Далекое сияние звезд 2

Остальные серокожие как по команде рухнули на колени и организовали каждый свою позицию рук. Но никто даже не стремился повторить этот акробатический трюк от Нераги. Здесь мне тоже пришлось снова креститься, потому что внизу, видимо только и ждали этого моего движения, чтобы начать молиться. Каждый по-своему.

И вот снова стихия ритуалов. Тело вспыхивает. Погребальный огонь подкрашивает лица молящихся, придавая им еще более возвышенное выражение.

Потом на очереди были бойцы, павшие в сражении на Оранжереи. Снова и снова мы наблюдали различные традиции, постепенно привыкая к ним, принимая в них участие. Появилось любопытство. Почему так, и что означает то или иное действие. У меня даже возникло видение, что когда-нибудь, когда всех нас уже не будет в живых, на базе всех этих религиозных различий возникнет что-то общее, разумное и доброе. Традиция примирения. Традиция почтения героям. Так должно быть! Обязательно будет! На Гингбаре будет одна нация, состоящая из множества и множества разных народов.

Глава 5

На орбиту Алотара мы прямо таки вломились и ... молча, довольно плодотворно стали изучать окрестности. То есть подготавливать захват контроля над спутниками, прежде всего связи и навигации. Для физического уничтожения и своего рода демонстрации наших возможностей и решимости подлежали аппараты военного назначения. Они тут действительно развернули нехилую анти-ракетную группировку. Нам она в принципе была не нужна. Для ее обслуживания надо создавать оперативный центр со всеми структурами. Нафиг-нафиг. С научно-исследовательской частью объектов, болтающихся во множестве на орбите, решили повременить. Пусть пользуются. Я добрый... пока!

Ну и время нам понадобилось для изучения, хотя бы вкратце политико-экономической ситуации на планете. Всё-таки мои серокожие советники давно отсутствовали на родине и связи, как таковой не было. Блокада, она не очень-то продуктивна в получении новостей.

Вообще-то было два плана нашего появления здесь. Один, значит, наиболее незаметный, как это делали пилоты кораблей раньше, когда Гингбар еще числился колонией одного из государств гегемонов на Алотаре. Подходили они к планете с северного полюса. Этим, исключая большинство случайных обнаружений каких-нибудь астрономов любителей. Ну а остальные игроки на политической арене планеты, по заверениям моих консультантов и так находились уже в курсе большинства событий и пытались теми или иными способами принять участие в проекте. И пока тоже придерживали обнародование в своих СМИ.

Только нам, лично этот способ попадания на орбиту практически ничего не давал. Власти государства Питал, нас так сильно интересующие, врасплох не застанем. И зачем тогда скрываться? Нет, мы лучше вот-так, открыто. Еще и поиграем на нервах у многих и многих ответственных лиц. Помолчим пару деньков. Обстановочку разведаем....

Удивила меня орбитальная станция. Довольно большая, и по сведениям, с населением в двадцать три персоны. А обширная приставка к станции чем-то неуклюже напоминала сооружение для строительства корабля. Правда, работы там, по всей видимости, находились еще только в планировании.

Ее, пожалуй, сшибать не будем. Может куда и пригодиться!

Часов двенадцать на планете не происходило ничего. Имеется в виду в средствах массовой информации. Проследили, правда, срочные созывы правительств многих государств на закрытые совещания. Активизировалась связь всех этих правительств меж собой. Да она практически и протекала в непрерывном виде. Кое-что мы успевали прослушивать, некоторые нет. Просто ресурсов не хватало все отследить враз, предварительно разуметься, раскусив коды защиты этих линий.

А потом началось....

Сначала в некоторых мелких информационных структурах замелькали смутные, с плохой резкостью контуры нашего корабля. Но все истребители на внешнем креплении были все же различаемы. Потом больше. Через два дня после первых сообщений, стали появляться и в крупных изданиях и на телевидении тоже статьи и заметки на эту тему. И алотары во многих городах начали выходить на улицы и пикетировать сами, вероятно не зная, зачем и собственно против чего. Просто, такое значимое событие, думаю, многих вывело на улицу.

Тут же во многих столицах было введено чрезвычайное положение, и вроде бы все начинало успокаиваться.

С нами же непрерывно пытались выйти на связь. Ничё, ничё, пусть помаются местные вершители судеб!

На одном довольно большом острове на Алотаре находилась штаб-квартира международного института, что-то вроде земного ООН. И вот туда стали слетаться главы ведущих государств на сходку. Наверно хотели перетереть возможные изменения ситуации с глазу на глаз.

Ну, это вообще подарок!

Видимо все эти товарищи решили, что одного корабля со всего десятью истребителями очень уж бояться, и не стоит. В принципе, на их месте я бы тоже не боялся. Если еще и учесть, что природу возникновения всех этих истребителей и самого носителя некоторые из товарищей очень себе представляют.

К острову подтянули еще одно авианосное соединение. Одно и так там всегда неподалеку дежурило. Ну, все к слову о равноправии принятия решений в этом их ООН. Само собой, флот принадлежал государству Питал.

Можно уже, кажется, начинать! Стартовали наши истребители и успешно посшибали с орбиты военные спутники. Среди них, к слову сказать, были не только, и далеко не только аппараты от страны здешнего гегемона. Но, как говориться, дрова рубишь, щепки летят. Да и в наших планах, пока в их грубых набросках, серокожим нечего делать за пределами атмосферы. Только если они не служат и не являются гражданами Гингбара, само собой.

Фейерверк получился знатный. Ради этого и время подгадали вечернее и с умилением смотрели кадры местного телевидения. Красота!

А потом, тут же, бах, и все отключилось. Связь, телевидение, навигация. Интернет и кабельные линии мы, конечно, не смогли полностью закрыть. Но и там суматохи навели порядком и по мере исправления, продолжали терроризировать эти сегменты коммуникаций новыми и новыми вирусами.

Планету затрясло капитально.

Правительства объявили военное положение, и укрылось в бункерах. За исключением делегатов, которые сейчас в суматохе собиралась принять срочное коммюнике и быстренько свалить с острова.

Вот, теперь, пожалуй, настало время и для моего выхода!

Хоть я и привык уже обращаться к общественности просто, без больших согласованностей со сторонниками и пиетета к тем, кто не согласен с моим мнением, открылась и такая черта моего нового Я, но здесь сделал исключение и в эфир пошла запись.

Снова заработали телевизионные каналы, только там сейчас светилась моя наглая рожа и объявляла гражданам государства Питал ультиматум. Коли они сумели выбрать себе прошлого и нынешнего президентов, то настала пора и расплачиваться за этот опрометчивый шаг. Для начала предлагалось выдать мне этих преступников, и сопровождать их должны большинство входивших в составы обоих правительств, а так же, в придачу, и половину депутатов парламента двух созывов и штаба министерства обороны, служб разведки и государственной безопасности. Все эти персоны объявлялись подозреваемыми в противозаконной деятельности по отношению к гражданам планеты Гингбар, так же как и к некоторым гражданам планеты Алотар. И того в списке накопилось четыреста пятьдесят три претендента быть впервые осужденным по межпланетному трибуналу.

По всем сетям планеты поползли списки этих лиц. Проснулись комментаторы новостных консорциумов и начали лаяться всевозможные эксперты.

Ну, я им объявил, что телевещательные спутники не буду пока отключать. Запахло паленым мясом, так сказать, вот они все и активизировались.

Так же сделал заявление, что за попытку кого-либо из глав государств покинуть остров их Объединённых Наций, будет незамедлительно наказана та страна, чей представитель пошел на такой риск.

Крупные города затихли. Серокожие засели в домах. Помаленьку начался отток населения мега-центров в более незаселенные регионы. Это самые сообразительные. Пока только тонкими ручейками, но поток нарастал. У народов появился страх и неверие, что их защитят их правительства!

И все-таки я рассчитывал, что мне всех тех товарищей из списка не отдадут. Потому как потом останется меньше пространства для маневра еще чего-нибудь затребовать. А иметь от них я хотел ой как много.

Инерция дурости и коллегиальности превысила здравый смысл, как мы и рассчитывали. Никого нам не отдали. Да не только не отдали, но и пошли дальше в своем танце буа-буа — выдали встречное требование заплатить за все издержки понесенные во время нашего появления на орбите.

Нет, в парламенте явно сидят дятлы. Простые дятлы, умеющие делать, или осмысливать только одну операцию. На большее они вообще не способны. Иначе бы их и не выбрали вовсе. Кому там умные и рассудительные вообще нужны? Такие будут только мешать рулить. Как мне все это мою родную планету напомнило!!! И не в России дело... Так ведь везде было!

Ну что ж, будем переходить в активную фазу...

Да еще, к тому же, одна из группировок кораблей начала отходить от острова в направлении родного государства. Вероятно и президент на борту. Не захотел оставаться и нарушил предписания.

Сам виноват!

Четыре пар истребителей ушли выполнять боевую задачу, одна осталась на охранении.

Мы же маневрируем в высоких орбитах в поиске оптимальной позиции для прицеливания.

Не простая эта задача. Но ничего нового, экипаж во время стрельбищ такое уже много раз проделывал, и свободный коридор от посторонних предметов меж орудием и целью всегда находили. А с этим ситуация на орбите Гингбара несколько сложней чем здесь. Хотя много мелкого и этим трудно обнаруживаемого орбитального мусора и тут хватает.

Почти все функции самого прицеливания, то есть работой маневровых двигателей руководит бортовой компьютер, но он постоянно запрашивает решения оператора на выбор меж несколькими вариантами предстоящего действия. Не настолько железяка у нас еще умна. И в этом складывается фактор неизвестности. Операторы волнуются. Не хватает им опыта, той самой рутины работ.

Наши истребители вышли на высоту пятнадцать тысяч. С авианосца началась процедура старта перехватчиков. Только вот ничего перехватывать, похоже, они и не собирались. Все остались на низких высотах. Видимо воякам передали некоторые данные ТТХ наших машин, вот они и не рискуют.

Да, внизу маневренность наших несколько падает, хоть все еще и превышает возможности местного противника. Но зачем рисковать? У меня их всего десять. И неудачное попадание ракетой, думаю, не очень хорошо скажется на здоровье техники.

На экранах, транслирующих местные новостные каналы, появились кадры с места возможного вооруженного столкновения. Серокожие военные эксперты перед камерами стали гадать на кофейной гуще.

С орбиты поразить цель точно просто не реально. Очень уж атмосфера влияет на весь исход этой процедуры. Там делается расчет на обстрел по площадям, с надеждой на более позитивный результат попаданий. Или же надо использовать самонаводящиеся снаряды, коих у нас пока не было.

Корабль ощутимо тряхнуло. Первый подарок пошел! Снова работа маневровых, восстанавливая позицию. Второй снаряд покинул орудие. Третий...

Меж тем двойки истребителей выстроились в ожидании обстрела целей. С новыми снарядами им эта дистанция вполне подходящая.

(о снарядах будет в четвертой главе)

Мне оставалось только превратиться в безучастного зрителя. Экипаж знает, что надо делать. Я в их ремесле мало что понимаю, вот и не буду мешать. Даже не занял капитанское кресло. Скромный я диктатор.

Меж тем на экранах местного телевидения сменилась картинка. Сейчас она изображала затянутое тучами серое небо. Трансляция велась с нескольких точек. И одна, находилась на борту авианосца. За кадром были слышны, сирена, гул взлета самолетов.... И на этом фоне, совсем рядом с камерой слышались пререкания, видимо комментатора, с каким-то офицером. Последний настаивал, чтобы журналисты покинули палубу, а те, значит всячески отстаивали свои права там находиться.

На небе появилась яркая точка, она стремительно прорвала слой туч, и в следующее мгновение толстым черным дымным копьем с ярко сверкающим наконечником воткнулось в поверхность океана. Яркая вспышка и на экране появилась заставка с логотипом телевизионного канала.

Я перевел взгляд на другой монитор. Здесь трансляция велась в некотором отдалении от происходящего кошмара. Корабль, с которого вещали, шел в нескольких километрах параллельно эскадре. Журналист за кадром явно читал молитвы. Судя по интонации — смысла было не разобрать. На экране же, как раз произошла еще одна вспышка яркого света. Камера настроилась, и стал, заметен еще один инверсионный след, оставленный прилетевшим снарядом. Хоть камера и работала с большим приближением, разобрать, что же сейчас твориться на месте поражения цели не было возможности. Все скрывало облако пара. Вот и третий подарок яркой точкой промелькнул на экране, и камера снова вынуждена настраиваться на светочувствительность.

И только сейчас из динамиков пошел рокот. Это звук прилетающих снарядов с большим опозданием достиг микрофонов. Бортовой компьютер среагировал и умерил громкость. Вовремя! Поскольку потом вообще произошел треск сильного взрыва.

Даже мне стало не по себе от этого зловещего гула приближающейся смерти. А каково там серокожим даже и не представляю. Нет, жалко мне их нисколько не стало, но воображение работало на полную.

Дальше перед камерой возникла волна, и картинка, прыгнув, сменилась заставкой уже другой компании.

У нас не было возможности отслеживать, что там происходит на самом деле, поэтому прилагали усилия наблюдать с помощью местных телевизионщиков. Не знаю, понимали ли ответственные товарищи там все до конца, но хоть и такая визуальная информация была нам подарком. Да, в принципе, им то и ничего не оставалось. Вся информативная коммуникация военных легла подремать и они так же в своих целях использовали эту единственную возможность задействовать телевизионные спутники.

Заставки на экранах постепенно сменялись скорбными лицами ведущих, выражающих соболезнования погибшим и четко, сразу настраивая население на патриотическую борьбу против вероломного нападения на их свободу.

Оперативно они! Боятся, что другой возможности высказаться мы им не дадим? Да нет, наоборот, чем больше пафоса и патриотизма, тем сильней они станут зависеть от масс. Это нам на руку. Пока. Хаос, наше все в данной ситуации. А он будет. И грызня начнется, 'мама не горюй'! Так мы рассчитываем, во всяком случае.

Только на одном экране возникла картинка места происшествия на удаленном расстоянии и с воздуха. Судя по мелькающей тени, с вертолета. Здесь было только визуальное изображение, без звука и всяких логотипов вещательных каналов. Видимо, армейцы просто передавали эти съемки открытым каналом. Цепная реакция — эти же кадры стали появляться и на других мониторах.

Наши истребители уже начали работу. Из туч к кораблям потянулись инерционные нити от снарядов более мелкого калибра.