровью восставших. До этого организовывал захват крепостей по границе с Османским ханством на юге.

— Я собираюсь работать у него экономкой, а никак не засланкой повстанцев, — пожала я плечами. — Поэтому мне вряд ли что-то угрожает.

— Он сильный маг. Про него ходят слухи, что он умеет чувствовать ложь.

— Я так поняла по нашей беседе, что это правда.

— Он допрашивал тебя? — возмутился Паша.

— Задал несколько вопросов. А что тебя удивляет? Он первый раз в жизни меня видит. Ему же надо понять, кого в дом впускаешь.

— И что ты сказала?

— Правду. И вам рекомендую — наверняка, он будет беседовать и с вами. Так что давайте договариваться, какую именно правду мы будем ему сообщать.

— Все-таки, мам, я с тебя фанатею! — признал мое совершенство сын через какое-то время, когда мы проговорили основные вопросы. — Ты действительно не сказала ни слова неправды.

— Мы ничего не замышляем против Империи или против милорда. Мы действительно в затруднительном положении. И нам нужен дом, где мы могли бы укрыться. Лиззард — не наша фамилия. Нашу мы не можем сообщить. А дальше — все вопросы к маме. Все.

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх