П.Р.Г. в К. Третий сезон. Серия 3 - 4

Серия 4

Эпизод 1. Спальня в номере на космической станции

Из глубокого сна Данилу вырвал громкий стук.

Он открыл глаза и в первое мгновение не понял, где находится. Нежно розовеющий под лучами восходящего солнца потолок оказался неожиданно близким. Будто он на втором ярусе кровати спит, как...

Он на конкурсе "11 провинций"?

Победа, подготовка к дебюту, сам дебют ему что, приснились?

Он повернул голову и вздохнул, то ли разочарованно, то ли удовлетворенно, сам этого не понял.

Нет, не приснились. Как не приснилось и кое-что другое, к сожалению...

Он на космической станции. И потолок вовсе не подсвечен утренним солнцем, он сам светится розоватым светом.

Будто отвечая на мысли россиянина, потолок разбавил свою розовость и начал белеть. Это он намекает на то, что утро уже не такое раннее и пора вставать.

Данила прикрыл глаза и постарался вспомнить, что ему снилось, и с огорчением понял, что ничего. Колдун так и не нарисовался. Как не нарисовался ни вчера, ни позавчера, ни вообще за все время проведенное тут. А, кстати, сколько они здесь сидят? Девять дней? Десять? Больше? Или все же меньше? Данила попытался подсчитать и не смог. Как люди раньше без смартфонов жили? Надо было хоть черточки где-нибудь рисовать, наподобие узников архаичных узилищ... Может теперь начать? На стене не факт, что получится, уж больно здесь стены/потолки технологичные, но вот где-нибудь на кровати процарапать... Почему нет?

И если бы только в количестве проведенных здесь дней Данила сомневался. Сидя, вот так, как они, за запертыми в четырех стенах, начинаешь сомневаться в том, что за этими стенами находится. Там, на "космическом корабле", в компании Дамы облаченной в футуристический доспех, Данила почти уверился, что их и правда похитили космические пираты, а теперь снова сомневается. И не он один. Впрочем, версия реалити-шоу вызывает еще больше сомнений. Как говориться — куда ни кинь — везде типичное "не понимаю"... А сомнения оказались очень поганой штукой — они подтачивают боевой настрой, делают все зыбким, как кислотой разъедают уверенность не только в окружающем мире, но и в самом себе. Колдун мог бы помочь, а он не хочет, зараза... Если б даже не посоветовал чего путного, разозлил бы своими невнятными требованиями так, что бороться за себя захотелось бы с новой силой. Назло. Мастак он на такое... Гад зубастый... Неужели и впрямь на Земле остался? Куда ему за космическим кораблем угнаться? Не ракета чай.

Данила стиснул зубы. Стоп себя жалеть!

Громкий, требовательный стук в дверь повторился и тут же, не дожидаясь отклика, в комнату заглянул менеджер Ален.

— Еще не встали? Лежебоки. Давайте в темпе! Пятнадцать минут на утренние процедуры, через пятнадцать минут завтрак.

Менеджер исчез.

Внизу бесшумно поднялся Пен Гу, сделал пару шагов и его тут же скрыла упавшая сверху переборка суперсортира.

Зашевелился Дэннис. Он соскочил вниз со второго яруса кровати без помощи всяких излишеств, вроде лестницы. Можно не торопиться, Пен Гу, затем Дэннис, четыре-пять минут в запасе есть.

Данила сел на кровати и принялся растирать икры — ноют, заразы.

Новый стиль, который они вынуждены осваивать, действительно оказался новым. Местами. На самом деле множество движений повторяли знакомые. Если подумать у любого человека две руки, две ноги, количество возможных телодвижений должно быть большим, но конечным. Ничего странного, что многое совпадает. Но и незнакомых элементов более, чем достаточно. Хотя Дэннис все равно возмущается, что иномирские танцы/песни подозрительно похожи на привычные, земные. Вернее не просто земные, а конкретно К-поперские, и подобно самому Даниле стал часто упоминать вполне земное реалити-шоу, в котором их используют втемную. Пен Гу с ним спорит, уверяет, что кое-что из испытанных на космическом корабле эффектов на Земле не воспроизводимо. Пен Гу молчалив, но иной раз как упрется... А как по Даниле, так тутошний стиль что музыки, что танцев не очень-то на К-ПОП и похож. Да, услышанные парнями треки не кажутся совсем уж космически чуждыми, да и танцы на пляски зеленых пауков не тянут, но экзотичные и совершенно незнакомые интонации в мелодиях и гармониях очень даже чувствуются. И Данила не знает на Земле страны или направления, откуда подобные интонации можно было бы позаимствовать. А аранжировка? Если вслушаться, среди знакомых вроде бы духовых, струнных и далее по списку, невозможно опознать конкретные инструменты. Кажется иногда, что узнал, а потом понимаешь, что нет, не скрипка это. Или не гитара. Не флейта, хоть и звучит точно так же нежно. Допустим все эти звуки — синтетические, но большинство синтов в попсе общеупотребимы и хорошо знакомы, композиторы при написании новых произведений только разбавляют стандартный набор парочкой новых, вновь созданных звуков, иначе каждую песню им пришлось бы создавать годами. Дэннис при озвучивании подобных аргументов замолкает, недовольно поджимает губы, а потом начинает ворчать, что все равно слишком похоже. А что он удивляется? Люди же вокруг, не пауки разумные. А человеческая музыка подчиняется человеческим же законам психологии. Чего бы ей и не быть похожей? Попса, она и в космосе попса. ("А ты их изучал, эти самые законы психологии?" — кривится в насмешке Дэннис. Тут уж приходиться отмалчиваться и поджимать губы Даниле). В танцах то же самое. Отличия есть, и довольно существенные (Данила потер ноющие икроножные мышцы — жертвы тех самых отличий), но и сходства немало. Однако, придумай земной хореограф подобный стиль — фиг бы он его устроителям шоу отдал, он и без шоу озолотился бы. А с другой стороны, новый стиль тоже двигать надо, а шоу — чем не продвижение?

В общем, темна вода во облацех. Сколько ни думай, к однозначному выводу прийти невозможно. Особенно, сидя в четырех стенах и не видя ничего кроме них. (А колдун все же скотина зубастая... Ему-то за стенку заглянуть — не проблема).

— Ты идешь? Или моя очередь? — Сан У уже не лежит, а стоит и на Данилу смотрит.

— Иди, я за тобой.

— Я быстро.

Действительно, Сан У несмотря на всю свою любовь к обстоятельности уложился в полторы минуты. Даже в этом проявляет заботу о товарищах, пытается оставить побольше времени другим. Если они все вместе в пятнадцать минут не уложатся, менеджер Ален будет нервничать и ругаться.

Едва Сан У с мокрыми прядями надо лбом вынырнул из санузла прямо сквозь серую переборку, Данила поспешил на его место.

— Джи Су, ну-ка глаза продрал! Сколько дрыхнуть можно? Щас я тебя самолично в сортире умою, с целиковой головой вместе, — о Дэннис к пробуждению всех и вся подключился. Надо поторапливаться.

— Не умоешь, тут сортир для макания головы не приспособленный...

— Слушай Сан У, наш младшенький совсем страх потерял. Ты ему слово — он тебе два!

— Неправда! Я же честно проснулся! Ты должен меня хвалить...

А и правда Джи Су совсем страх потерял. А ведь когда то он Дэнниса боялся и не доверял...

Встрепанный макне занял место умытого Данилы.

— Эй Шотаро. Менеджер Ален тебя уже с завтраком ждет. Сейчас сам все съест.

— А? Сонбеним Ален? Он тут был?

Заполошно вскочивший Шотаро ринулся в сортир, натыкаясь на чужие кровати.

— Эй! Там занято!

— Да ладно, зубы и вдвоем чистить можно...

-А если Джи Су там вовсе не зубы чистит?

— Я ему не помешаю, — ответ раздался уже из-за серой переборки.

Хрен с ним. Вряд ли Джи Су так уж сильно смутится, он в своей семье не особо привык к приватности. Хотя сортир — это, пожалуй, чересчур. Но Шотаро, осознавший, что не успевает выполнить распоряжение любимого сонбенима, мало похож на образец вменяемости. Будем надеяться, не подерутся они там, в сортире. А подерутся — разнимем, благо запоров в иномирском санузле не существует.

Завтрак, так же как и ужин, самозарождается в стенной нише. И особо рассусоливать с этим завтраком менеджер Ален не позволяет. Закидали в себя еду? Самое время приступить к отработке произношения (читай, к скороговоркам). Уложился завтрак в брюхе — пора от речевой практики переходить к двигательной.

Любопытно. Дома их бы заставили сначала размяться, а уже потом завтракать. Можно ли считать это доказательством того, что они все же в иномирье?

После разминки, хорошей такой разминки, включающей повторение выученных уже базовых движений, следует вокал, на котором сонбеним уделяет внимание в основном Шотаро, остальным по остаточному принципу. Тем более, что часть группы до сих пор не демонстрирует своих вокальных возможностей. Но распевки вполне хватает разогреть связки, так что Данила не особо беспокоится о своей состоятельности как певца после возвращения домой. Впрочем, айдолы даже после армии как-то восстанавливаются. Раз им удается, то и Данила сможет, даже если вовсе петь не будет.

После вокала еще раз танцы, теперь уже не разминка, а всерьез. Снова отработка выученных базовых движений и элементов, освоение новых, и на закуску отработка связок, которые войдут в постановку, которую они, по представлениям менеджера, продемонстрируют на аукционе. А аукцион, судя по всему, будет похож на самое банальное прослушивание, только в присутствии представителей не одного агентства, а нескольких.

Эпизод 2. Танцстудия в номере на космической станции

Эту связку они разучивали вчера, сегодня закрепляют. А завтра уже должны соединять весь танец в одно целое. Сразу с вокалом, который они уже выучили.

Итак. Сначала приблизительно из третьей позиции (по земной терминологии третьей) нужно подняться на высокий носок. На очень высокий носок, практически балетный постав стоп, затем боковой мах правой до уровня чуть выше горизонтали и зафиксировать. После маха, именно после, на следующий бит, левая опорная нога падает на пятку, правая одновременно поднимается чуть выше, чтоб для зрителей как бы остаться на прежнем уровне и одновременно подчеркнуть движение вниз всего остального тела, корпус слегка отклоняется влево, правое плечо уводится назад. Следующий бит — до сих пор оттянутый носок правой резко на себя, фиксация буквально на мгновение и тут же носок начинает круговое движение, которое после четверти оборота совмещается с движением ноги вниз, нога опускается с заводом назад, за левую ногу, постанов на пятку и тут же, одновременно руки через стороны поднимаются над головой, правая идет ладонью вверх, левая ладонью вниз, корпус еще на пару тройку градусов отклоняется влево, на следующий бит, вновь подъем на высокий носок, стопы почти вместе левая впереди, правая сзади, правое плечо остается отведенным назад, лицо смотрит на зрителя, руки в вытянуты вверх и скрещены над головой в запястьях. Фиксация позы, замереть на четыре бита. Замереть — не так просто, как кажется, поза крайне неудобная для поддержания равновесия, но земляне справляются, чувство баланса у всех отработано неплохо.

Со стороны связка смотрится красиво и, для земного глаза нелогично, начало движения практически балетное, середина вполне тянет на хип-хоп, а заключительная стойка отдает испанцами. И эта нелогичность завораживает. Далее пойдет снова резкое падение на пятки, полуповорот... Но это уже следующая связка, а они сейчас отрабатывают эту.

Надо сказать, что осваиваемый стиль очень активно использует работу стопы по вертикальной составляющей, что непривычно. И "высокий" носок еще не главная беда, хотя по мнению их нового учителя над стопой и подъемом им еще работать и работать. Хуже, когда нужно делать повороты на носке "низком". Пятку в этом случае положено отрывать от пола не выше, чем на пару сантиметров, четыре — уже криминал. Пока разучиваешь движение — ничего сложного, но как только Данила начинает работать связками, пятка, которую парень не привык контролировать так жестко, норовит уйти выше и менеджер ругается, что танец выглядит грязно. Кроме высокого и низкого, есть еще носок "средний" — это когда линия от мысочка до косточки на лодыжке составляет ровно сорок пять градусов по отношению к полу (двадцать пять, парень, двадцать пять, привыкай к местной терминологии!) Глядя в зеркало, нужное положение принять не трудно, но вот для того, чтобы данный постав стопы засел на подкорку, чтобы правильно исполнять его думая вовсе не о ногах, а о руках, например, или вовсе об общей экспрессивности танца, нужно гораздо больше времени, чем десять дней. А менеджер торопит, до "смотрин" осталось не так много времени.

Кроме работы стопы по вертикали, много движений стопой в воздухе. Тут и кистями рук работают очень активно, но это еще ладно, но когда стопой начинают крутить точно так же как кистями — очень непривычно.

— Джок, Сану, слишком сильно корпусом работаете, это не наклон, это просто способ сделать движение более выразительным. Посмотрите на Шотаро. Шотаро! Что за вихляние? Я тебя в пример ставлю, а ты вихляешь! Давай сам один в замедленном темпе. В зеркало себя контролируй. Раз, и, два, и...

Еще в тутошней хореографии корпус играет гораздо меньшую роль, чем дома. Не то, чтоб туловище в танце вовсе не задействовано, очень даже задействовано, сами только что видели, но его роль всегда вспомогательная, корпус никогда не "рисует" танец. Никогда от слова "вообще". Недоработка, на взгляд Данилы. Обедняются ведь возможности! А волны? Волн корпусом практически нет. А так же нет и целой кучи движений — производных волн, эдаких полуволн и недоволн. Кое-что есть похожее, но... не то. И это тоже сбивает с толку, когда полуволну заставляют делать...ммм... неправильно. Но ведь правда неправильно! В привычном формате полуволна гораздо красивее и логичнее! Жаль, менеджер Ален так не считает.

Эпизод 3. Общая комната номера на космической станции

Обед, в отличие от завтрака и ужина вовсе не самозарождается в стенной нише. Обед привозит живой человек! Конкретнее, в меру упитанная официантка, (или ее правильнее называть доставщицей?). Вернее обед она не приводит, а сопровождает самоходный сервировочный столик. Самоходный, но не роботизированный. Она входит вслед за самоходкой, ловко расставляет блюда и приборы на столе в гостиноприхожей, а также выясняет предпочтения узников в еде на следующие сутки с помощью семи листочков красочно оформленного меню. То, что будет доставлять вечером-следующим утром стенная ниша, и то, что доставит завтра она сама, зависит от выбора пленников. Вот только без ложки дегтя не обходится, обсуждать темы, не касающиеся еды, официантка отказывается напрочь! Просто не реагирует на соответствующие вопросы. После пары попыток их еще и менеджер Ален отругал, мол, ставят женщину в неловкое положение! Чем, спрашивается? Они же не пытались выяснить, как сделать отсюда ноги или куда нажаловаться на похитивших их пиратов. Нет, просто любопытствовали большая ли станция и сколько на ней людей. Фигу! Не удалось даже подтвердить, что это и впрямь космическая станция, а нравоучения менеджера потом пришлось полчаса слушать...

Данила все равно ждет обед: во-первых, все равно приятно посмотреть на новое лицо, а то все остальные уж больно примелькались, а во-вторых...