Основой религии славян являлись органически соприкасавшиеся культы природы и предков. Русичи поклонялись огню, воде, земле, деревьям, камням. Роль жрецов, как правило, исполнял глава рода, семьи, на государственном уровне — князь, так как язычество оставалось и системой родового мышления.
Каждое племя имело своих богов, общим для всех был Перун — бог грома, молнии, войны и оружия (некоторое время рядом с ним ставили Рода — божество всей природы). Для совершения ритуальных действий люди собирались в лесах, на берегах рек, здесь же приносили жертвоприношения — животными, птицами, людьми. Волхвы заставляли князей приносить в жертву иноземцев — христиан, мусульман, иудеев, поэтому специалисты из различных стран избегали поездок на Русь. В ряде регионов действовал запрет на пребывание иноземцев, кроме транзитных купеческих караванов.
Как правило, святилища окружались рвом и земляным валом, на площадке горели ритуальные огни, в центре находился идол. Чаще всего его фигуру вырезали из дерева, реже — из камня.
Священными деревьями праукраинцев считались дуб, лещина, клен и липа, причем два последних олицетворяли символ супружества; под липами часто совершались жертвоприношения. Существовали целые священные рощи (они назывались раем), куда имели право заходить только жрецы (волхвы). Фактически это были своеобразные реликтовые заповедники.
Из птиц и животных обожествлялись белые лебеди, убивать их строжайше запрещалось. Сокол почитался как прародитель мира, существовал и культ ласок, лягушек. Почти в каждом доме обитали ужи, которым не возбранялось даже пить молоко из одной тарелки с детьми.
Видимо, чтобы религиозный церемониал проходил достаточно истово, в медовый напиток нередко добавляли хмель и соцветия конопли, от которых он приобретал наркотическое действие.
Норманнская теория происхождения государственности на Руси
Согласно летописи «Повесть временных лет», около 862 года славянские и финские племена Новгородской и Псковской земель призвали на княжение Рюрика (Регрика) — представителя скандинавской знати. В летописи говорится, что посланцы заявили: «Земля наша велика и обильна, а наряда (т. е. порядка — Л. Р., В. С.) в ней нет. Приидите княжить и володеть нами». Фактически речь шла о заключении ряда — устного договора между скандинавским аристократом и элитой славянско-финских племен.
Происхождение Рюрика спорно. Возможно, он являлся датским воеводой, которого германский император Лотарь I в 854 году изгнал из Фрисландии, после чего, получив приглашение в Приладожье, он и основал в 862 году город Альдейгьюборг (Ладога). По другой версии, он был сыном фрисландского маркграфа, вождем племени русов и носил имя Хродрика Хафдарнсона.
Современные российские историки Ю. Василькова и С. Парамонов считают, что Рюрик (817—879) был сыном вождя полабских славян Годлева, его мать — дочь славянского князя Гостомысла.
Многие историки напрочь отрицают версию о том, что вместе с Рюриком на Северную Русь прибыли его братья Синеус и Трувор, а появление их имен объясняют изъянами перевода летописцем древнеготского текста. А. Шахматов утверждал, что сюжет о призвании варягов в 1118 году повелел включить в летопись новгородский князь Мстислав — родственник государей Северной Европы.
Проникновение дружин скандинавских воинов-купцов в страны Европы, Северной Америки началось в конце VIII века. Суровая природа Скандинавии сформировала здесь касту профессиональных кондотьеров с высокоразвитым чувством долга, социального инстинкта. Они стали не только беспощадными завоевателями, но одновременно и поэтами, юристами, артистами. Не случайно у норвежских викингов свод законов, в которых наметился отход от феодальной кастовости, появился еще в 940 году.
В середине IX столетия боевые челны викингов (30—35 метров длиной, с 24 парами трехметровых весел) причаливали к берегам Испании, Италии, Греции, Британии, Северной Африки, Франции. Задолго до Колумба они достигли берегов Северной Америки, высаживались в Гренландии. Еще в 845 году отряды норманн осаждали Париж, откупившийся большим количеством серебра, в 911 году в устье Сены они создали Нормандское королевство, основали королевскую династию в Англии. Период миграции и военных походов в истории Скандинавии занял около 500 лет.
В 922 году могилу викингов на территории Украины описал арабский купец Ахмет ибн Фадлан. Говоря о местных жителях, он писал, что они смешались с варягами, а жены князей убивали себя после смерти мужей.
По системе рек и озер норманны систематически проникают в Восточную Европу, вступая в контакты (чаще всего торговые) с местным населением. В отличие от норвежских викингов, бороздивших под красно-белыми парусами далекие океаны, свей — предки современных шведов чаще осваивали торговые пути и богатые рынки Арабского халифата и Нового Рима (Византии).
После смерти Рюрика его воевода Олег организовал около 882 года поход на Киев, убил Аскольда и объединил Киевскую землю со Славней на севере. За время своего княжения (882—912) он присоединил (примучил) сиверян, деревлян, уличей, тиверцев, кривичей, радимичей, ходил походами на Византию в 907 и 911 годах.
Именно появление на Руси первых князей скандинавского происхождения, их дружин послужило основой так называемой норманнской теории происхождения государственности на славянской земле. Известно, что Екатерина II для изучения и анализа древних летописей, последующего написания истории Российской империи пригласила в страну немецких ученых. Один из них — Г. З. Байер (1694—1738), член Петербургской Академии наук с 1725 по 1738 год, считается родоначальником этой теории. А. Л. Шлёцер (1735—1800) в течение шести лет анализировал «Повесть временных лет», придя к выводу: варяги на Руси являлись важным для структур государства элементом, но вспомогательным — военной кастой. Г. Ф. Миллер (1705—1783) собрал внушительную коллекцию копий древних источников по русской истории, оригиналы которых впоследствии оказались утраченными. Все экземпляры его диссертации во время дискуссии 1749—1750 годов были сожжены — из-за того, что в ней не подвергался сомнению тезис о призвании варягов на Северную Русь. В то же время В. Н. Татищев (1686—1750) полагал: призвание варягов не что иное, как миф; примерно так рассуждал и М. В. Ломоносов. Современные историки, опираясь на 39 томов выпущенного с 1842 по 1997 год собрания русских летописей, оценивают рассказ о призвании варягов на Русь как достаточно достоверный.
Но в 2000 году появилась еще одна гипотеза русского историка Г. И. Анохина. Из нее следует, что в г. Руса в финно-угорской земле у слияния рек Порусья и Полнеть жили славяне-солевары, а их рабочая одежда называлась «варяжа» или «веряжа». Имя Рюрик он тоже относит к славянскому слову «ререг», т. е. «сокол малой породы».
Заметим, что известный торговый маршрут «из варяг в греки» возник задолго до появления на Руси скандинавов, но расцвет его связан с постройкой норманнами вдоль Днепра и Двины укрепленных посадов-факторий и развитием экономики Западной Европы. Он потерял свое значение после первого крестового похода (1096—1099). Кроме него, существовал и Заложный путь — на Балканы ив Венгрию, Соленый — к Таврии, на Дон и Волгу, а также маршрут от Германии к хазарам — «Великий меховый путь» через Ладогу и Новгород, Волжскую Булгарию и Хазарский каганат к странам Востока.
С приходом норманнов на Русь местное население заимствовало у них навыки охоты на пушную дичь с помощью капканов. Кроме того, хотя воинские дружины существовали у русичей с VI—VII столетий, их военно-фактическая выучка находилась на крайне низком уровне в силу мирной земледельческой природы славян. Поэтому варяги, являясь ударной силой княжеских войск на Руси, привнесли высокую для того времени систему организации, обучения и вооружения армии. Достаточно сказать, что большинство мечей в Киевской земле IX — первой половины XI века происходили из Рейнской области Германии или из Скандинавии. Только со второй половины XI столетия подобное оружие стало производиться и ремесленниками Руси. В течение XIX—XX веков на европейской части России (СССР) было найдено более ста древних мечей либо их фрагментов, большей частью именно зарубежного происхождения (типичный меч викинга был длиной 1 м, шириной 6 см).
Анализ подписей в договорах Руси с Новым Римом (Византией) 911 и 944 годов показал, что в них 80 и 68 процентов соответственно «фамилий» воинской верхушки князей Олега и Игоря — явно варяжские: Карл, Роанд, Игелд, Анун, Алдан, Фарлаф и т. п. Были и ираноязычные: Сфандр, Прастен, Истр и др.
Длительное время не менее семи порогов Днепра носили скандинавские названия: Ульворси, т. е. Островной, Геляндр — Звонкий, Аэифор — Ненасытец, Варуфорос — Вольный и другие. Именно так они упомянуты в хронике Константина Багрянородного «Об управлении империей».
Многочисленные женские украшения скандинавского происхождения, обнаруженные при раскопках вокруг Чернигова, Новгорода, Ярославля, Смоленска, Киева, свидетельствуют о том, что часть скандинавов прочно обосновалась на Руси. По данным шведского исследователя И. Ианссона, в эпоху викингов сюда могло переселиться до 10 процентов женского населения Средней Швеции.
Осевшие в славянских землях скандинавы (их количество П. А. Сорокин определял в 100 тысяч человек) ориентировались на активное восприятие местных традиций и языка. Высказываются предположения, что первые письменные договоры между Русью и Византией составлялись на древнеславянском языке, а дипломаты Киевской земли давали клятву не нарушать их от имени славянских языческих богов.
Современные ученые полагают, что вклад в формирование и укрепление государственных институтов Руси внесли как норманны, так и местное население, следует лишь точнее определить долю каждого.
В IX — первой половине X века арабские, византийские, западноевропейские авторы четко различали славян и русов, понимая под последними скандинавов. Специфика деятельности этих торговцев-воинов нашла отражение в их названии — «ротсман» или «ротскарл» (от скандинавского слова «роте» — грести), что означало — «гребец, участник похода на гребных судах». Финские племена, встретившие выходцев из территорий нынешних Швеции и Норвегии раньше славян, по-своему переделали это название на «роотси» или «руотси». В современных финском и эстонском языках корни «рютс», «руте», «руотс» обозначают — швед, шведское. Многие филологи сходятся на том, что именно из эстонского слова «роотси» произошла его ославяненная форма — «русь». Так, в 839 году император Византии Теофилий упоминает о киевском князе как о кагане Rhos.
Есть и другие объяснения термина «Русь»: от сарматского слова «rhos» — свет, от существовавшей на юге Франции международной торговой организации Рус. Академик И. Г. Пидопличко полагал, что данное слово составлено из двух: «ра» — солнце и тюркского «су» — вода, что означало — «люди солнечных вод». Иные считают, что его истоки — в названиях рек Рось, Роставица, Росава, племени роксоланов.
Столь же дискуссионной является и проблема происхождения Киева: его основателями видят то вождя белых хорватов Кия, то хазар, для которых он был опорной крепостью на торговом пути от Итиля к Регенсбургу. Данную точку зрения поддерживает и автор романа «Азия» О. Сулейменов. В конце XIX — начале XX века историки И. Даревский и Н. Малышевский утверждали, что Киев как городское поселение основали евреи. Н. Закревский в книге «История Киева» писал: первоначальное название Киева «Циев» или «Киун» якобы говорит в пользу данной концепции.
Первые князья Киевской земли
Выше уже упоминалось об Аскольде, Олеге (Хельг), Игоре. Хронология правления Олега, скорее всего не принадлежавшего к династии Рюриковичей, заставляет предполагать, что за 33-летний период существовали два Олега.
Прежде всего отметим, что структура управления в Киевской Руси складывалась несколько по-иному, нежели в Западной Европе. Если там элита существовала за счет пожалованных поместий, на Руси местное руководство кормилось от территорий, которыми они управляли. Вотчинная собственность возникла на Руси только в XI веке.
Итак, язычник Олег около 882 года совершил в Киеве династический переворот. Возможно, вечевой, полуреспубликанский Новгород не нравился Олегу, и он предпочел править в автократическом монархическом Киеве. Странно, что Е. Прицак утверждает, якобы вовсе не Олег захватил Киев, а в 930 году им овладел Игорь. Чтобы обезопасить Киевскую землю от норманнских отрядов, Олег ежегодно уплачивал Новгородскому княжеству по 300 гривен дани (т. е. 120 кг серебра).
В этот период Новгородское и Полоцкое княжества являлись серьезными соперниками Киеву. Достаточно отметить, что с 860 года им уплачивали дань прибалтийские племена. Зачастую чисто символическая и незначительная по объему (в основном рыбой и янтарем), она, однако, свидетельствовала о формальном признании сюзеренитета этих княжеств. При Олеге, Игоре и Святославе племена ливов, эстов, ижора участвовали в походах на Византию в составе дружин русичей и варягов.
В то же время в Константинополе существовала многочисленная колония русичей из путешественников, паломников, духовных лиц, военных, купцов, их прислуги и т. д. Еще до начала X века, видимо, Византия и Русь имели договоры «мира и любви», заключаемые обычно на тридцатилетний срок.
В начале X века верховенство Киева признали 12 племен. Но созданное Олегом государственное образование было нестойким, организационно аморфным, племенные союзы сохранили широкую самостоятельность, а их верхушка— богатство и власть. Лишь борьба с кочевниками и походы на Византию, сулившие большую добычу, заставляли племена объединяться.
Погиб Олег в 912 году — видимо, во время очередного похода на Каспий.
С 913 года Русью правил Игорь (М. Грушевский и Е. Прицак полагают, что это произошло позже), положив начало династии Рюриковичей на Киевской земле. Согласно летописи, в 28-летнем возрасте он женился на Ольге, происхождение которой для историков неясно. Одни считают ее внучкой славянского князя Гостомысла, другие — дочерью болгарского царя Бориса I из Плиски, третьи именуют Хельгой — дочерью скандинавского воеводы или жительницей Пскова.
Возможно, летописцы искусственно причислили Игоря к сыновьям Рюрика, хотя он мог быть его внуком или даже правнуком. Период его княжения с 920 до 941 года почти не отражен в летописях. Известно лишь, что в 914 году Игорь вынудил непокорных деревлян снова уплачивать дань Киеву, затем подчинил уличей. Воевал Игорь также с печенегами, совершал походы на юг Каспийского побережья, на Кавказ. Переходя через перевалы Западной Грузии, русичи обычно бросали вниз грузин-заложников, чтобы те своими телами вызвали сползание снежных лавин и сделали путь безопасным. У низовьев Волги хазары нередко отбивали у воинов Игоря часть добычи.
