— Да, слышал такое, — продолжал пронзать взглядом капитан. — И про шаллюров, и про диких. Что думаешь, Мегир, — обратился командир к светловолосому, ловко и будто машинально пропускающему между пальцев тонкий метательный нож. — Он у нас вербарец, — капитан неожиданно подмигнул человеку.
Отчего командир гвардейцев пришёл в хорошее настроение Ройчи понял — тот принял решение. И вряд ли оно понравится ему и его друзьям, которых он фактически уговорил ехать к морю.
— В прошлом году северные бароны, заманив в ловушку нового кандидата в Спасителя, выкосили почти всю верхушку нескольких крупных племён, — молодой человек говорил ровно, можно сказать, равнодушно, не отрывая взгляда от играющего в руке ножа. — Относительно диких, я не слышал, чтобы кто-то открыл ещё перевалы помимо того, которое контролирует Гнездо. — Он поднял глаза и холодно посмотрел на человека. — Что касается особых сотен — может там и требуются люди... — он почти не выделил последнее слово. — Но не всякий сброд.
Справа неожиданно кашлянул гном.
— Эх вы, молодой человек, плохо, видимо, вас в детстве учили, как нужно разговаривать со взрослыми и незнакомыми людьми... Мало пороли, — на широком с выразительным округлым носом, широкими бровями и прищуренными небольшими глазками добродушном лице гнома мелькнула отеческая улыбка. — Потому как вижу: общаться с разумными существами вам зубы мешают.
Наступила пронзительная тишина. Ройчи почувствовал, как потихоньку замедляется время. Он уже понял — схватки не избежать. Только бы никто не пострадал всерьёз.
Светловолосый посмотрел куда-то в темноту над забором, будто прислушиваясь к близкому лаю собак.
— После того, как шаллюры отправили на жертвенник всю мою семью, — произнёс тихим голосом, — включая шестимесячную сестру, меня взялся воспитывать двоюродный дядя. Батогами на конюшне. И учил не говорить, а кричать. И убивать. — К левой, крутящей нож присоединилась правая, тоже играющая со смертоносным кусочком железа. — К сожалению, он не успел достаточно оценить преподанные мне уроки. — Перевёл вопросительный взгляд на капитана.
Но тот молчал, будто отрешившись от происходящего.
— Да что с ними возиться! — злобно воскликнул пострадавший от Худука вислоусый. — Под нож...
— Тихо! — рявкнул командир, бешено сверкнув глазами, полуобернулся назад.
— И то правда, — раздался из темноты ехидный голос гоблина. — Пусть хоть помолчит и не отсвечивает своими вонючими усами, трахни его дракон в печёнку, — после чего что-то свистнуло в воздухе, и в лоб незадачливому солдату впечатался камень.
Всё пришло в движение.
— Не калечить! — заорал Ройчи, проскальзывая к так удачно подставившемуся капитану.
Стена мгновенно преобразившихся мечами солдат нахлынула на странную компанию. Мелькнули ножи, меч, оглобля, просвистела стрела, азартное дыхание, хеканье, удар — крик боли, звон железа...
— Назад!!!
Яростный крик отбросил солдат. Но не всех.
— Прошу вас, ведите себя разумно, — мягко проронил Ройчи, твёрдой рукой удерживая командира гвардейцев.
Полуоглушенный — чтобы не брыкался — капитан был прижат к борту повозки. Кровавое пятно на макушке, безумный взгляд, капля крови, стекающая по щеке, нож, остриём упирающийся в подбородок — было от чего гвардейцам вести себя осмотрительно. И это ещё не всё. На нейтральной полосе между противниками, согнувшись, замер Мелир. Он поднял страдальческое, ошеломлённое лицо на замершего недалеко с длинной палкой гнома. Один нож валялся у колеса повозки, второй... торчал в оглобле.
Ностромо отсалютовал вербарцу.
— Извини, сынок, плети под рукой не оказалось, — губы в русой бороде скривились в жалостливой ухмылке. — Пришлось обработать твой генофонд вот этим добрым деревом. — Судя по причинённому ущербу, эпитет 'добрый' можно было оспорить. Если бы был желающий вступить в дискуссию. — Ничего, дети у тебя ещё возможны — я бил аккуратно, так что не переживай, в штанах у тебя не омлет. Но, — строго покачал указательным пальцем, — веди себя вежливо впредь. При отсутствии головы на плечах, яйца уже ни к чему.
Другие представители королевского войска тоже были не вполне боеспособны. Вислоусый лежал, разбросав в стороны руки, один хлопал глазами, держась за голову, съехавший набок шлем был с хорошей вмятиной — работа эльфа, другой удерживал третьего, уронившего голову — наверняка художества Рохли. Уцелевшая парочка, глядя на впечатляющий результат схватки, продолжала маячить напротив с опущенными мечами, не зная, что предпринять.
Раздались размеренные хлопки.
— Браво!
В круг света, удерживаемого двумя уцелевшими факелами, вошло новое действующее лицо: молодой, лет двадцати двух — двадцати трёх, выше среднего мужчина. Спокойное привлекательное лицо уверенного в себе человека, перед которым никто не устоит: ни мужчины, ни тем более женщины. Галантно-столичный одежда с изобилием рюшечек, впрочем, не портящих вид, а наоборот, увеличивающих потенциальную цену, с богатством камней на пальцах, с хорошим оружием на ремне.
— Браво, — совершенно свободно РоПеруши (а это мог быть только он) встал между противоборствующими сторонами, словно беспристрастный судья, игнорируя выразительно обнажённое оружие. — Вы меня весьма позабавили, — остановился у повозки и с участием обратился к сцепившему зубы капитану. — Как вы себя чувствуете, Гичи? Нигде не колет?
— Что вы, светлый господин, — попытался изобразить улыбку тот. — Мне здесь так удобно... — покрутил в воздухе рукой, — спасибо гостеприимным хозяевам.
— Что ж вы меня не позвали с собой, РоГичи, я люблю интересный досуг. Моё приглашение, к сожалению, — изобразил лёгкий поклон в сторону человека и эльфа, — светлые господа проигнорировали. Зато пригласили вас. Завидую, Гичи, вам посчастливилось повстречаться с таким... занимательным собеседником. Кстати, я вам не мешаю? — спросил у наёмника, без улыбки и напряжённо следившего за передвижениями аристократа, за его расслабленными холёными руками, похлопывающим перчатками.
— Что вы, — ответил Ройчи, — никак нет. Правда гости оказались нежданными и незваными, но у нас было, чем их угостить... А вот ваше появление, светлый господин, вообще для нас... очень приятный сюрприз. Правда и встречать вас нужно чем-нибудь изысканным. Извините, мы не очень подготовились, но парочка удивительных блюд всегда под рукой... К сожалению, мы немного здесь подзадержались, пора и честь знать... Пусть только светлый капитан по-дружески проведёт нас за ворота. Или чуть дальше.
— Я так не думаю, — в голосе маркиза зазвенел метал, он остановился, поднял насмешливо-холодный взгляд и обвёл по очереди глазами всю странную компанию; кокетливо выбившийся из-под берета тёмный локон обрамил бледную щеку, составив тоненьким усикам некий перпендикуляр, тёмные глаза блестели то ли от алкоголя, то ли от азарта.
Симпатяга, — подумал Ройчи, уже по плавным движениям определив, что перед ними опасный противник. Будь вместо них девушки, наверняка ослабли в коленях при виде этакой картинки.
— Мне кажется, что светлый Гичи не напрасно устроился в столь удобной позе. Не подскажете, любезный капитан, тему вашего разговора?
Командир гвардейцев вздохнул, невольно поморщился, когда при этом его кольнуло в подбородок, покосился на пленителя и хмуро, даже не пытаясь изобразить улыбку, ответил:
— Помимо того, что Маркус, стоя на посту, ввязался в драку, и мне нужно было выявить зачинщика... — капитан неопределённо замолчал.
— И?.. — постарался подтолкнуть мысль того РоПеруши.
— И мне показалось, — сухо продолжил Гичи, кольнул взглядом стоящего рядом гнома, — что люди, — подчеркнул это слово, — спокойно вступившие в конфронтацию с королевским солдатом...
— Но там было темно! — возмущённо закричал гоблин.
— ... тем более гвардейцем при исполнении...
— Он первый начал! Эй, усач, скажи, хвост дракона тебе вместо члена! — продолжал надрываться тёмный.
— ... могут запросто иметь отношение к пропаже двоюродного брата светлого РоБмина.
— И племянника, — подсказал трактирщик, как выяснилось, присутствовавший при разговоре. Мало того, в его руках и руках его помощницы были заветные подносы с едой.
— И племянника, — как эхо повторил РоПеруши, не сводя ехидного взгляда с Ройчи.
— Какие ещё племянники?! — Худук возмутился настолько, что опустив пращу, приблизился к борту повозки, брызжа слюной и скалясь — зрелище не для слабонервных — продолжил. — У вас тут спокойно разъезжают уруки с шаманом!.. — испуганно запнулся, поняв, что проговорился. — Мы здесь не при чём, — быстренько свернул обвинительную речь.
— Уруки... — лицо РоПеруши потемнело. — М-да. Что-то тёмные зачастили в это село, — задумчиво прикусил нижнюю губу. — Говоришь, с шаманом? — благородный пронзительно глянул на Худука, тот демонстративно отвернулся. — Интересно. Насколько вы здесь 'не при чём', очень хорошо умеют выяснять агробарские дознаватели и пыточные мастера.
На этот раз взгляд светлого РоПеруши был холоднее северного ветра. Ройчи обречённо вздохнул — опять гоблин втянул их в неприятную историю. Знакомиться с агробарскими подвалами не было никакого здоровья. Мало того, это совершенно не входило в их планы. Мужчина незаметно потянулся левой рукой к мечу. Быть вне закона в целом королевстве — это не очень хорошо. Но доказывать, что ты не верблюд, когда пришили горб — занятие бесперспективное. Остаться без головы или ещё хуже — инвалидом, нет, увольте.
— Ладно, — будто решившись на что-то, проговорил аристократ, заправил каштановую прядь за ухо, улыбнулся довольно. — Вы нам отдаёте тёмных, и мы расстаемся.
— Об этом не может быть и речи, — спокойно, но категорично ответил Ройчи. Что дальше?
РоПеруши развеселился ещё больше.
— Я так и думал. Что они вам? — спросил с любопытством.
— Это наши побратимы, — твёрдо ответил человек.
— Как интересно. И не перерезали друг друга, — маркиз никак не желал воспринимать информацию всерьёз. — Ладно, моё предложение таково: поединок, — и обвёл присутствующих довольным взглядом.
Глава 3.
Его солдаты оживились, можно сказать, развеселились. Сказать честно, такой вариант устраивал и странную компанию — они обменялись молчаливыми одобрительными взглядами. Только Ройчи ощутил мгновенно вспыхнувшую, но контролируемую злость — бесящиеся от скуки и безнаказанности благородные очень легко выводили его из состояния равновесия. Ещё он ощущал какую-то смутную тревогу. С предложением РоПеруши не всё было так просто. В чём подвох?
— Наша судьба будет зависеть от результата? — уточнил эльф.
— Естественно, — преувеличенно согласно кивнул благородный, будто был доволен сообразительностью оппонентов. — Поединок будет проводиться до сдачи одной из сторон или невозможности продолжать бой, — он поднял вверх указательный палец, акцентируя внимание. — Непременное условие: участие виновников конфликта, — аристократ бросил презрительный взгляд на очухавшегося вислоусого, потом перевёл его на Худука.
Гоблин улыбался, и это было достойное зрелище перед схваткой. Маленький чертёнок знал об этом. Дабы хоть как-то компенсировать рост он накачивал себя злостью, вспоминая, как эта драконья какашка перепутала его с трактирной прислугой. Его самого, Худука!
— Дабы хоть как-то уровнять шансы — пострадавший-то с нашей стороны, — продолжал объяснять свои логические выкладки РоПеруши, — в поединке намерен участвовать... я.
Ройчи почувствовал, как у него непроизвольно вытягивается лицо. Впрочем, не только он удивился. Раздались даже хлопки и радостный писк в прибывающей вокруг них толпе — новости о подобных развлечениях распространяются быстро. А вот солдаты, сопровождавшие аристократа, отнеслись к заявлению спокойно, знали наверное за маркизом такую слабость. Пошушукались немного, делая ставки — и то, по привычке, заранее, видимо, предполагая результат.
— В этом есть, мне кажется, высшая справедливость, когда участвует представитель короля...
— Хороша справедливость, когда такой представитель, роди его дракон обратно, нанизывает безоружного, — ворчливо и тихо, но достаточно слышно для непосредственных участников действа, прокомментировал Худук.
— Почему же безоружного? — искренне удивился благородный, сделав вид, что не заметил, будто его перебили. — Любое оружие на твой выбор, кроме дальнобойного. При этом, тёмный, в напарники ты тоже волен определить кого пожелаешь. — Заметив, что гоблин только согласно кивнул, не выказывая ни толики испуга, вкрадчиво предупредил. — Рекомендую самого опытного, — маркиз по очереди оглядел всю компанию. — Не тролля — медлителен, эльф... не знаю, как в ближнем бою, человек... — снисходительно пожал плечами, — наёмник, — словно это объясняло, чем он хуже, — пожалуй, гном, — прищурился на Ностромо. — Хорошая реакция — отбить два ножа Мегира — это, — значительно поджал губы, — хороший результат. Я бы сказал: жизнеутверждающий.
Казалось, благородный светлый всерьёз озабочен правильным выбором пары противника. А ведь точно: глаза горят азартом, он в нетерпении расстегнул пряжку, сбрасывая плащ, который тут же подхватил один из солдат.
— Даю вам несколько минут определиться, — и отвернулся, разминая кисти, подозвал к себе отпущенного ранее капитана.
Друзья сгрудились за повозкой и зашептались.
— Ностромо, ты как?
— Я его сделаю.
— Уверен? — эльф. — Может всё-таки я? Опыт общения с такими... красавцами, — правильно определив недовольный взгляд гнома, поспешно добавил он.
— Уверен. — Задумался. — Другое дело, поможет ли нам это.
— А что, есть варианты? — удивился Листочек.
— Ну... — замялся Ностромо. — Захватываем этого павлина и преспокойно покидаем село. Где-нибудь на дороге отпускаем — пусть поработает ножками, коль в голове ветер, а мы со всей возможной скоростью мчимся к границе Вербара, — покосился на Худука в надежде, что тот его поддержит. — Надеюсь, вы не питаете иллюзий, что нас отпустят после того, как побьём лицо с чайной ложкой королевской крови? Да нас этот капитан на кусочки порежет!
Гоблин довольно осклабился.
— Ты меня не разочаровал, земляной червяк. Даже каменные гномьи мозги порой посещают светлые мысли, достойные дракона. Но я против, — Ностромо недовольно поджал губы, а гоблин озвучил свой аргумент. — Уж очень хочется ещё раз пройтись по наглой усатой роже.
— Я тем более против, — серьёзно и веско вступил в разговор человек. — Если есть возможность не сориться с королевством, нужно её испробовать. Не удастся выкрутиться сейчас, придумаем ещё что-нибудь, не впервой. Скрестим светлые головы с тёмными и найдём правильное решение.
— Эх ты, Ностромо, — укоризненно покачал головой эльф, — с тёмными пообщался, теперь пакости спокойно предлагаешь.
— Какие ещё пакости? — удивился и обиделся гном. — Нормальный тактический ход, военная хитрость. Это вы, эльфы, мягко стелете, красиво говорите, а мысленно нос задираете так, что волосы из него торчат.
— Что?!
— Вот это ты даёшь, рожа кирпичная, в жилу тебе носом! — восхитился гоблин. — Даже я б лучше не сказал, дракон мне вместо языка! Понял ты, этот, как его — то, что на ветру болтается... или против ветра?.. — издевательски повернулся к раскрасневшемуся эльфу Худук.
