Быть другим. Книга 1.

— Это кого?

— Племянницу господина Санмира Кайрин.

— Кайрин? Она в Ренфире была?

— Да. Говорила к родне приезжала, а тут как раз степняки налетели.

— Говорила? Ты с ней общался?

— Да. Собственно говоря, это ее стараниями меня в сопровождение включили.

— О как, интересно.... Ладно, за ужином по порядку всё расскажешь. Партура видел?

— С ним все в порядке. Разве что на физиономии украшений прибавилось, — я достал письмо брата, протянул отцу.

— Слава богам. Ты вообще надолго?

— Через три дня полк должен вернуться. Так что где-то так, если не вызовут.

— Хорошо. Кеваль!

Подскочил управляющий.

— Сегодня ужин как обычно, а на завтра рассылай приглашения по соседям. Будем праздновать.

В часть я прибыл после двух дней непрерывного торжества и еще одного дня отдыха. А на завтра вернувшаяся раньше времени конная рота, а вместе с ней и я, рано утром сдернули из города навстречу возвращающимся войскам.

Второй Биронский вошел в город ровно в полдень, по традиции устроив парад на главной улице. Толпы, собравшиеся по краям проезжей части, ликовали, но немало было и рыданий — если среди кавалерии потерь было не шибко много, то пехотинцев домой не вернулась половина.

Через неделю было объявлено о внеочередном наборе, и в полк потянулись желающие послужить.

Ох, ё-моё, я думал, что знаю, каково это заниматься подготовкой войск. Но в том-то и фишка, что раньше я занимался тренировками линейных частей — людей, которые не только прошли учебную роту, но уже и послужили, т.е. которые уже обладали достаточным пониманием. Новобранцы же это белый лист — в воинских науках ни бум-бум.

Короче, мозги мне выносили не раз и не два, мороки с обучением было выше крыши, но к концу осени все линейные подразделения имели полный штат.

И как раз в тот день, когда народ из учебной роты рассосался кто в боевые подразделения, а кто и по домам, в полк прибыл поручик Императорской фельдъегерской службы. Его без промедления провели к полковнику, но пробыл он у него недолго. Ровно столько, чтобы передать доставленные документы, получить необходимые подписи. После чего он сразу же удалился из части.

Сердечко мое тревожно шелохнулось при появлении фельдъегеря, а когда через четверть часа к полковнику вызвали и меня, оно уже вовсю отплясывало "Барыню".

— Курьера из столицы видели? — спросил Вейрунд, когда я опустился в кресло напротив него.

— Да.

— Распоряжение от лорда Пинария, главы Военной Коллегии. В строжайшей секретности подготовить план мероприятий по увеличению численности полка в два раза. Упор делать на наращивание кавалерии. Вот, почитайте.

Я взял приказ, пробежался глазами. Рассмотреть, подсчитать, приказ после ознакомления сжечь. Вернул бланк полковнику.

— Что-то большое затевается?

— Да я вот думаю, что его величество решил пойти по стопам своего отца — императора Латанара.

— Кочевников пощипать?

— Да.

— Вполне может быть, — я пожал плечами. — После того похода степь полвека молчала, так что смысл есть, наверное.

— Наверное. Но это еще не все. — Вейрунд взял в руки другой листок. — В пакете был еще один приказ. На этот раз от самого императора. Передать вам вот это — он протянул мне плотный конверт с личной печатью Ордина. — И не чинить вам никаких препятствий. Но при этом оставить вас в штате полка. Честно говоря, я не очень понимаю, о чем речь.

Съедаемый любопытством вперемешку с волнением, вскрыл конверт.

Так-с, господин Арей, будьте добры завтра в десять утра по времени Гориндара телепортироваться из местной Коллегии магов в столицу, там вас встретят, на первое время приготовлена комната в гостинице Коллегии, а дальше видно будет.

Во как. Первое время, а дальше видно будет. Не на день-два вызывают.

Я вдруг почувствовал себя в какой-то пустоте. Всё что меня сейчас окружало, уже не имело ко мне непосредственного отношения. Это было уже не мое, типа прошедший этап. Жизнь снова сделала резкий поворот, и меня снова впереди ждала неизвестность. Конечно, неизвестность далеко не такая глобальная, как когда я только попал в этот мир, но все-таки неизвестность.

— Приказано завтра явиться в столицу.

— Понятно, — полковник как-то печально покачал головой. — Надолго?

— Похоже, что да.

— Ну что ж, это было ожидаемо.

— Ожидаемо? — в недоумении я уставился на Вейрунда.

— Все эти необычности связанные с вами, тайны, архимаг Будигост, опека Тайной коллегии — я с самого начала подозревал, что ваша карьера во Втором Биронском будет недолгой. А когда к вам стал проявлять интерес принц Игмун, стало понятно, что скоро вы нас покинете.

— Я этого вызова не ожидал.

— Вы еще молоды, на многое не обращаете внимания — полковник вдруг поднялся. — Ну что ж, не смею вас больше задерживать, господин поручик. Отправляйтесь домой, вам еще собраться надо.

Я вскочил следом.

Чего-то так тоскливо стало. Нет, на какие-то розовые сопли не тянуло, просто так бывает, когда с хорошими людьми прощаешься.

— Господин Вейрунд, — сказал я, немного помолчав. — Я не знаю, что будет, увидимся ли мы еще, но я хочу чтобы вы знали — для меня было большой честью служить под вашим началом. Спасибо вам за все.

— Благодарю, Арей, — было видно, что мои слова его тронули, и от этого у меня в груди защемило еще сильней. — В свою очередь могу сказать — я горд, что свою службу вы начали именно в моем полку.

Я протянул ему руку.

— Что это? — не понял он.

— Это жест приветствия и уважения в тех краях, откуда я родом.

Чуть-чуть помедлив, полковник тоже подал руку.

Отец известие о моем вызове в столицу воспринял спокойно. У меня даже сложилось впечатление, что он о нем заранее знал. Но допытываться об этом я не стал. У Здабора свой канал связи с императором, так что удивляться нечему.

Когда на следующее утро я приехал в биронскую коллегию магов, там меня уже ждали. Связались по камням единения со штаб-квартирой, и без промедления "включили" Зеркало.

Шаг в рябящую поверхность, и я снова в знакомом зале столичной Коллегии.

— Арей!

Я тут же оказался заключенным в объятия.

— Будигост! Бажен! Осторожней, раздавите!

— Ага, раздавишь тебя, — засмеялся Бажен. — Вон какой вымахал.

Удивление его было не притворным — каким я вымахал, он действительно не знал, ибо последний раз мы с ним виделись лет эдак восемь назад.

— Ну, господа, рассказывайте, что здесь намечается, — начал я, когда мы закончили с выплесками положительных эмоций.

— А с чего ты взял, что что-то намечается? — спросил Будигост.

— А зачем тогда армию так сильно увеличивать?

— Откуда ты знаешь? — удивился архимаг.

— А я не знаю, — захихикал я. — Ты мне сейчас об этом сказал. До этого я знал только про возможное усиление Второго Биронского полка.

Будигост потряс передо мной пальцем, типа ишь хитрый какой.

— Пойдем в гостиницу, там поговорим.

Управлял гостиницей все так же господин Хорир, знакомый мне по предыдущему посещению. Как ни странно, он меня тоже помнил. Во, память у человека, у него ж тут каждый день куча народу проходит.

И комнаты нам определили те же самые, что и прошлый раз. Я бросил сумку с вещами в своем номере, и мы заперлись у Будигоста. Они с Баженом наколдовали антишпионских барьеров, после чего архимаг достал из комода какую-то папку, и мы все уселись за круглый стол в гостиной.

— Итак, мой проницательный друг, — положив руки на папку, Будигост уставился на меня. — Ты прав, намечается мероприятие столь масштабное, что подобного в истории Империи еще не было.

— Степь?

— Именно.

— Даже более масштабное, чем поход Латанара?

— Ну, по количеству привлеченных войск может и не более. Но при императоре Латанаре не слишком хорошо всё подготовили. От того и потеряли почти половину войска. Причем большую часть не в бою, а от болезней, голода и жажды. Степь штука суровая — ошибок не прощает. Да и уходило войско недалеко, всего на пару сотен верст. Теперь же наша цель лежит почти в полутысяче верст от нашей границы.

— То есть это не простое прочесывание степи?

Архимаг кивнул и пододвинул ко мне папку.

— Прочти сначала вот это. Это так сказать выжимка — концентрат информации, что удалось добыть. Читай, а мы с Баженом пока покушаем. С утра работой увлеклись, не завтракали.

Я взял папку и пересел в кресло у окна в дальнем конце комнаты.

Итак. Сначала рассказывалось про обнаружение целой шпионской сети, следящей за войсками Империи, а так же за местными органами власти. Начало вскрытию этой сети было положено мной, когда я заметил того разведчика в Бироне. Сразу после моего сообщения Тайная коллегия установила наблюдение за местами дислокации войск по всей Империи и довольно быстро подобные шпионы были обнаружены во многих других местах.

Ликвидировать сеть не стали. Взяли парочку агентов в разных концах Империи, допросили, но толку от этого не было. Агенты описали людей, которые их наняли, однако больше они этих нанимателей не видели — им выдали камни единения, по которым они и сливали добытую информацию. А человек, который общался с ними через камни, всегда был в маске и говорил шепотом.

В это время нагрянули степняки, и о чудо! Шпионы, которых засекли в Ясном Ключе и Ренфире, буквально за пару дней до этого свинтили из городов в неизвестном направлении.

Этот факт увязал в единое целое шпионскую сеть и приход кочевников.

С тех пор контрразведчики за этой сетью следят, но не трогают. Ибо пока не вышли на начальство, хватать пешек особого смысла нет.

Потом шла информация, полученная от пленных степняков. Самым ценным источником без сомнения был захваченный мною полуархимаг (слава мне, слава, ага), но кроме него в плен попали еще несколько магов и больших вождей.

Так вот, инициатором и организатором этого вторжения была некая Кутур Баду Гаум, или по-нашему Долина Близкого Неба. Место крайне священное для всех обитателей степи, кроме тех, кто осел на границах Империи и перенял имперское вероучение. Степняки считают, что в оном месте боги спускаются с неба и диктуют людям свою волю. Поэтому в Долине стоят главнейшие храмы и обитают высочайшие жрецы.

Степные народы не объединены в единое государство и при первой возможности с удовольствием режут друг друга. Но стоит на арену выйти Баду Гауму, как все бросают свои личные дела и самозабвенно внимают "голосу богов". Сама же Долина в межплеменные разборки почти не вмешивается. Принимает себе дары да подношения со всей степи и в ус не дует. Типа богам служит.

До сего момента было известно, что большинство степных жрецов кочуют вместе с племенами, иногда перебираясь от одного племени к другому. В Империи знали о нескольких постоянных храмах, располагавшихся в наиболее благоприятных районах степи. Доходили слухи и о Долине. Но кочевники, которые живут недалеко от имперских границ, и с которыми Империя хоть как-то общается, никогда эту долину не видели и даже не приближались к ней. Туда их просто не пускали более сильные соседи. Там вообще всё было просто — чем сильнее племя, тем ближе к Долине оно кочевало. Поэтому для приграничных степняков Долина уже была своего рода мифом, а не чем-то реально существующим. Однако мифом, который имел непререкаемую силу и авторитет.

И вот два года назад жрецы Долины объявили, что боги требуют, чтобы к определенному сроку (начало весны прошлого года) каждое племя прислало в Долину по несколько лучших воинов. И чем больше племя, тем больше воинов оно должно прислать. Ибо боги собирают армию, чтобы наказать еретиков. Кто являлся еретиками понятно — имперцы.

К названной дате в лагерях, развернутых в окрестностях Долины, собралось огромное число народу. Организаторы к наплыву такой толпы подготовились неплохо. И места хватило всех разместить, и подвоз дикого количества продовольствия был организован (хотя накладки регулярно случались, и голод был явлением не шибко редким). Пленные рассказывали о караванах, постоянно приходящих со всех сторон. Но особенно много караванов подходило с севера, хотя северная часть степи считается менее богатой и плодородной.

Поначалу среди выходцев из разных племен вспыхивали кровавые междусобойчики, но урутяне (уроженцы племени Урут — самого сильного и многочисленного племени, которое и держало под собой земли вокруг Долины), которых жрецы официально объявили начальством, довольно быстро установили железную дисциплину.

Потом жрецы привели каких-то чужестранцев, и те принялись обучать степняков новым для них методам войны. Волнения вспыхнули вновь, не любили храбрые степные воины чужаков, но с недовольными расправились без всяких колебаний.

В целом, со скрипом, но формирование нового облика степного войска пошло.

А начиная с осени с севера потянулись караваны с оружием, и к середине зимы армия более-менее оделась в железо.

Ну а потом вся эта орда двинулась к границам Империи.

Это то, что знали вожди и простые маги.

Полуархимаг и его помощник знали немного больше, ибо оба они являлись служителями этой самой Долины. К сожалению, не слишком высокопоставленными — помощник был рядовым жрецом в одном из храмов, а полуархимаг, которому сейчас не было и двадцати, так вообще простым послушником. Высоким жрецом являлся погибший архимаг — печально, но тут уж ничего не поделаешь.

Они поведали, что лет пять назад опять же с севера к Долине пришел небольшой, человек двадцать, иноземный отряд. Небольшой, но в его составе были очень сильные маги, поэтому отряд прошел сквозь земли множества кочевых племен без особых проблем.

В Долине тоже было много сильных магов, и наглецов чуть было не уничтожили, но высшие жрецы о чем-то договорились с чужаками, и с тех пор пришельцы с севера стали в Баду Гауме частыми, а главное желанными гостями.

Но рядовым монахам и жрецам общение с ними было запрещено. Разве что по бытовым вопросам. Что за дела могут быть с пришлыми, никто не знал.

Незадолго до того, как было объявлено о наборе войска, во время очередного визита северян, жреческое начальство собрало несколько одаренных в магии служителей и увезло их за десяток верст от долины. И там, совместно с одним из пришельцев, устроило кастинг на тему, кто сможет управлять тем самым "усилителем".

Двое испытуемых при этом погибли, на большинство "усилитель" вообще ни как не реагировал, но на полуархимага-послушника и на еще одного жреца он отозвался. Еле-еле, но отозвался. Вот их двоих и стали тренировать управлению этим необычным предметом. Впоследствии погибнет и жрец, но у плененного нами юноши дела с новой игрушкой будут идти всё лучше и лучше.

Выяснится и крайне неприятная особенность "усилителя" — чем больше оператор работает с ним, тем сильнее стареет. Причем пока носишь "аппарат" на себе, всё вроде бы нормально, но стоит снять, как становишься на несколько лет старше. Так полуархимаг превратился из девятнадцатилетнего парня в сорокалетнего мужика.

Но высшие жрецы обнадежили, что после выполнения задания, вернут ему молодость и накачают лет триста жизни.