— А как же выяснили-то? Ставили опыты на людях?..
— Да, на преступниках. И заметь — согласие они подписывали добровольно: взамен смертной казни — быть подопытным.
— Да уж, ужас какой! Хотя такой вирус, вырвись он на свободу, стал бы настоящим кошмаром... — прошептала Аэрдил. — Но зачем его уничтожать? Да ещё и вместе с учёными?
— Биоблокада изменила человечество — продолжительность жизни скакнула в три раза. Гибель от болезней стала невозможной. Навсегда ушли в небытие такие бичи, как детский церебральный паралич и полиомиелит. Люди стали сильнее, быстрее, ловчее. Мы устойчивы к любой микрофлоре в галактике. А теперь представь, что такой стала вся галактика? Все расы Пространства Цитадели?
— Да-а-а... Это было бы здорово!
— Видимо, кому-то, это не понравилось. Среди людей до сих пор полно фашистов и экстремистов всех мастей. И, видимо, среди них нашлись достаточно влиятельные, чтобы суметь организовать нападение на лабораторию и её последующее уничтожение.
— Это подло! — тихо говорит Аэрдил.
— Зато вполне в духе Пространства Цитадели.
— Здесь никто не делится своими секретами, ты прав. Только вот мы оказались не такими и помогли людям!
— Жаль, что исходный вирус к тому времени уже был уничтожен. Думаю, чувство благодарности ещё не чуждо человечеству, и вам бы помогли.
— Думаешь?
— Знаю. Не настолько мы ещё подлые, ещё не пропитались этой заразой от азари и саларианцев. Но чем дальше, тем больше... Люди в этой грязи — достойные ученички, так что скоро превзойдём учителей в лицемерии и подлости.
Что-то на воспоминания потянуло... Сегодня надо будет ужин сделать. Специально на Иллиуме затарился продуктами для него. Пока Макс и Малки, используя специальную юридическую фирму, искали и заключали фрахты, я купил всё, что, по моему мнению, нужно для праздничного ужина, и набила этим один из холодильников на камбузе. Так что порадую экипаж сегодня! Вспомню всё, что умею и знаю из кулинарного искусства. А пока меня ждёт завтрак, который сегодня готовит Тереза, и работа с Чарли на второй палубе. Плановая замена одного из трубопроводов — это почти на весь день. Так что вся инженерная смена будет там. Я, правда, по большей части работаю в компании с Владом — хоть по-русски с ним можно поговорить. Он хоть и чех, но русским владеет свободно. А Чарли последнее время работает только в компании с Аэрдил. И вся команда с улыбками заключает пари, когда уже наш старпом признается в своих чувствах кварианке. А для меня это и не секрет: что чувства Аэрдил, что Чарли. Но не вмешиваюсь — пусть сами разбираются, не маленькие.
Вечер того же дня
Почти все приготовления закончены. Осталось лишь горячее в духовом шкафу, но его надо подождать — я специально так зарядила, чтобы после салатиков и выпивки народ плотным закинулся. А куриные ножки — самое оно. Девушки помогли мне накрыть стол, и осталось совсем немного. Так что таймер на запуск — и марш-марш в каюту переодеваться. Цигель-цигель, ай люлю!
Укладываю волосы в хвост и чувствую за дверью Чарли, в его чувствах — решимость и страх напополам с надеждой. Так... клиент созрел и пришёл советоваться. Ну, мы не жадные — посоветуем! Звучит сигнал от двери.
— Заходи, Чарли, — говорю я, дав с инструметрона сигнал на открытие.
Заходит Чарли и с восхищением смотрит на меня — чувства примерно такие же, как у братьев, когда я чем-нибудь отличалась: гордость вперемешку с удивлением.
— Ты что-то хотел? — спрашиваю я.
— Mon Dieu(Боже мой), Игорь, какая ты красавец стал!
— Tu me flatter, mon ami(Вы мне льстите мой друг), это Аэрдил красавица, а я так — гадкий утёнок ещё...
— Вот про Аэрдил я и зашёл поговорить... ты знаешь, я тут подумал, может мне?..
— Стоит ей во всём признаться! — закончил я. — Ты об этом хотел меня спросить?
— Ну... в общем, да! Я только боюсь, а вдруг она меня... ну ты понимаешь? Вдруг нет!
— Знаешь, она на Иллиуме купила дорогущую гипоаллергенную стерильную косметику, и девчонки научили её, как ей пользоваться. Зачем это делать, если она всю жизнь без неё жила? А тут в её жизни появился один старпом... только вот он всё мнётся и чего-то трусит. А девушка ждёт-ждёт... смотри, ей может и надоесть ждать! Улетит обратно на Флот — что делать будешь?
Чарли выпрямился, глаза полыхнули. В чувствах — решимость:
— Я всё понял, Рыжик! — и выскочил за дверь.
Дверь закрылась, и я встала рядом с ней, потянувшись в коридор чувствами. Вот Аэрдил выходит из каюты и видит Чарли. В эмоциях лёгкое удивление и ожидание, Чарли собрав всю свою волю в кулак идёт к ней. Удивление Аэрдил, переходящее в сильную радость, потом смущение... и настоящая буря от обоих. М-м-м... Стою, привалившись к стене, и купаюсь в чувствах друзей. Всё, надо идти к остальным, ведь нас ждут! Выхожу в коридор и вижу крепко обнявшихся Чарли и Аэрдил, их глаза закрыты, они все в собственных чувствах. Подхожу и трогаю их за руки, ребята вздрагивают, Аэрдил заливается краской и утыкается шлемом в грудь Чарли.
— Идёмте, влюблённые, нас команда ждёт, — говорю я.
— Пошли, — хриплым голосом говорит Чарли. Берёт молчащую Аэрдил за руку, и мы идем в лифт.
В кают-компании, за уставленным угощением и бутылками столом сидит вся команда и смотрит на нас. Я выхожу первой и медленно моргаю обоими глазами на вопросительный взгляд капитана. Макс полыхает удивлением и восторгом, и с широкой улыбкой смотрит на влюблённых.
Лука подходит ко мне.
— Господин! — говорит он с поклоном и, взяв за руку, ведёт к моему месту во главе стола. Вся команда провожает нас взглядом, на время забыв о Чарли и Аэрдил. В их чувствах лёгкое удивление и искреннее восхищение моим внешним видом.
— Удивительно! — говорит Малколм. — Прямо на моих глазах распустился такой цветок, а я только сейчас это заметил... Фантастика! — и тихий смех команды вторит ему.
Усадив меня, Лука скользнул на своё место за столом. Все уже расселись и с нетерпением смотрели на капитана.
Макс встал, держа в руках бокал и вином, оглядел всех и остановил взгляд на мне.
— Друзья мои! Семь месяцев назад в нашем экипаже появился юнга. Историю его появления вы все знаете — она печальна и удивительна. За это время наш Игорь изменил нас всех. Из просто сплочённого экипажа мы стали, не побоюсь этого слова, семьёй! Благодаря ней мы нашли Аэрдил — и наш Чарли снова превратился в того весельчака-зубоскала, которого мы когда-то давно знали. Он научил наших девушек готовить и приучил нас с вами вкусно питаться. Благодаря ей наш Малки узнал много нового о торговле и способах торговаться. И вот, ему тринадцать лет. За приносящего нам удачу! За наш рыжий талисман! За Игоря!
— За Игоря! — вторит капитану команда.
Игорь (май 2367 год)
Корабль, как и много раз до этого, в канале. Большая часть времени проходит в них. Планеты и станции — как глоток свежего воздуха и впечатлений. Бегаю кругами по второй палубе — мой стадион и полигон одновременно. Чуть позже подтянутся девушки — они, глядя на меня, внезапно решили делать по утрам зарядку, даже Аэрдил участвует. Чарли соорудил ей герметичный лёгкий сьют, и кварианка бегает по утрам по палубе вместе со мной. Сейчас, правда, подруга сидит на одном из контейнеров с барахлом и тяжело дышит. В нём — груз модной одежды, и везём мы его на Землю. Наконец-то увижу прародину! Может, в Союзе побываю, съезжу в бывший когда-то родным город... сравню. Хотя... триста лет прошло. Боюсь, от того города, в котором я когда-то жила, не осталось ничего.
Половое созревание накатывает на меня, словно паровой каток на лягушку — и недалёк тот момент, когда меня накроет с головой. Одно радует — в экипаже нет моих сверстников, а то были бы у меня проблемы... Иногда ловлю себя на том, что с интересом смотрю на на женщин. Кстати современное человеческое общество крайне предосудительно смотрит на однополые отношения. В армии за это — вообще трибунал и дисциплинарный батальон. Так что каноном и не пахнет! За одно подозрение в подобных шалостях могут списать на гражданку. Видимо, только когда цивилизация в упадке, она впадает в подобные дела... а когда людям есть чем заняться — то и с ориентацией всё в порядке. Исключение лишь одно — Республика азари продавила через конгресс закон, что за отношения с ними человеческих женщин не преследуют. Хотя про флот я не в курсе — надо будет уточнить. Мало ли, что может в жизни случится — надо точно знать, как поступать. Хотя я заметил что меня начинает тянуть не на человеческих девушек, а на этих суккуб.
Холодильники забиты криоконтейнерами с протеанскими артефактами, а также заняты все каюты — у нас нынче есть пассажиры. И я таки побывал на Цитадели — там мы разгрузились, придя с Иллиума. Привезли полные холодильники морепродуктов и полный трюм тканей для модных ателье на станции. Они же дали фрахт на Землю с готовой продукцией. Но одновременно с ними на нас вышли ксеноархеологи. Во время погрузки в док забежал светловолосый взъерошенный мужчина в салатового цвета унике. И, подбежав к Малки, что-то обсуждавшим с симпатичной азари, являющейся представителем заказчика. Громко закричал:
— Господин космонавт! Господин космонавт! Нам очень нужна ваша помощь! Спасите нас и наши труды!
— Кто вы, сэр, и чем мы можем помочь вам? — спросил в ответ Малколм.
Где-то я этого дядьку видел... где? Точно! Это же профессор Янкуловский из МГУ! Опять протеан откапывал.
— Сэр, как вас зовут? Я профессор кафедры археологии Московского государственного университета Марек Янкуловский. Мне порекомендовали ваш корабль в СБЦ, он — единственный транспорт-рефрижератор, идущий на Землю в ближайшие дни. Спасите нас, сэр, спасите наши труды!
— Успокойтесь, профессор. Моё имя Малколм О'Доннел, и я суперкарго "Ловкого Барсука". Пройдёмте в кают-компанию и обсудим ваши проблемы.
Попрощавшись с азари, Скрудж с профессором скрылись на корабле, а мы продолжили погрузку.
Закончив, вышел на причальный комплекс. Колоссальное кольцо терялось в обоих концах горизонта, лишь где-то наверху еле просматривалось верхняя его часть. Доки были полны, каждую минуту несколько кораблей подходили и отходили от станции, создавая непрерывное движение. Размер Цитадели потрясал воображение... она была гораздо крупнее, чем в игре. И всё вокруг было пропитано неусыпным вниманием её искина — я его прекрасно чувствовал. Странно — он же синтетик... но я его всё равно чувствую! Удивительно! От "Катализатора" растекалось внимание, но в нём отсутствовали даже малейшие намёки на агрессию — скорее, он наблюдал за всем вокруг, как наша Тайя: заботливый воспитатель, с любовью и терпением приглядывающий за детишками... но какого же хрена тогда устраивать жатву?! Ничего не понятно...
Стою и смотрю вдаль, за пределы силового поля станции, на переливающиеся всеми цветами радуги разводы туманности, пока меня не отвлекает тихий голос.
— Извините, вы не подскажете, где здесь корабль с названием "Ловкий Барсук"?
Оборачиваюсь и выпадаю в осадок... вы, наверно, догадались, кого я увидел? Да-да! Именно её! Рядом со мной стояла, одетая в такой же, как у профа, салатовый уник, Лиара Т'Сони. Азари распространяла вокруг ауру лёгкой озабоченности и глядела на меня огромными бездонно-синими глазами. А вживую она ещё красивее, чем в головизоре! Лиара же стоит и спокойно ждёт ответа. Лиарофаны стреляйтесь, девчонка просто загляденье. Конфетка прям.
— Он позади вас, доктор Т'Сони, — отвечаю я на азарийском.
— Ах! Но откуда вы меня знаете?! — полыхая удивлением, спрашивает азари.
— Видел как-то раз в головизоре.
— Но... но я была на головидении лишь один раз! И...
— Вот тогда я вас и видел, доктор. Вас и профессора Янкуловского.
— Невероятно! Это же было...
— Семь лет назад, доктор.
— Но вы такой юный... сколько же вам тогда было?
— Шесть лет, и и я вас с вашими пожинателями запомнил. Пойдёмте, я провожу вас на корабль.
Опять я весь в воспоминаниях... так, последний круг и магия! Хотя я стихийную магию на корабле не отрабатываю. Боязно что-то повредить. То же огненное копье прожигает стенку трюма на раз. А тут холодильники. Да и ледяная магия довольно опасна для рефрижераторов.
— Аэрдил! — кричу я из дальнего угла палубы. — Полетать не желаешь?
— Вау! Здорово! Сегодня ты решила потренировать телекинез? — восклицает подруга в ответ.
— О, Да! Так что готовься!
— Всегда готова!
И по палубе летит смех.
Лиара Т'Сони (борт ГКСК "Ловкий Барсук", май 2367 год)
Корабль не переставал удивлять Лиару. Странная аура внутри, не менее странные отношения в экипаже, да и сам экипаж. Люди и, надо же, кварианка. И совсем юный парень — с удивительного цвета зелёными глазами. Как он на Лиару смотрел... как будто сравнивал с кем-то — и это сравнение было в пользу азари. Ещё в самый первый раз, когда они поднимались на лифте в кают-компанию, девушку удивил разговор, произошедший по инструметрону — говорил рыжый паренек и кто-то из членов экипажа.
— Рыжик, ты где?
— В лифте, Влад, а что?
— Давай быстрее на третью палубу, надо холодильники перенастроить.
— Проблемы?
— Нет, но клиенту требуется сверхнизкая температура, и систему надо переключить на внешний контур теплоотвода. Так что поторопись! У нас всего четверо спецов, включая тебя. А груз прибудет уже через час.
— Ай-Ай! Уже бегу.
Странно... ей на вид лет тринадцать-четырнадцать — а уже специалист. Лифт дошёл до надписи "Главная палуба", и створки открылись. Профессор сидел за столом, вместе с двумя мужчинами, и о чём-то оживлённо говорил.
— Макс, тут к профессору пришли. Я на третью, — сказал паернек, и один из мужчин ему только кивнул.
Лиара вышла из лифта, двери закрылись за её спиной и лифт ушёл вниз. Профессор поднял взгляд и увидел девушку, лицо его озарилось улыбкой.
— Лиара, солнышко моё, вот и вы! Господа, разрешите представить вам доктора Лиару Т'Сони, моего друга и помощника. Лиара, это капитан Максимилиан Мейер.
И высокий светловолосый мужчина с голубыми глазами, одетый в белый флотский уник, кивнул.
— И Малколм О'Доннел, суперкарго.
Рыжеволосый и зеленоглазый, с покрытым веснушками лицом и в таком же, как у капитана, только светло-сером унике, мужчина приложил два пальца к виску.
— Они согласились доставить нас и наш груз на Землю. Причём, за вполне приемлемые деньги — у нас даже останется на небольшую премию для участников экспедиции!
— Это замечательно, профессор! А на корабле найдётся место для членов экспедиции? — спросила азари.
— Да, Лиара. Но вам придётся делить каюту с человеческим пареньком. И так почти все будут жить по трое-четверо на каюту. Вас это не смущает? Вы ведь однополый вид.
— Меня — нет... но как это воспримет он?
— Я надеюсь, нормально. Если что — я постараюсь его уговорить, — ответил капитан.
И вот уже четыре дня Лиара делит каюту с юнгой Игорем. На удивление, паренек отнесся к этому совершенно спокойно. Лишь иногда азари ловила на себе странные лукавые взгляды. На вопрос, почему Игорь так смотрит, та лишь с улыбкой пожал плечами. Ну, не хочет отвечать — не надо.
