Закрыв переход между мирами от любопытных глаз, Родослав первым делом стал осматриваться. Дышалось очень легко, воздух был насыщен влагой и запахами леса. Всё вокруг указывало на то, что в мире Убежища недавно прошёл дождь.
Осмотревшись на лесном подворье прадеда, он сразу же заметил, что появились небольшие изменения. Над столом с лавками возле крыльца, появился небольшой навес от дождя созданный из досок скреплённых внахлёст. Всё это сооружение украшенное красивой резной лепниной покоилось на четырёх фигурных столбах. Сами резные фигуры напоминали куммиры древних славянских Богов.
Это говорило о том, что Драгослав Ефимович не только прекрасный целитель, но и великолепный краснодеревщик с очень умелыми золотыми руками. Два вырезанных из дерева небольших грифона, высотою около сорока сантиметров, закреплённые на крайних столбиках перил крыльца указывали на правоту этого утверждения.
Ещё один момент для себя отметил Родослав. Раньше он этого не замечал. В мире Убежища время текло как-то иначе. Если в родном мире уже наступил вечер, то в мире Убежища местное Солнце ещё высоко находилось над лесом. Вполне могло быть, что временные потоки двух миров хоть и имели в сутках одинаковое количество часов, но между собою никак не были связаны.
Забрав из столовой терема подарок для бабушки, мужчина вышел на крыльцо терема. Подарок представлял из себя нечто существенное и весьма объёмное. Он был завязан в шерстяной платок и весил около пяти-шести килограмм.
Машинально Родослав посмотрел в сторону ворот лесного подворья, и чуть выше частокола заметил мерцающий отблеск в глубине леса. Скорее всего, мерцание создавалось качающимися кронами лесных деревьев, которые перекрывали лучи местного Солнца.
А вот от чего солнечный свет отражается, мужчина решил для себя прояснить. Для этого он оставил подарок для бабушки на столе возле крыльца, а сам направился за ворота прадедовского подворья в лесную чащу.
Идти пришлось не по заросшей дороге ведущей в сторону заброшенной деревни, где почти всё население умерло от скоротечного мора, а напрямую через лес.
Где-то через три минуты Родослав дошёл до небольшого немного странного холма посредине леса, плоская вершина которого заросла деревьями и кустарником.
Странным холм показался не потому, что он возвышался примерно на семь метров над уровнем почвы леса, а из-за того, что одна из сторон была почти вертикальная.
Вот на этой стороне холма, где-то на двухметровой высоте, среди зелёной травы непонятно как державшейся на поверхности, в пробивающихся сквозь кроны деревьев солнечных лучах поблёскивал прямоугольник с зеркальной поверхностью. В любое другое время суток его заметить было бы просто невозможно.
Подойдя почти вплотную Родослав заметил, что свет отражается от гладкого равностороннего влажного камня, выделявшегося в скальной породе. В его центре были налипшие листья с деревьев росших наверху. Скорее всего, во время прошедшего дождя небольшой кусок дёрна отвалился и его смыло водой. Именно влажность гладкого камня позволила отражаться солнечным лучам, а сорванные ветром и опавшие листья просто прилипли к мокрой поверхности.
Смахнув рукой прилипшие к камню листья деревьев, мужчина увидел то, чего ранее не было видно, а именно углубления в камне в виде человеческих ладоней правой руки с разведёнными пальцами. Вот только эти ладони находились одна в другой, словно бы в мягком пластилине оставили свои отпечатки сначала отец, а затем его ребёнок.
Ради интереса Родослав приложил свою правую руку к влажному камню и очень удивился, что его крупная ладонь уместилась в "детском" отпечатке. При этом он почувствовал приятную теплоту исходящую от камня, чего быть чисто физически не должно. Потому что, не может обычный камень нагреться в лесу до температуры выше человеческого тела, даже если он целый день будет освещён солнечными лучами. Данная проверка также показала, что обладатель "взрослой" ладони должен быть ростом примерно в три или четыре метра.
В памяти Родослава почему-то всплыли мраморные и гранитные статуи в нишах зданий Санкт-Петербурга, где рядышком находились гиганты и обычные люди, эти многочисленные фотографии он видел в интернете. Кроме того, ему вспомнились довольно высокие двери в очень старых домах по всей стране, словно они были предназначены для прохода людей ростом вдвое выше современных.
Заметив, что от прикладывания руки к отпечатку ничего не произошло, мужчина решил с силой надавить на камень и ему удалось вдавить его вглубь скальной породы на три сантиметра. Едва это произошло, как послышался странный звук и Родослав отступил назад на несколько шагов.
Странный звук усилился и неожиданно часть скальной породы, в полуметре от камня с отпечатками, вместе с налипшим зелёным дёрном, ушла внутрь холма. Образовавшийся проём имел приличный размер, два метра в ширину и четыре в высоту. Подойдя поближе мужчина увидел уходящую вниз каменную лестницу. Она была разделена надвое, слева были большие ступени, а справа в два раза меньше. Посчитав это приглашением и разрешением на вход, Родослав засёк время на своих часах и направился вниз по правой стороне лестницы.
Судя по ощущениям лестница сделанная в скальной породе уходила вниз примерно на двадцать метров. Спускаться в темноте не пришлось, ибо солнечные лучи в это время проникали до самых нижних ступеней.
Внизу обнаружилось просторное светлое помещение с высоким потолком. Причём мягкий свет шёл от всего потолка. Посредине помещения находился каменный стол с лежащим на столешнице громадным фолиантом с кожаной обложкой и тремя необычно обработанными довольно крупными красными камнями. Эти три огранённых камня разного размера были вставлены в углубления на каменной столешнице. Сама столешница имела размер примерно три на шесть метров.
Вокруг стола находились каменные сидения разных размеров, а у самой дальней стены стоял самый настоящий трон сделанный из непонятного материала цвета морской волны, вот только спинка была у него не вертикальная, а была отклонена немного назад.
Все стены были идеально ровными, словно их обработали каким-то механическим способом. Левая стена от входа была расписана тремя яркими картинами.
На первой картине был изображён человек с белыми волосами до плеч и бородой, в довольно странном одеянии и держащий на раскрытой ладони красный камень. На второй, он же с камнем зажатым в кулаке и закрытыми глазами сидел на троне откинувшись на спинку, а на третьей картине беловолосый человек сидел за столом и читал раскрытый фолиант. Причём все три красных камня находились в своих нишах на столе.
Чтобы осознать, что это всё не какой-то наведённый морок, Родослав достал из кармана смартфон без симки и сделал несколько снимков странного подземного помещения, в том числе и картин на стене. К его большому удивлению все снимки получились удачными.
Понимание, что нужно делать пришло сразу. Три картины чётко показывали какие именно необходимо совершить действия вошедшему в подземелье.
Убрав смартфон в карман, Родослав взял со стола тот же красный камень, что был указан на первой картине, после чего перешёл к трону.
А вот данный предмет интерьера при приближении оказался немного большего размера, чем показалось изначально. Пришлось сначала положить на сидение красный камень, а уже после забираться самому. Было прекрасно видно, что трон изначально был создан под людей вдвое большего роста, ибо на сидении могли свободно разместиться Родослав рядом со своим прадедом.
Откинувшись на спинку трона мужчина вообще ничего не почувствовал. Что делать дальше было непонятно. Непроизвольно его взгляд вернулся ко второй картине и стало ясно, чего он не сделал. Взяв огранённый камень в руку и вновь откинувшись на спинку трона, Родослав сжал красный камень в кулаке. В то же мгновение его окутал странный плотный туман и вскоре сознание отключилось.
Когда сознание вернулось, Родослав не почувствовал в себе никаких изменений, кроме сильной усталости. Однако, несмотря на усталость, у него появилось сильное желание узнать, что написано в фолианте лежащем на столе посредине помещения.
Убрав красный камень в карман и покинув трон, мужчина подошёл к столу. Он попробовал открыть громадную книгу, но у него вообще ничего не получилось, ибо металлические застёжки фолианта не открывались.
Взгляд на третью картину подсказал, что было не выполнено. Едва красный камень занял свою нишу в столешнице, как металлические застёжки на фолианте сами расстегнулись.
Открыв книгу, Родослав на мгновение оторопел увидев первую страницу. На ней был тот же самый текст, что и в рукописном варианте книги в пуфике дедовского дома, вот только в этой книге все буквы и символы были ровными, словно напечатанные. Тут же пришла мысль, что именно с этого первоисточника была сделана рукописная копия.
Листая страницы мужчина заметил, что никаких отличий от уже прочитанного им текста не было. Лишь когда добрался до места, где он остановился в рукописной копии, Родослав продолжил чтение. Оно его так увлекло, что он потерял счёт времени.
Чтение прекратилось, когда перевернув прочитанную страницу Родослав не увидел продолжения. Все дальнейшие листы были пустыми. Присмотревшись, он заметил, что текст занимал всего лишь треть громадной книги.
Вернувшись к тексту на страницах, Родослав захотел сделать пару снимков, но и в этот раз его смартфон не сработал. Какая-то неведомая сила не давала возможности фотографировать содержание фолианта.
Когда древняя книга была закрыта, прикреплённые к тяжёлым обложкам обтянутым кожей застёжки автоматически застегнулись.
Произнеся непонятно кому "Благодарю за знания", мужчина решил покинуть помещение и по лестнице направился вверх.
Едва он вышел наружу, как проход закрылся и всё вновь приняло форму холма.
Возвращаясь на лесное подворье, Родослав заметил усилившуюся головную боль. Машинально посмотрев на наручные часы, он очень сильно удивился. Часы на руке и местное Солнце над лесом показывали, что он находился в подземном помещении всего полчаса. Хотя сознание говорило о проведённых нескольких часах за чтением древнего фолианта.
Закрыв ворота на засов, мужчина хотел было забрать со стола у крыльца подарок для бабушки, но увидел сидящего под навесом на лавочке прадеда.
— И где же ты так задержался, правнук? Что мне пришлось за тобой идти.
— В лесу, в подземелье древнюю книгу читал. Я впервые увидел фолиант такого громадного размера. Если эту книгу поставить вертикально, то верхний её край будет примерно на уровне моей груди. Сколько она весом даже представить себе не могу. Всю обстановку подземелья я на свой смартфон заснял. Вот посмотрите, — предложил Родослав, и достав из кармана смартфон, показал прадеду снимки.
— Ты что, холм Древних посещал? — задал правнуку вопрос Драгослав Ефимович после просмотра показанных фотографий.
— Ну-да. Я когда из терема с подарком вышел то увидел, что в лесу что-то сверкает, вот и пошёл выяснять, чего там может светиться. Оказалось, сверкал мокрый камень с отпечатками ладоней.
— Можешь не продолжать, Родослав. Я знаю где ты побывал, сам посещал холм Древних по молодости и тоже читал ту древнюю книгу.
— Выходит, что я содержимое древней книги у вас уже перенял, когда вы мне все свои знания и жизненный опыт передавали?
— Нет, правнук. Эти древние знания так не передаются. Они должны изучаться каждым разумным самостоятельно.
— Драгослав Ефимович, а вы можете сказать, почему время в подземелье и снаружи по разному течёт? Мне показалось, что я за чтением несколько часов провёл, а когда вышел на поверхность, то мои наручные часы показали, что всего полчаса прошло.
— Так это всё влияние исходящее от места силы. Оно меняет потоки времени. Пора бы к этому привыкнуть.
— Я ещё заметил, что древний фолиант находящийся в подземелье только на одну треть записан?
— Он полностью написан, правнук. Ты лишь один камень использовал для чтения. В следующий раз когда пойдёшь туда, возьмёшь второй красный камень, тогда тебе следующие знания откроются. Вот только времени должно пройти около месяца. Раньше тебя туда не пустят. Знания должны освоиться в твоей голове. То же самое касается и третьего камня. А вот в четвёртый раз холм Древних для тебя уже не откроется. Я уже пробовал.
— Получается, что даже Древние за три раза чтение фолианта осиливали?
— Совершенно верно. Большой объём знаний вызывает головные боли у разумного, поэтому все знания и были поделены на три части. Наверное, ты сейчас испытываешь сильную головную боль. Я прав?
— Есть такое, но я помню ваши слова, что эту головную боль убирать нельзя, иначе я могу потерять полученные знания.
— Ты всё правильно понял. Вот только ты не учёл перехода между мирами. Он не только придаёт дополнительные силы, но и любые боли убирает без всяких последствий. Сходишь несколько раз туда и обратно, и избавишься от своей головной боли. Не забывай, тебе сегодня ещё Дашеньке нужно мужскую силу передать, дабы закрепить её лечение в водах таёжного озера.
— Драгослав Ефимович, а что в вашем понимании означает "мужская сила" при закреплении лечения? Ведь каждый мужчина понимает это по-своему.
— В моём понимании мужская сила, это наша доброта, забота и нежность, а вовсе не мощь, выносливость и стойкость, как думают многие мужчины. Последних трёх сил у девчат и женщин иногда побольше нашего может быть.
— И сколько по времени я должен передавать Дарье мужскую доброту, заботу и нежность?
— Пока нужная часть её души отвечающая за здоровье тела, ими не наполнится. Ты сам увидишь когда надобно заканчивать, ибо девочка крепко заснёт от полученной мужской силы. Главное, не вздумай заниматься в этот момент любовью с Дашенькой. В этом случае, ты распечатаешь её внутренний сосуд, где должен храниться мужской образ духа и крови, и вся переданная тобой сила в него перетечёт, а всё лечение так и останется не закреплённым. Если вы с Дашенькой решите вместе жить и в будущем растить своих детишек, то заниматься чистой и светлой любовью, как супруги, вы сможете не раньше, чем через старую неделю, иначе говоря, спустя девять дней. Понял мой ответ, Родослав?
— Я всё понял, Драгослав Ефимович. Благодарю.
— В таком случае пойдём, правнук, я сам открою переход между мирами. Тебе с головной болью это трудно будет сделать.
Прадед как всегда оказался прав, несколько переходов между мирами полностью убрали головную боль и всю усталость.
Когда наполненный силой Родослав вернулся из мира Убежища на лесную заимку, Драгослав Ефимович держа в руках свой подарок, закрыл переход между мирами, после чего сказал.
— Сходи в баньку, правнук. Помойся перед сном и занятием с Дашей. Мы все уже сходили помыться и напарились от души. Сначала мы с Яном и Всеволодом баньку посетили, а после нас Клавдея с девчатами, ибо для них жар в парной поменьше был.
— Хорошо, Драгослав Ефимович. Думаю для меня банька сейчас в самый раз будет.
Когда Родослав напарившись и помывшись вышел из бани, над лесной заимкой уже сияли яркие звёзды в ночном безоблачном небе.
