Спасти Ссср ч9

Из-за больших денег начинается мафиозная война. Ее ведут клан Корлеоне, возглавляемый Сальваторе Риино и бандиты Бернардо Провенцано, известного как "трактор". Кличку ему дали за то, что любил казнить людей наезжая на них трактором. В один из дней Палермо устанавливает страшный рекорд — тринадцать убийств за сутки. Он уже не будет превзойден.

Полиция сбивается с ног. Днем и ночью на улицах стреляют. После Второй мировой, прокатившейся по всей Италии — оружие так и не собрали, и теперь бандиты сменили обрезы на автоматы. Изменяется сама структура мафии — если раньше это было что-то вроде клуба по интересам, бандиты имели работу, жалование на ней, какую-то семью — то теперь поток наркоденег позволяет боссам содержать профессиональных боевиков и платить им постоянное жалование. Что и происходит все чаще и чаще...

В это время в Палермо назначают префектом генерала Карло Альберто далла Кьеза. Ему принадлежат горькие слова — если у нас хотят убрать человека, его просто повышают, выставляя под пули...

Военный, фронтовик, после ареста Муссолини, его освобождения гитлеровскими десантниками и создания Фашистской республики Сало — тайно примкнул к силам Сопротивления. После войны первое назначение на Сицилию получил в 1948 году. Рос в должностях в корпусе карабинеров — от лейтенанта до генерала, заместителя командующего корпусом. Постепенно учился делать полицейскую работу — внедрять агентов, расследовать убийства. Первую генеральскую должность получил в Турине — крайне проблемном и крайне левом городе. Второго мая 1982 года был назначен префектом Палермо — и уже в сентябре был расстрелян на улице боевиками мафии. В то время мафия контролировала город настолько, что перед убийством — боевики позвонили на радио и сказали, что они сейчас сделают. Таким образом об убийстве узнали до того как оно было совершено.

Но именно из штаба генерала, который он собирал много лет — вышли самые решительные и несгибаемые борцы с мафией, их новое поколение. И война кланов начала восьмидесятых — не только унесла множество жизней бандитов, она сильно подкосила сам авторитет мафии. Люди устали жить в городе, где ведется необъявленная война...

В каморре — ситуация была своя...

В отличие от Коза Ностры, влияние которой распространялось на всю Сицилию, а Палермо отнюдь не был ее родиной — Каморра родилась и выросла в крупном городе, в Неаполе, бывшей столице Королевства обеих Сицилий, родине пиццы. Видимо, первыми камористами были рабочие порта и владельцы складов — в те времена, кстати, Неаполь был крупнейшим и богатейшим городом Италии, превосходя и Рим и Милан

. Лидер одного из проигрывающих кланов решился на отчаянный шаг. Когда почти все его боевики — были в тюрьме или на кладбище — он вызвал к себе подростков. Тех самых, которые использовались ранее для сбора дани с лавочников, слежки за врагами и мелких поручений (на побегушках). Он напомнил им про судьбу их отцов и братьев. Дал им пистолеты и автоматы. И сказал им — идите и убивайте.

И они пошли...

С тех пор Неаполь своей преступной судьбой отличается и от Палермо и от других городов Италии. Основной тип преступника там — не мужик, а — подросток. Типичный портрет боевика — каморриста — лет четырнадцать или пятнадцать, первое убийство совершил в десять — одиннадцать, уже женат. Фанат футбола. Белые дорогущие кроссовки, мотороллер и пистолет М9 — здесь его зовут так потому что рядом крупнейшие в Италии склады НАТО и американская военная база. Стреляет такой обычно в спину — тут нет понятия "чести". В жизни он просто шляется по улицам, исполняет приказы босса, собирает дань, для себя все в лавках и магазинах берет бесплатно. К восемнадцати он уже либо погибнет, либо окажется в Поджореале, а каморра будет выплачивать жалование его жене. Местным боссам обычно нет и тридцати, и они обожают спортивные тачки. До сорока не доживает практически никто. Когда на улице находят очередную изрешеченную машину — на нее сбегается посмотреть вся местная детвора, добродушно обсуждая с карабинерами, кто попал "под ливень" и за что. Ливень — это град автоматных очередей. Такая смерть считается почетной и престижной, если против тебя отправили боевиков с автоматами, а не просто выстрелили в спину на улице — значит, ты что-то значишь, весишь. Тебя опасались...

Боссами каморры постепенно станут женщины — по той простой причине, что мужчин не будет в живых. Сицилийцы посчитали бы это "инфамита", бесчестием.

Что касается Ндрангеты, самой опасной и самой таинственной итальянской мафиозной структуры — то она к тому времени пока находилась на третьем плане. Ндрангета — происходит из чуть более ста пятидесяти крупных пастушеских семей, которые пасли стада на самом юге Италии, на "носке сапога". Изначально они специализировались на похищениях людей — в тех краях невозможно прокормиться законно. В отличие от мафии и камору — ндрангету в принципе нельзя остановить никакими полицейскими методами. В нее нельзя вступить — если ты родился в правильном семействе — то ты уже ндрангетист. Откажешься участвовать в деятельности организации — тебя убьют родители или братья. Матери растят бандитов и убийц. Когда рождается ребенок — происходит процедура посвящения. Справа от младенца кладут книгу, слева — нож. Большим позором считается, если ребенок выберет книгу, потому мать немного подталкивает дитя к правильному выбору. Остальные делают вид, что не замечают.

В ндрангете нет боссов — старший мужчина в семье и есть босс клана. Нет войн за лидерство. Каждый год все главы семей кто на свободе — собираются в одной из деревень на совет — каждая семья отчитывает, сколько людей они убили, сколько заработали на наркотиках и похищениях. После чего из самых удачливых выбирается старший — но только на один год! До следующих выборов

.

Против ндрангеты — Италия использует особые горно-стрелковые части со своими вертолетами, оборудованные всем для операций "поиска и уничтожения". В районах Ндрангеты установлено тотальное прослушивание — прослушиваются все телефонные переговоры, вскрываются все письма

. На дорогах армейские блокпосты — досматриваются все машины, вскрываются все письма. Но не помогает ничего. В городах установлен особый режим управления, отменены выборы. Фактически действует бессрочное чрезвычайное положение. Некоторые мэры городов никогда не были в городах, которыми они управляют — стоит им приехать, их застрелят в первый же день, сто дней как в Палермо ждать не будут. В этих краях нет и никогда не было туристов — и смотреть нечего, и тут же похитят, стоит только выйти из автобуса. Фактически в крае идет партизанская война — и правительство проигрывает. Мост на Сицилию не построили до сих пор во многом потому что есть ндрангета — убьют строителей...

* Это правда. На Ближнем Востоке белорусам удалось потеснить не кого-то, а бывших бойцов 22SAS из Великобритании

* Pizza connection — отсылка к French connection, знаменитому мафиозному синдикату со столицей в Марселе, Франция, который первым наладил трансграничные поставки наркотиков из Турции через Марсель и Атлантику в восточные города США, в первую очередь в Бостон и Нью-Йорк. В восьмидесятые бизнес перехватили сицилийцы по нескольким причинам. Причинами были в частности закрытие Танжера как города-порта нейтрального статуса, начало гражданской войны в Ливане — его порты служили отправной точкой водной части маршрута

** Такие машины были закуплены в Италии большой партией. Удивительно, но в СССР не было ни бронированных Волг ни Чаек, даже часть ЗИЛов была без брони. Поэтому машины закупили в симпатизирующей СССР Италии — это была единственная европейская страна, производившая серийно бронированные седаны. Причин много — мафия, постоянные похищения людей, террор (семидесятые называли "годы свинца"). Через какое-то время начнут поступать и бронированные Волги, доработанные с французами и итальянцами

Система, придуманная судьей Фальконе — своего рода "круг", коллективное расследование одного дела несколькими судьями. В таком случае бессмысленно убивать кого-то конкретно, и усложняется коррупция — всех не подкупить. Сам судья Фальконе был убит в 1992 году, но его система прижилась и позволила значительно сократить активность мафии

Сакра Корона Унита единственная из всех мафиозных организаций, основанная уже в двадцатом веке. Она была основана выходцами из Сицилии, принудительно переселенными на материковую Италию (да, в итальянском уголовном кодексе предусмотрено и наказание в виде принудительного переселения без права возвращения, СССР тут не уникален). Сакра Корона Унита больше всего похожа на русскую мафию тем что основана в тюрьме и большое значение придает пребыванию в тюрьме, не на воле.

* В этом видимо одна из причин итальянской трагедии. Само движение гарибальдизма за создание единой Италии сложилось и развивалось на севере, ни Палермо, ни Неаполь в нем не участвовали. Когда столицей сделали не Неаполь, а Рим — на юге это вызвало возмущение по многим причинам. В том числе и из-за того что Рим считался "папским городом", центром Папской области и он не мог быть одновременно столицей светской Италии. На юге все были набожными и проклятье Папы, объявившего себя пленником и удалившегося в замок Гандольфо — восприняли крайне серьезно.

Может, лучше было бы объявить столицей Милан — но там проблема была в том, что это было владение австрийских Габсбургов — бывшее, но угроза его повторного захвата Австро-Венгрией сохранялась до 1918 года. Тем не менее — именно в Милане были и есть основные итальянские капиталы, основные итальянские бизнесы и там можно было бы набрать работящих и не коррумпированных чиновников, воспитывать которых умело правительство в Вене. Может, тогда Италия была бы совсем другой.

** В отличие от Каморры война Провенцано и Риины закончилась мировым соглашением и распределением сфер влияния

Но это не поможет — к 2020 году Ндрангета станет самой могущественной организацией Италии и скорее всего — всего мира. Никто не знает размера бюджета ндрангеты — но называются цифры до 0,5 трлн долларов, что сопоставимо с бюджетами многих европейских стран.

Эти истории — Дамиани дорассказывал уже Вилену Апакидзе, заместителю министра МВД ГССР, начальнику шестого управления — по борьбе с организованной преступностью. Эти управления созданы были совсем недавно — до того считалось, что в СССР нет организованной преступности...

Апакидзе слушал. Делал пометки. Он входил еще в тот давний оперштаб, который создавался генералом Крыловым — и был разрушен усилиями КГБ во главе с Андроповым и Федорчуком. Но сейчас — колесо сделало свой поворот.

Когда Дамиани закончил, Апакидзе коротко спросил

— Хотите увидеть как у нас?

И, получив утвердительный ответ, взялся за телефон...

— Мне... впервые чек сделали, когда мне семнадцать было. Я тогда в университет как раз поступила...

...

— Такой кайф был. Ни с каким мужиком такого не испытаешь...

Дамиани с ужасом смотрит на пожилую потасканную женщину перед собой. Тихо спрашивает по-итальянски

— Она действительно училась в университете?

Переводчик смотрит на майора Кверидзе из республиканского угрозыска. Тот кивает

— И... сколько же ей?

— Тридцать один.

Дамиани не может поверить своим глазам — перед ним пятидесятилетняя старуха ...

Они с майором Кверидзе выходят из здания Психиатрической клинической больницы имени М. М. Асатиани на улице Асатиани*. Старая улица в старом Тбилиси, очень тесная...

Майор внимательно осматривается — автомат в машине, в кобуре — пистолет Стечкина. Пули здесь могут настигнуть в любую минуту. Осматривается и Дамиани. Старая застройка, веет чем-то зловещим. В небольших городах Италии застройка тоже старая и невысокая — но там почему-то ...жизнь. Много кафе. Здесь нет ничего.

Лают собаки...

— Вон, смотри.

Дамиани смотрит. Дальше по улице — стоит небольшая белая машина похожая на новый Фиат-Ритмо. Окна тонированы.

— Кто это?

— Они.

— Мафия?

— Они самые.

— Они следят за нами?

— Нет, за институтом. Нас они не ожидали.

— Что они тут ищут?

— Как что. Смотрят, кто пришел. Если человек на игле и пытается скинуться — это для них опасность. Наркоман он как собака — за дозу все что угодно сделает. А если человек лечиться пытается — он опасен. Пойдет и всех сдаст.

— Вы их арестуете?

— За что? На улице стоять и снимать не запрещено законом. У них, думаю, даже удостоверения журналистов есть. Какие-нибудь типа "Красный Зугдиди". Доставлю я их в отделение, их через час отпустят. А мне шины порежут или дверь в квартире подожгут.

Майор машет рукой. Те, поняв, что засвечены резко, с визгом колес снимаются с места.

— Тут еще детский сад. В СИЗО попадете, посмотрите какие там ломки. Вам воля раем покажется.

— Много у вас... наркоманов?

— Хватает. Сейчас меньше.

...

— Многих посадили, кого — на принудлечение. Основные точки в городе давно разгромлены, люди чтобы ширнуться в Ереван ездят. Ну да бешеной собаке семь верст не крюк! Там в Ереване фармацевтический завод, ох, интересные там дела творятся.

...

— Ладно, поехали...

* Михаил Михайлович Асатиани — врач, основатель грузинской психиатрии. До 1920 года жил и работал в Москве, выезжал за границу, учился у самого Юнга.

Зугдиди

Весна опять пришла

И лучики тепла

Доверчиво глядят в мое окно

Опять защемит грудь.

И в душу влезет грусть,

По памяти пойдет со мной...

Пойдет, разворошит

И вместе согрешит

С той девочкой, что так давно любил.

С той девочкой ушла,

С той девочкой пришла.

Забыть ее не хватит сил...

Михаил Круг

— Ты только нас не форшмачь. Пиши как есть, правду пиши — и никто тебя не тронет.

Они сидят на трибуне. Смотрят футбол. Играет Зугдиди. У края поля — белые Волги и новые клинообразные "Лады" — местные авторитеты съехались. Здесь, как и в Италии — очень любят футбол.

Сидят так — сначала Дамиани, в центре Михаил Саакашвили, комсомольский лидер и инструктор обкома комсомола, слева — пожилой, но крепкий мужик. Жарко, он разделся до майки. Видны татуировки — богатые, царские эполеты на плечах. На спине видна верхушка изображения снежного барса с кинжалом в зубах — это БАРС. Бей активистов, режь стукачей — такую носит особо злостное лагерное отрицалово, обычно такую наносят только тем, кто совершил убийство в зоне, защищая себя или по приговору сходняка. Спереди виден многокупольный храм во всю грудь. На другом плече под эполетами надпись — вор в законе.