Большой переполох в маленьком мире

— Умеете же вы удивлять мистер Поттер... Третья Сила, хоркруксы — Минерва кинула разгневанный взгляд на недвижимый портрет Дамблдора — Еще и знания Тома у вас в голове...

Директриса налила себе еще один бокал и, снова выпила.

— У вас нелегкая жизнь Гарри. Могу я вас так называть?

Гарри кивнул.

— Как я понимаю, тебе нужна помощь. Если это будет в моих силах, я сделаю все, чтобы помочь.

— Как и я. — услышал Гарри голос Флитвика.

— Спасибо, мне действительно нужна помощь. — Гарри серьезно посмотрел на Макгонагалл.

— Завтра, будет полнолуние. Я собираюсь призвать Силу Зверя, и мне нужны страхующие, на случай если я потеряю контроль над собой.

Макгонагалл налила себе и Флитвику еще одну стопку. Бросив взгляд на нервного Гарри, теребящего край одежды, призвала из шкафа еще один бокал и налила Поттеру.

Гарри посмотрев на плескавшуюся в бокале янтарную жидкость, вздохнул и залпом выпил. Его внутренности словно опалило огнем, пламя, словно опустившись до желудка, поднялось вверх, и Гарри выдохнул маленький сноп огня.

— Ох, них..я себе! — вырвалось у кашляющего Поттера, когда он пришел в себя. Поняв, что он только, что ляпнул в присутствии Директрисы и декана Равенкло, Гарри покраснел.

Макгонагалл с Флитвиком сделали вид, что ничего не услышали, но у обоих в глазах притаились смешинки.

— Гарри, надеюсь, ты понимаешь, насколько опасно то, что ты собираешься делать. Родовая Магия — это не шутки! — Макгонагалл пристально посмотрела на Поттера. — Многие волшебники сходили с ума попытавшись призвать ее.

— Профессор, поверьте уж кто-кто, а я в полной мере знаю все опасности такого ритуала.

Гарри встал из-за стола, подошел к окну, утреннее солнце раскрасило окрестности замка причудливыми красками. Вдалеке виднелись летающие фигуры, появляющиеся и исчезающие в кронах деревьев. 'Фестралы' догадался парень.

— На шестом курсе Том попытался провести такой ритуал. — Гарри по-прежнему смотрел в окно, но мыслями был в другом месте.

— Он изначально сделал огромную ошибку собираясь проводить ритуал не обладая всей информацией о нем. Кроме того Том высокомерно посчитал, что сможет контролировать тотема сам, без помощи других. Глупец! Его гордость и самоуверенность сыграли с ним злую шутку. Тотем оказался слишком силен, и Том потерял над собой контроль. Он давно грезил о бессмертии и узнав, о Хоркруксах загорелся идеей сделать их. Правда его благоразумие очевидно на краткий миг все же проявило себя, Том не собирался разрывать душу до достижения магического совершеннолетия, то есть семнадцати лет, когда его магия будет стабильной. Но Тотем нарушил его планы, одержимый Том убил Плаксу Миртл и сделал свой первый хоркрукс. Разорвав себе душу Том сделал вторую ошибку. Решив, что ничего страшного не произошло он, едва достигнув совершеннолетия, сделал еще один, убив семью своего отца. Его магия, даже пройдя магическое совершеннолетие, была слишком нестабильна, из — за первого хоркрукса. Создав второй, он, даже владея окклюменцией и великолепно контролируя свои чувства, не избавился до конца от влияния Тотема. Том все больше сходил с ума. Иногда он брал контроль над разумом, но потом снова терял его. Том был гением. Его познания в магии были велики. Но одна ошибка перечеркнула все.

Гарри повернулся к потрясенным профессорам, казалось едва дышавшим, чтобы не пропустить ни слова из захватывающего рассказа.

— Ну, а то, что он не остановился на двух хоркруксах а решил сделать семь...

Макгонагалл потрясенно вскрикнула.

— ...только усугубило его ситуацию. Том стал почти совсем сумасшедшим. Его жестокость, постоянные пытки за малейшую провинность, его облик, наконец,...в нем осталось мало человеческого.

Гарри снял очки, протер глаза, и посмотрел на профессоров.

— Потому я и пришел к вам, чтобы попросить вас стать моими страхующими. Только нужно еще два человека. Для ритуала нужно четверо страхующих и один проводящий. Они должны быть сильными магами, способными проконтролировать огромные магические всплески и удержать проводящего ритуал от непоправимых последствий.

— Как насчет Кингсли Шеклболта и Билла Уизли. Оба сильные и опытные маги. Правда Кингсли сейчас занят в Министерстве и исполняет обязанности Министра Магии, но думаю, он согласится помочь, если попросить. Что касается Билла, в Ордене он был одним из лучших. К тому же он прекрасный специалист в рунной магии, и сильный волшебник.

Гарри задумался, взвесив все за и против и кивнул.

— Отлично! Тогда завтра вечером после отбоя жду вас всех у туалета Плаксы Миртл. И еще...Сегодня за завтраком у меня начали спрашивать о том, откуда я знаю такие заклятья. Я сказал, что летом был на обучении. Если вам не трудно расскажите всем эту легенду. Пусть хоть чуть — чуть отстанут. Сегодня вечером меня не будет. У меня есть кое, — какие дела, так, что до утра меня может не быть в замке.

— А куда ты направляешься? — полюбопытствовала Макгонагалл.

Гарри мрачно улыбнулся.

— В Гринготтс. Там кое у кого ко мне старый должок...Нужно найти парня и показать, что обманывать меня — нехорошо.

Минерве стало жаль того, кто 'задолжал' Гарри. Судя по тому, как лихо Поттер расправился с Пожирателями, ничего хорошего 'должника' не ждало.

* * *

Сегодняшним утром кассиру Гнилозубу не везло. Клиенты словно обходили его стороной, и одинокий гоблин с завистью смотрел на своих более удачливых соплеменников. А еще этот выскочка Крюкохват... Гнилозуб до сих пор считал, что Старшим кассиром должны были, назначит его, а не этого хитрого проныру. Поговаривали, что якобы во время непонятной попытки ограбления банка Крюкохват чуть было, не поймал грабителей и убийц старшего клерка Богрода. До сих пор было не понятно, кто были эти грабители и, что они хотели взять. Сам Крюкохват на эту тему не распространялся. В любом случае Гнилозуб был уверен, что тут что-то было не чисто, и должность Старшего кассира была дана Крюкохвату не справедливо. Хитрый, алчный и трусливый, нетипичный гоблин. Понятие чести — это не для Крюкохвата. Гнилозуб до сих пор в тайне радовался, что 'старший кассир' — не женат, поскольку не сумел одолеть Защитника Чести своей избранницы. Хотя с получением новой должности Крюкохвату может и статься уплатить выкуп за невесту. Раз не удалось взять свое силой — то можно купить. Гоблин с нежностью вспомнил свою Леору. В свое время ему нелегко далась ритуальная победа над одним из её братьев. Но победив он доказал её отцу, что являлся сильным гоблином и с честью прошел испытание. Пустившись в воспоминания Гнилозуб не заметил, как некий посетитель в плаще с капюшоном войдя в банк и осмотревшись по сторонам, направился к нему. Подойдя к стойке, посетитель кашлянул, привлекая внимание гоблина.

— Добрый день, чем могу служить?

Тут посетитель сумел удивить гоблина. Положив правую руку с перстнем на стойку он произнес на чистейшем гоббледуке

— Проведите меня к директору Рагноку, дело касается чести нации гоблинов!

Гнилозуб посмотрел на перстень, одетый на пальце незнакомца и едва сдержал вскрик. Расправивший крылья орел, держащий в лапах треугольник с пересекающей его чертой и вписанный в треугольник круг. Герб Певереллов! О носителях данного знака не было слышно уже, по меньшей мере, четыреста лет! Кассир с уважением посмотрел на незнакомца и, кивнув, произнес так же на языке гоблинов.

— Конечно, Мастер Певерелл, давайте я вас провожу.

Гнилозуб засеменил со своим посетителем к внутренним дверям банка. Пройдя длинные коридоры, пересекая тут и там вечно куда — то спешащих сотрудников банка они, наконец, остановились у больших двустворчатых дверей со стоящей по бокам стражей. Гнилозуб, попросив своего клиента его подождать, зашел в кабинет, чтобы доложить Рагноку о новом посетителе.

Кабинет главы банка полностью соответствовал занимаемой должности его хозяина. Большой, богато отделанный золотом и серебром с висевшими на стенах военными трофеями вождей гоблинов — мечами, топорами и палицами. Кабинет ярко освещала хрустальная люстра, а потолок украшала искусно сделанная фреска, изображавшая Второе Восстание Гоблинов. В центре кабинета был широкий дубовый стол, где сидел сам Рагнок — сурового вида гоблин с повязкой на правом глазу и несколькими шрамами на лице.

Гнилозуб подойдя к столу, поклонился и сказал

— Мой Вождь, к тебе посетитель. Сегодня утром к нам в банк зашел незнакомец, и сказал, что ему нужно поговорить с тобой, так как дело касается чести нации гоблинов. Я знаю, что многие люди пытаются получить доступ к тебе, и ты почти никогда никого не принимаешь, но у этого человека на пальце был перстень с гербом Певереллов.

Рагнок удивленно поднял бровь. Он прекрасно знал, о том, что Певереллы не появлялись вот уже несколько столетий. А еще он был наслышан о силе, которую раньше представлял собой носитель такого перстня. Мало кто знал об этом, но Второе Восстание Гоблинов было успешным и потому, что один из этого рода оказал неоценимые услуги нации гоблинов, они были в долгу перед ним.

— Впусти его и подожди за дверями, пока мы будем разговаривать.

— Слушаюсь.

Гнилозуб впустил незнакомца, а сам остался у дверей наедине со стражей. Прошло около часа, и Рагнок позвал его обратно. Незнакомец, так и не сняв капюшон, стоял, с интересом разглядывая один из топоров на стенах, а вот Рагнок обычно редко показывавший какие — либо эмоции явно был не в духе. Губы плотно сжаты, ноздри гневно раздулись, на лбу четко выделялась пульсирующая жилка.

' — Да он в ярости!' — со страхом подумал Гнилозуб. Ему никогда еще не приходилось видеть Вождя в таком гневе.

— Гнилозуб, сообщи Совету, что состоится Суд Чести. На сегодня банк закрыт. Через час на Арене должны быть все гоблины до единого! На нашу расу положено клеймо бесчестья!

Суд Чести! Последний раз его проводили более ста лет назад. Просто так его не созывают, должно было произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы банк перестал работать. Обычно, если гоблин в чем — либо провинился, то судят его Советом Старейшин во главе с Вождем и никого не допускают, кроме родных пострадавшего и обвиняемого, и приговор мог быть разным: понижение в должности, штраф, телесные наказания, иногда смерть — если вина достаточно серьезна. Но Суд Чести — это совсем другое. На нем гоблину, если была доказана его вина, всегда грозила смертная казнь. Судили его на Арене — большом амфитеатре, предназначенном для ритуальных поединков и праздников. На суде присутствовало все (или почти все) население кланов Гринготтса. И самое главное, если обвинителем был не гоблин, а скажем человек, (а такие случаи бывали) то он сам решал какой смерти заслуживает провинившийся. Гнилозуб с нетерпением ждал начала суда, хотелось посмотреть на того, кто посмел нарушить законы и традиции расы гоблинов.

Через час большой амфитеатр, расположенный под землей был заполнен под завязку. Гоблины, большие и маленькие, старые и молодые, воины и простые кассиры... Гнилозуб никогда не видел столько соотечественников не на праздниках и ярмарках, ежегодно проводимых всеми кланами Британских островов, а на суде. Повсюду звучали предположения по поводу того, кто будет, судим и кто будет обвинителем. Насчет последнего гоблин был уверен, что тут не обойдется без его загадочного клиента, а вот кто будет подсудимым — это ему самому было интересно. Наконец, все заняли свои места, члены Совета во главе с Вождем тоже были на трибуне, и все увидели как пара охранников волокит дергающегося и упирающегося гоблина, с надетым на голову мешком. Его подвели к двум стоящим столбикам с цепями и приковали за руки к кандалам. Сняли мешок и Гнилозуб, с изумлением узнал в этом гоблине Крюкохвата.

Одежда на очевидно теперь уже бывшем старшем кассире была изодрана, под глазом виднелся синяк. Рагнок встав со своего места, обратился к обвиняемому.

— Гоблин Крюкохват, ведомо ли тебе по какому поводу тебя привели на Арену, и в чем тебя обвиняют?

Крюкохват со страхом осмотревшись по сторонам и увидев обращенные на него взгляды, стушевался, но сумел быстро взять себя в руки и, посмотрев на Рагнока ответил.

— Нет, не ведомо. Я не знаю, в чем меня обвиняют, и хотел бы знать по какому поводу я здесь.

— Что ж, слушай. Сегодня ко мне пришел посетитель. Он выдвинул очень серьезные обвинения против тебя. Настолько серьезные, что дело касается не просто клиента и провинившегося сотрудника, но всех гоблинов. Тебя обвинили в том, что ты своим поступком бросил тень бесчестья на нашу расу!

При этих словах Арену огласил удивленно — возмущённый ропот. Это было понятно. Тень бесчестья — страшное обвинение к любому гоблину. Если вина Крюкохвата будет доказана — ему грозит смерть, его имя будет вычеркнуто из списка гоблинов клана, а все имущество — конфисковано.

— В чем же меня обвиняют? И где этот посетитель? Я хочу посмотреть в глаза этому лжецу и плюнуть ему в лицо за клевету! — Крюкохват явно освоился на новом месте, если такая фраза была применима к нему в его положении.

Тут место суда огласил негромкий смех, шедший казалось отовсюду. Внезапно прямо по центру Арены из воздуха материализовался утренний посетитель Гнилозуба. Все также, не снявши капюшон, он медленной неспешной походкой стал приближаться к Крюкохвату. Незнакомец был похож на хищника почуявшего свою добычу, и знающего, что она не сбежит, решив поиграть с ней.

— В самом деле, Крюкохват? Ты хочешь плюнуть мне в лицо, за то, что нарушил договор, убил своего начальника и едва не убил меня и моих друзей? Смело, очень смело, но глупо. — Тихий шелестящий голос незнакомца заполнил враз замолчавшую Арену.

— Итак, я жду...глупый гоблин. Расскажи всем, что случилось во время ограбления банка, и гибели твоего соотечественника Богрода. — Незнакомец обвел руками Арену — Мы все хотим это услышать!

Лицо Крюкохвата исказилось от страха, но все же он нашел в себе силы посмотреть на своего обвинителя и спросить.

— Кто ты такой?

Незнакомец расхохотался, его смех эхом отразился от стен Арены. Отсмеявшись, незнакомец полным сарказма голосом ответил.

— Надо же какая короткая у тебя память...Ты случайно не девушка? Вроде это у них такой обычай забывать обо всем на свете. Впрочем не удивительно. Возможно, ты на радостях от своего повышения слишком много выпил,...но это поправимо. Что ж смотри. О, женщина!

С этими словами незнакомец снял капюшон и все с изумлением узнали в нем знаменитого Гарри Поттера. Только Гнилозуб, да наверно и все остальные на Арене не ожидал увидеть такого Поттера. От Спасителя магической Британии буквально веяло силой. Несколько лет назад Гнилозубу удалось увидеть вблизи Альбуса Дамблдора, когда тот был еще жив. Его аура выглядела невероятно мощной. И по праву старого волшебника считали одним из сильнейших чародеев в мире, если не сильнейшим. Но Поттер...Его аура казалось, наэлектризовала сам воздух. Мощь, скрытая ярость и гнев чувствовались в ней. Теперь Гнилозуб понял, что действительно увидел великого мага. Возможно, действительно самого сильного в мире.