Минимально необходимое воздействие-6

— Заместителя главного врача нашей поликлиники.

— Вы уверены? И можно посмотреть ваш паспорт?

— Конечно, уверена, я работаю в поликлинике уже пять лет. Моего паспорта у меня с собой нет, только служебное удостоверение, вот оно.

Изучив удостоверение, Андрей вернул его медсестре, и задал риторический вопрос: Кто же тогда проходил тестирование?

Всем кроме медсестры стало понятно, что это был подставной.

— Я могу идти? — нарушила молчание девушка. — Только верните мне, пожалуйста, паспорт Ираклия Давидовича.

— Можете. Ну а паспорт до прояснения небольшого недоразумения временно останется у нас, — сосед Дениса достал из кармана красные корочки своего удостоверения.

Дождавшись ухода испуганной медсестры, комиссия продолжила работу, просмотрела результаты тестов и зафиксировала их протоколом, подписанным, в том числе, и сотрудником местного Квалификационного комитета. А результаты, на взгляд Дениса, были грустными: три из десяти не дотягивали до пяти, выше шести баллов получили только двое, причём один из них, не вошедший в протокол подставной, единственный, набравший, между прочим, твёрдую восьмёрку. Поговорив с остальными программистами, он узнал, что и в других группах картина была похожей, не было только подставных.

Уже вечером в гостиничном номере Денис спросил своего соседа, оказавшегося сотрудником совсем другого комитета, какие последствия ждут врачей, показавших неудовлетворительные результаты тестов, а также Ираклия Давидовича Гелашвили, вместо которого отвечал другой человек.

— Нарушение хода тестирования считается административным правонарушением, но возможно, что по результатам этих выборочных проверок наказание будет ужесточено, как и условия самих проверок. Вопросы также вызывает качество работы местного Квалификационного комитета. Что касается "врачей", которые плохо понимают в своём деле, то это дело врачебных комиссий. Ну и нужно разобраться, кто и как им выдавал дипломы. Хотя делать выводы пока ещё рано, посмотрим, что будет происходить завтра.

* * *

Сегодня у меня идёт сборка прототипа ЕС-1048, первой машины на базе урезанного процессора ПУСК-4 со 120 тысячами транзисторов на одном кристалле. Последнее достижение в динамической оперативной памяти, 40 микросхем ДОП-4 информационной ёмкостью 128 килотетрад каждая, дадут 5 мегатетрад ОЗУ. В комплекте также гермодиски по 100 мегатетрад и съёмное ППЗУ на микросхемах ПЭС-3 ёмкостью 1280 килотетрад (20х64КТ). Материнская плата пока в единственном экземпляре, но это не страшно, серийный выпуск таких ЭВМ запланирован на 1978 год.

Ну а пока суть да дело, я решил зайти к Валере, посмотреть, как у них продвигается дистанционное управление электрозапорожцем.

Главный приводчик сидел в кресле в окружении четырёх экранов, изображение на которых медленно менялось.

— Привет, отрабатываешь радиоуправление "Запорожцем"?

— Привет. Нет, конечно, до этого ещё далеко. Всего лишь хочу почувствовать себя в шкуре оператора, которому приходится следить за четырьмя экранами.

Здесь я обратил внимание на пейзаж на экранах, хотя правильнее будет назвать его интерьером, потому что на экранах отражались стены и мебель какой-то комнаты, а на одном из них ещё и человек в синем халате. Только после этого я заметил, что к каждой из четырёх ЭВМ тянется кабель из открытой двери соседнего помещения. Картина стала понятной, видеокамеры установлены на какой-то тележке, которую толкает лаборант, а сигналы передаются не по радио, но по кабелю.

— И как, почувствовал себя оператором?

— Почувствовал. Ясно, что камеру заднего обзора нужно ставить тоже впереди, иначе замучаешься крутить головой. Ну и ЕС-1024 слабовата, чтобы в одиночку работать с четырьмя камерами.

— Более мощные машины это вопрос времени. Что собираешься делать дальше?

— Отладим работу через кабельную связь, потом через институтскую беспроводную сеть, только потом перейдём к радиоуправлению.

— Угу. Понятно, что дело небыстрое, но и времени у нас немало. Вряд ли на Луну доставят требующую оперативного дистанционного управления технику раньше середины 80-х. Как дела с электровелосипедами?

— В Серпухово планируют наладить малосерийный выпуск к концу этого года.

— Можно будет приобрести себе один велосипед в личное пользование? Хочу на своём опыте убедиться, что вещь стоящая.

— Не вижу препятствий.

Машину мне до конца дня так и не собрали. Поработал над идеей фиктивных процессоров, чтобы при сравнительно небольшом увеличении числа функциональных блоков из состава АЛУ можно было параллельно выполнять две или больше независимых команд.

Домой вернулся раньше семи часов, Ирина уже пришла, из комнаты для прислуги раздавались детские голоса. Поцеловал жену, которая нашлась в гостиной, сидела с ногами в большом кресле.

— Глеб, видел, в нашем гастрономе рядом с кассой установили ЭВМ?

— Целую ЭВМ? ЕС-1012 или ЕС-1024?

— Не знаю, я неправильно выразилась, установили экран с клавиатурой, сама ЭВМ, видимо, в другом месте.

— И для чего её поставили?

— Там даже произошёл маленький конфликт. Оказывается, на экране можно было увидеть, какие товары есть в магазине в данный момент.

— В чём заключался конфликт?

— Какой-то молодой парень, наверное, студент, нашёл, что в магазине есть краковская колбаса, а в продаже её нет.

— Чем он закончился?

— Не знаю, слышала, что вызвали товароведа, но была с детьми, не было времени ждать.

Глава 5.

— Как дети?

— Хорошо, только Олечка сегодня провалилась в унитаз. По примеру старшего брата забралась на него с помощью детского стульчика и не удержалась руками за края. Пришлось спасать. Не знаешь, Глеб, продают у нас где-нибудь детские унитазы? А то поставили бы такой в комнате для прислуги, всё равно кроме детей никто им там не пользуется.

— Не знаю, но проще найти или сделать для него какой-нибудь вкладыш. В принципе, я и сам могу его сделать, но проще обратиться в артель мебельщиков. Зайду к ним завтра перед работой или позвоню с работы. Заодно спрошу и подставку вместо детского стульчика.

— Они их делают? Из дерева или из пластмассы?

— Если не делают, то я объясню и закажу. Наверняка из дерева, не слышал, чтобы артелям продавали термопластавтоматы.

— Кстати, когда нам поставят здесь телефон?

— Обещали в течение месяца. Поскольку в прежней квартире у нас телефон был, то в этой мы имеем право получить его без очереди. При наличии технической возможности, конечно, а она в этом доме есть. Подумал ещё насчёт терминала в магазине. В чём смысл такого новшества? Не позволить работникам магазина прятать дефицитный товар под прилавком или в подсобке? Так ничто им не мешает провести его продажу через связанную с ЭВМ кассу, а при необходимости внести в неё соответствующую сумму. Ну а потом распорядиться дефицитом по своему усмотрению. В общем, идею я пока не понял.

— Может быть, это попытка скинуть на население контроль за сферой торговли?

-Возможно. Ириш, у меня к тебе просьба: поищи в англоязычных журналах упоминание человека с неприличной фамилией.

— В какой стране живёт этот человек, чем занимается и почему его фамилия неприлична?

— Живёт в США, работает примерно в моей области, фамилия, — я написал на отрывном листе маленького блокнота, — Jobs.

— Что неприличного в фамилии Джобс?

— Значит, на английском она так звучит... Я прочёл в немецкой транскрипции, а на немецком буква J в начале слова читается как Й.

Ирина на секунду замерла, затем громко рассмеялась: Глебушка, Глебушка, учи английский.

— Зачем? У меня в лаборатории есть сотрудница, которая знает его не хуже тебя, и ещё несколько человек, могущих объясниться на сносном уровне.

— Какая страна мира является ближайшим конкурентом Советского Союза в твоей области?

— США, конечно.

— А их основной язык английский. Научись хотя бы правильно произносить буквы и слова на этом языке, чтобы не попасть впросак при встрече с его носителями. При твоей отличной памяти это не займёт много времени.

— Ладно, я подумаю.

— Имя у этого Джобса есть?

— Да, Steven, — это слово я тоже написал на бумаге.

— Понятно, Стивен Джобс. Могу я кому-нибудь поручить эту работу?

— Ни в коем случае. Зато вопрос совершенно не срочный, хоть в этом году, хоть в следующем.

— Ох уж эти ваши секреты. В общем, поняла, буду отслеживать лично в свободное время.

Я уже немножко пожалел, что затеял этот разговор, но хочется лишний раз убедиться, что одним росчерком пера я уничтожил будущую суперкорпорацию с капитализацией в триллионы долларов, которая в реальности Российской Федерации выпускала сотни миллионов смартфонов в год. Не думаю, что основатели Apple станут сейчас собирать в гараже персональный компьютер, когда настольную ЭВМ советского производства можно просто купить в магазине. Правда, "росчерк пера" это девятнадцать писем плюс работа нескольких организаций и предприятий.

— Читала сегодня в "Правде" разъяснение относительно доплат за компетентность?

— Если имеешь в виду ужесточение ответственности за фальсификацию результатов тестирования на компетентность, то да, читала. Я поняла так, что одна из целей введения этой доплаты заключается в том, чтобы получить по возможности настоящие результаты, поскольку получение денег за поддельные — это уже уголовное преступление. Но я слишком плохо разбираюсь в уголовном праве, чтобы понять, есть ли состав преступления в том случае, когда результаты тестирования подделаны, но от выплат человек отказался.

— Я даже не знаю есть ли возможность от них отказаться. В статье без указания фамилий приводятся факты фальсификации результатов, обнаруженные в результате "случайных" выборочных проверок. Предполагаю, что эти выборки не случайны, я должен завтра к 9 утра явиться в районное отделение Квалификационного комитета для проверки моего профиля компетентности.

— А тебя-то за что?

— Думаю, что для выборочной проверки берут в том или ином смысле сомнительные результаты.

— Поняла, у тебя слишком много высших и высоких баллов. В каком районе будет проверка, по месту работы или жительства?

— По месту работы. Надеюсь, что управлюсь за один день, у нас сейчас происходит внутренняя реорганизация института, не хотелось бы выпасть из неё на несколько дней.

— Да, Глеб, тебе пришло письмо от твоей мамы, я положила его на стол у тебя в кабинете.

— Спасибо, иду читать.

Прочёл исписанный с двух сторон аккуратным маминым почерком тетрадный лист и прошёл к жене, которая переместилась на кухню.

— Что пишет Надежда Максимовна?

— Приглашает нас в следующем году в гости. Пишет, что обещает приехать Шурик с женой и двойняшками. В остальном обычные чуйские новости: с артелью дяди Вани всё нормально, пирожковая пользуется большим успехом, молодёжь с восторгом восприняла установленные в ней по моему совету ЭВМ с игровыми программами, Шанхай полностью снесли и сейчас застраивают двухэтажными многоквартирными домами со всеми удобствами.

— Что за Шанхай?

— Скопище лачуг недалеко от базара. Почему так называется не знаю, слышал, что есть такой город в Китае, наверное, какие-нибудь трущобы. Схожу к детям, что-то они подозрительно затихли.

Вскоре Ирина услышала радостные возгласы детей: Папа пришёл! Расскажи нам сказку! — и ответ мужа — какую?

— Как Игорь и Оля нашли волшебную ракушку.

* * *

Наплыв желающих дополнить свой профиль компетентности коснулся не только Тбилиси, но и Москвы. Хотя классы Квалификационного комитета загружены под завязку плановым тестированием, но и проверочные тесты в случае сомнительных результатов тоже проводились.

Сегодня Денису досталось курировать как раз такую сессию в одном из районных классов. Сомнительных тестируемых подбирал не он, и, к своему удивлению, обнаружил там своего преподавателя по ЭВМным курсам, Глеба Станиславовича Ильина. Правда, посмотрев его результаты, понял, почему кто-то выбрал его кандидатуру. Слишком много высоких оценок, в том числе, в далёких от его специальности областях, например, спорте. Расшифровав коды специальностей, Денис узнал, что его бывший преподаватель был не только мастером спорта по бегу на короткие дистанции, но и рекордсменом СССР. Причём, его рекорд держится до сих пор, был лишь дважды повторён.

Понятно, что проверить здесь спортивные достижения трудно даже для шахмат, а для большинства видов спорта и вовсе невозможно. В подобных случаях Квалификационный комитет использовал одинаковый подход и для спортсменов, и для многих других видов деятельности. Например, мастер спорта оценивается, как и токарь шестого разряда, десятью баллами, кандидат в мастера восемью и так далее. Кроме того, существовало ещё односимвольное поле, в котором изредка стоял знак + при обязательной десятке в основном поле. Было понятно, что это знак исключительной квалификации, но непонятно для чего он практически нужен, никакая доплата за него не предусматривалась. У Глеба Станиславовича знак + стоял не только по этой спортивной специализации, но и ещё по нескольким научно-техническим. В результатах тестов своего бывшего преподавателя Денис не сомневался, что, собственно, и произошло. Было даже одно положительное изменение, оценка за знание квантовой механики улучшилась на единицу, девятка вместо прошлой восьмёрки.

Ильин отнёсся к тестированию с пониманием, хотя и был недоволен потерей трёх половинок рабочего дня, что выразилось в одной только фразе: Не стоило потерянное время одного рубля в месяц.

* * *

Закончилась очередная структурная реорганизация в нашем институте. Из одной лаборатории Интегральной схемотехники сделали три, выделили лабораторию Робототехники под управлением Валеры, ну и Гена получил лабораторию Прикладного и системного программирования. Сначала предлагалось название короче: лаборатория Системного программирования, но с моей подачи добавили слово "Прикладного", потому что немалую долю деятельности программистов занимает разработка прикладных программ, в том числе, игровых. Три эти лаборатории составили новый отдел "Разработка новых систем", начальником которого по приказу со вчерашнего дня являюсь я. Сильно похудевшая старая лаборатория Интегральной схемотехники досталась Осокину. При этом количество отделов института не изменилось, поскольку отдел испытаний был разжалован до лаборатории и передан в отдел Красилова. У него же остались технологи и аккумуляторщики.

В результате всех этих бюрократических телодвижений для меня, по существу, кроме занимаемой должности ничего не изменилось. Согласен, что моя бывшая лаборатория чрезмерно разрослась и стала выполнять слишком разноплановые задачи, так что внутреннего сопротивления произошедшие изменения не вызывают.

Теперь о приятном. Собрана и заработала моя новая машина на базе 48-битового ПУСК-4. Предвкушаю адаптацию к ней новой операционной системы ГОС-1, компиляторов и прикладного программного обеспечения.

* * *

— Вас зовут Алексей Михайлович Серажим?

— Да.