Солнце садится в одно место

  — Любое-любое? — не поверил я.

  — Любое-любое, — подтвердил Вульф.

  — Даже преступника? — допытывался я.

  — Даже преступника, — вторил Вульф.

  — Но тогда и я стану преступником, — не сдавался я.

  — А если он без тебя совершит преступление, то ты и тогда будешь считать себя соучастником? — ухмыльнулся мой собеседник. — Что на роду у человека написано, так тому и быть и никто Книгу судеб переписывать не будет. Просто каждый желающий может раньше встретится со своей судьбой.

  — Получается, что я буду предвестником его судьбы? — спросил я.

  — Получается так, — согласился Вульф. — А тебе разве не будет приятно исполнить тайное желание человека? Я не прошу тебя подходить к людям и выпытывать их пожелания. Ты будешь знать их тайные желания, ты можешь их выполнять, и не думай, что от выполнения этих желаний ты что-то сильно изменишь на вашем континенте. Вся жизнь человеческая подчиняется трём законам, которые открыл чрезвычайно набожный англичанин сэр Исаак Ньютон. Всё началось с шутки. Я опустил на голову уставшему человеку зрелое яблоко.

  — Поешь витаминов, — размышлял я, — отвлекись от своих мыслей и думай о чем-то земном.

  И он взял и открыл закон Всемирного тяготения.

  Тогда я подбросил ему ещё несколько яблок. Он взял их в руки и убежал с ними домой, начав катать их по столу. И в течение одного вечера открыл ещё три закона. И Бог здесь ни при чём. Ему лучше, когда люди малограмотные и не задают вопросов по основам бытия и по содержанию священных книг. Неграмотным стадом управлять легче. Что было бы с пастухом, если бы все его бараны были выпускниками престижных университетов?

  Жизнь человека подчинена закону инерции. Как его катнули, так он и катится к краю стола, подпрыгивая на неровностях или сталкиваясь с другими яблоками, но к краю стола он прикатывается всё равно. Обратное движение не предусмотрено. Он может сгонять назад на машине времени, но всё равно вернётся туда, откуда начал своё движение вспять и покатится по той же траектории, которая ему задана изначально. Даже лента Мёбиуса не могла изменить первый закон, открытый Ньютоном. Вы когда-нибудь читали в Библии о первом законе Ньютона? Не читали. Потому что вам нужно пройти курс наук, покровителем которых являюсь Я, а не Он. Назови мне хоть один университет, который был открыт Церковью? Не назовёшь. Духовные семинарии и медресе — это ненаучные заведения, а богословские факультеты при светских университетах призваны присоседиться к науке и сказать, что и мы тоже пахали. А то, что из медресе и семинарий выходили в учёные, так это исключение из правил.

  Второй закон является продолжением первого. Если к движущемуся телу приложить усилие, то оно будет двигаться ещё быстрее, то есть прямо пропорционально приложенной силе. Если быстро идущему человеку дать пинка под зад, то он пойдёт ещё быстрее или побежит.

  И тут сразу возникает третий закон, что сила действия равна силе противодействия, который прямо и полностью противоречит заповедям о том, что если тебя ударили по правой щеке, то нужно подставить правую. По третьему закону Ньютона, если тебя ударили по правой или по левой щеке, то нужно левой или правой рукой сделать обманный выпад, а потом главной рукой сделать хук в челюсть нападающего. И чем сильнее будет ответный удар, тем больше вероятность того, что такая ситуация не повторится в будущем.

  И самое главное в открытых законах — при всех воздействиях на катящееся яблоко суммарный импульс, сообщённый яблоку или человеку, остаётся неизменным. Что бы человек ни делал, как бы он ни изворачивался, он упрямо ползёт на кладбище и конец его один. У кого-то чуть раньше, у кого-то чуть позже, и все они идут в мою епархию. А те, кто прожил жизнь как моль в платяном шкафу, те пробираются в царствие небесное и дальше ведут такое же времяистребление, потому что существованием его назвать нельзя.

  Вульф замолк и о чём-то задумался.

  Внезапно он встрепенулся и сказал:

  — Наливай, — и протянул мне руку, — за нового полномочного представителя органа охраны окружающей среды!

  Потом мы пели песни, а Велле Зеге Вульф подыгрывал на гитаре.

  — Если что, пиши в своей записной книжке, — и он подал мне довольно увесистый блокнот в кожаном переплёте с выдавленной золотой мухой, стоящей головой вниз.

  Затем ожидавший меня Тодеф отвёз на чёрном "воронке" домой. Дома я лёг спать и проснулся довольно поздно, с трудом соображая и не веря тому, что со мной произошло. Хотя, как это говорили военные на партийных собраниях по поводу пьяного дебоша? То, что пил — признаю! Что делал — не помню! А вам всем — не верю! А ведь со мной и раньше было то, во что мало кто и верил. Это ваше дело, верить мне или не верить. Даже Владимир Высоцкий был там же, где и я.

  Как это у него:

  И где был я вчера, не найду днём с огнём,

  Помню только, что с стены с обоями...

  Глава 6

  Дома меня уже и не ждали. Как раз собирались ко мне в дурку идти, может свидание разрешат, а тут я заявляюсь как малосольный огурчик и ещё пьян-распьянёхонек. Берите меня, кладите в банку и любуйтесь.

  О моём прибытии домой старые люди, помнящие и ностальгирующие по временам НКВД, сообщили куда следует. Так мол и так, два сержанта госбезопасности под командованием целого майора госбезопасности, а это, примерно, как генерал-майор по нынешней табели о рангах, привезли меня к дому и аккуратно довели до квартиры как лучшего друга или самого ценного их сотрудника и помощника по тайным делам.

  Семьдесят два человека, причисляющие себя к ветеранам военной службы, внутренних войск и правоохранительных органов, старческим и твёрдым почерком написали семьдесят два сообщения, кто в управление внутренних дел, кто в управление федеральной службы безопасности, кто в прокуратуру, а кто сразу в один из перечисленных органов, а копии в два последующих органа и все сообщения начинались практически одними и теми же словами:

  — Источник сообщает, что сего числа в 19.30 по местному времени....

  — Считаю своим долгом сообщить, что сего числа в 19.30 по местному времени....

  — Я, как патриот, считаю своим долгом сообщить, что сего числа в 19.30 по местному времени....

  — Доношу, что сего числа в 19.30 по местному времени....

  — Не могу молчать и сообщаю, что сего числа в 19.30 по местному времени....

  Дома из своей комнаты вышла заплаканная внучка и протянула мне листок бумаги, в котором детским почерком было написано:

  — Как юный друг партии и нашего президента сообщаю, что сегодня в 19.30 по местному времени моего дедушку пьяным привезли три сотрудника в черных пальто и в фуражках с темно-голубым околышем и темно-синим околышем. До этого моего дедушку поместили в психиатрическую клинику за то, что он утверждал о существовании в режиме реального времени рая и ада, чем подрывал основы православия и духовности в нашей стране.

  — Дедушка, смотри что я написала, — плакала моя любимая девчонка, — я не знаю, как это получилось. Нам в школе говорят, чтобы бы мы были бдительны и сообщали обо всех людях, кто не согласны с тем, что делает наша страна, но я бы никогда и ничего не сказала ни про моих родителей, ни про тебя и ни про то, что делается в нашей семье. А тут что-то заставило меня взять старую ручку и начать писать именно это.

  — Действительно, какая-то ерунда творится, — подтвердили жена и дочь, — так и хотелось написать на тебя донос. Из-за тебя на нас соседи косятся, говорят, что только ненормальный может доказывать существование рая и ада, а ты ещё в книге пишешь, что там был и в аду из дерьма гнал высококачественную самогонку.

  — Успокойтесь, — сказал я как можно проще, — люди с отсутствием юмора работают либо президентами, либо начальниками инквизиций и НКВД. Такие же у них и помощники, а их общий электромагнитный импульс равен примерно нескольким мегаваттам и воздействует на многих граждан, пробуждая в них либо низменные, либо обострённо-патриотические чувства, требующие выхода либо в нападении на ближних, либо натравливании на них карательных органов, получивших письменный или устный донос на их постоянного или временного раздражителя. Как у собаки Павлова, зажигается лампочка и у собаки начинает капать слюна. Почти половина населения живёт в состоянии этой собаки, ожидая включения лампочки и готовя заранее желудочный сок, химический карандаш или пузырёк с чернилами. И вы тоже не избежали воздействия этого электромагнитного импульса. Так что успокойтесь, в каждом честном человеке живёт маленький подлец, каждодневно пытающийся взять вверх над честностью и порядочностью.

  — Откуда ты всё это берёшь? — спросила жена.

  — Из себя и беру, — сказал я, — каждый человек должен выдавливать из себя этого подлеца по капле, а подлец этот начинает дискуссии вести, доказывая, что подлецом жить намного легче. Почему? Потому что порядочные люди относятся к подлецу как к порядочному человеку, а подлец относится к порядочным людям как к подлецам и все подлецы легко объединяются в борьбе с порядочностью, потому что порядочность не терпит массовости, делающей и её подлой в угоду какому-нибудь подлецу.

  — Ты думаешь, что к тебе кто-то прислушается? — спросила жена.

  — Кроме подлецов вряд ли кто прислушается, — согласился я, — порядочности не нужно объяснять, что такое порядочность. И в этом слабость порядочности. Зло не победить лаской. Рак не лечат заговорами, это не насморк, который сам проходит за семь дней. Подлец должен знать, что подлость будет наказана пропорционально совершенной подлости.

  — Всё-таки, ты неисправимый идеалист, — сказала жена, — разве ты не видишь, что подлость делает всё, что ей только захочется, и не остановится ни перед чем, чтобы остаться у власти навсегда.

  — Если все будут рассуждать, как ты, то так оно и будет, — сказал я, — ты не сердись, но то, что ты говоришь это всего лишь проявление инстинкта самосохранения. На самом деле ты думаешь совершенно об ином. Ты хочешь, чтобы правоохранители работали на защиту граждан, а не на защиту власти от граждан. Ты хочешь жить в безопасности от бандитов и от правоохранителей. Ты хочешь заниматься каким-то делом и быть уверенной, что никто не придёт и не отберёт твой бизнес, так как избранная тобой власть будет защищать тебя. Ты хочешь выйти из дома и поехать в любую страну мира, потому что твоя страна не находится в кольце врагов и не воюет со всем миром, держа у себя в союзниках людоедские режимы, потому что никто больше не хочет общаться с нами. Но ты это не говоришь, и, если к тебе обратятся государственные органы с просьбой дать им оценку, ты им поставишь пять баллов. И таких людей целых восемьдесят шесть процентов. В африканских и азиатских странах этот процент ещё больше. А хочешь, чтобы все твои желания исполнились? — спросил я и улыбнулся.

  — Не будь наивным, — сказала жена, — помнишь, как мы в школе разучивали революционные песни? Как там? Никто не даст нам избавленья, ни Бог, ни Царь и не Герой, добьёмся мы освобожденья своею собственной рукой. Попробуй сейчас эту песню спеть на улице, получишь десять лет и обвинения в экстремизме, а раньше весь народ выходил на ноябрьскую демонстрацию под эту музыку. Пошли кушать, твой любимый борщ готов.

  Разве можно с женщинами спорить. Об этом думают все, но внутренний подлец в каждом человеке брал верх и человек становился равнодушным к тому беззаконию, которое возведено в закон и гнобит всех, кто хочет что-то сделать хорошее для своей родины. И никакой Бог с ними не справится, но есть сила, которая и подлецов ломит, определяя им свой круг во Всенижнем царстве.

  Глава 7

  — Вставай, — тормошила меня жена, — революция! Всё время крутили "Лебединое озеро", а сейчас сообщили о выступлении президента.

  Она включила телевизор и вовремя. На экране был президент в окружении соратников с окосевшими от американских улыбок лицами. У всех на лацканах пиджаков нацеплены белые ленты. Те ленты, из-за которых граждан избивали дубинами на площадях и садили в тюрьмы за причинение их видом невыносимых страданий тем, кто их избивал. Население злорадствовало, а белоленточники сражались за счастье родины.

  Наконец, всё стихло и заговорил президент:

  — Товарищи! Граждане! Братья и сёстры! Бойцы нашей армии и флота!

  К вам обращаюсь я, друзья мои!

  Вчера вечером я вдруг проснулся от сна, в который меня погрузили первый президент и его любимый дедушка Сталин. Я проснулся и увидел, что мы не так живём. Некогда великая наша держава скатилась на задворки третьего мира.

  Возьмём, для примера, Иорданию. У них пять тысяч триста долларов на душу населения и занимает она сто тринадцатое место в мире. А у нас сорок три области живут беднее этой страны. С Иорданией может сравниться только Удмуртия, Амурская область и Приморский край.

  А вот Алжир. Там семь тысяч четыреста долларов на человека, сотое место в мире. У нас так живут Самарская и Свердловская области.

  И это можно продолжать дальше, а ведь мы самая богатая страна в мире по природным богатствам.

  Так кто же виноват во всё этом?!!!

  Во всём виноваты виолончелисты. Это они охмурили нас своей музыкой. Они как дудочники из немецкого города Гамельна с помощью своих виолончелей увели нас за собой в яму экономического и политического кризиса и вывели все ваши деньги в офшоры.

  Но мы знаем всех этих виолончелистов и с завтрашнего дня всё будет по-новому!

  А сейчас перед народом покается председатель Центральной избирательной комиссии. Прошу вас.

  К микрофону подошёл испуганный человек с длинной бородой и сверкающим под ней орденом на красной ленточке за беспорочную службу и успехи в подсчётах голосов.

  — Братья и сёстры!

  Вы всё знаете, в чём я каюсь. Чего тут повторять слова про волшебство и про то, за голосовали сто сорок шесть процентов. Никогда не было этих ста сорока шести процентов и не будет больше никогда. Общественные наблюдатели будут участвовать в подсчёте голосов и власть обещала, что будет жёстко разбираться со всеми нарушениями.

  Вдруг голова его дёрнулась, и он чуть не впился зубами в микрофон. Вероятно, перегнул палку, получил пинка в зад и продолжил,

  — Но всё будет строго по закону, который принял наш парламент. Мы все в правовом поле и на этом поле мы играем с вами за честные выборы. Ура, товарищи! Сплотимся вокруг нашего президента и не позволим пятой колонне и прочим национал-предателям прорваться в законодательные и исполнительные органы власти, — и захлопал в ладоши.

  Как оказалось, он хлопал один и звукооператор на это время услужливо отключил микрофон.