В свите дофина

Сдержанно улыбнулась своей родительнице и ее супругу. Да, наверное, я была рада ее видеть, как обычно рады видеть дальних родственников, с которыми сталкиваешься раз в десятилетие по невероятно значимому событию. Вместе с этим я вновь почувствовала острый укол обиды, сродни тому, что испытала при разводе родителей. Возможно потому, что мать никогда не искала со мной встречи, не приглашала в гости и даже сейчас, когда мы находились так близко друг к другу, ее не интересовала моя жизнь, а только то впечатление, которое я произвожу на других. Я понимала, что ей важно лишь то, чтобы я не опозорила ее имени, а еще лучше, чтобы возвысила его или, по крайней мере, запустила неминуемые разговоры о том, какая прекрасная у нее дочь, наполнив тем самым сердце маменьки гордостью за свое чадо.

Погруженная в свои мысли, я не заметила, что общество начало смещаться в сторону распахнутых дверей, чтобы продолжить общение на свежем воздухе. Кто-то услужливо взял меня под руку и втянул в общий людской поток.

— О чем задумалась? — раздался около моего уха вкрадчивый шепот Йена.

— Да, так...о своем, семейном, — отмахнулась я, мне хотелось отдернуть руку, но в сложившейся ситуации это было бы не очень красиво.

— Заметила, что-нибудь необычное? — учтиво улыбаясь, бросающим в нашу сторону любопытные взгляды, продолжил он тем же тоном.

— Нет, все в порядке, но не думаю, что, если бы они что-то задумали, то стали бы действовать вот так сразу, — следуя примеру Нортона, я улыбалась и слегка кивала приветствующим.

Мы вышли на открытую широкую веранду, которая каскадом ступеней уходила вниз, в парк. Король шел рядом с дофином, они о чем-то мило беседовали, на шаг позади шла принцесса-невеста и еще на шаг неотступной защитной тенью следовал Фредерик. Остальные успели рассредоточиться и уже совершали медленные вояжи по широким аллеям вдоль невероятно красивых фонтанов, выстреливающих в воздух сотни литров воды.

— Забыл сказать, — вновь подал голос Йен, привлекая мое внимание, — прекрасно сегодня выглядишь. — И прежде, чем я успела что-либо ответить, поцеловал мою руку и оставил меня одну посреди гомонящей пестрой толпы, быстро пробираясь вслед за его Величеством и его Высочествами.

'Ох, рано я обрадовалась его мнимой передышке', — улыбнувшись, я глубоко вздохнула и уже хотела начать спускать вниз, как дорогу мне преградили.

* * *

— Леди, позвольте мне быть вашим спутником на эту прогулку? — мне была протянута рука, которую пришлось принять.

Преградившим мне дорогу человеком, оказался старший принц Тернори. Юноша унаследовал фигуру отца, но, к счастью, избежал его выдающихся черт лица. Медная длинная грива принца была собрана в аккуратную косу. Выглядел он не в пример лучше своего родителя, не красавец, но весьма симпатичный молодой человек. Он был облачен в великолепный камзол благородно темно-зеленого цвета с серебряными манжетами и пуговицами. Принц, несомненно, был весьма сильным магом, это чувствовалось даже на расстоянии. Не стала рисковать и более внимательно приглядываться к нему, лишь улыбнулась еще шире, обнажая зубки.

— С моей стороны было бы непростительной ошибкой отказать такому кавалеру.

Вместе мы спустились вниз и последовали за дофином, который уже прохаживался под ручку с принцессой.

— Простите, нас не представили друг другу... — начал принц.

— Леди Бриана Эфрон, для меня большая честь быть представленной вашему Высочеству.

— Называйте меня просто Гаспар, — он открыто улыбнулся, отчего из уголков глаз протянулось по лучику морщинок.

На меня принц произвел самое, что ни на есть приятное впечатление, он был весел, мил, и, судя по всему, унаследовал семейную доброту. Хотя подозреваю, что это лишь фасад, за которым скрывается стальная хватка будущего правителя.

— Как вам первые впечатления от нашей страны?

— Оооо, я бы ввела вас в заблуждение, сказав, что это мои первые впечатления. Мне приходилось бывать в Тернори и раньше.

— Как же так произошло, что нам не приходилось встречаться ранее? — искренне удивился он.

— Гаспар, не хотите же вы сказать, что вам представляют каждого приехавшего с частным визитом?

— Нет, это не так. Но я все же разочарован тем, что нам не довелось познакомиться ранее.

На этой милой ноте нашу беседу прервала поравнявшаяся с нами пара, коей оказались мама и ее муж, и пришлось остановиться.

— Ваше Высочество, леди Эфрон... — поприветствовали они нас.

— Герцог и леди Тифис, рад видеть вас. — По тону принца можно было судить, что он действительно рад этой встрече, ни капли притворства. — Вижу, вы опередили меня и уже успели познакомиться с очаровательной леди? — в этом слышались легкие нотки укора. Кто-то посмел отобрать у него пальму первенства в знакомстве со мной.

— Гаспар, не сердитесь на своих подданных, если они и опередили вас в чем-то, то это не их вина. Нас с ними связывает нечто большее обычного знакомства, — мягко ответила я за чету Тифис.

— Даже так? — он кинул на них вопросительно-удивленный взгляд, после чего обратился ко мне: — Что ж, Бриана, вам удалось разбудить невероятное любопытство, обычно несвойственное мне. — Сказал принц с лукавой улыбкой и веселым блеском в глазах.

Я же испытывала нечто сродни волнению, все же это мой первый реальный разговор с матерью за многие годы. Вместо меня ответил герцог.

— Позвольте мне открыть завесу этой тайны? — принц согласно кивнул, поощряя продолжение разговора. — Дело в том, что, как известно вашему Высочеству, леди Тифис, ранее была подданной Белавии и носила фамилию Эфрон.

— Вот как! Значит, леди Бриана — ваша дочь? — спросил Гаспар у мамы, — никогда бы не подумал, вы так непохожи и обе невероятно прекрасны.

— Благодарю вас, — мама присела в реверансе, я лишь улыбнулась, поймав изучающий взгляд принца. Затем она обратилась ко мне: — Рада видеть тебя, Бриана, ты так изменилась с момента нашей последней встречи, пока, правда, не пойму, к лучшему ли это...

— Вы, мама, только похорошели с тех пор, как покинули нас, — с ледяной учтивостью ответила я. Да уж, наша первая встреча никак не походила на воссоединение давно разлученного семейства. Теперь я уже не уверена, что буду желать нашего дальнейшего общения во время этого визита.

Моя мать была представительницей аристократии до мозга костей. И если она и любила меня, то это всегда было спрятано глубоко внутри ее сердца, скрыто под множеством правил и норм поведения. Она всегда пыталась привить мне ту холодную аристократичность, которой, по ее мнению, должна обладать дама, чтобы заполучить по всем параметрам прекрасного мужа и быть отличной хозяйкой в доме. Наверное, поэтому у них с папой и не сложилось. Он хотя и был суровым представителем закона, и на работе был сух и строг, но дома предпочитал открытость чувств и эмоций, чего так и не смог добиться от матери. Я же лишь отчасти впитала ее черты, больше склоняясь к папиной модели поведения. Мне нравилось показывать близким людям то, что я действительно к ним чувствую, не скрывая этого под маской холодности и отстраненности. Иногда я позволяла себе откровенные и эмоциональные высказывания в обществе, чем, несомненно, вызвала бы неудовольствие и критику своей родительницы, будь она рядом. Короче говоря, у нас никогда не было той нежной привязанности, которая обычно бывает между матерью и дочерью.

— Что ж, не будем отвлекать Вас от прогулки, — начал герцог Тифис, — завтра премьера в театре, надеюсь, леди Бриана, вы примете предложение, наблюдать за действием из нашей ложи?

— С удовольствием, — как можно искреннее проворковала я в ответ. Уж лучше наша с матерью встреча пройдет там, где много разговаривать не придется, с учетом того, что этот разговор все равно не принесет мне ни нужной информации, ни морального удовлетворения.

За сим мы раскланялись и разошлись в разные стороны. Мельком я обратила внимание, что Йен и Фредерик все теми же неотступными тенями следуют за дофином и его дамой, король и королева выполнили свою обязательную часть на этом мероприятии и удалились. Лукреция и Эмелис активно и весьма успешно отвлекают настойчивое внимание каких-то серьезных мужчин от эмиссара. Остальная часть нашей компании равномерно распределилась среди прогуливающихся.

Гаспар незаметно увлек меня в сторону лабиринта, искусно сделанного из высоких кустов.

— Мы не заблудимся с вами? — недоверчиво спросила я в начале пути. Что-то мне совсем не нравилась эта идея.

— О, не переживайте об этом. Лабиринт я знаю, как свои пять пальцев, или может быть даже лучше, — все так же лучезарно улыбаясь, заверил меня принц, ненавязчиво подталкивая под локоть вперед.

Увлекаемая настойчивым Высочеством вперед, я обернулась через плечо в безуспешной попытке привлечь чье-нибудь внимание. Как назло, никто из знакомых на глаза не попался. Плохое предчувствие вопило внутри меня во весь голос, всеми возможными способами сигнализируя об опасности. Попыталась унять дрожь в руках и собрать волю в кулак. Ладно, посмотрим, зачем меня тащат вдаль от людских глаз. Гаспар шел так быстро, что я еле успевала семенить ножками, чтобы не споткнуться и не свалиться.

— Гаспар, вы так стремитесь остаться со мной наедине? — попыталась пошутить я, но была обожжена яростным взглядом молодого человека, совсем непохожего, на того с которым я столкнулась на первой ступеньке лестницы полчаса назад.

Черты лица стали жестче, взгляд более властным, в нем не осталось и капли былой веселости и мягкости. Меня тащил за собой какой-то озлобленный тип. Наконец, мы остановились в крохотном зеленом закутке, размером метр на метр, с мраморной скамьей в углублении кустарника, на которую меня, собственно, и швырнули. Единственный проход тут же замерцал стеной магических нитей, путь к бегству был отрезан. Наверняка, это место обычно служит для романтических свиданий, но для допроса с пристрастием, в прочем, тоже идеально подходит.

— Так-с, ну а сейчас, милая леди, вы поделитесь со мной всем, что вам известно о планах на время вашего визита к нам, — в его холодной улыбке промелькнуло что-то зловещее, отчего стайка мелких мурашек пробежалась вдоль позвоночника, оставляя за собой капельки холодного пота.

— С чего вы взяли, что у нас имеются какие-то планы, кроме того, который известен всем? — наивно похлопала глазками я.

— Вам не идет казаться глупее, чем вы есть.

— А вам не идет пользоваться подобными методами, слишком грубо и неаккуратно. Вы не находите? — яд против моей воли пропитывал каждое сказанное слово.

— Помилуйте, дорогая, кто же узнает об этом? — в этом вопросе явно чувствовалось предостережение. — Для всех мы с вами просто прогуливались, очень мило общаясь... — Гаспар сделал паузу и, плотоядно проведя языком по верхнему ряду жемчужным зубов, добавил, — ну может быть немного больше, чем просто мило разговаривали...

'Нашелся на мою голову! И ведь не навредишь никак, принц все же...досадно', — подумала я, делая вид, что не замечаю, как он подсаживается ко мне на скамейку. Его аура, меж тем, покрылась толстым непроницаемым панцирем, не подступишься.

Двумя пальцами он крепко схватил меня за подбородок и развернул к себе лицом, мерзко ухмыляясь.

— Ну, дорогая, что вы можете мне рассказать? Кто будет избранницей вашего дофина?

Мелко дыша от охватившего волнения, я смотрела в его злобные колючие глаза. Внезапно почувствовала, как моего сознания касается чья-то рука, пришлось тут же соорудить себе защитный кокон. Так он ни ауру досконально не изучит, ни мысли не прочитает. Не на ту напал, товарищ!

— Хм, — усмехнулся он, — ты ментальный маг?! — это не похоже было на вопрос, скорее на разочарованное утверждение. — Не такого мага мы ждали, хотя может оно и к лучшему...

С вызовом глянула на него и отдернула подбородок. От удивления и замешательства Гаспар ослабил свою хватку, поэтому не составило труда вырваться из его цепких пальцев.

— Сюрприиииз! — нагло улыбаясь и разводя руками, протянула я. — И на счет 'повезло', я бы не рассчитывала — тот, кого вы ожидали увидеть вместо меня, слабее. И, раз уж у нас с вами получается такой деловой разговор, может быть, вы поделитесь со мной своими планами?

Гаспар буквально опешил от моей наглости и дерзости, но сумел быстро взять себя в руки, придав лицу надменное выражение. Он откинулся на упругие ветви кустарника, как на спинку кресла, закинул ногу на ногу и сцепил руки на колене.

— Похоже, я выбрал себе не ту птичку для приватного разговора...

— Вы совершенно правы. Чем вам не понравились две молодые наивные леди?

— Ой, да бросьте паясничать. — Отмахнулся он, — наверняка, они даже не посвящены в планы всей остальной компании. Чего с них взять-то? С вами же, как я успел заметить, считается даже эмиссар, а дофин смотрит с некоторой опаской...

Ну что есть, то есть. Карл-Франциск по какой-то причине меня побаивается, уж не знаю, с чем это связано. Никаких конфликтов у нас раньше с ним не было. Настороженное отношение я заметила, приехав в этот раз, но списала это на нервы перед поездкой.

— Вы преувеличиваете мое влияние, хотя, безусловно, подобная оценка очень лестна, — я отстранилась от Гаспара насколько смогла, но даже при этом нас разделяло не больше пятнадцати сантиментов, и я все еще продолжала ощущать его попытки размотать мой кокон. Не выдержав, сказала: — Вам еще не надоело?

— Вы не сможете долго его держать, особенно пресекая мои попытки пробиться внутрь. — Раздраженно фыркнул он.

— Вам так нравится срывать с девушек покровы? — ой, какая-то слишком двусмысленная фраза получилась, но что сказано, то сказано, остается только наблюдать за реакцией оппонента.

Как мне показалось, его улыбка стала более широкой, а в глазах мелькнул какой-то коварный огонек. Гаспар расцепил руки и подался в мои сторону, инстинктивно отпрянула назад, вжимаясь в колючие ветви кустов. Он остановился в паре сантиметров от моего лица и вкрадчиво прошептал:

-Какому мужчине, по-вашему, это не нравится? А успех в обнажении вас можно зачислить в разряд своих личных побед, — его ответ был не менее двусмысленный, чем мой вопрос.

Нервно сглотнула, смотря ему прямо в глаза. Вид, должно быть, у меня был, как у загнанного кролика, ожидающего своей участи. Хорошо, хоть больше не пытался в моих мозгах порыться. Гаспар наклонился еще ближе и выдохнул в самые губы:

— Мы еще продолжим этот занимательный разговор, — губы обожгло мимолетным поцелуем.

Принц встал, поправил одежду, стряхнув налипшие листочки и соринки. Я же продолжала с опаской смотреть на него. Что-то мне подсказывает, что именно меня сделают главной мишенью в эти десять дней. Заметив мою реакцию, он ухмыльнулся и протянул руку:

— Мы не варвары, не стоит так бояться, — притворно мягко произнес он. И гораздо жестче, приказным тоном, не терпящим возражений: — Нам пора!

Оперлась на руку и поднялась со скамьи. Магическая завеса пала и мы покинули этот потайной закуток. Пару раз повернув направо и налево, вышли из лабиринта, присоединяясь к остальным. Гаспар улыбался, как будто только что выиграл ценный трофей, я же машинально раскланивалась со всеми, не в состоянии придать лицу хоть какое-нибудь осмысленное выражение. Принц остановился у подножия лестницы, поцеловал мне руку, а выпрямившись, наклонился к самому уху и прошептал: