Ира выстрелила и пошла к своим девушкам, которые уже вынесли золото.
— Уходим, — сказала она. — Мне наплевать, что о нас скажут.
— Сколько мы сможем продержаться, Карс? — спросил Первого воина Кард деш Кардек.
— Немного, вождь. Белокожие навалились в большой силе, а у нас осталось мало воинов и почти нет стрел.
— Понятно. Собери уцелевших жрецов и предупреди мою охрану, пусть будут наготове.
Карс кивнул и убежал, а вождь устало опустился на садовую скамейку, возле которой стоял. Всё было кончено. Его народ погиб, а оставшиеся в живых дармоеды в страхе бежали в степи, предпочитая смерти рабство у кочевников. Они его не интересовали. Последние рахо были здесь и сейчас с трудом отбивались от наседавших воинов империи, на глазах уменьшаясь в числе. Пришло время умирать, и он хотел сделать это так, чтобы захватить с собой и тех, кто уже считал себя победителем. Такая возможность была, нужно только уговорить на смерть главного жреца. Вождь давно подозревал, что тот трус, и совсем недавно имел возможность в этом убедиться. Если бы не его воины, большинство жрецов вместе с главным уже бежали бы степной дорогой, спасая свои жалкие жизни. Но он скорее медленно сдерёт с них кожу, чем даст малодушно бежать, оставив мысли об отмщении. Устало поднявшись, Кард деш Кардек направился к столпившимся невдалеке жрецам, которых окружила его личная охрана.
— Что это значит? — возмущённо спросил главный жрец. — Объяснись!
— Народ погиб, — сказал вождь. — Мои воины вот-вот погибнут, пришёл и ваш черёд.
— Ты рехнулся! — побледнел жрец. — Ещё есть возможность спастись!
— Для чего тебе теперь жизнь, Сади? Народа нет, власти нет, вся твоя сила от него, — Кард указал рукой в сторону океана, — вот и используй её в последний раз, чтобы уйти к Богу с чистой совестью и захватить с собой наших врагов, которые после смерти будут лизать тебе пятки. Вызови "Гнев моря".
— Ты рехнулся! — чёрная кожа жреца стала серой. — "Гнев моря" трудно вызвать, и его невозможно остановить! Мы погибнем!
— Мы и так уже почти мертвы, — равнодушно ответил вождь. — Какая мне разница, что будут делать духи воды после моей смерти? У вас есть только две возможности: или поступить, как настоящие рахо, и геройски погибнуть в бою, или мои воины сдерут кожу. Если лишитесь чёрной кожи, может быть, белокожие вас не тронут. Решайте быстрее, у нас очень мало времени. Мои воины долго не продержатся, поэтому, если вы сейчас же не займётесь ритуалом, вас начнёт по одному убивать охрана. И первым убьют тебя. Учти, что тому, кто предаст свой народ, я не дам быстрой смерти.
Главный жрец сгорбился и, приволакивая ноги, пошёл к остальным. Он понял, что Кард не просто запугивает и с него действительно сейчас сдерут кожу. Переговорив между собой, жрецы образовали круг, в центр которого встал главный жрец, обративший лицо к океану.
— Мне нужна кровь! — крикнул он вождю. — Много крови.
— Оставь столько людей, чтобы не разбежались жрецы, — приказал вождь Карсу. — Ритуал должен быть доведён до конца любой ценой. — Он снял рубашку, подошёл к жрецу, подставил ему свою грудь и с усмешкой сказал: — Начинай с меня, Сади. Жаль, что я не увижу этого своими глазами, но не думай, что если убьёшь меня, то вы сможете уйти. Карс не даст.
Главный жрец ничего не ответил, лишь с ненавистью посмотрел на того, кто отнял у него жизнь, и со злобой по рукоятку вогнал ему в грудь жертвенный нож. Ритуал шёл своим чередом. Один за другим к жрецу подходили воины охраны, которым он вскрывал грудь, чтобы их жизнями напитать свой призыв и придать ему необходимые силы. Постепенно это действие полностью захватило жреца, он уже не смог бы остановиться, даже если бы захотел. В живых остались несколько воинов, когда духи откликнулись. Километрах в десяти от берега образовался огромный водоворот. Очень быстро увеличиваясь в размере, он занял четверть видимого пространства моря. Стенки исполинской воронки стали расти вверх, вздымаясь к сразу потемневшему небу. Вода начала стремительно уходить от берега, обнажая морское дно. Унесла она и небольшие корабли даргонов. Большие не успели уйти и теперь лежали на морском дне, лишившись ссыпавшихся за борт людей. Стена бешено вращающейся воды продолжала расти, стремясь к разлетающимся облакам. Энергия штормов, которую десятилетиями впитывали призванные духи воды, отдавалась в считанные минуты. Чувствуя поживу, на пиршество во множестве прибыли духи воздуха. Со стороны моря подул ветер, который усиливался с каждой минутой, набирая ураганную силу. Круг жрецов не выдержал и разорвался. Километровый столб воды начал опадать, образуя огромную волну, которая с большой скоростью ринулась во все стороны. Её высота у берега была больше ста метров, а скорость исчислялась многими десятками метров в секунду. От флота даргонов остался лишь деревянный мусор, который бешено пенящаяся волна унесла вглубь материка на несколько километров. От прибрежных городов рахо не осталось вообще ничего. Здания были смыты, а их обломки завалены многометровым слоем морского ила и песка. Когда волна обрушилась на западное побережье, где стоял на якорях флот ланшонов, её высота не превышала двадцати метров, но флоту хватило и этого. Не все корабли погибли, но те, которым повезло уцелеть, лишились большей части команды и палубных надстроек и получили много других повреждений. До побережья обеих империй волна не дошла, потеряв свою силу в просторах океана.
Канцлер даргонов Деш шёл к императору как на казнь.
— Что случилось? — спросил Адой Пятый, увидев его перекошенное лицо. — Только не говори мне, что мы опять потеряли флот!
— Мы потеряли с ним связь, — выдавил из себя Деш.
— А гарнизоны в захваченных городах?
— С ними тоже нет связи. Маги, которые отправляли туда подкрепления, не могут открыть врата. Видимо, местность сильно изменилась.
— Ланшоны?
— Не похоже. Их флот был у западного побережья, и с ним тоже что-то случилось. Наш агент передаёт, что в их морском министерстве паника.
— Что говорят маги?
— Они считают, что кто-то пробудил у побережья духов воды.
— Значит, мы потеряли две трети флота, перебив взамен некогда сбежавших дикарей? Как думаешь, ланшоны этим воспользуются?
— Вряд ли. Они тоже потеряли один флот.
— Нужно ускорить строительство новых кораблей и подготовку экипажей. Как идут работы по подготовке "Сюрприза"?
— Там много работы, и её нельзя ускорить. Если ланшоны что-нибудь заподозрят, всё пойдёт прахом.
— Оставшаяся армада будет охранять империю, но ланшонам нельзя отдавать новый материк. Если рахо больше нет, их земля пока никому не принадлежит. Мы могли бы занять её и без флота, даже через одни врата. Долго, но можно.
— У магов нет точек привязки, а посылать туда корабли очень рискованно. После пробуждения духов воды в тех местах долго будет штормить.
— А если использовать дракона?
— Мы наверняка его лишимся, а значит потеряем Искатель. Пока ещё вырастим и воспитаем молодняк... Да и долетит ли дракон?
— Всё равно рискнём! — решил император. — Нам нужны туда врата. Пошлём разведчиков, пусть всё там осмотрят, а уже потом будем закрепляться.
— Ты почему оставила амулет? — сердито спросил Лён. — А если бы случилось что-то, что потребовало бы твоего немедленного вмешательства?
— Сами виноваты! — огрызнулась Ира. — А то я не знаю, для чего вы поминутно звонили! Отговорить меня у вас не получилось бы, а бесполезные звонки не дают работать. А так быстро сходила и всё сделала!
— Ну да, награбила золота, убила старого извращенца и нарушила неписанные законы между королевствами!
— Если они не писаны, их необязательно исполнять. И потом я не только ходила за золотом и утоляла чувство справедливости, ещё узнала немало полезного.
— И что же ты узнала?
— Например, то, что Сандер окончательно рехнулся!
— А то ты не знала этого раньше!
— Перестаньте ругаться, Лён, и послушайте. Я не могла раньше знать, догадывалась по некоторым его поступкам, а теперь знаю точно. У них во дворце творится что-то неладное. Маркиз связывал это с тем, что короли Сенгала вытащили из могильников прежних. По его словам, всё пошло от короля, а сейчас распространилось на его окружение. Уцелевший сын Сандера чего-то испугался и сумел сбежать. Его пока не нашли. Большинство магов из тех, кого я вытянула с холмов, увезли из дворца на восстановление в другие места, и они стараются держаться подальше от короля. В стране нет никакого управления, население в страхе и растерянности, многим вскоре грозит голод. Маркиз считал, что, несмотря на всю свою нелюбовь к чужакам, многие ещё до дождей побегут к нам или в свою часть Ливены, а мы к этому не готовы.
— Да, это важно. Все короли Сенгала, кроме самого первого, отличались странными поступками, но Сандер в этом всех переплюнул. Если его население побежит к нам, будет плохо.
— Все не побегут. На севере, куда не дошёл Урнай, всё обстоит нормально, на границе с Ливеной — тоже. Побегут в основном из разорённых войной мест, а там осталось не так уж много народа. Мы найдём, чем прокормить беженцев, вопрос в том, на фига нам такие подданные. Да и жилья на них не напасёшься, а времени на его строительство уже не будет. Можно опять купить палатки, но они защитят от дождей, а не от холода.
— Когда это уже прекратится и можно будет нормально работать?
— Это вы мне жалуетесь, Лён? Если так, считайте, что я вас пожалела. Кто бы ещё пожалел меня! Эта вечная суматоха мне уже давно поперёк горла.
— Что ты предлагаешь? Есть уже какие-нибудь мысли?
— Мысли есть, точнее, одна мысль. Нужно найти их принца, попытаться узнать, что случилось во дворце и, заручившись его согласием, убить и Сандера, и вообще всех, кто свихнулся. Я не знаю, что он нашёл, но это что-то вроде болезни, и по-другому мы с ней не справимся. А потом назначим регента при принце и пусть восстанавливает управление страной. А продовольствием мы им поможем.
— И кто пойдёт искать принца?
— Есть у меня одна кандидатура. Я спасла из подземелья маркиза одного человека. Мерзавец, но с большими связями и прекрасно знает столицу. И что немаловажно, он поклялся мне в верности.
— Беру свои слова обратно. Сходила ты с толком, но это была авантюра. Они тебе почему-то удаются, но с этим пора кончать. Слишком многое у нас завязано на тебя, чтобы так собой рисковать, да ещё без необходимости.
— Риска практически не было, но кое в чём вы правы. Раньше не было людей, и многое приходилось делать самой. Теперь люди появились, и я всё чаще перекладываю подобную работу на них. Только пока не всё можно переложить. Подождите, Лён, кто-то звонит из империи.
Звонил глава службы безопасности Страт Ларне.
— Ваше величество, нам срочно нужна ваша помощь!
— Это вы, Страт? А почему не связались с моим магом? Вам не передали амулета?
— Амулет передали, только это такой вопрос, который не решит ваш маг. Дело в том, что у берегов рахо кто-то призвал духов воды.
— Ну и что? При чём здесь я?
— Вы не понимаете. Духи воды, в отличие от духов воздуха, не поддаются управлению. По крайней мере, ни у нас, ни у даргонов за сотни лет попыток ничего не получилось. Было много жертв, поэтому эти опыты свернули. Мы сомневаемся, что это пробуждение стихийных духов вызвали даргоны: они не сумасшедшие. Скорее всего, это работа рахо. В результате от огромной волны погибли все даргоны, а от нашего флота уцелели только три больших корабля, хоть он и находился очень далеко. Они сильно повреждены и потеряли половину экипажа, поэтому даже после небольшого ремонта, который могли бы сделать на плаву, их нельзя вести обратно. После такого выброса сил океан ещё долго будет штормить. А для нас не столько важны сами корабли и их экипажи, сколько то, что спрятано в трюмах. Магическое оружие, которое они несут, делали десять лет сотни магов.
— И чего вы от меня хотите?
— Сейчас объясню. Мы не можем эвакуировать оружие и экипажи вратами. По непонятной причине, если корабль находится на воде, с него нельзя открыть врата, да и на него тоже. Это как-то связано с привязкой.
— А пробовали ставить врата для других миров? У них сильнее блок привязки.
— Чего мы только не пробовали! Этот вопрос не поддаётся решению.
— Так высадитесь на берег. Или там нельзя пристать?
— Там можно пристать, но бухта, в которую зашли корабли, занята неприятелем. Это те же воины, с которыми воюет генерал Гордой. Мы не можем высадиться под обстрелом лучников. Наши арбалеты очень мощное оружие, но оно стреляет на меньшее расстояние, а от магии эти воины прекрасно защищены. Мы не знаем точек привязки и не можем привести туда подмогу, да и сложно воевать против такого противника.
— Вы меня поразили, Страт, своей беспомощностью! Как это вы умудрились подмять под себя полмира, если не можете справиться с одним королевством?
— Против нас воюют не одно, а три королевства, — сухо сказал собеседник, — и ведутся переговоры о привлечении четвёртого. Это удалось узнать у пленных. И у них ненормально большое количество амулетов, а мы не хотим применять мощную магию для уничтожения населения, как это сделали даргоны. Сил у нас много, но нет желания нести лишние потери, поэтому сейчас идёт поиск новых средств борьбы с этим противником. Маги собираются как-то уничтожить у них лошадей, есть и другие мысли.
— Что нужно от меня?
— У вас есть демон, а они могут ходить сквозь пространство без привязки. Если бы вы с его помощью нашли место высадки и своими силами отогнали местных... Мне сказали, что это личная просьба императора.
— Я попробую, но только один раз и только потому, что у вас такое случилось с флотом. Воевать за вас в этой войне я не буду. Это ясно?
Глава 26
Загудел амулет Новикова.
— У тебя что-то срочное? — спросила Ира Владимира. — Если нет, то всё потом, у меня сейчас абсолютно нет времени.
— Я хотел доложить, что пришло предложение из Госдепартамента о времени вашей встречи с президентом. Они извиняются за задержку с ответом, но ссылаются на то, что президент был занят.
— И когда они думают её провести?
— Через восемь часов.
— Вот что, барон, я думаю, что это неуважение к нам. Обычно такие встречи, формальные они или нет, согласуются за несколько дней, и встречающиеся стороны откладывают на это время все дела. У Америки началась ещё одна война, кроме Вьетнама?
— Насколько я знаю, нет.
— А у меня началась. Не я её начала, но придётся участвовать. Так что я не смогу уделить внимание их президенту. Так и передай, только чтобы это не выглядело грубостью в ответ на их бесцеремонность. Скажи, что королева очень занятый человек, и у неё, в отличие от их президента, нет пока такой армии чиновников, чтобы она целыми днями лежала и плевала в потолок. Так что если захочет со мной встретиться, то пусть согласовывает встречу или идёт сюда. У себя я, так и быть, могу переговорить с ним между делами. Всё понял?
— Я-то понял, теперь нужно подумать, как это вежливее сказать.
