Приговаривая, — Только не через порог, — Дмитрий Николаевич Алексеев наконец вошел в квартиру. Приобняв однокашника, он вслед за водителем направился в гостиную. Отогнав водителя от пакетов приятели принялись распаковывать содержимое, выкладывая снедь на журнальный стол.

Отпустив водителя и на скорую руку соорудив подобие стола, оба устроились на скрипящей коже дивана. Рассеяно поглаживая деревянный подлокотник и прихлебывая коньяк, Дмитрий обвел глазами обстановку гостиной. Задержавшись глазами на стеклянных дверцах шкафа, он негромко спросил:

-Где Борис?

-С минуты на минуту должен появиться.

-Ладно, подождем.

Ждать пришлось пару минут. В дверь опять позвонили и Матвей снова подхватился с дивана. В прихожей раздались голоса, зашуршали очередные пакеты. Матвей, с сумками в руках вернулся в гостиную, оживленно переговариваясь с новым гостем.

-Здорово, чиновничек!

Дима кисло улыбнулся. Назвать замруководителя администрации президента — чиновничком?

-И тебе привет, псевдо-олигарх.

-Дима, не дуйся.— Сверкнул улыбкой Борис. — Мне сегодня в Дубне, атомщики все мозги вынесли.

Дима оживился: — А свинцовое белье там еще выдают?

Хохот качнул люстру.

-Ну вас, парни. Лучше разливайте.

Пока Матвей разбирался с напитками, Дима с Борисом похлопывали друг друга по плечам, поглядывая подобно петухам готовым к драке. В том, что драка будет "бармен" не сомневался. "Псевдо-олигарх" и "чиновничек" только именовались друзьями, на дух не перенося друг-друга. Такие отношения брали начало со студенческих времен, не меняясь в девяностые и нулевые. Как не менялись и эти двое — нервный вундеркинд Дима, пропитавшийся до ушей чувством собственной исключительности и обаятельный засранец Боря Андрианов. Блестящие и характерные представители московского истеблишмента. К слову сказать, относящиеся к различным и влиятельным группировкам данного социума. В данном случае Матвей выступал в роли хозяина нейтральной площадки для неформальной встречи сторон. Роль скромная и не требующая активного участия. Посему, Матвей скромно примостился в уголке, особо не вслушиваясь в беседу. Вроде что-то там делили. Завод вроде. Ну делят и делят. Как всегда.

После десятиминутной жаркой перепалки, уставший исполнять роль тупого слушателя, Матвей зевнул и поинтересовался — о чем, собственно говоря, идет речь. Дима огрызнулся, ядовито заметив, что математиков должны занимать совсем другие материи. К примеру — ряды Фурье. А не ведомственная принадлежность "лежащего на боку", завода в российской глубинке. Матвей простодушно заметил, что время, потраченное такими выдающимися людьми современности на обсуждение судьбы провинциальной развалюхи стоит дороже предмета беседы.

Задетый за живое Дима, тоном доктора, беседующего с умственно отсталым пациентом спросил, — знает ли уважаемый профессор, что все, мало-мальские стоящие активы в стране уже давно поделены? Выдающимся людям только и остается обсуждать судьбу разного рода развалюх. Борис согласно кивнул. Федоров, почесав в затылке, переспросил, правильно ли он понял — уважаемый сотрудник президентской администрации на полном серьезе утверждает, что бесхозных предприятий в стране больше нет? Дима, окончательно войдя в роль участливого доктора, покивал головой. Матвей вздохнул и поинтересовался, — если в стране все настолько плохо, то не хотят ли господа в складчину купить Крым?

Ответом были вытаращенные глаза собеседников.

Матвей пояснил, что осенью он совершил поездку на полуостров и имел там ряд интересных встреч. Главным результатом, вынесенным из них стало понимание 'цены вопроса' — провозглашения независимости. С московской точки зрения она была просто копеечной. Далее, на полуострове имеется недостроенная АЭС и несколько отличных портов, которые можно переоборудовать (Борис задумчиво кивнул). Возведение моста через керченский пролив удачно дополнит идею с портами. При желании, совсем рядом, в Николаеве, еще со времен СССР простаивает судостроительный завод, который сейчас можно купить за сущие гроши и перевезти в Севастополь. Судостроители с удовольствием и без особых эмоций сменят один славянский черноморский город на другой при условии, что там будет работа. Не говоря о том, что из Крыма получится отличная банковская прачечная. А при желании — плацдарм для контрабанды. Крышей, венчающей проект, будет российская военная база, которую для такого случая можно расширить. Надеюсь, правительство Федерации возражать не будет (кивок в сторону ошалелого Алексеева). Оффшорный фонд прикроет участников затеи. Единственным публичным лицом будет директор оффшора — Матвей.

Борис, впервые с начала встречи по-настоящему оживился и возбужденно засопел.

-А если Крым отделится, не включит ли его в свой состав Россия?

-Нет, — уверенно ответил Алексеев, — наши может и захотят, но кто ж им даст? Важнее другое, не полезет ли в драку Киев?

Матвей пожал плечами, — А с чем он полезет? У него практически не осталось армии, а если Россия насупится и порекомендует не лезть, к чему ты, Дима, можешь поспособствовать, то на такое развитие событий я бы выделил не более трех-четырех процентов.

-Не знаю, как вам, господа, а мне идея нравится. АЭС мы бы с удовольствием достроили. Специалистов хватает, мощности на Крым — с избытком. Можно экспортировать. Завод и мост — тоже интересно.

Повисла неловкая пауза. Дима хмыкнул, помолчал и глядя в потолок, выдал:

-Судостроительный завод и пол-терминала будет мои. Как и половина прачечной. И я пробью расширение базы.

Парочка еще раз переглянулась и определившись меж собой, выжидательно уставилась на Матвея. В воздухе повис вопрос. Профессор сделал паузу, наслаждаясь моментом — он знал, что у этих двоих просто нет альтернативы. Парни были из разных "банд" и у них просто не было иных людей, которым доверяли сразу оба.

Первым не выдержал Димочка. С нажимом, он спросил, — Берешь проект!?

Матвей молча улыбнулся.

Димочка взвизгнул,

— Сколько?

Из глубины кресла Бориса донеслось:

-Десять процентов.

Визг повторился, затухая.

Матвей с любопытством смотрел на Димочку. Он знал, что его жадный приятель просто не мог пройти мимо такого куска. Но он был слишком велик для одного. А с таким партнером, как Борис было невозможно найти другого кандидата. Ширму. И исполнителя. С нужными способностями.

Димочка шумно выдохнул.

-Хорошо, сучонок. Твои — десять.

Матвей кивнул.

Глава 5. Крым. Зима 2008.

Матвей отправился в Крым в конце февраля. Из Гонконга.

Весь полет он с отсутствующим видом смотрел в окно. Думал, мыслил, парился.

Предстояло решить две задачи — "купить" власть и организовать повод ее сдачи крымским руководством. И оттянуть момент первых утечек информации. Полностью, в курсе всего были пока только трое, считая его самого. Скоро их станет больше. Матвей не испытывал иллюзий — кто-то что-то где-то ляпнет, проговорится. Или откровенно сдаст. И тогда все решит скорость.

Еще одна мучившая Матвея проблема — добиться объявления независимости от крымского руководства. Задача выглядела простой только в изложении перед "московскими мальчиками". Крымчане хорошо усвоили украинскую привычку брать деньги и тут же, "на голубом глазу", ссылаясь на обстоятельства увиливать от исполнения взятых на себя обязательств — как шлюха, взявшая деньги и спешившая сообщить о наличии триппера и отсутствии резины.

По здравому размышлению, Матвей отказался от незатейливой схемы простого подкупа двух ключевых лиц. Без вопросов, теперь он мог просто завалить их деньгами. Но соблазн выглядел привлекательно только на первый взгляд. Чиновники без вопросов взяли бы деньги. Постаравшись сразу прибить дарящего. В конце-концов, побрезговав откровенной уголовщиной, его могли просто выставить из Крыма на "раз-два". Деньги оставались в схеме только для первого этапа переговоров, как показатель серьезности намерений. А единственным способом заставить нынешнее руководство полностью их отработать было только их участие в "Поиске". Хотя специальный фонд для подкупа и прочих экстренных расходов у него был наготове. И весьма приличный. Размеры отступных для прочих персонажей были обсуждены и согласованы еще в Москве. Деньги, предназначенные на это, были невелики только по столичным меркам.

"Поиск" — зарегистрированный в Гонконге инвестиционный фонд, созданный как "крыша" участников, источник денег и аккумулятор будущих активов. Сейчас, поспешно открытое крымское представительство фонда скупало земли под промышленное строительство и коммуникации. Побережье, за исключением портов он не трогал — это для бедных.

Скупку началась два месяца назад. За это время поменяли хозяев большая часть акций портовых предприятий, промплощадка заброшенной АЭС, николаевская верфь и немало промышленных земель в глубине полуострова. Купить кусок побережья для строительства керченского моста не удалось. Заключили долгосрочный договор аренды.

К происходящему старались не привлекать внимания, но масштаб не позволял. Цены ползли. Вместе с ценами ползли и слухи. Пока только по Украине. Матвей поежился. Пока все склоняли идиотизм лопавшихся от долларов китайцев. Более бредовые версии пока не всплывали. Слава богу.

Но главное было сделано — основные активы полуострова в его руках. Практически бесплатно. Те самые, стоимость которых завтра подскочит до небес, когда будет предъявлена инвестиционная программа — достройка АЭС, переезд николаевского судостроительного, возведение моста через пролив и полная реконструкция портов Севастополя, Керчи и Феодосии. И банковские гарантии проекта. Гарантии крупнейших московских банков.

Это снимало вопросы будущего страны. Одно дело, объявлять о независимости не имея в активе ничего, кроме убогого трехмесячного туристического сезона. И совсем иное — избыточная энергетика, промышленность, гарантированный транзит и модернизированные порты. И маячившую за крымской спиной тень России.

Спустившись с трапа на неровный бетон симферопольского аэропорта, Матвей обежал взглядом знакомый пейзаж — приземистое здание аэровокзала, ряд стройных кипарисов. Несмотря на февраль светило солнце, было довольно тепло. Матвей довольно сощурился и вместе с остальными пассажирами направился к автобусу.

Отстояв очередь в таможню и пройдя паспортный контроль, он вышел на улицу сквозь строй горланящих таксистов. Постоял, обежав взглядом несколько десятков потрепанных машин, припаркованных на площади. В кармане завибрировал мобильник.

-И долго ты будешь разглядывать этот антиквариат? — насмешливо поинтересовалась трубка.

На площади коротко просигналила машина. Матвей поднял глаза на стоянку. Из-за кипарисов вынырнул запыленный (и тоже немолодой!) Лэнд-Крузер и ловко зарулил на пандус. С водительского места улыбалась насмешливая физиономия Семена. Матвей улыбнулся в ответ. Кинув на заднее сиденье плащ и чемодан, он полез в салон.

-Здорово! Вот и я думаю — чего рассматривать. Лучше в нем посидеть!

-Привет, профессор! А знаешь, меня так и подмывает добавить "е...нутый".

-Догадываюсь.

Джип рявкнул мотором распугивая частников и рванул в сторону Севастополя. На развязке, при въезде, Бобков вознамерился свернуть в сторону центра, но выслушав новую вводную направил машину к Балаклаве. Не доезжая нее машина свернула с трассы. Поднявшись на пригорок, по обсаженной кипарисами аллее они остановилась перед воротами уютного особнячка. Не опознав на мониторе гостей, привратник, выскочив из сторожки рысцой кинулся к ним. Матвей приспустил окно и кивнул дядьке. Тот икнул, щелкая пультом — ворота распахнулись. Проехав мимо блестящей таблички "Инвестиционный фонд "Поиск", Семен покосился на нее и аккуратно припарковал внедорожник у подъезда. Поднимаясь по ступенькам, они с совершено одинаковым любопытством осматривались. Матвей, так же как и Семен, видел крымский офис фонда впервые. Симпатичный белый домик о двух этажах, выстроенный в средиземноморском стиле, был куплен пару месяцев назад. Собственно офис занимал первый этаж. На втором этаже размещалась квартира Матвея и гостевые комнаты.

Поприветствовав выскочившего из-за полированной стойки секретаря и получив ключи, Матвей повел Бобкова наверх. Войдя в просторную гостиную, Матвей положил чемодан на диван. Вжикнула молния. Покопавшись в чемодане, он выпрямился, сжимая в руках папку с бумагами и бутыль из "Дьюти Фри". Положив на журнальный стол документы, следующим движением он своротил голову бутылке. Налив в два стакана на палец виски, он придвинул один Бобкову. Мелодично звякнуло стекло, щелкнула зажигалка.

-Ну, военный, вот она — смета.

Бобков внимательно посмотрел на Матвея, перевел взгляд на лежавшую на столе тонкую синюю папку. На титульном листе значилось: "Инвестиционная программа фонда "Поиск". Глаза Бобкова посерьезнели.

-Не шутил, значит... Ну-ну.

Поставив стакан, он взял папку в руки. Матвей ободряюще улыбнулся.

-Читай. Подпись кровью не потребуется.

Семен вздохнул и перелистнул первую страницу. Матвей краем глаза наблюдал, тихо забавляясь. По мере того, как Семен вчитывался в документы, его брови поднимались все выше. Не сдержавшись, он присвистнул.

Матвею наскучило. Открыв балконную дверь и прихватив собой стакан, он вышел на террасу, протянувшуюся вдоль фасада. Стакан и пепельница удобно расположились на широких перилах. С высоты второго этажа открылся красивый вид на прибрежные рощи и тусклое серебро моря. Матвей как раз прикончил виски и добивал третью сигарету, когда Семен выбрался на балкон. Они постояли бок о бок, смотря вдаль. Матвей докурил и не поворачиваясь, поинтересовался:

-Что скажешь?

Широченные плечи Семена поднялись и опустились.

-Если честно, это не совсем то, что я себе представлял. Но смотреть на вещи нужно реально. И этот проект — шанс для Крыма. Киев все угробит, а ты хоть и не город Кампанеллы строить собрался, но в любом случае — для Крыма это лучше. Я в деле. Только, в качестве чего? Или кого?

-Сейчас займись безопасностью. Купи местную охранную фирму с лицензией. Набирай людей. С опытом. Для начала сотню-полторы. Но, с прицелом на будущее. Лучше наших бывших вояк. С момента, когда я начну переговоры, ребята должны будут прикрыть и меня и эту халупу. Возможно что-то еще. Сейчас еще не знаю, проявится по ходу. Уточняю. Если на самом первом этапе, в дело вступит украинское СБ или военные — нам хана, по-любому. Но это менее вероятно. А вот что мы ненароком кого-нибудь из местных обидим и тот пришлет ребят, это я тебе практически гарантирую. Деньги мои, людей сам найдешь. Снаряжение и оружие закажешь в России. Контакты дам. На крайний случай, кое-что найдется в Севастополе...

Ну а после... Давай для начала пройдем первый этап. И после него поговорим о ролях второго акта.

Бобков улыбнулся, но глаза остались серьезными, — Заметано.