Трейси была абсолютно права. Прислушиваясь к своим ощущениям, Дэн с удивлением понял, что ее новость не задевает его так сильно, как, по сути, должна была бы. Какие бы отношения их не связывали в прошлом, они закончились.
— Ты сердишься? — спросила она, заглядывая ему в глаза.
— Нет, — улыбнулся он. — Наверное, должен был бы, но нет. Мужское самолюбие, конечно, немного задето, но, если честно, то я в состоянии пожелать тебе счастья.
— Значит, действительно все в порядке? — Трейси с облегчением откинулась назад. Ты прямо камень с души снял. Не хотела оказаться еще одной Анжелой в твоей жизни.
Слова Трейси напомнили о неприятном, и Дэн помрачнел.
— Как дела в группе? — перевел он разговор.
Женщина поморщилась.
— Плохо, — заявила она. — Поэтому то, я и здесь. Стив две недели назад, практически сразу после Нового Года разорвал контракт и слинял к другому менеджеру. Тот обещал ему головокружительную сольную карьеру в штатах. Теперь группа оказалась в глубокой яме. Ни солиста, ни песен... Чтобы подыскать кого-нибудь на его место, понадобится время, а его у ребят нет. Тони злится и грозится совсем забросить проект. Так что, если все развалится, я уеду к Алану.
— Где ты остановилась?
— Сняла квартирку недалеко от центра.
— Если хочешь, можешь пока перекантоваться у меня.
— Спасибо, Дэн, но скоро должен подъехать Алан. Он берет отпуск.
Дэниэл понимающе кивнул.
— Знаешь, — задумчиво сказала Трейси, а ты изменился. Не могу понять, что именно в тебе не так, но однозначно ты другой. В хорошем смысле, — поспешно добавила она.
Дэн улыбнулся:
— Наверное, жизнь меняется не только у тебя.
— Кстати, как твои кошмары?
— О, здесь полный порядок! Я ведь тогда все-таки сходил к медиуму, телефон которого ты мне дала. И она мне реально помогла.
— Я рада. Правда, рада! Если бы еще не эти проблемы с группой, то я бы сейчас была совершенно счастлива.
— Ну, у тебя, зато, сейчас есть этот Алан...
Трейси на него покосилась.
— Я бы хотела, чтобы вы познакомились, — осторожно закинула она удочку.
— Тогда заходите в гости, когда он приедет, — Дэн видел, как Трейси оживилась. — Я бы тоже хотел посмотреть на твоего избранника. Ведь ты мне тоже не безразлична. Должен же я знать, в конце концов, за кого выдаю замуж свою бывшую подругу, — в его голосе звучала беззлобная ирония.
В ответ он получил широкую улыбку.
Они сидели еще некоторое время, обсуждали общие для них темы и делились новостями. Расставание было теплым, им удалось сохранить дружеские отношения, которыми оба они так дорожили.
Дэн ехал домой и удивлялся, как интересно теперь складывается его жизнь. Еще совсем недавно он думал о том, что, скорее всего, не сможет продолжать жить с Трейси и одновременно мечтать о другой — ведь это было бы несправедливо по отношению к обеим. Но проблема разрешилась сама собой, причем к их обоюдному удовольствию. Его бывшая подруга, кажется, нашла свое счастье, теперь очередь за ним...
Сделав громче песню 'Feeling Good'13, так что ее звук заполнил собой весь салон автомобиля, Дэниэл стал подпевать солисту 'Muse'.
* * *
Трейси не стала откладывать его знакомство со своим будущим женихом, и в скором времени они сидели втроем дома у Дэна и, преодолев чувство неловкости в самом начале, разговаривали, как старые приятели.
Алан оказался очень приятным человеком. Он был старше Трейси на девять лет и уже имел опыт семейной жизни. Со своей прежней женой он сохранил хорошие отношения, и у них была семилетняя дочь, которая по обоюдному согласию жила сейчас матерью. Мягкий, уравновешенный и спокойный Алан дополнял импульсивность и энергичность своей избранницы, сглаживал кое-где острые углы ее характера и окружал Трейси ненавязчивой заботой и любовью.
Но, несмотря на кажущуюся мягкотелость, внутри у этого парня Дэн сумел разглядеть несгибаемый стержень. Когда стоял вопрос о том, чтобы отстоять свою позицию, тот был порой непреклонен. Этот мужчина воспринимал Трейси такой, какая она есть, не пытаясь подстроить ее под себя, предоставляя возлюбленной полную свободу действий, выказывая ей, таким образом, свое полное доверие. И Дэн думал о том, что, похоже, именно это последнее качество и положило начало их зарождающейся дружбе. Оба чувствовали друг к другу симпатию и расположение.
Поначалу Трейси в силу своей неуемной энергии пыталась заполнить пустоты в разговоре своей болтовней, но постепенно необходимость в этом отпала. В противоположность своей подруге Алан был немногословен, и его речь всегда была хорошо продумана и исключала лишние фразы. Несмотря на разницу в возрасте, мужчины легко нашли общий язык и вскоре уже болтали, как хорошие знакомые.
После легкого, простого ужина все трое сидели в гостиной и обсуждали последние новости музыкального рынка, в котором Алан был так сведущ. Двое влюбленных больше не стеснялись проявлять на глазах у Дэна свои чувства, и Трейси сидела на подлокотнике кресла Алана и ласково теребила его волосы.
Видя нежные взгляды, которыми они обменивались, Дэниэл завидовал им белой завистью. Он действительно был рад за Трейси, и только теперь понял, как это можно испытывать удовольствие от того, когда счастлив близкий тебе человек.
Безмятежную атмосферу в комнате нарушил звонок мобильника Трейси. Она взглянула на дисплей и бросила:
— Я сейчас, это Тони.
На ходу разговаривая со своим боссом, она исчезла в кабинете, прикрыв за собой дверь. Алан с тревогой смотрел ей вслед.
— Она последнее время совсем измотана этими бесконечными проблемами в группе, — сообщил он Дэну. — Тони хочет бросить группу, и Трейси очень переживает за ребят, которые окажутся за бортом. Они стали для нее, как родные. Но если честно, то перспектив у группы никаких. Тони любит считать деньги, смотрит только на выгоду, а у нее на первом месте люди. Это не всегда хорошо в бизнесе. Трейси переживает за группу, а я переживаю за нее.
Дэн не знал, что тому ответить. Да и что он скажет? Прерогатива опеки Трейси уже не на его плечах. Наступила пауза, в течение которой они ясно слышали возбужденный голос женщины, доносящийся до них из-за закрытой двери. Слов было не разобрать, зато было слышно, что Трейси все больше и больше волнуется.
Желая поддержать разговор, Алан начал рассказывать о своей дочурке, по которой очень скучал. Дэн слышал в его голосе отцовскую гордость и в то же время грустные нотки. Разговор в кабинете в это время смолк, и мужчины замерли в ожидании, когда Трейси выйдет. Но проходили минуты, а она так и не появлялась. Встревоженный Алан уже поднялся с места, когда дверь резко распахнулась и женщина появилась на пороге. Она была очень взволнована и разгорячена.
Трейси стремительно подошла к сидящему в кресле Дэну, игнорируя Алана, и остановилась напротив него.
— Что это? — ее глаза уставились прямо на него.
Она протягивала ему исписанные листы, которые взяла со стола в кабинете.
Дэниэл нахмурился. Это были его стихи.
— Это ты написал?
— Да, я, — спокойно ответил он.
— Сам? — продолжала наседать она, и Дэна это начинало немного раздражать. Он никак не мог взять в толк, чего она от него хочет.
— Да, сам.
— Слушай, они просто великолепны! — столь восторженная оценка его писанины сильно его смутила. — Можно я дам их прочесть Алану?
Дэн пожал плечами и кивнул.
Трейси отдала листы своему жениху. Тот пробежал строки глазами и выдал свой вердикт:
— Да, совсем неплохо.
— Неплохо?! — фыркнула Трейси. — Они просто убийственные! Это как раз то, что нам нужно.
— Кому это нам? — поинтересовался Дэн.
Присев перед ним на корточки, Трейси заискивающе заглянула ему в глаза:
— Дэн, миленький, если бы ты только знал, как ребятам необходимы такие тексты! Как воздух! Они такие живые, в них столько эмоций! Если бы ты согласился отдать нам свои стихи, ну... или продать, то ребята написали бы к ним музыку.
Дэниэл нахмурился. Конечно, ему хотелось помочь ей, но... выставлять свои чувства на всеобщее обозрение — все равно, что обнажаться перед толпой. В этих стихах была его жизнь, его душа, весь он до самой глубины его естества. Вложить все это в миллионы рук...
— Трейси, я не... — он не знал, как мягче ей отказать.
— Дэн, не решай ничего прямо сейчас, — в голосе Трейси звучала мольба, — пожалуйста. Подумай. Без этих текстов ребятам конец, — давила она на его совесть.
— Это нечестно! — парировал он.
— Я знаю, — Трейси подкупающе улыбнулась. — Но у нас, и правда, нет выхода, мы прижаты к стенке. Я не для себя прошу.
— Ну, хорошо, — сдался Дэн. — Я подумаю. Но ничего не обещаю, — поспешно добавил он, видя победное выражение лица своей бывшей подруги.
Та кивнула, соглашаясь. Поднявшись на ноги, женщина отошла к Алану.
— А есть еще? — поинтересовалась она у него.
— Трейси! — предупреждающе одернул ее Дэн.
— А что? — невинно ответила та. — Я ведь только посмотрю.
Немного поколебавшись, Дэниэл принес еще несколько листов. Трейси присела к Алану, и эти двое углубились в чтение. Какое-то время в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь звуками с улицы.
Все это было настолько личным, что Дэн сомневался, правильно ли он сделал. В этих стихах были раскрыты все его чувства: и горечь предательства, и обида на этот жестокий мир, и холод одиночества, и потеря веры. Были там и слова об изматывающих душу сомнениях, горьких терзаниях, робких лучах надежды и взрыве возрождения. Все то, что ему довелось испытать, и все то, что он жаждал еще приобрести.
Когда же они, наконец, оторвались от текстов, в глазах Трейси Дэн увидел восхищение. Она смотрела на него так, будто видела впервые.
Это его сильно смутило, так как он не находил в своих стихах ничего особенного. Личное — да, особенное — нет.
— Я никогда не знала тебя с этой стороны, — задумчиво произнесла Трейси. — Не знала, что ты можешь быть таким... — видно, она не могла подобрать слов. — Как давно ты пишешь?
— После того, как ты уехала.
Видно она неправильно истолковала его слова, потому что на ее лице отразилось чувство вины и сострадание. Трейси бросила быстрый взгляд на Алана, но тот оставался невозмутимым.
Видя трагичность в глазах своей бывшей подруги, Дэн не выдержал и рассмеялся.
— Что? — удивилась женщина.
— Не бери в голову, — в глазах Дэна все еще плескались искорки веселья. — Дело не в тебе. Это после посещения медиума. Она сумела открыть внутренние шлюзы, ну... и меня прорвало.
Трейси посмотрела на него с явным облегчением.
— Все равно. Вот так живешь с человеком, думаешь, что знаешь его, а оказывается... — она покосилась на Алана. — Надеюсь, в тебе не скрывается ничего такого, что может преподнести сюрприз в один прекрасный день?
— У тебя на это вся жизнь впереди, чтобы узнать все мои секреты, — Алан погладил ее по спине. — Я никуда не тороплюсь.
От слов любимого Трейси зарделась от удовольствия.
— Ладно, Дэн, — обратилась она к хозяину дома. — Спасибо за гостеприимство, но нам, похоже, уже пора, — вопросительно взглянув на Алана, женщина получила утвердительный кивок. — Не забывай, ты обещал мне подумать.
— Обязательно, ведь ты же от меня не отстанешь, — усмехнулся Дэн.
— Будь уверен.
Поднявшись со своих мест, все двинулись в прихожую за одеждой. Мужчины пожали друг другу руки, Дэниэл чмокнул Трейси в щеку, и влюбленные удалились, оставив за собой облачко холодного воздуха с улицы.
Оставшись один, Дэн долго еще думал о многочисленных дорогах жизни, по которым мы бродим. Они сходятся и расходятся, то расширяются, то вдруг сужаются до едва видимых тропинок. Часто попадаются перекрестки, на которых легко сбиться и попасть в тупик. Но если ты все делаешь правильно, то в итоге можешь сорвать крупный банк. От нашего выбора жизнь порой закладывает такие крутые виражи, что только держись.
Трейси обрела свое счастье с Аланом. А что ждет самого Дэна за очередным поворотом?
Мысли перескочили на просьбу бывшей подруги. Он уважал тех ребят, которые остались в группе. Если Стив был избалованным вниманием женского пола, зарвавшимся юнцом, то остальные были преданы своему любимому делу и жили музыкой. Из-за одной паршивой овцы страдало все стадо. Дэн очень хотел им помочь.
Но с другой стороны, он не хотел делать свои стихи, которые лежали сейчас перед ним на столе, достоянием других людей. Одно дело поделиться ими с теми, кому доверяешь, и совсем другое дело позволить чужим душам судить твою собственную.
Примерно через час после ухода Трейси, Дэн набрал ее номер.
— Привет... Нет, все в порядке. Просто я тут сидел, размышлял над твоей просьбой, и как тебе вот какой вариант? Отдавать тебе то, что у меня есть, я не хочу. Подожди! — прервал он ее возмущение. — Я прекрасно понял, что тебе нужно и готов попробовать написать нечто похожее. Я предложу несколько вариантов, и если вам понравится, то можно будет поговорить о дальнейшем сотрудничестве... Ну, вот и отлично!... Загляни через неделю, покажу, что успею сделать. Ну ладно, пока!
Отключившись, Дэн задумался. Написать нечто такое, что станет песней, которая зазвучит в чужих сердцах, было чертовски заманчиво. Новое для него дело возбуждало воображение и будоражило душу. Не медля, он с нетерпением схватился за ручку.
* * *
Спустя месяц Дэниэл сидел в небольшом, полупустом помещении, которое группа арендовала для своих репетиций. Его пригласили для того, чтобы он послушал песню, которая получилось из одного из его текстов. Расположившись на стуле в одном из углов комнаты, он чувствовал себя весьма странно. Впервые в своей жизни он становился свидетелем рождения собственного детища. Дэн дал ему душу, ребята собирались облечь его в тело.
Кроме него здесь присутствовали Трейси, Тони — маленького роста и крепкого телосложения человек с жидкими волосами — и еще пара человек, которых Дэн не знал. Ребят из группы представлять ему не было нужды, так как он встречался с ними раньше.
Пол Хьюмен — ударник — был невысоким, светловолосым парнем и чем-то напоминал ему Томаса. Очень энергичный, подвижный, незлобивый, с чувством юмора молодой человек был искрой этой компании. Ему было двадцать три года, и его энтузиазм был заразителен.
В противоположность Полу Бен Майлз, бас-гитарист, обладал спокойным, уравновешенным характером и единственный в группе имел семью. Это он в свое время дал Трейси телефон медиума для Дэна. Этот брюнет с коротко стрижеными волосами был почти одного роста с ним, и почти его ровесником. Рядом с ним Дэн всегда чувствовал себя комфортно и непринужденно. Именно за этого члена их маленького коллектива Трейси переживала больше всего, так как Бену необходимо было кормить свою семью.
В случае распада группы меньше всего пострадал бы Гарри Митчелл — клавишник и гитарист. Его талантом с радостью бы воспользовались другие коллективы, но этот худощавый, среднего роста человек был готов до последнего сражаться за своих товарищей. Гарри обладал взрывным характером и мог обижаться по пустякам, но отходил так же быстро, как и загорался. На голове он носил очень светлые, почти белые короткие волосы, которые вечно торчали в разные стороны, как иголки дикобраза, и Дэн подозревал, что это не его натуральный цвет.
