Пусть мята напомнит тебе...

Вот как! Он еще меня и милой считает! Значит, я зачем-то ему нужна. Иначе прошёл бы мимо, не вытаскивая своё хвалёное чувство справедливости из подвалов тёмной души. Что же задумал наш прекрасный принц? Интересно послушать. Но прежде, притворимся порядочной девочкой, и поиграем.

— Как я могу отблагодарить вас, сир? — уставилась на него преданными глазищами, в надежде на доверие. И он действительно попался.

— Если позволит ваше здоровье, проведите этот вечер со мной. Вы станете моей компаньонкой на балу. Придёт мой личный лекарь и сделает что-нибудь с вашими синяками. Нам ведь нужно, чтобы вы выглядели прилично в обществе. Затем служанки принесут платье, помогут одеться и приведут в порядок ваш внешний вид. Я же посещу вас вечером. — Тон не позволял отказаться, и мои раздробленные рёбра его совершенно не интересовали. Делаем вывод: мной хотят воспользоваться. Как минимум просто с помощью вульгарной амазонки шокировать публику новой диковинной игрушкой. И как максимум — выведать у меня компрометирующие факты о высокопоставленном госте, чтобы в дальнейшем было чем шантажировать. Амазонки же славятся умением выведывать информацию — вот он и понадеялся, что мы тесно пообщались с Таем.

В ответ на сказанное я степенно проронила:

— Как пожелает мой спаситель!

Принц довольный моей покорностью вышел из комнаты, прикрыв за собой двери. Со мной остались тишина и собственные мысли... Ровно на несколько секунд. Потому что примчался лекарь. Страшный мужик! Намазал меня какой-то гадостью. Всю: от ушей до пяток. Однако после его хитрых манипуляций и дурно пахнущих кремов, я разглядела себя в зеркале и отметила: синяков нет, кожа вполне свеженькая. Только дверь захлопнулась за искусником, как прибежали гомонящие служанки. Они всерьез занялись моей внешностью, намереваясь сделать из меня красавицу достойную их хозяина. Но даже шум десяти женщин смог перекричать голос одного единственного мужчины. Очень такого растерянного, напуганного мужчины, собиравшегося переломать носы, руки и ноги не пускавшим его охранникам (сдаётся мне, что не ради покоя несчастной побитой амазонки они стояли на пороге!).

— Это ваш друг? — бросилась ко мне молоденькая девушка. — Он со вчерашнего дня требует увидеть вас. Оставить вас наедине?

Я кивнула, и уже через мгновение подле меня хряпнулся на колени очумелый вампир, вопя: "Деточка прости! Ни за что больше не оставлю!". Очень хотелось изобразить оскорблённую невинность, разыграть драматическую постановку "Умирающий лебедь", но удержалась. Шелест целовал мои руки.

— Прости, прости меня! — убивался мужчина.

— Почему не уехал? Ты же собирался? — не забыла отомстить я, ткнув его носом в то, что он планировал подло бросить меня.

Вампир уселся на полу удобнее, и печально рассматривал собственные ноги.

— Я... наговорил лишнего. Не хотел, чтобы ты шла за мной. А тебе итак было плохо, а я... — Его мучили совесть, страх, что маленькая амазонка, которую он считал своей, никогда его не простит.

— Бросил меня! — безжалостно припечатала я, заметив, как скривился от моих слов товарищ. Он прислонился головой к моей ладошке и шумно задышал.

— Ори, — прохрипел вампир, — если ты так этого хочешь, я женюсь на тебе хоть завтра.

Обещание вампира меня почему-то развеселило.

— Прости, но на завтра у меня другие планы. К тому же, сегодня твоя маленькая девочка идёт на бал с принцем! И, ещё одно... — Я вдруг, поняла, что на мне не хватает кое-чего очень существенного, важного — небольшого кристалла. И я нашептала другу... скромные планы на будущее.

Шелест ушёл, и его место заняли щебечущие на все лады служанки. Со мной никто не разговаривал и вообще можно сказать внимания не обращал. Просто женщины между обсуждением последней сплетни о привлекательной особе прибывшего свататься жениха макали меня в горячую ванну, мыли, обтирали какими-то очень приятно пахнущими маслами, после чего бесцеремонно впихивали в кучи юбок и непосредственно платье нежно голубого цвета. Но слишком откровенное, и с такими вырезами! А местами оно было вообще с прозрачной тканью, не скрывающей ничего, и предоставляющей широкие горизонты для фантазии.

— Зиля, рассказывал, что он такой стройный и молодой, и красивый, что наша принцесса влюбилась в него аж с первого взгляда. — Затягивая на мне шнуровку жутко узкого корсета, громким шепотком повествовала полненькая служанка.

— Но пока он только с его величеством на охоту ездит, а с невестой то совсем небось не говорил толком...

Да, видела я его величество во время торжественной охоты вместе с его королевским тестем! Они промчались по главной площади, как раз мимо нас. Тай сильно изменился. Он гордо восседал на коне, облаченный в новые чистые дорогие одежды. На его лбу блестел золотой обруч, а холодные глаза цинично глядели вдаль. Теперь он был выше всех нас. Он ведь король!

Как бы при осознании этого ни было больно, я желаю ему добра, надеюсь, эта вельможная невеста принесёт ему счастье. Мне же остаётся сегодня исполнить свою роль, и уговорить спутников вернуться домой вместе — большой разношерстной семьей: амазонка, оборотень и вампир. Но куда возвращаться? В деревню. Нет! Там есть по крайней мере три места, которые напомнят о встрече с советником. Если Шелест не шутил, а судя по его испуганному лицу — совершенно серьёзно предлагал замужество — я отправлюсь с ним, но не как жена, а как союзница, друг. Шаку придётся взять с собой. Может, сяду на первый попавшийся корабль, окажусь в море, и при небольшом везении встречусь с одним очень красивым пиратом.

Больно! Треснувшие рёбра дали о себе знать, когда плотная ткань стянула и сдвинула их поближе друг к другу.

— Что с вами? Я сильно затянула? — моим побледневшим лицом заинтересовались все служанки сразу, резко прекратив сплетничать.

— Нет. У вас очень хорошо получается. — Теперь меня стали собирать к балу более бережно. — Расскажите мне о вашем принце. — Чтобы больше не слушать разговоров о новоиспеченном женишке, пришлось просить информацию о Гаюле, хотя он меня, как личность не интересовал вообще.

Женщины пожали плечами и задумались. Им он, видимо, то же не нравился. О собственном принце разговор как-то не клеился.

— Строгий. Часто хмурый ходит. Пропадает всё неизвестно где. — Взвешивая каждое слово говорила пухленькая служанка недавно шнуровавшая меня, а теперь расчёсывающая мои волосы, из которых то и дело выпадали ножи... Я сконфуженно их собирала и незаметно запихивала в подвязки под юбкой.

— Говорят, у него покровительница с того света... — брякнула та, что помоложе, и все перекрестились.

— Люня, ты что говоришь?! — разозлилась на неё вторая.

— Ничего. Я никому не расскажу. Честное слово. — Заверила я и навострила уши.

— Я видела её как-то. — Обрадовалась девушка, отыскав во мне благодарного слушателя, и принялась разбалтывать жуткие тайны Гаюла. — Такая высокая женщина. Волосы у неё, как смоль чёрные, и глаза, главное, как звериные — во тьме светятся... Она всегда через тайный ход является, ночью... Ведьма небось! — по широко распахнутым наивным глазам, можно было понять, что девушка верит в эти глупости. Пока вторая служанка посмеивалась над догадками младшей, я нащупала в услышанном что-то знакомое. Узнать бы по-больше и сопоставить. Может, повезёт увидеть эту таинственную покровительницу?

* * *

Бал уже давно начался. Гаюл хотел появиться неожиданно, причём нанеся удар по спокойствию собравшихся, представ рука об руку с амазонкой. Легко вообразить, как удивятся король и королева. А сколько сплетен будет! Похоже, праздник удастся на славу.

Мы вошли в зал. Как я и ожидала, по толпе понеслось нарастающее перешёптывание. Все оглядывались, старались незаметно указать пальцем. Я шла воинственно, гордо, высоко задрав голову, под стать своему спутнику. Моя уверенность поколебалась только на миг, когда взгляд отыскал правителя Карры. Рёбра заныли, за ними кольнуло сердце, задрожали коленки. Пришлось мысленно дать себе пощёчины три, чтобы успокоиться.

Он стоял в праздничном светлом костюме, с короткой накидкой обшитой серебром и золотом. Рядом с ним не менее высоко держались отец-король, его супруга и молодая рыжеволосая красотка с печальными глубокими голубыми глазами. На вид она была немного старше меня, но уж слишком кроткая, как мне показалось. Хотя все знают, что в тихом омуте не только черти водятся.

— Ваше величество, — обратился ухмыляющийся принц к невысокому толстенькому мужчине в короне и бардовой накидке. Тот расплылся в улыбке, положил руку на голову отрока, и бросил на меня жадный оценивающий взгляд. Я склонилась перед правителем, хоть и не в глубочайшем реверансе, но всё же почтительном поклоне.

Тай тоже смотрел, но в его взгляде что-то дрожало: королевская холодность боролась с человеческой душой и натыкалась на любящее горячее сердце с его жаркими эмоциями.

— Кто твоя спутница? — долгожданный вопрос, к которому я готовилась прозвучал от Донга.

— Ваше величество, позвольте представить. Ориана Уннийская, внучка и воспитанница Селены Прекрасной. — С вызовом произнёс принц, будто он гордился трофеем. Потом одарил повелителя Карры ехидным взглядом — дескать вот, увёл у вас из-под носа, не обессудьте!

На лицах королевской семьи отразился оживлённый интерес к моей персоне. А у меня к принцу — либо его разведка хорошо работала, либо он заранее вёл за мной слежку.

Во всяком случае, сейчас слава бабушки играла мне на руку. Хорошо, что они ещё не знали, кто мой дед!

— Это правда? Ваша бабушка была Селеной Прекрасной? — изумлённо проронила королева, нарушив этикет, ведь в тайне мечтала, хоть чуточку походить на женщину из многочисленных легенд.

— Почему была? Она и сейчас есть, — я решила не отставать от её величества, и подыграла. Королева не меньше служанок любила сплетни и от такой новости глаза её округлились. Она была довольна.

— Кстати, Ориана прибыла в свите его величества Тайрелла Первого. — Маленький камешек из рук принца красиво полетел в огород правителя Карры.

Но Тай его не слушал. Казалось, он вообще ничего не слышал. Смотрел на меня не моргая.

— Да? — удивился светлейший тесть. — Что же вы скрывали её от нас, Тайрелл?

Его имя, произнесённое другим человеком, больно полоснуло по груди, но я держала себя в руках лучше, чем мой король, пропустивший вопрос сквозь уши.

— Простите, ваше величество, я просто решила остаться с войском. Балы для меня вещь новая. — Вместо Тая ответила я, и он, наконец, пришёл в себя. А что? Ну подумаешь нарушила этикет. Нам, амазонкам, многое прощается.

— Мы обязательно, должны с вами пообщаться! — радостно пригласила на беседу королева, и её муж поддержал эту идею.

Я поклонилась.

— Веселитесь! — благословил король, и принц потащил меня обратно в толпу.

Музыка играла громко, а Гаюл шептал мне в самое ухо:

— Ты держалась молодцом. Не ожидал. Но, хотя с королями ты ведь и раньше общалась. Что ж...

Как и когда мы перешли на "ты" я пропустила. А он постепенно выходил из образа воспитанного великосветского льва, и принимал более подходящий ему звериный облик — крысы. Меня привели сюда не папеньку с маменькой шокировать. Мною нервировали Тая! Откуда-то принц знал о наших отношениях и собирался использовать это в своей странной игре. Но выведать суть забавы мне не довелось, так как мальчик-паж, разодетый по дворцовой моде, принёс сообщение его высочеству. Принц отступил на шаг, взял с подноса лист бумаги и, мельком прочитал послание. Его лицо изменилось. Что-то в написанном ему очень не понравилось.

— Пообщайтесь пока с гостями, — отпустил в мою сторону он, и быстрым шагом направился к входу прикрытому занавеской, за которой мелькнула загадочная женская фигура в тёмном фиолетовом камзоле.

А вот и ведьма! Что-то она слишком уверенно является среди такого скопления народа. Инквизиторов на неё нет, что ли?!

Мне очень хотелось хоть краем уха подслушать их беседу, но нагло крутиться вокруг заговорщиков мог только Вей. К сожалению, его не было слышно, как и Руи (последнего я не досчиталась на себе в момент пробуждения). А сама я соваться в гущу готовящегося переворота побоялась. Почему переворота? Разве может принц шептаться за спиной своего отца с кем-то и не замышлять, как бы половчее устроить революцию, отобрав у папеньки корону?! Гаюл не смиренный сын. Он такой же, как и Улиан, который всю дорогу подстраивал покушения на своего коронованного родственника.

Вот даже не сомневаюсь, что рыжий замышляет кровавую бойню! К тому же, на будущего зятя он уже нашёл компромат, судя по отпущенной мне фразе. Подумав немного, я решила сыграть в дурочку. Подожду, пока его высочество вернётся по мою душу. Чтоб ему такого наврать-то, чтоб поинтереснее было?

Я отошла к стеночке. Общаться с разодетыми богачами не собиралась, поэтому постаралась проскользнуть поближе к балкону и пристроиться в тени. Но меня уже ждал там знакомый силуэт в мундире.

— Привет! Каким чудом? — улыбался Ольгерд, протягивая ко мне руку.

— Очень подозрительным и слишком самодовольным! — я пристроилась рядом с товарищем, рассматривая толпу. — Как наш жених?

— Третьи сутки мрачен и холоден, каким был обычно на советах в родном дворце. Скучно ему в общем. — Честно рассказал Ольгерд.

— Так не пойдёт! За нас никакая принцесса не выйдет, если мы будет кукситься! — Пробурчала я. Видеть Тая с другой оказалось проще, чем раньше могла подумать. Может, терапия помогла? Или легче было оттого, что я рядом, что вижу его! Если так, то махну на всё рукой, сдам два испытания, стану шпионкой и буду умолять короля взять меня к себе, если его будущая супруга не будет против.

Как раз в этот момент Тай посмотрел на меня. Я скорчила рожицу: скосила глаза и показала язык. Он рассмеялся, а принцесса рядом с ним, восторженно пританцовывала на месте, приняв улыбку жениха за одобрение или согласие.

— У тебя удивительная способность всё расставлять на свои места. — Немного грустно заметил командующий, наблюдая за моей выходкой. — Ори, а как же ты?.. Что будешь делать, когда всё это закончится?

— Женю на себе вампира, — хохотнула я, но заметив испуганное лицо Ольгерда, поспешила успокоить. — Не знаю. Но в Унну, как бы её не любила, возвращаться не хочу.

Планы на будущее действительно выглядели слишком туманно, чтобы их придерживаться. Ольгерд понимал меня и горько улыбнулся, сжав мою руку в своей.

— Я надеялся, что ты останешься с нами. — Заслонив обзор зала, он встал прямо передо мной.

— С кем? — не поняла я.

Боль в сердце говорила, что я уже мудрее этак лет на сорок. Но глуховата на оба уха, поэтому и не расслышала его слов.

— С королем, со мной...

— Я... Я буду не нуж... — из-за плеча друга появилась горделивая рожа принца.

— Вы же не откажите мне в танце? — Выбора Гаюл не оставлял, и я порадовалась тому, что Тай вынудил меня учиться танцам. Я приняла приглашение и последовала за его высочеством в самый центр зала.

Лёгкая музыка в начале "Страстного цветка" обманчиво позволяла расслабиться. Но несколько па и нарастающие ритмы заставляли партнёров прижиматься друг к другу, впиваться в подставленные объятия. Я вспомнила всё, чему учил меня Тай. Старалась держать осанку, не смотреть на ноги и слушать музыку. Раздражало огромное количество глаз, следящих за моими пробами на публичном поприще. Я не собиралась предоставлять им удовольствие и превзошла, пожалуй, все ожидания...