Зависимость - 2

— Заходи, — доносится оттуда.

Кью медлит, но один из идущих позади охранников подталкивает ее в спину. В кабинете за столом сидит мужчина в роговых очках и что-то пишет в толстой потертой тетради.

— Садись.

Не поднимая головы, он указывает рукой в сторону стоящего рядом стула. Кью медленно садиться. И все же сидеть на полу гораздо удобнее.

— Ты знаешь, зачем ты здесь? — спрашивает мужчина, глядя на нее. У него мутные серо-зеленые глаза и тонкие бескровные губы.

— Нет.

Говорить так же непривычно. Более того, странно, что она все еще способна на это.

— Последние три года ты провела в камере под наблюдением наших специалистов. Сейчас мы пришли к выводу, что можем освободить тебя, Кью.

— Почему?

Он смотрит на нее так, словно хочет съесть. Так смотрел бы крупный хищник на свою жертву.

— Потому что ты можешь оказаться полезной. И потому, что мы не знаем, что с тобой делать.

/////

Красивая дорогая одежда должна красить человека. Особенно женщину. Но Кью чувствовала себя в ней как бродяжка. Несмотря на маленький размер, вещи все же были немного большие, брюки топорщились на бедрах. Это было...неловко. Сильно накрашенная женщина хотела обрезать ее секущиеся волосы, но Кью пригрозила, что сломает ей руку при первой же попытке, и в итоге дело обошлось восстанавливающейся маской. Ее заставили пройти целый курс процедур, начиная с выщипывания бровей и заканчивая депиляцией ног и подмышек.

Когда пытки окончились, и Кью посмотрела на себя в зеркало, то увидела в отражении чистую версию себя, не более того. Даже после всех ухищрений накрашенная женщина не смогла бы назвать ее симпатичной. Впрочем, хватит и того, что теперь люди на улице хотя бы не станут обращать на нее внимания. Невзрачная — самое подходящее слово для ее внешности.

Кроме внешнего преображения Кью заставили пройти курс реабилитации, касающейся поведения в обществе. Это было скучно. Но была и более интересная часть — физическая подготовка: бег, физические нагрузки, мышечное напряжение, поднятие штанги, легкая атлетика. Словом, все то, о чем Кью мечтала последние несколько лет. Девушка провела последние два года своей жизни в подземной камере. До этого была череда временных заключений, побегов, снова заключений. Кью так и не закончила школу. И испытывала некие трудности с чтением и письмом. Ей стоило больших усилий скрыть это от человека, ответственного за курс ее реабилитации, делая вид, что ей совершенно наплевать на задание, которые он для нее подбирал. Можно было, конечно, признаться и перестать слушать постоянные вопли, но было в этом нечто унизительное.

Унизительное...

Странно употреблять это слово после того, как она провела столько времени в камере, прикованная к стене, без столовых приборов и с душем раз в месяц. Быть может, в этом виновата чертова одежда? С огромным удовольствием Кью сорвала бы ее с себя и выбросила в мусор, но это означало расстроить людей, сохранивших ей жизнь. Это означало бы напроситься на очередной удар.

Решение отпустить ее на свободу, до сих пор казалось девушке странным. Впрочем, довольно скоро она поняла, что "свобода" — слишком громко сказано. Металлические браслеты на ее запястьях были тоньше былых и не крепились к стене, но все равно являлись оковами.

Мы можем остановить твое сердце нажатием одной кнопки. Один единственный нервный импульс в ЦНС.

Ручная обезьянка на привязи, с оружием в руках.

Послушная маленькая обезьянка — живая маленькая обезьянка.

/////

— Все можно сделать гораздо проще, — Джад подвинул стул ближе к столу, развернув к себе монитор компьютера, и уверено забегал пальцами по клавиатуре, восстанавливая программу.

Луис посмотрел на него с нескрываемым удивлением.

— Где ты научился этому?

Джад только пожал плечами.

— Я достаточно быстро учусь.

— И ты смог бы взломать любой сайт?

— Мог, но зачем?

Луис закатил глаза.

— Как давно ты здесь?

— Года четыре. Где-то около того.

— И сколько из них ты потратил на освоение компьютера?

— Максимум месяц, — усмехнулся Джад, не пытаясь скрыть в голосе самодовольства. — Я почистил твой компьютер и убрал баны. Железо слабовато, но, если хочешь, я могу пересобрать комп как-то на досуге. Летать будет, как новенький. Если тебе нужна еще какая помощь, обращайся.

Луис помедлил на мгновение, прежде чем ответить.

— Можешь найти человека по номеру его телефона? — спросил он, прищурившись. — Не адрес, а точное местоположение.

— Без проблем. Ты же знаешь, я в долгу перед тобой, приятель.

— Пока еще нет.

— Урсула сказала, что ты можешь помочь.

— Могу и сделаю это, если ты поможешь мне.

— Говори имя и номер.

Парень взял со стола блокнот и ручку, по памяти записывая цифры. Джад без особого интереса смотрел на его тонкое вытянутое лицо, длинный нос с горбинкой, темные глаза и прыщавую кожу. Вещи не всегда такие, какими кажутся на первый взгляд. Встретив Луиса на улице, Джад вряд ли бы понял, кем тот является на самом деле. Безобидный внешний вид однозначно играл в пользу парня, но Джад давно привык видеть то, что скрыто от посторонних. Его аура была настолько черной и настолько плотной, что, казалось, будто Луис повсюду ходит в черном плаще от шеи до самых пят. Такой всепоглощающий мрак не преследует даже демонов.

— Вот номер, — сказал парень, положив блокнот перед Джадом. — Ее зовут Фиби Коллинз.

/////

Этот запах опьянял. Заставлял рот наполняться слюной и напрягаться каждую мышцу в его теле. Это она так действовала на него. Как всегда. Ее тело не пахло духами или мылом, нет, был только запах пота, соли и крови. Он хотел ее прямо сейчас. Кай переместился, прижимая ее к себе, чтобы еще раз почувствовать вкус ее кожи. Плевать, если он сходит с ума, плевать, если совсем сбрендин на фоне этой безумной зависимости.

О да. Это то, что нужно.

Губы Фиби на его шее, ее язык в его рту, маленькие горячие руки на его спине. Она не стала сопротивляться, когда он повалил ее на кровать, придавив сверху своим телом, лишь стала целовать его еще неистовее.

Что-то холодное закапало на них сверху. Капли постепенно становились все больше и больше, пока майка Кая не прилипла к спине. Фиби замерла, глядя наверх. Кай отпрянул назад, не в силах отвести взгляд от ее рубашки, сплошь покрытой красными пятнами.

— Ты убиваешь меня, — сказала она, глядя на него широко распахнутыми глазами.

Эти слова — последнее, что он помнил, просыпаясь каждое утро, в то время как его тело все еще ощущало ее присутствие. Твою ж мать.

Ни холодная вода, ни снотворное, ни дикая природа не могли помочь ему справиться с этой манией, этой болезнью. И, что самое главное, он никак не мог понять, почему именно она. За долгие столетия жизни у него было множество женщин, среди которых были и такие, рядом с которыми Фиби была все равно что гадкий утенок. Почему тогда даже спустя год он все еще не может ее забыть? Ему лучше без нее, ведь если бы он остался, демоны точно схватили бы его и упекли в аду еще на несколько десятков или даже сотен лет. Должно быть, и ей тоже лучше без него, если эта непутевая, конечно же, все еще жива. Интересно, кому теперь выпала роль ее няньки? Несмотря на все разумные мысли, Кай знал, что будет ждать следующей ночи, чтобы снова почувствовать ее прикосновение, пусть оно ему только сниться.

Что за мудак?

Повернувшись на бок, он обнял Кармен, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи. Он не жалел о том, что допустил, чтобы эта грань в их отношениях стерлась, хотя знал, что это испортит их дружбу.

Он был рад, что пытка, наконец, завершилась. То, что связывало его с Фиби, даже ошибкой назвать нельзя. Это даже больше, чем предательство.

//////

Мне нужна твоя помощь.

Такое сообщение пришло на телефон Фиби в два часа ночи. Привстав на локтях, девушка схватила со столика мобильник и уставилась на экран.

И что бы это значило? Чья-то неудачная шутка или кто-то просто ошибся номером? Решив проигнорировать странную просьбу, Фиби повернулась на другой бок и подтянула одеяло. В этот момент телефон снова ожил.

Я знаю, что ты решила забить, но мне действительно нужна твоя помощь. Прямо сейчас. На нашем старом месте. С тебя должок, если ты еще не забыла.

Дочитав последние слова, девушка почувствовала, что ее сердце забилось быстрее. Не раздумывая, она вскочила с кровати и бросилась одеваться, натягивая первые попавшиеся под руку вещи. Осталось не так много людей, к которым она пришла бы на помощь вот так, по первому зову. Ну, ладно, люди вообще не входили в это число.

У нее уже давно не было машины, вместо этого Фиби предпочитала передвигаться на мотоцикле, чтобы не стоять в пробках.

Через двадцать минут она была на месте. Заброшенный склад на окраине города, который почему-то так и не снесли, несмотря на то, что здание горело несколько раз только за последний год. С этим складом у Фиби были связаны разные воспоминания, можно даже сказать противоречивые, не только плохие и не только хорошие. Но чувство, оказавшееся сильнее прочих, стало для девушки неожиданным, как и мысль, пришедшая несколько секунд спустя.

Она не видела Кая больше года.

Было глупо вспоминать о нем сейчас. Он ушел, даже не попрощавшись. Просто исчез из ее жизни, так же внезапно, как и появился в ней. Лжец, который использовал ее самым наглым образом, не раз спасавший ей жизнь, и к которому она почти успела привязаться. Еще одна ее ошибка. Да, отношения с противоположным полом у Фиби явно не складывались. Сем ее бросил ради девчонки-ангела, стоило той проявить к нему-то хотя бы малейший интерес, ее родной брат, чудом оставшийся в живых, пытался ее убить, чтобы отомстить за смерть родителей, а единственный парень, к которому у нее были хоть какие-то чувства, был не просто демоном, но еще и предал ее, заманив в ловушку.

Оказалось, Фиби пришла на склад не первой. За последний год ее зрение, обоняние и слух обострились, и девушка явно различала высокую фигуру, стоявшую в тени.

— Не ожидала тебя увидеть в ближайшее время, — сказала она.

— Взаимно. Ты знаешь, меня бы здесь не было, если бы все ни было так серьезно. Ты далеко не первая в моем списке контактов.

Тень на асфальте качнулась, когда ее собеседник сделал шаг вперед, выйдя на свет. Фиби усмехнулась.

— Мне нравится твое новое тело, Крайм.

— Мне тоже...Мегги была такой горячей цыпочкой.

Крайм повернулась, продемонстрировал задницу в плотно облегающих брюках. Фиби действительно сочла это тело подходящим, так как представляла себя Крайм именно так. Высокая, худощавая, красивая и опасная. В длинных черных волосах Фиби заметила фиолетовые и красные полосы. В правой брови пирсинг. Из рукава куртки выглядывали черные линии татуировки.

— Может, наконец, скажешь, зачем вытащила меня сюда посреди ночи?

Дымчато-серые глаза Крайм, подведенные толстым слоем подводки, вспыхнули, и в них на мгновение отразилась ее истинная сущность.

— Одно старое семейное дело.

— И это не могло подождать до утра?

— Детка, зачем ждать, если утром мы уже будет далеко отсюда? Надеюсь, ты взяла все необходимые вещи.

1.4

Психофобия (англ. Psychophobia) — социокультурное клише, связанное с боязнью, нетерпимостью и другими негативными чувствами относительно душевных заболеваний и душевнобольных.

В глубине души...хм...в конечном счете он всегда знал, что это не может длиться вечно. Год и так очень долгий срок для беглого демона, по чьему следу, пусть скорее формально, но все же пустили двух ищеек. Проблема была в том, что приучившись обходиться без способностей, ограничиваясь только силами и умениями человеческого тела, Кай оказался не готов к тому, что этого может не хватить.

То, что осталось от его души, горело.

Дом, в который он вложил столько сил и стараний, первое место за несколько сотен лет, где он чувствовал уют и некое чувство защищенности, полыхал, как адское пламя. Демону едва хватило времени, чтобы выбраться на улицу до того, как обрушится свод, и его получеловеческое тело окажется погребено заживо. Еще год назад такая перспектива нисколько не испугала бы его. Можно было телепортироваться или просто потушить пламя щелчком пальцев. Уйма вариантов.

Теперь проявить силу означало сообщить врагам его точное местоположение. Но и это было не самым страшным. Раз кто-то совершил этот поджог, значит, они уже и так знали, где он скрывался. Но у Кая попросту не осталось сил на сопротивление.

Деревянный дом сгорел за каких-то пять-десять минут. Черные облака смога и волны жара поднимались над лесом, извещая о только что случившейся трагедии. Вполне возможно, что через несколько минут сюда сбегутся его ближайшие соседи.

Нужно убираться отсюда.

У него ничего не было с собой, кроме заговоренного ножа. Одежда, бывшая на нем, обгорела и сплошь покрылась копотью. Кай не обнаружил того, кто совершил поджог. Лес, освещенный красновато-желтым заревом огня, казался совершенно пустынным. Хруст веток под его ногами не мог заглушить треск деревянных поленьев, оставшихся от его дома.

И все же он был здесь один.

Но пожар не мог случиться сам по себе без какой-либо внешней причины. И те, кто охотится за ним, знают, что его сущность не пострадает, даже если тело обгорит до костей. Значит, либо его хотел убить кто-то из людей, что было, в общем-то, маловероятно, либо демоны хотели, чтобы он покинул место своей добровольной ссылки.

Кай резко затормозил, пытаясь собраться с мыслями. Если бы демоны хотели его смерти, он давно бы уже был мертв. Целый год в глуши не научил его осторожности. Скорее наоборот, устав от постоянного страха за свою жизнь, Кай успел смириться с неминуемой смертью и старался просто жить так, как у него получалось. На мгновение в его сознании мелькнула мысль, что лучше бы этой пытке прекратиться прямо сейчас, ведь единственный удар в сердце заговоренным кинжалом или пулей ангельским знаком...

Обернувшись назад, он заметил то, что раннее ускользало от его взгляда. Перед тлеющими развалинами, прямо на земле, горела надпись. Кто-то разлил толстый слой масла и поджег. Кривые линии, если смотреть под определенным углом, складывались в слова.

Твой отпуск закончился. Жница следующая.

Во всем этом должен быть какой-то смысл. Должен, но Кай его не видел. Было совершенно ясно, что его заставили играть в какую-то игру, правил которой не сообщили, и каждый его ход уже заранее известен. И теперь они хотят, чтобы он нашел Фиби. Но почему она?

У Кая не было машины, а возвращаться в поселок и просить помощи значило привлекать к его соседям ненужное внимание. Ему не нужна пища или сон, точнее не были нужны, когда он был демоном. В теории он и сейчас не может умереть, но точно неизвестно, сколько времени он сможет идти по лесу без пищи, воды, хоть какого-то снаряжения и даже практически без одежды. Потребуется не меньше двух дней, чтобы добраться до ближайшего городка.