— Сама видишь, Герми — я ведь могу тебя так называть, верно? — наше положение не очень, — вздохнула Изабелла, кидая в котёл мелко порезанное белое растение, напоминающее чеснок и затушив пламя у другого котелка, поменьше, в котором варился суп. — Деньги на исходе — наша с сестрой болезнь заставила растратить всё накопленное на лекарства, а поверь, мы были не бедны, — грустная усмешка. — Как видишь, у нас всё получилось. Повезло: найти мифический набор артефактов, не сразу распознать, а затем успеть вернуться до того как его продадут — поверь, это и есть удача. В кои-то веки этот барыга оказался полезным! Но мне, пожалуй, уже надоел монолог, — взмах палочки в сторону девочки. — Фините.
— Неужели вы не можете... — почти выкрикнула Гермиона и тут же осеклась под грустным взглядом.
— Что не могу? На твоём месте могла быть любая другая дурёха, а так всё справедливо — жизнь за жизнь. Жертвоприношения вообще самые справедливые из ритуалов — ты платишь цену и получаешь желаемое. Правда, порой цена бывает непомерно велика, но здесь ничего не поделаешь... Что-то меня пробило на лиричные разговоры у костра, — ещё одна усмешка. — Как ты относишься к чёрной магии, Гермиона?
— Она зло, — коротко ответила девочка, не сводя взора с этой женщины в детском теле, которую она начинала понимать после нескольких рассказов с её стороны, когда та пыталась развлечь как себя, так и ученицу Хогвартса. — Ну, почти вся.
— И что ещё могла ответить такая наивная дурочка как ты? — хмыкнула Изабелла. — Эта та вещь, которой я зарабатывала на пропитание. Авада Кедавра — верный спутник ликвидатора заклятий, который не предаст и пробьёт дорогу в любой ловушке. Империус — порой, единственный способ подчинить очередную тварь из охраны древних гробниц, а Круциатус продавливает те защиты, что не взламываются с первой "авады". Анима же Тега спасла, когда отбивалась от нескольких десятков духов. Тёмные проклятья вообще самая эффективная штука, в аврорат без знания щитов от "дефлагро" не берут, например. Хотя что щиты — поди успей их применить, проклятье тебе не импульс или вектор, следа не оставляет, ну, за малым исключением. Ха, нашла чем заняться — рассказываю об особенностях проклятий соплюхе, жизнью которой расплачусь за сестру.
— Чем больна ваша сестра? — подала голос Гермиона, пока Изабелла разливала суп по трансфигурированным из воздуха тарелкам.
— Схватили проклятие, зазевались, вот и... — короткий вздох. — Издержки профессии, словом. Если каким-то чудом выживешь — не иди в ликвидаторы, мы долго не живём, — ещё один вздох. — Кончаем обычно именно так, под неснимаемым проклятием. Это не считая тех, кто гибнет в самом начале, ловушки там всякие и тому подобная хрень, в гробу я её видела. Хорошо хоть Лью был неподалёку, страховал нас, да только что он тут сделает — это тебе не какой-нибудь "петрификус", а давно забытое волшебство, чтоб его... Тебе всё ещё интересно, что делает проклятие?
— Что-то ужасное, — осторожно предположила Гермиона.
— Это как сказать, — невесёлый смешок. — Всё гениальное просто, как говорится. Всего-то старость. Не знаю, как это было достигнуто, но мы старели, и с каждым днём всё быстрей. Ну, в комплекте ещё обессиливающее и сохраняющее жизнь, чтобы незадачливые грабители сдохли не сразу, а осознали свой конец. Хорошо продумано: с трудом шевелишь языком, магия не слушается, а зеркальные стены вокруг отражают твоё старение. Двадцать дней, и мы бы откинули копыта, Лью смог бы лишь продлить агонию. К счастью, нам удалось наткнуться на "розы в стекле", и теперь живы обе. Правда, с Кларой возникла накладка, из-за которой она может погибнуть. Вот её-то, мою сестру, и спасёт твоя жизнь.
Гермиона молчала, не знаю, что делать. Беспалочковой магией она не владела, до палочки не дотянуться. Изабелла не сводила с девочки внимательного взгляда, а стоило ей дёрнуться, когда та отвернулась, как тело застыло под "петрификусом". Женщина объяснила, что перестраховалась, и попытка сбежать пресечётся без её участия.
— Молчишь? То же верно, жизнь — дерьмо, и этим всё сказано. Держи суп. Ах, ложка! Трансус. Приятного аппетита.
Часом раньше.
— Игнацио, как всегда вовремя? — Льюис оскалился "приветливой" улыбкой своему единственному на данный момент поставщику артефактов и зелий, в сущности, единственной ниточки в криминальный мир. Остальные требовали денег, а этот сдуру выдал клятву вечного служения им троим. Ну, положим не совсем сдуру, а со страху перед Белли — любимая умела впечатлять.
— Игнациус, меня зовут Игнациус! — раздражённо воскликнул скупщик и продавец всего-всего, явившийся, как всегда, в своём поношенном плаще. Будто нет нормальной мантии! Нет же, "в приличной мантии меня грабанут в первом переулке". Тупица! Ничего, скоро и у него будет новая жизнь...
— Я знаю, как тебя зовут, придурок, — раздражённо сказал Льюис. — Зелья при тебе?
— Всё здесь, — скупщик указал на чемодан у своих ног, пинком отправил его к Льюису.
— Аккуратней!
— Всё запаковано, не разобьётся, босс.
— Ничего не забыл положить? — подозрительный взгляд. Этот тип умудрялся обманывать даже под клятвой верности.
— Как можно, босс! — деланное возмущение. — Вы же не думаете, что... империо!
Чары подвластия встретил инстинктивно воздвигнутый духовный щит, в который Льюис вложил все силы. Помогло, но маг уже чуял угрозу со спины, потому, не медля, использовал портал.
— Ха, попалась, пташка! — воскликнул псевдо-Игнациус.
— Да уж, портальный след на удивление чистый, — хмыкнул третий участник действия, снимая с себя дезиллюминационные чары.
За час до этого.
— И что делает наследник рода Малфоев в этой выгребной яме? — поинтересовался призрак.
— Тебе какое дело, призрачный? — огрызнулся тот. — Стоп, ты же жив!
Два ребёнка — Луна Лавгуд и Драко Малфой — сидели в тесной келье. Оба устали от общества друг друга, но ждать этого страшного рыжеволосого мужчину было ещё томительней. Слишком пугающе его лицо, слишком страшен голос, а эти нелепые движения и мощь, исходящая от него, буквально заставляла падать на колени... Драко готов был поклясться, что-то подобное ощущали пожиратели смерти перед Волдемортом.
— Я? — призрак усмехнулся. — Я как раз мёртв. Эта сука украла моё тело. Билл Уизли, ликвидатор заклятий, будем знакомы.
— Я же говорила — она не в себе, — дрожащим голосом сказала Луна.
— Да уж, она во мне, если можно так сказать, — горькая улыбка. — Надеюсь, эту суку вычислят авроры, — призрак издал смешок. — Хотя что там, не вычислят, конечно. От моего тела она тоже избавится, наверно, в твою, — он указал на Луну, — пользу.
— Вы можете нам помочь? — вскинулся Драко, осмыслив информацию. — Подать какой-нибудь сигнал аврорам?
— Нет, — призрак развёл руками. — Я из тех, кто привязан к месту смерти. Если увижу тут кого постороннего — сразу сообщу ему. Никогда не думал, что призраки так далеко ощущают живых. А ты, девочка? — он резко развернулся к Лавгуд. — Кто ты и почему такая?
— Я Луна, Луна Лавгуд, — представилась та, чуть улыбнувшись. — Я нормальная.
— Действительно, — усмехнулся призрак. — Примерно как я. Ладно, бывайте, дети, пойду сторожить вход, отсюда могу и упустить кого, — с этими словами призрак ушёл сквозь стену, оставив Луну и Драко в одиночестве.
Час назад.
— Дентон, я закончил, — бодро сказал старец, выпивая очередной глоток оборотного зелья. — Как там, готов к небольшому путешествию?
— Твоя мантия, — перед Десмием зависла зачарованная одежда, и тот шустро её накинул, перетянул ремнём с подсумками, полными зельями, сунул палочку в кобуру с внутренней стороны рукава — тактильный контакт позволял полноценно колдовать, выписывая ритуалы рукой — и накинул глухой капюшон с маскировочными чарами.
— Готов, — тон сменился на деловой.
— Что там с информацией?
— Координаты, — глаза в глаза — инфопакет перешёл по естественно возникшему ментальному мосту. — Целей три: две женщины и мужчина. Уровень опасности — первый. Они — наниматели этого прохиндея. Возможны проблемы — все трое ликвидаторы заклятий со стажем, судя по всему, обладают множеством уникальных артефактов, часть из которых сплавляли через этого, — правая рука Десмия коснулась головы бессознательного мужчины, и невербальный "обливиэйт" стёр последние дни его жизни из памяти. — Следующая встреча уже через два часа, они заказали пару зелий — всё тут, на складе — так что при грамотном подходе обойдёмся без боя. Как обычно, маскируешься ты?
— А кто же ещё, — буркнул Дентон. — Снял с него матрицу поведения?
— Держи. С образом для иллюзии сам?
— Да уж как-нибудь. Кто будет на встрече?
— Мужчина. Подвоха не ожидает, но настороже всегда, так что аккуратней. Ну что, тряхнём стариной?
— Тряхнём, — ухмыльнулся Дентон. — Тем более, если всё удастся, трясти ей осталось недолго.
Часом ранее.
— Где-то я видел подобное, — задумчиво сказал Альбус Дамблдор.
Они с Гарри стояли у входа в пещеру в горе, перекрытого белым щитом, вспыхнувшим при их появлении.
— Где мы, дедушка? — поинтересовался Гарри, оглядываясь. Вид открывался живописный: маленький луг, зажатый меж высокими горами, высокое небо и оплетённое перистыми облаками солнце. Сверху магов обдувал свежий ветерок — Гарри поёжился.
— Альпы, — ответил директор Хогвартса. — И это конечный пункт нашего путешествия. Как бы ты ломал этот щит, Гарри?
— Археавис, — недолго думая, произнёс мальчик.
Маленький дракончик врезался в щит и начал потихоньку его продавливать. Сантиметр, другой... Бах! С оглушительным звоном щит лопнул, обрушиваясь на волшебного зверя. Природная защита от магии, что сломила щит, не спасла его, и волшебное создание упало к ногам чародеев замертво.
— Ох! — воскликнул Гарри, отшатываясь.
— Метод, конечно, оригинальный, противодействие драконьей ауре не предполагалось, но результаты своего колдовства надо предвидеть, — рассудительно молвил Дамблдор. — Не самый эстетичный способ, иначе говоря.
— Я не думал...
— Стоп! Прежде чем виновато мямлить — подумай, что плохого ты сделал.
— Он умер, — вырвалось у Гарри.
— Он не жил, — возразил Дамблдор. — твоё создание было не совсем реально, как и любой плод "археа". Можешь сравнить его с совершенной иллюзией: твоей силы хватило даже, чтобы дать дракону родное ему волшебство. Но при этом он не перестал быть иллюзией, пусть и стоящей на границе с реальным. Сколько ему осталось?
— Минута, — ответил Гарри.
— Минута, — эхом молвил Альбус. — Его смерть не значит ничего, если через минуту он исчезнет. Мои возражения сводятся к одному слову — неэстетично, — Дамблдор улыбнулся. — Атика только бы похвалила, ты убрал щит в её стиле — неожиданно и эффективно. Ну что же, пойдём внутрь, я чувствую, Гермиона где-то рядом.
Час назад.
— Мне нужна информация, — решительно сказал Леонард.
— Информация... — протянула Атика. — Накопала-то я много, а свести концы с концами не могу, не моё это. С менталистикой знакомы?
— Давайте мыслеобраз, мисс Сей-Тиор, — хмыкнул Диггори.
— Лучше "мисс Атика", — заметила та.
Передача заняла немного времени, а на анализ наёмный маг потратил минут двадцать, после чего сказал:
— Есть зацепка.
— Какая? — наклонилась вперёд чародейка.
— Вы выяснили, кто были партнёрами Билла по последней экспедиции?
— Льюис Рамзай, Изабелла Рейд и Клара Хейз? А что в них особенного? С Льюисом работала раньше, прекрасный специалист, а их тройка входит в одну из лучших по международному каталогу, сказала бы даже — они нарасхват.
— Были нарасхват, — уточнил Диггори.
— То есть как — были? — недоумённый вопрос. — Я, конечно, последние месяцы не отслеживала обстановку в кругах ликвидаторов, но неужели мертвы?
— Изабелла и Клара схватили проклятие, что-то необратимое и медленного действия, — сообщил Леонард. — Странно, что вы не знаете.
— Что-то такое слышала, но внимания не обратила, — пожала плечами Атика. — Если они отправились в экспедицию, значит, ничего страшного.
— Как раз очень даже страшно, — скривил губы наёмный волшебник. — Льюис скупал все возможные лекарства, троица буквально спустила накопления на целителей и информацию по редким проклятиям — без толку. В экспедицию ходили из-за денег, обе выглядели очень нездорово. Откуда я это знаю? Недавно проводил одно расследование в Гринготсе, поднимал биографии ликвидаторов. Но самое интересное, что в последнее время Льюис выглядел всё мрачней и мрачней, а вот лекарство искать перестали.
— Жертвоприношение, — тихо сказала Атика. — Да, это надёжнейшее средство, ритуалы вроде "жизнь-за-жизнь" очень популярны у древних магов...
— А ликвидаторы заклятий, в силу своей профессии, о таких ритуалах могли быть хорошо осведомлены, — закончил логическую цепочку Леонард. — Не сказал бы, что это хорошая версия, но другой у меня нет: Билл Уизли не имел врагов, равно как и хороших друзей, одиночка. А его напарники, слаженная группа, легко одолели бы его одного.
— Дура! — женщина хлопнула себя по голове. — Я-то искала, считай, всех четверых, как-то пропустила этот вариант, тем более гоблины сказали, что никакой вражды там и примерно не было. И каковы же будут ваши предложения?
— Для начала, надо проверить все старые места экспедиций этой троицы, в первую очередь те, где они были именно втроём, — предложил Леонард. — Лучше бы нам поторопиться, если речь идёт о ритуале, то исполнить его могут в любую минуту. Ума не приложу, как вытянуть информацию из гоблинов.
— Предоставьте это мне, мистер Диггори, — улыбнулась Атика, открывая прямой портал.
Часом раньше.
Тёмная, сумрачная лавка, запах сырости и чего-то резкого. Стоящий у прилавка сутулый мужчина не очень презентабельного вида — да, это место не впечатляло. Однако вошедший в магазин маг, держащий за руку своего сына, не обращал внимание на такие мелочи, как внешний вид.
— Мистер Горбин, — кивнул он продавцу.
— Мистер Малфой, рад вас видеть, — немного заторможенно — видимо, недавно проснулся — откликнулся тот. — Как договаривались?
— Товар при вас? — коротко спросил Люциус Малфой, не намеривающийся оставаться в этом месте дольше положенного.
— Разумеется, разумеется! Пройдите сюда, пожалуйста.