Желание

— Заходи, не бойся, — кивком Берта указала вперед.

Я взялась за ручку, надавила на нее и вошла.

Здесь было гораздо теплее, чем в коридоре. Трое мужчин за столом сидели в легких куртках и азартно играли в местное домино — по-другому эту игру я назвать не могу.

Четвертый сидел в уголке и чистил винтовку.

Стоило мне только войти и вдохнуть, насквозь пропитанный сигаретным дымом, воздух, как все они разом обернулись и прекратили игру.

Четверо. Трое молодых и один средних лет. Вооружены, одеты в черное. Мужчины смотрели на меня с любопытством.

— Соскучилась по своему дружку, Кастелли? — наконец проговорил один, сделав глубокую затяжку. — Зачем ты ее привела, Берти?

— Приказ Джареда. Разве ты не слышал?

— Правильно. Этих тварей лучше держать в одной клетке, — он встал и медленно подошел, остановившись в двух шагах от меня. — Иначе они разбегутся и начнут гадить.

Здесь моя иллюзия развеялась.

Нет никакого покоя и никакого тепла. Они ненавидят нас.

Столько брезгливости и отвращения я еще не встречала ни в одном взгляде.

— Стив, ты проспорил, — заржал еще один, бросая на стол кость. — Кто говорил, что она красивая, а?

Они уставились на меня с еще большим интересом.

— Баба как баба. Гони мой нож.

Берта подошла к старшему и попросила открыть дверь.

Тот неспешно поднялся и достал из нагрудного кармана ключ.

— Только без глупостей, Кастелли, — процедил, когда я проходила мимо.

Дверь закрылась за моей спиной.

Я тут же сорвалась с места и бросилась к брату.

— Шен? Шеннард? С тобой все хорошо?

Он полулежал на жестком топчане, прикрывая ноги старым одеялом.

— Сестренка, — Шен обнял меня и тут же отстранился. — Они с тобой ничего не сделали? Ты цела?

— Да-да, все хорошо, я жива.

— Лети.

Я обернулась, тут же вскочила и повисла у Тайлера на шее.

Не знаю, сколько мы так простояли, но я боялась открыть глаза и увидеть, что все это не правда. Видеть его, обнимать, касаться, знать, что он реален и что жив — это стоило тысячи ночей взаперти.

Он обхватил мое лицо ладонями и внимательно посмотрел в глаза.

— Тайлер...

— Не говори ничего, — еле слышно проговорил он и снова обнял.

Сейчас я ощущала его по-другому. Тайлер сильно выдохся после перестрелки в лесу и прежнего тепла, как и невидимых волн энергии, что окутывали каждый раз, стоило прикоснуться, не было. Сейчас он был обычным, таким же как я, как Шен, как остальные люди. Нужно время, чтобы восстановиться.

Но мне было плевать, какой он, каким был и каким станет. Плевать, кто такой Тайлер Гиллерти и чем он провинился перед целой империей.

Самое главное, что рядом живой и невредимый мужчина, к которому я шла через два мира. Он наконец-то рядом и уже не страшно того, что будет дальше.

Я не знала, как назвать это чувство, не хотела подбирать слов.

Просто однажды понимаешь, что кто-то по-настоящему нужен тебе, как воздух. И это самая сильная связь на свете. Любовь или не любовь — да какая разница, как называется? Важно только, что вы вместе и уже ничего не страшно.

Через пару часов, или, мне казалось, что через пару, нам принесли еды. Успевший немного зачерстветь хлеб, пшенную кашу и воду.

Еду принесла Берта. Она тихонько, с улыбкой вошла в комнату, поставила на стол поднос, ничуть не смущаясь двух громил в черном за спиной.

Мы проводили ее взглядами в полном молчании.

— Эй, нюхач, нас не отравили? — спросил Див, полуобернувшись в сторону Криса, который застыл на месте, изучая то только что вышедшую Берту, то миски с едой.

— Н-нет, все чисто, — заключил эмпат. — Яд источает особое поле и я его не ощущаю.

— Ты видишь даже поля неодушевленных вещей? — спросила я, подходя к столу.

Несмотря на волнение, есть хотелось дико.

— Не вижу, Лети. Чувствую. А это разные вещи.

— Не бойся, принцесса, — ухмыльнулся Див, выхватывая миску прямо из-под моей руки. — Пока мы нужны этим ублюдкам, нас не тронут.

Я села на край койки Шена и протянула ему тарелку.

— Поешь, тебе нужны силы.

Он вяло мотнул головой.

— Шен, — тише добавила я. — Ты обещал, что отведешь меня в Альянс. Помнишь? Если ты умрешь с голоду, я окончательно в тебе разочаруюсь.

Шеннард слабо улыбнулся и взял миску из моих рук:

— Не угадала, Лет. Пока есть ты, я ни за что не сдохну.

Он зачерпнул кашу ложкой и одобрительно кивнул:

— Съедобно.

Это оказалось правдой. Каша была теплой, свежей и вкусной. А, может, мне так казалось после того, что приходилось грызть на ходу в тайге.

— Что-то не так? — спросила я, поймав на себе внимательный изучающий взгляд Шена.

— Больше всего я боялся, что тебя убили, — мрачно проговорил он. — Знаешь, Лет, я бы никогда не подумал, что моя мелкая капризная сестренка способна на все это.

— Да-а-а, натворила дел, — ответила, невольно опуская глаза.

— Все натворили. Я не о том.

Шен сделал паузу, понимая, что наш пусть и тихий, разговор, ребята из "Сияния" запросто услышат.

— Извини, если раньше я считал тебя холодной пустышкой, — наконец сказал он. — Я сильно ошибался, Лет.

Я взяла его руку и легонько сжала.

Он не сказал ничего особенного, но почему-то в глазах замерли слезы. Слова Шена не относились ко мне. Брат говорил, какой считал Летицию много лет. А я могла только втайне порадоваться, что оказалась лучше.

— Долго еще нам сидеть в этой конуре?

Див хуже всех воспринял наше заточение. Он злился, ходил из угла в угол и не мог смириться со случившимся. Крис полностью погрузился в себя, лишь изредка отвечая на вопросы. Шеннард дремал. Тайлер лежал, заложив руки за голову и смотрел в потолок, а я пристроилась рядом, положив голову на его грудь.

После короткого обеда мы все снова принялись ждать неизвестно чего.

— Лети, ты ведь знаешь эту девку, которая принесла еду? — спросил Див, наконец приземлившись на койку.

— Знаю. Она медсестра. Помогала мне после... в общем, помогала. Ее зовут Берта.

— Она ничего не говорила, когда нас заберут отсюда?

— Нет.

— Думаешь, если нас заберут, станет легче? — равнодушно спросил Тайлер.

— Хотя бы закончится эта хренова неизвестность.

— От нас потребуют ответов, — продолжил Гиллерти. — Ты готов их давать? Падшие ненавидят тех, кто не с ними. И мы живы, пока не дали своего окончательного слова.

— И что мы будем делать, Тайлер?

Я почувствовала, что его сердце стало биться чуточку быстрее. Значит, Тайлер переживал не меньше нашего. Разве что благодаря выдержке и самоконтролю мог не подавать виду.

— Для начала послушаем, что они скажут.

— Я лучше сдохну, чем свяжусь с этими тварями, — выходнул Див.

— Старая история? — неожиданно для самой себя спросила я.

Повисло молчание. Див пронзительно на меня посмотрел, а потом выдавил кривую усмешку.

— Соображаешь, принцесса. Если мы хотим унести ноги, надо что-то придумать.

— Что? — вынырнул из дремоты Шен.

Он тяжело повернулся на бок и поправил одеяло на ноге. Я хотела помочь, но Шеннард жестом показал, что справится сам.

— Ты считаешь, мы должны что-то придумать? Интересно, что? Я ранен, Лети выбилась из сил, а вы все вместе взятые сейчас не круче котенка. Мы в полном дерьме, Див.

— А ты вспомни из-за кого, Кастелли. Если бы не ты и твоя сестричка, мы могли бы давно сидеть в Альянсе.

— Никто не знает, где бы вы могли быть, — ответил Шен. — Поэтому лучше не накручивай себя и уймись.

— Уймись сам, — бросил Див.

— Прекратите! — не выдержал Крис. — От вас несет таким гневом, что меня едва не тошнит.

— Потерпишь.

— Заткнитесь все, — веско, но беззлобно сказал Тайлер. — То, что мы в дерьме по уши и так ясно. Если порвать друг друга но клочья легче не будет. Проблемы надо решать по мере их поступления.

Я физически ощущала насколько он устал. Там, в лесу, стоя спиной к спине, я чувствовала, как Тайлер принимает на себя основную массу щита. В нем больше не было желания попусту тратить драгоценные силы, чтобы унимать других.

Люди, запертые в закрытом пространстве, начинают показывать свое истинное лицо. Шеннард пережил тяжелую потерю и ему просто-напросто плевать на всех падших и "Сияние". Крису важно собрать хотя бы немного энергии, чтобы удержаться и не сорваться под гнетом тех эмоций, которые валятся на него теперь лавиной. Див, оказывается, подвержен панике. А я поняла, что могу считывать ощущения Тайлера. Такая вот странная и даже пугающая связь установилась между нами.

Как бы глупо не звучало, но сейчас я больше думала не о том, что будет с нами, а о том, что уже сто лет не мыла голову. Неудивительно, что головорезы-охранники признали меня "обычной бабой". После скитаний по тайге вряд ли я выгляжу красавицей.

Бедный Тайлер! Он-то влюбился в прекрасную незнакомку на вечере в настоящем дворце, а оказался рядом с внучатой племянницей бабы-яги в тюрьме. Вот кому стоит посочувствовать.

Прикрыв глаза я тихонько дремала. Если бы сейчас в руках оказались песочные часы, то они бы наверняка замерли на одной отметке. Песчинки времени стали бы слишком крупными и неповоротливыми, чтобы свободно проходить по тоненькому коридору.

Тихо-тихо, старый дом,

Кто теперь бродит в нем?

Эту песенку я слышала здесь, в этом мире. Кажется, какая-то маленькая девочк на улице пела ее своей кукле. А теперь я, чтобы хоть как-то заставить песчинки катиться быстрее, едва шевеля губами, повторяю слова.

Только ветер, только сны,

Только тени, только мы.

Сердце Тайлера билось спокойно. Кажется, он задремал и ему становилось все легче и легче.

Тихо-тихо, старый дом,

Призрак бледный бродит в нем.

Ветер воет, пол скрипит,

Кто услышит — убежит.

С грохотом распахнулась металлическая дверь, и я тут же подскочила на месте.

В проеме стояли трое — Берта и ее прежние провожатые.

— Джаред хочет вас видеть, — сказала девушка.

Я медленно обернулась и посмотрела на Тайлера. Тот кивнул.

Вместе с Крисом они помогли Шену подняться и повели вперед.

Проходя мимо охранников, я заметила злые усмешки на их лицах.

— Шагай быстрее, Кастелли, — бросил один.

Я резко обернулась и хотела сказать что-нибудь едкое, но Тайлер вовремя остановил:

— Все нормально, Лети.

Он прав — лучше прикусить язык. Пока. До поры до времени.

Шеннард храбрился и пытался идти самостоятельно, но получалось плохо. Врач не вколол ему очередную дозу обезболивающего, и нога нестерпимо болела. Крис и Тайлер помогали брату. Я и Див шли следом.

Берта вела нас по тому самому бесконечному коридору со множеством дверей. Я явственно слышала голоса, шаги, смех. Где-то рядом находилось много людей.

Чем дальше мы проходили, тем сильнее я задавалась вопросом, каких же размеров эта база. На поверку оказалось, что это настоящая подземная махина.

— Может, проведем их северным рукавом, Берти? — хмуро рявкнул один из охранников.

— Нет, здесь короче.

— Хочешь, чтобы ребята на них посмотрели?

— Они все равно увидят, — равнодушно ответила Берта.

Мы свернули направо и оказались в еще одном коридоре. Шире. Чем предыдущий, он был разделен на две половины рядом мощных железных колонн.

Я решила, что тут что-то вроде жилого блока. Температура воздуха была гораздо теплее, а в проемах открытых дверей комнат виднелись двухъярусные кровати.

Главное — здесь были люди. Берта не лгала насчет их количества.

Я старалась не смотреть на лица. Не выходило. То и дело я ловила колючие, злые, а то и просто любопытные взгляды. До меня долетали обрывки разговоров, шуток.

Поднимая глаза, я видела много мужчин. Женщин — единицы. Интересно, где они все? Среди падших много и тех, и других. Может, здесь собрались только солдаты? Тогда должны быть и другие базы, где собираются "мирные" падшие.

Стоп, не думай об этом.

Мы шли, как мне казалось, целую вечность. Наконец Берта остановилась у широкой двери и достала из кармана тонкую пластинку.

Кажется, медсестричка занимает не последнее место среди падших, раз имеет доступ в святая-святых — в апартаменты предводителя.

Несмотря на свою массивность, дверь открылась, съехав в сторону, стоило Берте вложить пластинку в замок.

— Проходите, — сказала она без тени эмоций и отступила в сторону.

Я бросила на нее вопросительный взгляд, и мне показалось, что девушка кивнула, мол, не бойся. Наверное, все-таки показалось.

— Быстрее, — меня ткнули в спину и я едва не споткнулась.

— Полегче там, — рыкнул Див, подавая руку.

Дверь за нами так же тихо закрылась, и мы оказались в просторном зале. Обстановка здесь была богаче. Пусть и не новые диваны, огромные пульты управления, мониторы в половину стены, светлые стены и полоток.

Посреди зала стоял длинный стол, во главе которого сидел молодой широкоплечий мужчина. Черная футболка очень выгодно подчеркивала его атлетические формы. На лице было два глубоких шрама — на левой щеке и правом виске. Светлые волосы коротко пострижены и топорщатся ежиком.

— Я привела их, как ты просил, — мягко улыбнулась Берта и положила руку на плечо.

— Ты молодец, детка.

Мужчина властно обнял ее и почти что заставил склониться для быстрого поцелуя. Берта не очень-то и возражала. После остановилась за его спиной и довольной улыбкой ответила на мой, мягко говоря, удивленный взгляд.

Кто бы мог подумать! Тихоня и замухрышка Берта, которая и глаза лишний раз поднять боялась — и вдруг подружка лидера падших. Просто в голове не укладывается!

— Чего стоите? — мужчина окинул нас взглядом. — Садитесь. Мы с ребятами, — он кивнул на своих товарищей, сидящих рядом. — Просто поговорим с вами. В ногах ведь правды нет, да, Шен Кастелли?

— Ни капли правды, — ледяным тоном ответил брат.

— Так чего стоять? Вперед. Я — тот самый Джаред, про которого вы столько слышали. А ты, — он посмотрел прямо на меня. — Лети Кастелли. А это твой приятель Тайлер Гиллерти. Вот с кем я хотел встретиться так давно...

Тайлер и Джаред встретились глазами, и я сразу же ощутила напряжение между ними. Только бы все обошлось!

Я опустила на жесткий стул рядом с Шеном и сразу же сжала его руку. Сердце колотилось как сумасшедшее.

Мне страшно...

— Будете джинн, ребята? — Джаред вальяжно подхватил со стола стакан. — Детка, плесни ребятам по стаканчику, — кивнул Берте, и та кинулась выполнять поручение. — Нельзя вести такой серьезный разговор насухую.

Я сглотнула.

Горло и впрямь пересохло — хотелось выпить воды. Но никак не джинна.

Берта поставила передо мной стакан и мы бегло переглянулись. От Джареда это не укрылось.

— Не привыкла к крепким напиткам, Лети? — прищурился он. — Извини, в наших краях нет ничего другого. Впрочем, для девушки, которая столько дней бродила по тайге, не помешает согреться, правда?

— Твое здоровье, — сказала я и отпила немного из стакана.

Джинн оказался крепким, и пришлось приложить усилия, чтобы сохранить лицо. Я ведь и впрямь не пила ничего крепче вина в своей жизни.