"Ты мой Защитник", — сказал Таргорограхт. — "Благодаря тебе Целестиалы будут поставлены на колени!"
Она угостила своих гостей мясными блюдами из темных миров, сообщив им, что Укусоросуку поведет их в битву
против Сситер на Дроменкасе. Поскольку культура ситхов опиралась на силу, уничтожение тех, кто был наверху, должно было продемонстрировать населению, кому следует служить; таким образом, они должны были оставить большинство ситхов в живых и нацелиться на древних королей-личей, которые поддерживали Змеиных лордов-отступников.
На крыльях, ногах и животах армии Темного Гнезда толпами высыпали из Адских врат. Потрясенные Сситеры быстро пришли в себя и приказали свистеть в предсмертные свистки, после чего они начали произносить свои самые отвратительные заклинания. Но шум роев заглушал их. Чтобы противостоять этому, короли-личи, считавшие себя бессмертными, выступили вперед, размахивая змеиными посохами Разложения и изогнутыми жезлами Отмены. Их усилия с самого начала увенчались успехом, и они смеялись, уничтожая своих ползучих, летающих, пресмыкающихся противников. Но по мере того, как легионы Таргорограхт продолжали наступать, их ловкость рук начала ослабевать, а хрупкие кости — трещать от усталости.
После многих дней и ночей кровопролитных сражений до некоторых из них начало доходить, что их гибель близка, и тогда самые мудрые из анкатов отправились в Разлом Ганнинга, а сситеры погрузились на свои извилистые корабли-репанты и полетели на Джати в систему Демофон в Центральных мирах. Джати была древней планетой-свалкой, населённой гигантскими червями, которые перерабатывали мусор. Со времён господства дьювианцев они держали её в секрете как колониальный мир, подавляя или подчиняя себе тех немногих людей, которые осмеливались там поселиться.
Но Королеве Ночи было недостаточно просто разгромить сситеров, она хотела сокрушить и унизить их. Занибарцам снова было поручено отправить одного из своих чудовищных дроидов-аджогунов. На этот раз они отправили Гунаба, чтобы тот сделал так, чтобы солнце Джати погасло. Но в отличие от реформированных Каши Мер, Сситеры были могущественными колдунами. Все как один они направили свою волю против Гунаба, пока не почувствовали, что его злое присутствие вот-вот вырвется наружу.
Но Гунаб оказался хитрее, чем они думали. Несмотря на то, что он был ранен и вынужден пожертвовать своим двигательным отсеком и турбопушками, чтобы убедить Повелителей Змей в своей гибели, он отключился и погрузился в сон. Спустя тысячелетия он пробудился и начал процесс восстановления. Наконец-то он сможет выполнить свою миссию и превратить Солнце в сверхновую. Опозоренный род Сситеров был вынужден принять помощь в бегстве с Джати от правительства, которое ничего не знало ни о них, ни об их славном прошлом, и потому они притворялись, что являются всего лишь еще одним странным инопланетным видом, и выжидали, служа глазами и ушами своим союзникам, древним анкатам, которых теперь называли истинными ситхами.
НОЧНОЙ ГЕРОЛЬД
После победы в битве при Дроменкасе и разрушения Змеиной синагоги Таргорограхт телепатически воззвала к своему Темному Гнезду (она находилась среди рас, которые не нуждались в посредниках) и провозгласила Укусоросуку Ночным Герольдом, приказав ему установить господство над всем Эстранийским сектором, начиная с замкнутой туманности Стигийской кальдеры, в которой парили призрачные миры ситхов, каждый из которых был посвящен одному из Бессмертных богов, а Дроменкас, или Дромунд Каас, как теперь называл его Дарита Сорос, был посвящен невидимому Отцу Теней. К другим священным мирам относились: Релга, Хар-Дельба, Зиост, Крайсс II и Коррибан.
Вооружившись трапециевидным голокроном, подаренным ему Королевой Ночи, и возглавив Стигийскую Кальдеру, Сорос помог восстановить древние знания, магию и тайные знания о сверхъестественных силах, которые можно было найти. Большая часть этих знаний была утрачена с течением времени или скрыта теми, кто скупо делился своей силой, чтобы не допустить возвышения потенциальных соперников и предотвратить доступ к заклинаниям, уничтожающим личей.
Восстановив кастовую систему киссаев и массасси в прежнем виде, лорд Сорос приказал им построить в самых глубоких пещерах огромные гробницы, в которых можно было бы хранить самые ценные артефакты. Так появились Долина Спящих Королей и Долина Голг, названная в честь давно почившего лорда Меззаллмеха Мху"анТула, чей череп был принесён туда ситхами задолго до этого.
С помощью своих провидческих нитей Таргорограхт поняла, что Империя ситхов сыграет важную роль в распространении её влияния по всей галактике. Теперь ей нужно было понять, как это отразится на её детях и Великом Чёрном Гнезде, на котором она восседала. На это потребуется больше времени.
Именно в те дни впервые появились тук"аты, которых можно было увидеть и услышать в большом количестве. Ситхи дрожали от грохота их топота, потому что эти демонические псы были столь же коварны, сколь и свирепы, и многие из рабов Сороса скакали на них в бой. Сорос слышал от ситхов истории о порочном происхождении этих зверей. Они утверждали, что Тайфоджем спустился на Коррибан в пору его цветущей юности и скрестился с дикими зверями, породив первую и величайшую из королев тук"атов, которую он назвал Джатайус, Матерью всех адских гончих. Но это была всего лишь легенда. Ситхи здесь и за пределами Коррибана питали особую привязанность к Тайфоджему, и даже во времена правления Королей-Личей его несказанное имя выкрикивалось в бешеных ордах как Улах-тек. В более поздних версиях утверждалось, что Джатайус и адские гончие тук"аты произошли от Таргорограхт через её дочь Токатлтакот, которая вместе с войсками Дариты Сороса участвовала в битве при Дроменкасе, хотя никто не мог сказать, кто был их отцом. Согласно древнейшим преданиям, они пришли с далёких равнин Ленга, хотя никто не знал, где это находится. Тука"ата лишь злобно ухмылялись в ответ на расспросы, потому что не раскрывали своих секретов.
Проницательность зловеще сверкала в жутких красных глазах Джатайус, в её увеличенных зубах и похожих на крылья летучей мыши крыльях, когда она стояла рядом с Укусоросуку во время особенно кровопролитной кампании. Гигантские королевы Тука"ата и их потомки с раздвоенными копытами, превращёнными в смертоносные когти, и клыками, превращёнными в грозное оружие, за тысячелетия своей жизни причинили немало зла. Джатайус и ее многовековые потомки породили всевозможных чудовищ, которых дашады почитали как Госпожу Смерть, что было вполне оправданно. От Джатайус произошли ситхские гончие с Коррибана, Ужасные Звери с Орикона, Большероты с Балморры, гончие Салки с Корусканта, чудовищные Гончие с Зиоста, Охотничьи Звери с Лехона, Боевые Псы с Альдераана, Болотные Рыкуны с Нал Хутты, Духовные Звери с Восса, Акк-псы с Харуун-Кэла, жуткие Маулеры, Гончие-Костегрызы с Белсависа, а также огнедышащие техномонстры и древние боевые звери с Нар-Шаддаа.
Спустя несколько лет, в течение которых миры ситхов прочно удерживались в ее паутине, Невидимая Королева призвала лорда Сороса готовиться к ее приходу, ибо теперь она собиралась отправиться в галактику, чтобы снять Небесные печати, ведь хотя ее войска и могли легко проникнуть в Запретные Регионы, покинуть их не мог никто. Печать Иллатуриона уже была сломана, когда она впервые отправила свои войска в путь, и теперь, вдали от посторонних глаз, она прибыла в Небесную реку, стараясь не вызывать подозрений ни у врагов, ни у союзников.
Ученики Ночного Духа, пользовавшиеся наибольшим доверием, отвечали всем любопытствующим, что их Госпожа отправилась по Великой Паутине Горога в Онейрихор, чтобы уладить там важные дела. В это охотно верили, поскольку это могущественное и загадочное царство со скрытыми порталами в другие сферы не было покорено Серыми Ткачами.
Каста нейтралов Ракаан и их Терентатеки последними покинули свой родной мир Ка"йк"з, чтобы отправиться в Онейрихор, и с тех пор их никто не видел. Таргорограхт не горевала из-за их исчезновения; оставшиеся на Рааа IV могли катиться ко всем чертям, потому что, хотя они и почитали её как богиню Триг"ки, она знала, что втайне они преклоняются перед килликами и Древними, а не перед ней.
Королева Ночи проследовала мимо Малой Таны, но, недовольная отсутствием прогресса, двинулась дальше. Ее раковый брат, Мнггал-Мнггал, доставлял немало проблем в Запретных зонах, но его попытка расширить сферу своего влияния за пределы Виизимеля была пресечена Теми, которые выжгли поверхность этого мертвого мира. Лучше было оставить его на Мортигане до тех пор, пока она не убедится в эффективности Врат Бесконечности, ведь это был бы самый надежный способ избавиться от него.
Подобно смертоносному ветру, она обрушилась на Стигийскую кальдеру, разрушив печать, удерживавшую ее слуг в Эстранском секторе. При виде этой фантастически огромной черной массы с тысячей ног и мириадами алых глаз многие умирали от страха, потому что смотреть на нее было все равно что смотреть на безумие. Еще больше людей было принесено в жертву в ходе кровавых ритуалов в честь возвращения Джен"ари и для подпитки смертоносных орд, которые роились вокруг нее. С помощью драгоценного Камня Тени она сняла печать, но приказала им дождаться ее сигнала, прежде чем покидать это место.
Прежде чем вернуться на свой трон, она вручила лорду Соросу свой самый ценный предмет — Камень Тени.
"Отправляйся на Тану Малую", — приказала она. — "Отнеси это моей Старшей Дочери, ибо я видела, что Наблюдатели, обитающие в том мире, обладают большей силой, чем предполагалось изначально, и ей это понадобится в грядущей войне. Оттачивай свои силы в пещерах под Кабус-Дабехом на Музаре. В самых глубоких ямах Илоптрифэ собери апоптотических колдунов, чтобы они стали твоими руками в Кальдере. Когда ты справишься с этим, отправляйся в гнезда килликов на Алсакане. Дай о себе знать! Они придут служить тебе, как ты пришел служить мне!
Жди моего сигнала. А затем отправляй легионы!"
Зимние сказки с Эндорской луны
ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЕВА-ВАССАЛ НОЧНОГО ДУХА
Когда Морагаром, Королева-вассал Ночного Духа, и ее чудовищные слуги прибыли на Тану Малую, она приказала им подавлять любое сопротивление, чтобы выиграть время и изучить цивилизацию Индур и найти наилучший способ устранить своих противников. Они не казались грозными врагами, но многолетний опыт подсказывал ей, что, когда дело касается Предтеч, внешность может быть обманчива.
Правящий совет Индур был готов к вторжению. Будучи самопровозглашенными Хранителями Небес, они наблюдали за вторжением огромной силы витайсов из близлежащих Эндорских врат и отправили гонцов, чтобы предупредить своих отпрысков и Перворожденных братьев.
Защитники Таны ринулись в бой, застав врасплох захватчиков, которые, несмотря на предупреждения своих повелительниц, не ожидали, что им будет противостоять столь мощная и разнообразная сила.
По всему континенту разгорелись ожесточенные сражения, и многие захватчики были близки к тому, чтобы погибнуть, но в итоге бежали и укрылись в пещерах, пустынях и глухих лесах. От одного из этих захваченных существ Защитники узнали, что Королева-вассал Духа Ночи находится на свободе в их мире. Правящий совет Индура предупредил Наблюдателей и Защитников быть бдительными. И все же, после многих месяцев тщетных поисков, охотники вернулись к обычной жизни и разошлись по домам, полагая, что она мертва или ушла.
Морагаром предусмотрительно изменила свою внешность, чтобы избежать обнаружения. Сейчас, когда многие из ее войск отступали, знания были еще более важны, чем раньше.
В этот период она побывала в Великом Восточном лесу Линден (который много лет спустя будет переименован в Морах), к западу от высокогорья Горакс и к югу от Снежного дворца. Там она возвела защитные стены и заросли своего нового дома в так называемом Терновом лесу, сплетая заклинания, чтобы держать незваных гостей на расстоянии.
Стагорр был стражем Айкила, одним из снежных существ, созданных Индур в помощь Зимнему Стражу, Бореакубре, Снежному королю. Когда до Стагорра дошли слухи от проезжих скандитов о странном месте в южной части Восточного Линдена, которое они не смогли исследовать, он решил, что там он найдет злую королеву, за которой они охотились.
Соперничающий, целеустремленный и стремящийся возвыситься над другими стражами Икиля, он в одиночку отправился в указанное скандитами место. Проникнуть туда оказалось непросто не только из-за густых зарослей деревьев и равенторна, но и из-за того, что, как он понял, там было наложено какое-то защитное заклинание. Не желая сдаваться, он двинулся вперед, прорубая себе путь сквозь заросли, пока не наткнулся на большой дом.
МОРАГ ВСТРЕЧАЕТ СТРАЖА СНЕЖНОГО КОРОЛЯ
Забыв о хороших манерах, Стагорр ворвался внутрь с обнаженным оружием... и увидел то, чего никак не ожидал: перед ним стояла потрясенная и разгневанная красавица, не слишком отличавшаяся от знатных икилиек, которых он знал при дворе, но гораздо более экзотичная, что делало ее еще более привлекательной в его глазах. Однако выражение ее лица заставило его устыдиться своего опрометчивого поведения. Придя в себя, он извинился, представился и объяснил, что он один из икильских дозорных, которым поручено найти опасного противника, предположительно обитающего в этом доме.
Она заметно расслабилась и представилась: "Меня зовут Линдронниген, — ответила она. — С тех пор как я прибыла сюда много недель назад, я не видела никого, кроме дружелюбных лесных существ, а теперь и вас". В ответ на его вопрос она добавила: "Мы совершили аварийную посадку в нескольких километрах отсюда. Я единственная выжившая из отряда морозных духов с Акурии II, которые бежали от Войны Старших Рас".
Ему показалось, что она странно выразилась.
"Потом я пешком добралась до этой заброшенной хижины, привела её в порядок и поселилась здесь".
"Простите за дерзость, но почему ваш отряд покинул свой мир? Большинство из тех, кто это делает — воины или изгнанники. Вы не похожи на воина, и, насколько мне известно, на Акурию II никто не нападал, хотя новости о реке за Таной доходят до нас с большим опозданием".
"Мы прославились как певцы, — скромно ответила Линдронниген. — Говорят, что наши голоса обладают магическим целительным эффектом, что делает нас ценными помощниками в эти неспокойные времена. Я могу исполнить для вас небольшое произведение, если хотите.
Стагорр не знал, что и думать. Возможно, это правда. С другой стороны, это могла быть уловка — он читал о таких случаях. Но, глядя на её серьёзное лицо и чувствуя, что его подозрения нелепы, он рассмеялся и сказал: "Я бы с удовольствием послушал песню".
Она запела, и её голос действительно был таким же ангельским и чарующим, как и завораживающая мелодия. Неудивительно, что они снискали такую славу. Через какое-то время он начал клевать носом, но, упрекнув себя за то, что ведёт себя как ребёнок, взял себя в руки. Когда она закончила — по его мнению, слишком быстро — он почувствовал себя лучше.
