Зависимая.

И глаза я на миг закрываю, слышу его голос, такой заразительный смех, чувствую запах и вижу красивое лицо. Только сердцем все же понимаю — это мираж, фантазия, а реальность пугает. Я здесь плачущая, а где-то там Демьян, который, наверное, подбирает слова для своего оправдания.

Я себя ловлю на мысли, что хочу снова поверить ему. Что делать мне с тревогой в моём сердце? Хочу поверить в каждый милый взгляд, в каждое слово. Мне казалось, что я была счастливая с ним, но это длилось так мало времени.

А так хочется поверить в чудо, поверить в то, что счастье я нашла. Поверить, что между мной и Демьяном нет никаких преград. Поверить в то, что мне однажды подарят любовь, и на холсте размером с космос мы с ним напишем свою историю.

Вздохнула. Снова мечтаю, но жизнь так коротка. На что мы ее все время тратим?

На мелочные ссоры, на глупые слова, пустые разговоры, на суету обид, на злобу — вновь и вновь. Сжигаем жизнь дотла всё на пустое что-то — на нудные дела, ненужные заботы, в угоду обществу придумываем маски.

Куда-то всё спешим, чего-то добиваемся. Чего-то ищем, волнуемся, кричим, по пустякам страдаем, боимся радости, боимся верить в сказки, боимся мечтать и любить, чтоб после не чувствовать разочарования и боли.

Жизнь так коротка...

Нужно снять маску, открыть на весь мир глаза и улыбаться. Я не хочу все время страдать и лить слезы, упиваясь болью. Зачем таким способом прожигать жизнь. Меня сильно обидел Демьян, но в душе не держу на него зла. Надо выслушать и постараться понять. Я готова его простить, но, конечно, я ему об этом сразу не скажу. Пусть заслужит прощение, с него причитается.

Встала, подошла к окну. Хотела увидеть, как небо смотрит звёздными глазами, но забыла, что здесь их не может быть. Уже скучаю по ясному небу с пушистыми облаками, по яркому солнцу. Здесь по-своему красиво, но совсем не то.

— Селена, я стучал — ты не отвечала, потому осмелился войти, — около двери стоял Демьян, опустив голову, словно нашкодивший ребенок. Что-то этот образ никак не хотел вязаться с образом хладнокровного убийцы, которого я не так давно видела. Помимо воли улыбка растянула уста. Быстро сделала "морду кирпичом", чтобы мужчина не заподозрил неладное.

— Я тебя слушаю, — сказала беспристрастным тоном.

— Я хотел бы объяснить, то, что ты увидела в зале, — замолчал, не смотрит в глаза, еще бы ножкой пошаркал по полу, тогда бы была полная картина.

— Так объясняй, — мне из него, что слова клещами тянуть.

— Я тебе говорил, что я каратель.

— Да, и что ты охотишься за нарушителями законов Лириуса.

— Ты права, но не только охочусь, но и наказываю. В том случае, что ты видела, наказание — смерть.

— Но что этот мужчина такого страшного сделал, заслужив такое?

— Он посмел уничтожить самое дорогое на нашей планете — женщину.

— Кстати, почему я не видела ни одной особы женского пола?

— Женщин намного меньше, чем мужчин. Они проводят время в своих домах, занимаются тем, что им нравится. Нужды выходить на улицы не видят, — нет слов, одни эмоции... я бы сдурела в четырёх стенах, — тем более, там может быть небезопасно. Тот мужчина, которого я уничтожил, забрал жизнь молодой девушки только потому, что та ему отказала. Он заведомо знал, на что шел. Каратели в любом случае его нашли бы, это было вопросом времени, потому он пришел добровольно и сознался в содеянном. А я только сделал свою работу, какой бы она неприятной не была, — так хорошо все расписал, не придерешься.

Если честно, я никогда не жалела убийц, и у самой рука не дрогнула бы, пришлось бы исполнить смертный приговор.

— С этим ясно. Как на счет меня? Ты мог бы меня убить, прикоснувшись, если я была бы простым человеком? — это интересовало больше.

— Нет, максимум, ты бы пролежала без сознания несколько дней, но через некоторое время полностью поправилась. Чтобы убить, мне надо подержать человека некоторое время.

— Про какой эксперимент говорил твой брат? — Демьян скривился, наверно не понравилось, что я назвала Рая его братом. Ничего, потерпит.

— Каратели отличаются от других жителей Лириуса тем, что могут вытягивать энергию из живых организмов, поэтому нас и боятся. Но есть и неприятная сторона: я полностью не контролирую эту способность. Только одно мое прикосновение к открытой коже, и начинается процесс передачи. Может, ты заметила, что я одеваю перчатки.

— Да, ты и сейчас в них.

— Они сделаны из специального материала, который блокирует мою способность.

— Ближе к сути моего вопроса, — а то он начинает уж очень издалека.

— Каратели обречены на одиночество, сама понимаешь, с такими, как мы невозможно жить, не рискуя жизнью. Но каждый из нас пытается найти решение этой проблемы, найти женщину, которая разделит с нами жизнь. Я тоже пытался, и много раз. Побывал на разных планетах, встречал женщин разных рас, но мне никогда не улыбалась удача. Одно мое прикосновение, и девушка падала без сил. Я не мог позволить себе отчаяться, потому что это означало верную смерть. Пока была жива надежда, жил и я. Рай называет пои попытки экспериментами. Ты не представляешь, насколько я был рад, когда встретил тебя. Моя пагубная способность на тебя не действует. Ты можешь стать моим светом, той, которая спасет меня от сумасшествия, — красиво говорит, аж заслушалась. Ему бы идти в политики, а то такой оратор пропадает.

— Это все, что ты хотел мне сказать, ничего не забыл?

— Я рассказал все, о чем ты спрашивала. Ты мне не веришь?

— А должна?

— Прости за то, что вовремя тебе не рассказал обо всем. Не нашел подходящего момента, но я, правда, хотел. Ты простишь меня? — а глаза ласковые, бровки домиком, прям сама невинность.

— Я подумаю об этом.

— Зачем терять время, я уверен, что ты уже все решила. Что мне сделать, чтобы получить сейчас твой ответ? — эврика... настал тот момент, когда мужчина готов на все, чего и добивались.

Что же я от него хочу? Это риторический вопрос. Я хочу его! Нет, на данный момент слишком рано, а вот его энергия именно то, что нужно. За всеми переживаниями забыла, что голодна.

— Накорми меня энергией, — глаза мужчины засветились азартом. Он быстро сбросил перчатки и подошел ко мне.

Рот наполнился слюной, предчувствуя вкусненькое.

Рука Демьяна застыла в несколько сантиметров от моего лица в нерешительности.

— Демьян, посылай энергию только маленькими порциями, а то в прошлый раз я слишком быстро опьянела.

— Да, я помню это. Хороший был день, — мужчина улыбнулся.

Легкие прикосновения пальцев Демьяна пробежались от лица к шее и обратно. От них маленькими искорками бежала энергия. Я говорила про маленькие порции, но это уже микроскопические. Зараза, растягивает удовольствие. Я так долго не выдержу. Ууу... как хорошо, энергия побежала по венам, а следом за ней и возбуждение. Демьян все продолжал прикасаться ко мне, посылая энергию. Закрыла глаза от удовольствия, было такое ощущение, как будто меня колышут волны. Тело расслабилось, хотелось раскрыть крылья взлететь.

Еще немножко, и я взорвусь от чувств, которые переполняют меня. Ууу... что-то изменилось. Касания пальцев заменили нежные поцелуи. Так не честно. Я сейчас в таком состоянии, когда не смогу остановится.

Жизнь так коротка...

ГЛАВА 8

Очень нежно и очень ласково руки Демьяна притянули меня к себе. Его губы приближались медленно и неумолимо. Сначала поцелуй был нежным, как прикосновение крыльев бабочки. Его губы легко, почти не касаясь, обводили контуры моих губ. Я потянулась ему навстречу, и попыталась сильнее притянуть к себе его плечи. Демьян отреагировал мгновенно: объятия стали крепче, дыхание быстрее, губы настойчивей, а руки, зарывшись в мои волосы, уже не давали возможности отстраниться. Этот поцелуй совсем не походил на наш прежний: в этот раз мы оба знали, чем всё закончится. Чувства были обострены до предела. Стук моего сердца и наше дыхание, слившееся воедино, как восхитительное продолжение интимности этого момента...

Он начал раздевать меня — с деликатностью, казалось, совсем ему не свойственной, а мне хотелось сорвать всю одежду, и поскорее.

— Не надо спешить, Селена, я так долго этого ждал, — услышала его шепот.

Но когда мы были уже в постели, я, охваченная сильным желанием, не смогла сдержать своих чувств.

— Демьян, прошу тебя, прошу, я больше не могу! — я не могла поверить сама, что прошу.

— Нет, можешь. Не так быстро, Селена, — в его голосе мне послышался смех. Зараза упрямая. Он что издевается? Но его пытки ууу...мне нравятся.

И я подчинилась, самозабвенно отдав себя ему во власть. И он повёл меня медленно, шаг за шагом к блаженному краю пропасти, порой замедляя шаг, порой отступая, и тогда мне казалось, что мы, растворившись друг в друге, летаем высоко над землёй, и нет момента прекрасней. И снова на шаг ближе к краю, но нет, ещё нет, и весь путь повторяется снова, и сладкая мука почти непереносима, и, наконец, оба достигаем пика наслаждения. И мне кажется, что счастливее нас нет никого на этой планете.

Таких ночей на моей памяти не было. Наши руки сталкивались с одурманивающей страстью, тела соприкасались в эйфории всепоглощающего желания, губы сливались с невыносимой нежностью. По-настоящему, искренне, чувственно, с любовью.

Эта ночь была открытием для меня. Со мной никогда такого не было. Демьян был такой родной, такой заботливый, такой нежный, ласковый и настойчивый одновременно. Как приятно сгорать в его сильных руках от желания и страсти, прижимаясь к нему всем телом, чувствовать с ним себя единым целым, умирать от его требовательных и мягких поцелуев, чувствовать, как он притягивает меня к себе и я утыкаюсь в его шею, ощущать бархатную кожу и его запах. Как приятно чувствовать его дыхание и бьющееся сердце, слышать сладкие стоны и трепет удовольствия, гладить его волосы и тихо урчать, как котёнок, уткнувшись ему в грудь.

Мне хотелось думать, что мы любим друг друга, что нас связывает нечто особенное, потому что нам просто удивительно хорошо вместе.

Хотелось доверить ему полностью себя и свою душу, периодически вырываясь и снова прижимаясь к нему. Хотелось болтать о пустяках, обнявшись под одеялом и говорить о чём-то только своём, прижимаясь друг к другу.

Какой он у меня красивый, какое потрясающее тело, и в этот момент все только моё. Сейчас я полностью его, а он мой. Никто и ничто больше не интересует. Есть только я и он, и наши чувства.

Мы лежали в постели, Демьян обнял меня за талию. Было так тепло и приятно. Не хотелось говорить. Казалось, что все слова сказаны, но мой мужчина (теперь уж точно мой) думал иначе.

— Я так ждал этого мгновения, я так хотел тебя, я думал, что не выдержу этого мучение — быть с тобой рядом и не иметь права прикоснутся. Даже умудрился устроить ту ситуацию с дверью, но ты не поддалась и сбежала. Знаешь, тогда я чуть не сошёл с ума. Ты пришла ко мне почти голая, от тебя пахло желанием. Так было тяжело сдержать себя, чтоб не бросить тебя на постель и не зацеловать до смерти, — знал бы он, что я тогда чувствовала, точно не сдерживала себя.

— Демьян, знаешь... — не смогла доказать, смех рвался наружу.

— Ты смеешься над моими чувств? — оо...такой большой мужчина, а обижается как маленький.

— Я смеюсь над собой. Тогда я чуть не умерла от желания. Так тебя хотела, что в глазах темнело.

— Почему ты не сказала?

— Демьян, ты же мужчина! В такой ситуации инициатива должна исходить именно от мужчины, а я же девушка скромная, стеснительная.

Этот паразит стал смеяться, да так сильно, что я подпрыгивала на матрасе.

— Ты чего смехом давишься? — ткнула его локтем в бок, но мое действие, судя по продолжающему смеху, не возымело никакого результата.

— Это ты у нас скромная, — и снова смех.

— Я сейчас обижусь, и тогда ты продолжишь смеяться уже на своей кровати в одиночестве, — надо бы припугнуть, чтобы знал, на что нарывается.

— Все, Селена, я больше не буду, — мгновенно успокоился, все-таки угроза подействовала.

Демьян прижал меня еще сильнее к себе.

— Ты сделала меня самым счастливым мужчиной во вселенной, и я сделаю все, что бы ты тоже была счастливой.

Я прижималась к его сильному телу, и мне было безумно приятно, все это слушать. Демьян говорил что-то еще, но всего услышать не получилось. Уснула.

Я проснулась утром, в железных объятиях моего мужчины. Этой ночью мне не было холодно. Демьян спал, окольцевав меня своими руками, а я лежала и смотрела на него, улыбалась, вспоминая прошлую ночь. А ведь я отношусь к нему не так, как всегда пытаюсь себя убедить. Он стал мне очень дорог за такое короткое время. Что же это за чувство такое? Только сейчас я могу признаться себе в этом. А я ведь влюбилась в него! Да, черт возьми! Я его люблю! И уговаривала себя не поддаваться на его чары только потому, что подсознательно понимала, если подпущу ближе, то уже никакая сила не оторвет меня от него.

Я провела пальцем по его губам, они дрогнули и Демьян открыл глаза.

-Доброе утро, моя хорошая!

-Доброе утро.

Он притянул меня и поцеловал, руки его заскользили по моему телу, губы уже целовали шею и грудь. Судя по всему, Демьян хочет повторить опыт прошлой ночи, а я даже очень не против.

Вдруг в дверь постучали.

— Селена, ты уже не спишь, можно войти? — это был Макс.

— Селена, не говори ему ничего. Пусть уйдет, а мы займемся чем-то более интересным, — ууу...змей искуситель.

— Я вхожу, тебе покушать принес, — дверь медленно открывалась.

Я не знала, что делать. Я голая и Демьян тоже, мы здесь раскрасневшиеся и возбужденные. Сама не поняла, как спрятала мужчину под одеялом, а себе его натянула по самое горло.

— Что ты делаешь? — прозвучал приглушённый голос Демьяна где-то в районе моей груди.

— Сиди тихо и не рыпайся, — детский сад, конечно, но в этот момент не видела другого выхода.

— Доброе утро, Селена, ты голодна?

— Да, очень. Спасибо за беспокойство.

— Я тоже голоден, — шепот из под одеяла.

— Я принес те же блюда, что и в прошлый раз. Ты тогда все съела, потому решил, что тебе понравилось, — хотя тогда я была так голодна, что съела бы что угодно.

— Это был ты? Действительно было вкусно.

— Я подумал, что небезопасно присылать к тебе слуг, потому принес сам.

— Хоть ты обо мне беспокоишься, не то что некоторые, — и так ласково ударила Демьяна по голове. Из под одеяла послышался обиженный стон.

— Намекаешь на Демьяна?

— А на кого же еще?

— Ты прости его. Сейчас столько проблем навалилось. Еще и этот Рай с очередным вызовом.

— Каким вызовом? — Демьян уже хотел выползти из укрытия, но я этого не позволила.

— Почти каждый год состоятся бои за право называться сильнейшим из карателей. Каждый имеет право бросить вызов. И вот Рай в очередной раз хочет забрать этот титул у Демьяна.

— Стоп, стоп. Я сейчас правильно поняла, Демьян является сильнейшим? — от паразит, обманул.

— Да, вот уже десять лет.

— А сколько ему лет? — это тоже меня интересовало.