| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Не впервой! — Маг бесшабашно улыбнулся, сбросив с плеч десяток-другой лет, и шагнул к другу. — Прекрати злобствовать, Триф! Лучше вспомни из каких мы с тобой переделок выбирались! А сейчас от тебя только и требуется, провести нас в Стайлен, напоить, накормить и до утра приютить.
— Всего-то?! — Трифон картинно приподнял левую бровь и вопросительно уставился в слишком честные и невинные глаза Ирсина. — Обычно ты приходишь ко мне с куда как более экзотическими просьбами и предложениями!
— Да когда это было?! Не забывай, теперь я остепенившийся, женатый человек. У меня трое детей, красавица-жена и строгая тёща. Мне, знаешь ли, не до глупостей.
— Ну-ну... — Стайленец выпятил нижнюю губу и покивал, мол, мели Емеля, твоя неделя. — Ладно, дома поговорим. — Он достал из кармана три чёрных кожаных шнурка с болтающимися на них коричнево-серыми камушками, каких полным-полно валяется под ногами. — Одевайте!
Ирсин и Саолер послушно накинули кожаные шнурки на шеи, а вот Светлана не спешила надевать непонятное "украшение".
— Что это? — поинтересовалась она, разглядывая невзрачный камушек.
При ближайшем рассмотрении в структуре камня обнаружились крошечные "золотинки", и девушка подумала, что свети сейчас солнце, он сверкал бы как настоящая драгоценность.
— Госпожа желает что-то более утончённое и дорогое? Ах, простите великодушно, к ювелиру не забежал. Но в следующий раз всенепременно исправлюсь!
И в мнимом припадке раболепия начал кланялся как заведённый.
— А без кривляний никак нельзя? Не хотите отвечать, не надо — переживу. Я, в общем-то, понимаю, что всем хорошей не будешь, но и хамить мне не позволю.
Сжимая в кулаке камень, Светка гневно сверкнула глазами и, мысленно пожелав Трифону провалиться, отвернулась и надела украшение.
— О-ё-о-о... — Глаза Саолера расширились то ли от ужаса, то ли от изумления. — Как ты его...
Светлана резко обернулась, и её рот раскрылся сам собой. "Теперь я точно знаю, что имеют в виду, говоря "челюсть отвалилась", — машинально отметила она, сделала маленький шажок вперёд, заглянула в зияющую чернотой дыру и продолжила свою мысль: — и провалиться тоже..."
— Н-да... Неплохо для начинающего мага, неплохо...
Ирсин подошёл к Свете, опустился на колени и склонился над дырой, пытаясь хоть что-то рассмотреть или услышать.
— Э... я... я сама не знаю, как это получилась, — начала оправдываться девушка, но маг лишь отмахнулся:
— Триф всегда был несколько не сдержан. За что и поплатился. А так он очень хороший человек. И маг замечательный. У него удивительный дар — видеть и людей, и вещи такими, какие они есть на самом деле. А поскольку ты у нас живое вместилище необузданной, неподвластной простым смертным древней магии, готовой в любой миг вырваться на свободу и смести всё живое на многие мили вокруг, он разволновался. Отсюда агрессия и грубость — не хочется ему подвергать родной Стайлен опасности. Вспомни Кийсену, она невзлюбила тебя по той же причине.
Девушка задумчиво провела рукой по лбу:
— Так, может, тогда не нужно заходить в город?
— Нужно, очень даже нужно. Все мы можем с лёгкостью казаться тем, кем хотим. Я и Саолер видимся большинству магов обычными арентийцами со средним, даже малым даром. Триису, если она захочет, от обычной кошки не отличишь, а вот ты сияешь как столб света в ночи. Я пытался прикрыть тебя, полностью подчинив себе, да куда там! К сегодняшнему дню от одного из сильнейших заклинаний почти ничего не осталось. Стоит нам войти в город, вящие потянутся к тебе как пчёлы к цветущей липе. Десятка шагов сделать не успеем, как окажемся в кольце боевых магов. А нам лучше бы добраться до Алексиса по-тихому. И Трифон нам поможет, поскольку помимо редкого таланта — видеть суть вещей, он обладает ещё одним очень полезным для нас даром. Он один из лучших в Аренте мастеров по изготовлению амулетов, талисманов, оберегов и прочих магических артефактов. Надеюсь, его умений будет достаточно, чтобы скрыть твои выдающиеся способности. Да и твою внешность прикрыть не мешает.
— Так вот, значит, в чём дело! — Из дыры показалась голова в цветастой повязке. — Ты ведёшь это чудо к Алексису. Зачем?
Трифон выкарабкался из дыры, тряхнул полами длинного пальто, стряхивая землю, и уставился на Ирсина, всем своим видом показывая, что, пока не получит ответа, с места не двинется.
— Не знаю. Он не пожелал посвятить меня в свои планы. Но ясно одно — так или иначе, Светлане необходимо добраться до Нур-а-Рета. И в наших силах помочь ей не сгинуть в пути. Если, конечно, мы что-то хотим изменить в Аренте.
— Хорошо. — Удовлетворённый ответом друга Трифон шагнул к Свете и протянул ей руку: — Мир?
— Мир.
Землянка пожала крепкую ладонь, решив забыть о неприязненном отношении мага в начале их знакомства. Однако мысль о том, что за камушек висит у неё на шее, не давала покоя. Света уже открыла рот, чтобы наконец-то выяснить этот вопрос, но Трифон опередил её. Он с тревогой взглянул на кулон и произнёс:
— Когда подойдём к воротам, я отвлеку стражников, а вы войдёте в город. И поторопимся! Амулет теряет силу. Ещё час-полтора и не то что стража, а только слепой, тупой и ленивый не заметит появления необычного мага. Надо поскорее до дома добраться. Там у меня есть кое-что подходящее. Идёмте!
И, уверенный в том, что команда будет выполнена, зашагал вдоль городской стены. Ирсин слегка подтолкнул землянку и обернулся к единорогу, который беспокойно вертел головой, оглядываясь по сторонам:
— Трииса так долго не покидала кошачью ипостась, что, кажется, намертво срослась с ней, до капельки вобрав повадки этих свободолюбивых животных.
— И всё равно! Могла хотя бы намекнуть, куда отправилась. Случись что — где её искать?!
— Она уже в городе, Лер. И, поверь, если ты попытаешься задать ей сакраментальный вопрос: "Где ты была?", ваша дружба закончится, толком и не начавшись. И хватит болтать, пойдём.
Единорог уныло вздохнул и последовал за Ирсином, решив, что при случае обязательно расспросит его о Трис.
Они вышли на тракт почти у самых ворот. Стражники, бдительно следящие за тем, чтобы никто не проник в город, не уплатив пошлины, приветственно махнули Трифону.
— Ну что, неуклюжий, нашёл своё сокровище? — поинтересовался один, а другой ехидно ухмыльнулся.
— А то! — Трифон достал из кармана тёмно-красную, слегка изогнутую трубку. — Вот моя любимица. До сих пор не понимаю: как из рук выскользнула?
— А зачем ты её вообще доставал? Курить-то на посту запрещается.
— Но хочется же! — Он виновато улыбнулся, достал кисет и подмигнул сослуживцам. — Табачком поделиться?
Стражники переглянулись, посмотрели на пустынную городскую площадь, потом на столь же пустынный тракт и полезли в карманы...
Ирсин уверенно вёл Свету и Саолера по тесным, кривоватым улочкам Стайлена. Невысокие, в два-три этажа, дома с узкими окнами и малюсенькими балкончиками, на которых темнели вазоны с сухими цветами, произвели на землянку гнетущее впечатление. Даже протянутые между окнами верёвки с вывешенным на просушку бельём неожиданно ярких, жизнерадостных оттенков настроения не улучшили. Да и на душе у Светланы было как-то неспокойно: она с подозрением косилась по сторонам, то и дело оглядывалась, нервно поводила плечами.
"Что не так?" — с тревогой спросил Саолер, не переставая посматривать на покатые крыши и вытягивать шею, стараясь заглянуть в каждый переулок, в каждую подворотню — не мелькнёт ли где серая полосатая шкурка.
"Сама не знаю. Холодно мне и потрясывает, как будто температура поднимается... Или, может, нервы расшалились..."
"Потерпи чуть-чуть, — вступил в разговор Ирсин. — За свою долгую жизнь Триф приобрёл неплохие лекарские навыки, думаю, у него найдётся соответствующий настой или пилюли. Мы, кстати, почти пришли".
И действительно, невзрачные улицы закончились, уступив место "частному сектору" — приземистым деревянным домам с палисадниками, уютными лавочками и крылечками. Почти за каждым домом виднелся сад-огород, а на окнах с затейливыми наличниками красовались вышитые занавески и горшки с цветами. Булыжная мостовая сменилась грунтовой дорогой с её непременными атрибутами: лужами, кое-где засыпанными песком, ухабами и ямками.
Возле дома в три окна с высоким крыльцом и просторной верандой Ирсин остановился. Оглянувшись и не увидев в конце улицы Трифона, он пожал плечами и присел на ступеньки. Света последовала его примеру, а Саолер прислонился спиной к витому столбику.
Триф же весь извёлся. Изнывающим от скуки сослуживцам приспичило поболтать — после разрыва отношений с Либенией некогда шумный и многолюдный тракт захирел, теперь с этой стороны в Стайлен ехали разве что селяне из окрестных деревень да вездесущие вящие. Наплевав на запреты, стражники достали трубки и тотчас же опробовали дарёный табак и, конечно же, Трифон вынужден был составить им компанию. Так что его гостям пришлось подождать. И всё бы ничего, но, едва они присели на крыльцо, подул холодный ветер и затянутое серыми тучами небо пролилось на город хлёстким мелким дождём. Саолер перебрался под крышу, а Ирсин и Светлана накинули капюшоны и плотнее закутались в длинные тёплые куртки.
— И где его, спрашивается, носит? — проворчал единорог, зыркая по сторонам.
А Трифон в это время, наконец-то расставшись со скучающими приятелями, быстро шёл по узким улицам, когда же вдалеке показался родной дом, припустился бегом. Ему совсем не хотелось, чтобы необузданная сила девчонки "сожрала" маскирующий её амулет и вырвалась на свободу, обратив на себя внимание всех магов Стайлена. Подбежав к дому и обнаружив гостей мирно сидящими на ступеньках крыльца, он облегчённо выдохнул. Обошлось. Амулет выдержал. Немного смущало отсутствие Триисы, но она вполне могла постоять за себя, и Трифон почти успокоился. Почти — потому что только безумец будет чувствовать себя спокойным рядом с жерлом действующего вулкана или разъярённой драконицей.
Попеняв другу, что тот мог бы войти в дом и без него, Трифон распахнул дверь и пригласил гостей внутрь. Светка потёрла замёрзшие ладони, наградила либенийского мага укоризненным взглядом и вошла в тёплые, светлые сени. Широкие окна с неизменными цветами на подоконниках, тёплые бежевые стены. С балок свисали пуки сушеных трав. Дверь веранды украшала затейливая резьба, в конце коридора возвышалась крутая, в два пролёта лестница на мансарду или чердак, за ней ещё одна дверь, простая, дощатая, видимо, во двор.
— А... — Светка остановилась, хлопая глазами. — В дом-то как попасть?
— Вот такое оно, жилище мага. — Ирсин подмигнул Трифону. — Хорошая идея: на замки не тратясь, дверь целиком спрятать!
— Мне тоже понравилось! — Стайленский маг коснулся ничем не примечательного кусочка стены, и пред изумлённым взором землянки появилась массивная, обитая кожей дверь с круглой металлической ручкой. — Прошу!
Света переступила высокий порог и первое слово, что пришло ей в голову, было — светлица. Комната, как и сени, оказалась очень светлой, особенно если учесть, что за окном царила хмурая дождливая погода, да и день клонился к вечеру. Поискав глазами источник света и не найдя его, девушка пожала плечами и начала развязывать шарф. После ожидания в унылом влажном лесу и прогулки по холодным городским улицам хотелось устроиться в уютном кресле и, грея ладони о чашку горячего чая, смотреть на тугие струи дождя, радуясь, что никуда не надо идти. Светлана обвела глазами комнату, но любимый предмет мебели, увы, не обнаружился. Возникла бредовая мысль, что кресло, также как и дверь, замаскировано с помощью чар, но Светка решительно отогнала её, напомнив себе, что, несмотря на все, что с ней произошло за последние двое (или трое? или четверо?) суток, осталась в здравом уме и твёрдой памяти. И вдруг застыла, сообразив, что не может посчитать, сколько дней находится в Аренте. В газах девушки забушевала паника, и воздух вокруг стал искриться.
— Ирсин!
Маг мгновенно обернулся, сорвал с себя амулет, накинул на шею землянки и, провожая взглядом осыпающиеся на пол "золотинки", произнёс несколько слов на незнакомом языке. Судя по эмоциональной окраске, это было какое-то изощрённое ругательство. Светке даже показалось, что она уловила смысл, но страх окончательно потеряться во времени и пространстве пересилил тягу к лингвистическим исследованиям.
— Сколько я здесь?
Девушка стянула с головы шапку и, комкая её в руках, с надеждой уставилась на мага.
— Какое сегодня число, Триф?
Трифон с опаской взглянул на друга, но ответил:
— Восьмой день второго осеннего месяца. У тебя с головой проблемы?
— Ты гостишь в Аренте пятый день. — Ирсин шагнул к девушке, обнял её и прижал к себе. — Всё нормально, Света. Просто на Болотах время течёт немного иначе. Некоторая дезориентация и путаница в датах неизбежны.
— Как это иначе? Разве такое возможно?
— Возможно и не такое!
Ирсин продолжал обнимать Светлану, чувствуя, как она расслабляется в его руках, успокаивается, и воздух вокруг перестаёт искриться. Облегчённо выдохнув, маг разомкнул объятья, и усадил впавшую в ступор девушку на лавку возле двери:
— Разувайся! Триф как всякий уважающий себя колдун неплохо владеет бытовой магией, но пачкать его милые половички рука, вернее, нога не поднимается!
— Ага, — заторможено кивнула Светка, блуждая взглядом по полу, сплошь застеленному весёленькими, красно-желто-оранжевыми половиками. — А мне показалось, что мы пробыли у твоей мамы полдня, не больше. Прямо сказка о потерянном времени получается. Как так вышло?
Девушка и сама не понимала, почему её так задела история со временем, почему она не может не думать о пропавших, непрожитых ею днях. Ладно бы в кому впала или там летаргический сон! Так нет! Время просто исчезло. Как будто было сегодня, а потом раз — и уже неделю спустя! Жуть.
— Значит, сегодня я есть, а потом раз — и я уже там, где меня нет! И всё! Я вроде бы есть, но меня как бы нет... — пробормотала она и передёрнула плечами. — А вдруг в то время, которое я не прожила, я умерла, или домой вернулась, или не встретилась с тем, кем надо, или...
— Света! Прекрати! Ты несёшь полный бред! — грубо прервал её причитания Ирсин. — Ты живая! Боль чувствуешь?
Он крепко сжал её руку.
— Угу.
— Замечательно! Теперь по сторонам посмотри. Стены потрогай. Всё реально. Ты есть, ты существуешь, мир вокруг тебя материален!
Светка послушно огляделась: большая белая печь, круглый стол, покрытый вышитой красным крестиком скатертью (в тон занавескам на окнах и полках), стулья с изогнутыми спинками — ничего необычного. Встав с лавки, она коснулась стены, явно опасаясь, что либо рука пройдёт сквозь стену, либо стена сквозь руку. Однако страхи оказались напрасными. Длинные ровные пальцы с овальными, немного заострёнными ноготками робко дотронулись до тёплого дерева, пробежались по доскам и...
— Не смей! — в два голоса заорали Ирсин и Трифон, а Саолер бросился к девушке, на ходу срывая амулет, но не успел — Светкин рассыпался за миг до того, как на шею легла замена.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
