Новоселье (рабочее название)

— Приветствую почтенную публику! Дядя, я Вам говорила, что мечтаю окончательно осиротеть?! Так вот, сегодня я прямо-таки горю этим желанием! Ясанна Линарвиссэ, мастер-наставница, Вы можете проявить свойственную Вам черствость и эгоизм и выразить безмерную радость по поводу моего плачевного состояния.... — Эк, я задвинула! Могу, когда захочу. Яся даже рыдать забыла. — Короче, подселенец в мою голову никуда не делся и крайне озабочен этим фактом. Я тоже. Дядя, Ваш бульон для рассоединения с Короедом не сработал. Кто хочет, рвёт на себе волосы от досады, кто не хочет — пляшет на радостях. Приступайте!

М-да... Дядя подавился чаем. Яся икнула и попыталась (как мне показалось) пробуравить меня взглядом насквозь в попытке рассмотреть во мне своего синего возлюбленного. Лидорчик как обычно открыл рот. Неужели пытается постичь глубину моей трагедии? Статус "страдалицы в научных целях", который он мне присвоил, похоже, перекочевал в область героизма, как минимум. Если наш светлейший императорский отпрыск сочинит про меня балладу, я его придушу. А он сочинит. По глазам вижу. Чудовищно. "Баллада о юной деве и старом маге внутри ея плоти". Фу, пошлятина какая. Читатели будут в восторге. Особенно орки, если им кто-нибудь прочитает эту дрянь вслух. Однако, пора вернуться к насущным проблемам:

— Так что будем со мной делать? С нами, то есть?

Судя по допитому чаю, дядя уже пережил неудачу с изгнанием Короеда. Но мне совсем не нравится, как он на меня смотрит. Я не говорила, что дядя считает побочные результаты экспериментов самыми важными и достойными внимания открытиями? Если нет, то вот — сообщаю. Считает.

— Миточка, присядь и расслабься. — Дядя в своем репертуаре. — Сейчас мы с уважаемым нир Кареном обсудим сложившуюся ситуацию и непременно найдём решение.

Яся, что неудивительно, кинулась меня усаживать в кресло, Лидорчик метнулся собирать на поднос чашки, блюдца, плюшки и варенье для меня героически-несчастной. Ну, понятно. Дядя с Короедом будут беседовать, а я жевать.

— Нет, дядя. Я тоже хочу слышать обсуждение проблемы. Это и моя проблема, в моей голове и в моём теле!

— Хорошо, хорошо, Миточка...

Что-то мне эта дядина покладистость не нравится. Мой родной учмаг разговаривал со мной таким сахарным тоном, только один раз в жизни, когда я подхватила радужную лихорадку на гнилых болотах (мы с ним ценные травы как-то раз собирали в неположенном месте). А потом он лечил меня своим новым лекарством на основе этих же трав. Вот точно так же убалтывал: "Хорошо-хорошо, Миточка, не хочешь, не пей". Подозрительно.

— Короед! — Пусть уж мы все слушаем, где и в чём эти два учмага ошиблись. Две их головы — хорошо. Но может, и Яся с Лидорчиком чего присоветуют. Или станут свидетелями очередного эксперимента ради последующего запрещения моему дяде экспериментировать даже с мышами. — Короед, я разрешаю поговорить моим горлом. Только за голосовые связки не дёргай. Они у меня после твоего тембра очень болят.

Сижу... Чай не пью. Рот занят разговором, а голова о своём думает. Дядя с Короедом перебрали все варианты. В свой мир и в своё тело Короеду очень хочется. Хорошо. Но пути назад он не видит (или не может почему-то нащупать, или унюхать, или ещё как-то убраться из моей головы). Плохо. Рассоединение прошло обычным образом и очень легко. Да!? Очень хорошо. Но потом Короед почувствовал непреодолимую тягу, и его унесло обратно в наш мир. В меня. По "накатанной" дорожке. Ыртыть! Плохо. Очень плохо.

И дом-то он свой любит, и племянника очень любит, а лаборатория у него — лучшая из лучших, и тело своё, что более чем естественно, он тоже очень любит. И прямо-таки жаждет обратно в него вернуться. Главное — желание. А оно у Короеда правильное. Нормально. Хотела бы я посмотреть на мужика, который перестанет любить своё тело и захочет оказаться упакованным в девчонку... Это как надо в таком случае мозгами двинуться? В чём проблема-то? Желание стать нормальным мужиком засбоило?!

Тааак! Двинуться мозгами? Я — гений. И, кажется, знаю, в чём проблема. Я даже знаю, где она есть. Я её вижу. Проблема промокает глаза платочком и втихаря улыбается. Попробовала бы она улыбаться не втихаря после моих намёков на чёрствость и эгоизм? Верните мне голос! Немедленно!

Стучу изо всех сил по подлокотнику кресла, моргаю глазами — сигналю о желании высказаться. Есть! Ну, держитесь! Берем ингмарка за рога:

— Я знаю, что делать! Надо убить мастера Ясанну! — Вот так вот. Да, радикально, зато с гарантией. И нечего на меня смотреть как на сумасшедшую. Ладно, придётся пояснить для особо умных учмагов суть дела, а то они даже дышать перестали. — Если убить Ясанну Линарвиссэ, Таль нир Караен удалится в свой мир. В печали. В нашем мире ему будет делать совершенно нечего. И нечего желать. — Что? Опять не понятно?— Его здесь ничто не будет держать. Точнее — никто. Ему совершенно не потребуется обратно сюда хотеть. И он снова будет при теле. При своём. — Неа... До них всё-таки очень медленно доходят простые истины. Придётся объяснять совсем подробно. — Короед, буду озвучивать твои ответы. Ты себя любишь?

— Да. — Повторяю вслух.

— А племянника?

— Да.

— И тело и дело, и свой мир, и все свои лабораторные склянки тоже "да"?

— Да!

— А Ясанну?!

-.... Да, очень. — Ой как мы умильно сопим у меня в голове и краснеем моими щеками, аж ушам жарко.

— Воооот! — Вот это и есть проблема. Кажется, до всех дошло. — Гад ты, Короед, изверг! Ты любишь Ясю больше, чем своё тело, племянника и весь свой дурной мир с неадекватными фонтанами! — Я уже ору. — Как тебе не стыдно!? Как можно всё это вместе взятое променять на нашего мастера-наставницу!? — А чего мне стесняться? Я бы так не поступила. Ни за что. — Представь себе чувства племянника. Через пару недель он будет рыдать на твоей могиле! — Подпускаю в голос заунывной жути. — Ком земли ударяется о крышку гроба, бедный мальчик рыдает на могиле единственного родственника...

Короед извернулся, перехватил инициативу и влез своим голосом:

— Никакой он не бедный! И не мальчик. У нас разница в возрасте всего-то десять лет. Мой брат гораздо старше меня, так что его сын почти мой ровесник. И он, да — племянник, но я вовсе не единственный его родственник. У него есть и мать, и отец, и сестра, и жена, и двое детей. В моём доме он сейчас слегка отдыхает от... ну, в общем, отдыхает. Да, там пока лежит и дышит моё тело. Но я не слишком-то рассчитывал на удачу в этом эксперименте. Семья о моей возможной кончине извещена. Завещание составлено. Какие гробы? Как только моё сердце остановится, тело сожгут. Очень красивый обряд...

Гад! Рвусь изо всех сил и загоняю Короеда куда подальше.

— Вот как?! А лаборатория!? — Учмаги же двинутые на своих "священных владениях". Лаборатория — последний шанс.

Короед орёт у меня внутри.

— Посмотри! — Мои глаза сами косят в сторону и пялятся на Ясю. — О, как она прекрасна! Какая лаборатория!? Да гори она огнём!

Яся. Угу. Прекрасна. Племянник "по-боку", брат тоже (сколько у Короеда оказывается родни), колбы, банки-склянки — не вопрос. Мир его ненормально раскрашенный тоже не может конкурировать с фиалковыми глазками Ясанны... Это что же получается?!

— А я!? А обо мне кто-нибудь подумал!?

Подумал только Лидорчик. Ополовиненный запас платочков теперь причитается мне.

Сижу. Рыдаю. ТоннаЭляМирГландам мне утиралки подсовывает и трагически молчит. Зато Короед опять пролез на первые роли и обсуждает с дядей проблему под другим углом. Яся тискает рукоять меча и внимательно слушает, что изрекает мой рот мужским голосом сквозь вполне себе девичьи всхлипы.

Ситуация — полный драмзерх. Эти два учмага не учли любовь. Любовь, видите ли — в данном случае почти невозможное явление. Спора...спорадическое... Типа — время от времени случается, но не со всеми, не всегда и не везде, а в случае помещения мужчины в тело девушки — почти вообще невозможна. Если бы не идеальное понимание сути вещей уважаемой Ясанны Линависсэ.... Вот, спасибо ей и её пониманию! Эк, мне везёт-то! В борьбе приоритетов "тело мужика" против "жизнь без Яси", победила Яся. Спорадически, как выяснилось. Но с большим отрывом. Ох, не надо мне было к Академии соваться! Будь проклят орочий фольклор и Таркан вместе с ним. И Яся со своими железками!

Я говорила, что не могу и не люблю летать? Оказывается, не люблю, но могу. Недалеко, но очень быстро. Не совсем понимаю, как это получилось, но я себя (то есть — Короед меня) так вышвырнул из кресла, что мои многострадальные мышцы чуть совсем от костей не оторвались. Хорошая у него реакция. Мне показалось, или он хотел ещё и крылья отрастить?

Лежу... мы лежим на Ясе, выкручиваем ей запястье. Лидорчик присоединился с опозданием. Ума у него нет — одни возвышенные чувства по поводу и без. Нет, чтобы пальцы ей разогнуть по одному и отнять меч как положено, так этот излишне светлый отпрыск Императора ухватился за лезвие.

Восхитительная композиция. Хоть картину пиши. Лидорчик гордо окропляет пол кровью из порезанного пальчика, Короед хрипит моей глоткой: "Не позволю, я умру без тебя...", один умный на всю компанию — мой дядя, разматывает магические клейкопластовые путы. И только я смотрю на всё это безобразие со стороны и тихо дурею. Хотя, куда уже дурнее-то?

Я говорила, что дурнее всегда есть куда? Так вот, почему-то всё время забываю, что стоит только сказать "дурнее некуда", как жизнь немедленно доказывает мне обратное.

Яся всхлипнула и обмякла, меч выпустила, и он грустно звякнул об пол. И тут этот гад-Короед воспользовался, тем, что я ему доверила управление нашим телом и поцеловал Ясю. Мной... Я бы Ясю даже в щёчку не чмокнула.... А он... И не надо мне врать про искусственное дыхание. Тьфу! Не знаю кого как, а меня и стошнить может.

— Короед, гад! Я не могу целоваться с женщиной! Кто там о душевных травмах говорил!?

Уффф.... Оторвался...

— Но я же вчера пережил....

Да есть ли справедливость на свете? Он ещё и считает себя вправе!?

— Что пережил!?

— Миточка, — Короед усадил наше тело на Ясю сверху (заломать наставницу... уххх, я лично не против — почётно) и свёл её шаловливые ручонки вместе. Дядя тут же скрутил Ясе руки, а потом ещё и ноги, чтобы совсем не дёргалась. — Вас вчера Лидортонниэль целовал, если Вы не забыли...

— Меня?! Целовал Лидорчик!? — Ложь. Я-то натурально сознания чуть не лишилась. — Ничего меня Лидорчик не целовал. Зачем ему это надо? Тьфу! Глупость какая! Вот он-то на самом деле мне почти делал искусственное дыхание. Пытался. Не умеет просто, спасатель недоделанный.

Тут наша "прекрасноликая" наконец-то подала голос.

— Это из-за меня... Я не смогу с этим жить... — И отвернувшись, так чтобы меня не видеть, совсем неумно добавила: — Я Вас люблю.

Ну, всё! Полный ырбуц и окончательный драмзерх. Куда теперь эти двое друг от друга денутся с их разделённым чувством? Конечно, я не утерпела и влезла с дополнительным вопросом, как бы там Короед ни старался не дать мне даже пискнуть:

— А кого "вас"? Нас с Короедом вместе или его одного?

Остроухая только всхлипнула.

Где-то как-то Ясю можно понять. Эльфы редко кончают жизнь самоубийством. Почти никогда. М-да... Я бы тоже расстроилась, если бы прекрасный-принц-на белом коне оказался в какой-нибудь малолетке... вместе с тем конём. В том смысле, что жеребца из Короеда теперь уж точно не получится. Ужас, да. Две загубленные жизни — моя и Короедова. Хотя обо мне Яся вряд ли думала, когда собиралась себе глотку перерезать, чтобы освободить своего любимого из моего ненужного ему тела. Как же я забыла, что по части любви все эльфы — чокнутые. Как один раз эта дурь им в голову втемяшится — так сразу и на всю жизнь. А она у них долгая. Ничего себе, нашла Яся способ облегчить всем страдания. Или это я подсказала? М-да... Кстати:

— Ясанная Линрвиссэ, а Вы себе представляете, каково мне было бы переживать вместе с Вашим возлюбленным его трагедию по поводу Вашей безвременной кончины?! Я же насчёт "убить" пошутила. Это у меня юмор такой нездоровый. Дурная наследственность, сами понимаете.

Не-а. Яся точно не подумала ни о чём, кроме как принести себя в жертву во имя чувств-с. Взгляд виноватый-виноватый. Тьфу! Светлые сказки в сиропном соусе.

Ладно.

— Короед, можно сползать с Яси и тащить меня в кресло. Дядя уж если вяжет, так на совесть.

Обратно в кресло мне помог упасть Лидорчик. Ясю уложил на диван дядя.

Как же плохо-то. И на душе муторно и препогано, и болит всё так, как будто меня рвали на части. А когда мне плохо, я и рада бы помолчать, но ничего не могу с собой поделать.

— Дядя, Вы нашу наставницу не развязывайте и ничего ей в руки не давайте. Даже ложку. Она у нас способная, может и ложку до нужной остроты зубами заточить. Или вилкой в глаз себя заколет во имя большой и светлой любви.

Короед мне стукнул в ментальный щит за издёвку, а дядя так вмазал кулаком по столу, что даже чашки подпрыгнули.

— Тихо! У меня есть идея.

Ага. У дяди опять идея! Драмзерх никогда не бывает полным. Но это я уже говорила.

В ожидании смерти (8)

Пошла вторая неделя после дядиной торжественной речи надо мной надорвавшейся и Ясей обстрадавшейся. Для начала мой родной учмаг забил гвоздь в крышку гроба последней надежды. Я всё-таки рассчитывала, что любовь Короеда сдаст позиции, и он уберется в свой мир и в своё тело. Но дядя решил поболтать и выболтал, что Яся всё равно "истает от тоски". Эльфы ещё и не такое могут. Заморить себя страданием они точно могут. Как-то я об этом подзабыла. В Ясином случае быстрое самоубийство было бы даже предпочтительней "медленного угасания". Она же рано или поздно себя доконает, хоть глядя на меня с Короедом внутри, хоть без Короеда.

Дядя целый час живописал как всё со всех сторон плохо, пока не сообщил, что нам такое радикальное требуется, чтобы всем стало хорошо. Нам нужен... свежий труп. Не просто свежий, а не порченный сквозными ранениями, отсутствием некоторых частей вроде рук и ног, но в первую очередь — головы. С этим я согласна. В каждом деле, то есть, в теле, главное — голова.

Дядина идея оказалась проста до изумления. Воспользовавшись связями Лидорчика и Ясанны, разослать приказ (номер раз) во все приграничные области о помещении любого годного мужского тела в магостазис. А приказ номер два — доставить это тело верховному магу Дома Таркесс для продолжения эксперимента и во избежание летального исхода Ясанны Линарвиссэ. Очень правильная идея.

До нас иногда доходили слухи, что в приграничье бывает неспокойно. То контрабандисты попробуют пролезть где нельзя, то банда какая-нибудь заведётся... Наши доблестные пограничные отряды быстро расправляются с этими мелкими проблемами и особо с преступниками не церемонятся. Но я себе примерно представляю, какие типы... да что там типы... типажи промышляют грабежами. Люди (не самые прекрасные), орки и гоблины (если расставить типажи по нисходящей).

Ясанна прямо как мои мысли прочитала. Любой пограничник, имея приказ не расчленять преступника на составляющие, легко справится с задачей. Может злодея и живьём в магостазис отправить. Тельце будет целеньким, вот только душу потом надо будет как-нибудь оттуда выковырять вместе с ментальной составляющей. Плёвое дело. Наверное. Дядя точно справится. Ломать — не строить.