Ваше благородие 3 (Правитель)

— Первосвященником это уже слишком, — сказал молодой Сытин, — но быть в числе их — да!

Как это все жизненно. Все ненормальные стремятся к неограниченной власти и чувствуют свое божественное происхождение, а те, кто стремится этого избежать, придавливаются невидимым оружием, называемым народным мнением. Как в концлагере, где тебе предоставляют право выбора между расстрелом и повешением.

— Хорошо, — сказал я, — мне нужно мнение специалистов по вашему вопросу.

Вошедшему адъютанту я приказал отвести господина Сытина к действительному тайному советнику Боткину для экспертного заключения по предоставленному фолианту.

Сообразительный капитан, видя мое каменное выражение лица, не допустил даже намека на улыбку, сразу поняв, какое заключение может дать лейб-медик Зимнего дворца.

— Прошу вас, сударь, — сказал он, — не помочь ли вам донести книгу?

Примерно через час доктор Боткин зашел ко мне и доложил, что у больного маниакальная шизофрения. В стадии обострения он опасен и очень хорошо, что я очень мягко говорил с ним, потому что невнимание или неверие могли вызвать реактивные действия по отношению к субъекту его устремлений.

— То есть, доктор, — спросил я, — на меня могли напасть?

— Именно так, — сказал доктор, — и у шизофреников есть способность концентрации физических сил на определенное действие, которой добиваются только отдельные спортсмены, ставящие мировые рекорды.

— То есть, — спросил я, — мировые рекордсмены тоже могут рассматриваться как ненормальные люди?

— В какой-то мере да, — согласился доктор, — но они знают свои пределы и не переходят черту дозволенного человеческому организму.

— Спасибо, доктор, — сказал я. — Придется создавать отдельную приемную и в эту приемную, пожалуйста, выделите своего сотрудника-консультанта, который будет определять симптомы просителей.

Сытинский фолиант натолкнул меня на очень хорошую мысль. В моей первой жизни все архивы были засекречены и населению выдавали дозированно ту информацию, которая соответствовала текущему моменту.

В пограничном училище на последнем курсе мне поручили подготовить реферат о полиции Российской империи до Октябрьского переворота и ее участии в охране государственной границы. Я перерыл все, что было в нашей обширной библиотеке и нашел лишь отрывочные сведения о том, как полиция расправлялась с революционерами и активистами демократического движения. Этого было полно, а вот информации о том, какой была форма полицейских, какие у них были знаки различия и прочие детали начисто отсутствовали.

Наш преподаватель научного коммунизма, участник Второй мировой войны моего времени, глядя на мои потуги в поисках материала, сказал:

— Вряд ли вы что-нибудь найдете, молодой человек. Царская полиция так насолила российскому народу, что уже в тысяча девятьсот восемнадцатом году остались единицы полицейских чинов, которые воевали в рядах Белой гвардии. Вместе с ними были уничтожены почти все документы, кроме именных списков арестованных и осужденных. Плюньте на все и напишите о зверствах полиции. Получите отличную оценку.

За реферат о зверствах царской полиции я получил отличную оценку, но я так и не знаю, какие погоны носила царская полиция, какие у них были чины и звания и из какого материала и какого цвета у них были погоны. Все вытоптали люди за эти зверства и ничего для истории не оставили, кроме засекреченного списка палачей и применяемых ими пыток.

По моему указанию было подготовлено распоряжение во все министерства и ведомства о заведении исторического формуляра, где будут помещаться высококачественные фотографии и рисунки мундиров, знаков различия, видов униформы, наград, списков награжденных, описания подвигов, групповых портретов и прочего, из чего любой гражданин может судить, что представляет собой то или иное ведомство. Это будет реклама и история.

Глава 11

Начало июня выдалось дождливым, хотя я люблю дождь. Дождь — это влага. Влага — это жизнь. Много влаги — это потоп. А Потоп — это смерть. Какое-то кольцо получается. Но это волшебное кольцо. Около журчащего ручья, в дождь или как у костра в ночи, человеку приходят умные мысли, или, на худой конец, стихи.

Люблю я дождик моросящий

И в нем гуляю, как в тумане,

Как будто я не настоящий,

А чужеземец, басурманин.

Везде хожу потупив очи,

Я не железный, вам клянусь,

Как беспокойны ваши ночи,

Как мне опасна ваша Русь.

Боюсь, что заповедь Пророка

Я каждодневно нарушал,

В глазах урусок бес порока,

Его я грешник принимал.

Мне недоступны рая пэри,

Они мне снятся по ночам,

Но я тебе открою двери

И уважение воздам.

Свинья не должна стесняться того, что она свинья. Баран того, что он баран. Козел того, что он козел. Курица, что она курица. Каждый может сказать:

— Я — червяк и это звучит гордо!

Все твари Божьи, но каждая тварь по жизни почему-то старается быть то кошечкой, то овчаркой или канарейкой, и никто не хочет быть тем, что ему предписано свыше.

Великан по жизни должен оставаться великаном, а не вставать на колени или ползать и становиться посмешищем для всех окружающих. Дело не в росте, а в делах, которые возвышают, но не принижают человека перед всеми.

Рожденный ползать летать не может. Но человек доказал, что можно ползти с такой скоростью, что она окажется выше взлетной и он полетит вверх, если заставит себя развести руки в стороны.

Всякий бегающий или ползающий должен убедиться, в ту ли сторону он ползет или бежит. Можно забежать или заползти в такие дебри, что возвращение туда, откуда прибежал, становится проблематичным.

На недавнем приеме Посол Франции передал приглашение посетить их страну с официальным визитом.

— Официальное приглашение будет опубликовано во французской прессе на следующий день, — сказал Посол. — Это самый красивейший город мира, — заливался он соловьем, — один из наших знаменитейших Людовиков даже сказал: "Увидеть Париж и умереть"!

Я посмотрел на Посла и удивился тому, что в Посольстве Франции никто не удосужился узнать, кто из "великих" произнес эту фразу. А произнес ее в 1931 году советский писатель и кинематографист Илья Эренбург еще по первой моей жизни в своей книге "Мой Париж". И надо же как удачно получилось, что его слова стали историей и сейчас приписываются французским королям.

Хотя, раньше говорили, что все дороги ведут в Рим и именно там и возникло: увидеть Рим и умереть! Но с разрушением империи это перешло в Неаполь как: Videre Napoli et Mori. Потом это уточнили, чтобы не было никаких двояких толкований: Vedi Napoli e poi muori! Увидеть Неаполь и умереть.

Улыбнувшись Послу, я поблагодарил за приглашение и, будучи уверенным во французском чувстве юмора, сказал, что я еще хочу пожить. Посол как-то незаметно исчез, я бы даже сказал — слинял, зато около меня появился наш министр иностранных дел с прической, стоящей дыбом и спросил о причинах моего отказа от визита во Французскую Республику.

— Успокойтесь, господин министр, — сказал я, — и успокойте своего коллегу по дипломатическому цеху. Он пригласил меня и сказал, что мне нужно обязательно приехать в Париж, чтобы его увидеть и помереть. А я сказал ему, что еще собираюсь пожить. Вот и смотрите, француз, а никакого чувства юмора.

— Извините, Ваше высокопревосходительство, — сказал министр, — но мне придется отпаивать французского Посла от ваших шуточек.

Посла успокоили, и он профланировал невдалеке от меня с широкой улыбкой, показывая, что наконец-то и до него дошел юмор разговорного применения мема о смерти после осмотра Парижа. А мне нужно сесть за изучение французского языка. Конечно, не до такого уровня, чтобы свободно вести беседу, но хотя бы для того, чтобы по бумажке прочитать по-французски и без акцента приветствие присутствующим дамам и господам. То есть, медам и месье. Так же легко нужно здороваться, благодарить не только словами спасибо и пожалуйста, говорить, что очень приятно познакомиться и знать пару-тройку жестов для выражения восхищения.

Глава 12

Вся обстановка в нашей стране напоминала одна тысяча девятьсот восемьдесят пятый год в моей первой жизни, когда я волей случая переместился в год одна тысяча девятьсот седьмой и вся моя жизнь пошла по другому кругу, созданному не без моего участия.

Что у нас было в этом году в моей первой жизни? Перестройка. Гласность. Антиалкогольная кампания. Начала демократии. Частичное приоткрытое архивов. Начала экономических преобразований.

В моей третьей жизни не было никаких антиалкогольных кампаний. Экономика была рыночной. Купцы, предприниматели, банкиры были в почете. В Россию было выгодно вкладывать деньги. Инвесторы стояли в очередях и наши деловые люди выбирали то, что им выгодно, да и министерство экономического развития подсказывало то, что было выгодно для государства.

Когда в стране застой, то каждый день считается прожитым и люди доживают свою жизнь, не видя ничего впереди и имея единственную цель, чтобы похороны не стали разорением для оставшихся в живых родственников. Такую жизнь можно сравнить со спичкой, которая просто горит, изгибаясь в дугу. Прогорела и ее бросили только для того, чтобы с утра зажечь новую спичку. Последующую жизнь вышедших на пенсию людей называли дожитием, и пенсионеры чувствовали себя сильно виноватыми в том, что дожитие является отрицательной величиной жизни и ухудшает последнюю. Пенсионеры как бы говорили всем живущим: подождите, нам уже немного осталось.

Когда страна на подъеме, то эта же спичка является лучиком света в темноте, теплом для людей, огнем для доменных печей, огнем в моторах и огнем в душах людей, которые заняты созидательным трудом на благо своего государства. Когда главной целью людей является не доживание собственной никчемной жизни, а построение общества будущего и светлого для своих детей и для себя лично, то шкала энтузиазма граждан и самоорганизованности их для выполнения поставленных задач будет просто зашкаливать.

Именно такая жизнь была и в нашей России. Пресса постоянно сообщала о закладке промышленных объектов, сдаче в строй уже построенных, появлении на прилавках новых товаров, успехах ученых и инженеров в науке и технике. Все руководство страны было в постоянных разъездах, официально освящая своим присутствием строительство и ввод в действие объектов. Страна не заявляла о своей светской сущности, но роль религии заметно снижалась. Батюшкам строго указывалось на их попытки встать на пути прогресса и, так как они были государственными служащими, то к ним применялись меры дисциплинарного воздействия, как ко всем другим чиновникам.

Погон у них не было, но классные чины были. У черного монашества Митрополит имел первый класс, как канцлер. Архиепископ — второй класс как действительный тайный советник. Епископ — третий класс как тайный советник. Архимандрит — четвертый класс как действительный статский советник. Генерал-майор. Игумен — пятый класс как статский советник. Это как пехотный бригадир. У белого духовенства Протопресвитер — пятый класс как статский советник. Тоже бригадир. Протоиерей — шестой класс как коллежский советник. Одним словом, полковник. Священник (иерей) — седьмой класс как надворный советник, то есть подполковник. Протодиакон — восьмой класс как коллежский асессор, майор одним словом. Диакон — девятый класс как титулярный советник. А это как пехотный штабс-капитан. Мало кто знает об этом, но религия должна работать в интересах государства, а не государство работать на религию.

Купцы проводили церковное освящение своих новых автомобилей и яхт, но зато как все радовались, когда освященная техника ломалась из-за того, что они Бога прогневали, вот он и отвесил им полной мере за свои деяния.

Моим указом были категорически запрещены освящения кандидатских и докторских диссертаций, математических теорем и законов физики и химии. Также были запрещены освящения летательных аппаратов, спутников, ракет носителей и орбитальных устройств, баллистических ракет и новых видов оружия.

Было запрещено выделение бюджетных денег на строительство храмов в армии и по родам войск. Строительство культовых сооружений на территории воинских частей также было запрещено. Хотите строить себе храм, стройте, собирайте деньги и ходите, молитесь в свободное от служебных обязанностей время.

Мобильные храмы были переданы в министерство по делам национальностей, чтобы окормлять кочевые народы Крайнего Севера.

Глава 13

Не менее важной проблемой оказалась женитьба Николая Третьего. Очень важное государственное дело, чтобы породу королевского рода не попортить, и чтобы в политическом плане женитьба была выгодной и способствовала укреплению добрососедских и союзных отношений с соседними странами.

Все мы с интересом наблюдаем за перипетиями королевской жизни в Великобритании. У одного наследного принца все в порядке. Жена. Семья. Дети. Образцовая семья как пример для подражания всех подданных. У второго наследного принца жена не королевских кровей и американка неамериканского происхождения, пальцы врастопырку, типа, плевать я хотела на ваши титулы, мы и так проживем без ваших политесов и всего прочего.

Самое интересное, что такое уже было в истории этой же королевской семьи. Принц стал королем и женился на дважды разведенной американке. Вот тут ему и сказали, что нам такого короля не надо, корону на стол и будьте любезны не портить институт монархии. И королем стал отец нынешней почти столетней королевы, которой ничего не светило без женитьбы ее дяди.

А сейчас представьте себе, что с первым принцем, не дай Бог, и его семьей что-то случится? По закону призовут пославшего нахрен британскую монархию принца. И будет он делать все, что прикажет ему жена. А кто будет наследным принцем? Ганнибал. Не индиец и не пакистанец, те хотя бы были в составе Британской империи и жили в звезде короны империи. Один небольшой шаг в сторону и внешний вид монархии насмарку.

Вот и монарху Российской империи тоже нужно быть острожным, чтобы монархия была такой же, какой она была на протяжении многих веков.

Наш министр иностранных дел распустил слух в дипломатическом корпусе о том, что ЕИВ ищет себе пару для продолжения рода и подарка подданным наследника престола. Слух мгновенно разнесся по всем странам, где есть царственные особы, и от них, и от глав других государств стали поступать неофициальные предложения по кандидатурам на Ее Императорское Величество.

Сватовство проводится неофициально, чтобы не превратить этот процесс в очередной конкурс красоты и не дискредитировать не выигравших царственных особ и ставленниц олигархата разных стран. Неофициальность при таких делах равняется примерно грифу совершенно секретно в делах обороны.

Для рассмотрения предложений была создана специальная комиссия из числа психиатров и сексологов, терапевтов, хирургов, педиатров, гинекологов, стоматологов, гигиенистов, спортивных тренеров и экстрасенсов. Последним я не особенно верю, но иногда у них путем длительной тренировки проявляются исключительные свойства предвидения событий.