— Я смущённо хихикнула, и снова послушно стала тереться киской, уже более смело и даже пискнула немного, но до последнего пыталась изображать смущение, он подошёл поближе и стал фотать портретом в близи, — так, так, молодчинка, давай же… только теперь выпрямись, — я прикрыв глаза и приоткрыв рот, снова уселась на неё вертикально и продолжила тереться, уже типа практически вообще без страха и стыда, а как почувствовала, что оргазм уже совсем рядом, так прямо практически стала уже скакать на ней.
Он конечно же всё понял, и включив видео, стал снимать меня обходя со всех сторон, комментируя, — тут у нас фотосессия была, но девочка-модель Алиса перевозбудилась и теперь её уже не остановить, во как наяривает, — я захихикала, остановившись, блин, насмешил, он снова подошёл и стал снимать лицо, — эй, продолжай, продолжай, не останавливайся! — конечно же я продолжила и через несколько секунд кончила! М-м-м, открыв рот и закрыв глаза я шумно дыша с тихим стоном, обильно поливала подушечку сквиртом, продолжая скакать на ней, — ох… вот нефигасе девочка кончила! — Да-а-а!!!
Ну почему это не может длиться вечно… ну или хотя бы чуть-чуть подольше — пять минут… ну ладно хотя бы минутку… А не пять секунд… Наверное, мы такое просто не сможем выдержать! А потом конечно же снова стало пипец стыдно, так что я закрыв лицо руками, опустила голову в траву, типа спряталась и захотела оказаться где-нибудь подальше и одна… — эй, Алис, посмотри на меня, — я замотала головой, — ну Алис, ну киса, ты просто…! Девочка кончила сквиртом, я думал такое только в порнухе бывает, и то неправда!
— Э-ей, наро-о-од, — вдруг раздался голос тёть Люды, вышедшей из дома и я вздрогнула. Блин, я же голая! А где трусики то? Я села обратно на коленки и… уоу, вдруг резко закружилась голова и я непроизвольно повалилась обратно на землю, пипец, ну почему опять… от жары что-ли? Андрюша что-то крикнул в ответ, а я кое как поднялась и уселась по-турецки, прикрывая киску спереди подушечкой, уф, пипец, пытаясь поймать улетающее сознание.
Трусики валялись в паре метрах всего, и надо как то надеть их, чтобы тёть Люда не увидела… но она уже шла навстречу и всё прекрасно видела, и меня и трусики, ой что же будет? — Ну что наплескались… наигрались… и проголодались, поди? Пироги то спеклись, можно садиться… — Тёть Люда подошла весело смотря на нас, щёки мои конечно горели от стыда, потому что я точно ждала возмущения или хотя бы замечания, но она вообще ничего не сказала, а выгнав Машку из бассейна, погнала её в дом и прихватив по пути с травы мои трусики, отжала их, потрясла, расправляя, — тебя прям в них что ли поливали? Ужас, я их на верёвку повешу на веранде, пусть сушатся…
* * *
Мы вчетвером сидели за столом на веранде и уплетали вкуснейшие сладкие пирожки с клубникой, с малиной, с яблоком, с картошкой, с капустой… М-м-м… Машка сидела на коленках у папы Андрея, всё так же голенькая. Ну я как бы тоже сейчас была голенькая, но завёрнутая в небольшое полотенце, которое мне дала тётя Люда. Жалко, конечно, а я, ну вернее мы с Андрюшей уже обрадовалиась, но хорошо, что полотенце было небольшим, держалось плохо и периодически сползало, и я просто замучилась его сверху поправлять, постоянно оголяясь.
— Да оставь ты его уже в покое, — вдруг сказала тёть Люда между делом, когда я в очередной раз попыталась завернуться, а оно слетело, оголяя грудки, — что ты там спрятать то пытаешься, хех, умора? — я пожав плечами, смущённо отпустила его, ну да, как то глупо, — да и вообще, повесь его тоже сушиться, чо в мокром то сидеть?
Чо правда? Я ошарашенно посмотрела на неё и на Андрюшу, тот только усмехнулся, он вообще мало говорил, всё о чём то думал своём, хи-хи, и я даже знала о чём. В общем, немного посмущавшись, я всё же решилась, ну а чо, раз разрешают! Встав, послушно вышла из-за стола, уже голая, повесила полотенчико рядом с трусиками и вернулась обратно, уселась…
— Алиса голая, — толи спросила, толи уточнила Машка, жуя пирожок и радостно смотря на меня.
— Да, доча, прямо как ты, — ответил Андрюша
— Она чтоли тозе маленькая? — удивилась Машка
— Ну… нет… но и не очень большая, хех, средняя, скажем так… — разъяснил Андрюша, тоже немного смущённый, покосился на тёть Люду, та только довольно улыбалась, — но голенькой ходить ещё пока можно.
— Ну тогда ладно.
Разрешила Машка, мы дружно заулыбались, я покраснев, потупила взор, всё равно конечно стыдновато вот так… но и прикольно, даже как-то и не верилось! И почему это тёть Люда такое позволяет. При женатом сыне… и внучек… Странно всё это, но приятно, хех. Заёрзав голой киской по табуретке, я почувствовала, как уже снова нарастает возбуждение, прогоняя стыд. Ну да, ненамного его хватает, хи-хи… Захотелось прям снова пошалить. Хм, тогда я специально взяв кусок пирога, неаккуратно откусив его, уронила половину начинки из варенья прямо на себя.
— Ой! — облизывая пальцы, я уставилась на красный след прямо между грудками и на животике, и даже на лобке, а сам кусок лежал между ножек, прямо на киске, — вот, блин… хрюша… простите!
— Хлюша!!! Хаха, — засмеялась Машка, тыча в меня пальцем.
— Да ладно, ничего страшного, там влажные салфетки есть на кухне.
Я встала и зайдя на кухню решила не тратить салфетки, а включив воду, стала смывать с себя пятна, моча и гладя голенькую себя. М-м, и это было так возбуждающе. Да-а, вдруг меня накрыло просто диким желанием снова кончить! Чтобы уже при тёте Люде прямо, а-а… Пальчик сам оказался в киске, но я отдёрнула его, ну нет, это слишком просто… я не хочу тупо мастурбировать, я хочу… Я облизнулась, увидев на столе в тарелке персики, ням, они так похожи на мою киску, м-м. Я не думая, взяла один, поменьше и поднеся к киске, вдруг стала запихивать его в неё. А-а, что я делаю? Но мне эта идейка прям нравилось! Уф… киска истекала соками, персик был небольшим, но всё равно, еле влез…
Даже больновато было, но зато сейчас… М-м-м, так приятненько!!! Но а если… и я вообще не соображая, что делаю, взяла второй побольше и не долго думая, испачкав его в кискиных соках, запихала в попку. Ох! Ажно ножки подкосились, так стола приятно везде! Отдышавшись и привыкнув к ощущениям, я взяла салфетки, вытащила парочку и выйдя на веранду, стала вытирать ими себя, раскрасневшуюся от возбуждения, и едва мой пухлый персик киски дотронулся до лавочки, как я непроизвольно сжав ножки от волны возбуждения, кончила… Охм, розовая пелена снова закрыла мне глаза, да и вообще всю голову! Бли-и-ин, как же классно!!! Персики в моих дырочках усилили орагзм в несколько раз. А-а-хм… Я зажмурилась и закрыла рот ладошками, чтобы не застонать. Боже! Что тёть Люда подумала…
— Алис что с тобой… ты как? Чот прям разрумянилась такая вся! Жарко тебе?!
— Я? Я классно…— я покраснела ещё больше, убрав руку от лица и выдавив из себя эту фразу, теперь уже сгорала от стыда, жесть что я наделала? Подо мной было конечно же мокро от сквирта… — да-а… жарковато, конечно… от чая…
— Может кваску, холодненького то! Там в холодильнике свежий есть, я только сделала!
— Ага… здорово! Я схожу!
Я встала, потому что хотела убежать, но тут же зашаталась от блин, опять этого головокружение, чувствуя, как текут по попке и ножкам мои соки, уселась с хлюпом обратно в лужицу на табуретке, вот бли-и-н, схватилась за голову, подперев её.
— Что с тобой? Голова кружится?
— Угу… да не волнуйтесь, не сильно… — я замахала руками, — уже всё проходит!
— Да сиди тогда, я принесу! Или ляжешь, пойдёшь?
— Да не-е…
Ушла. Андрюша сидел тоже багровый, смотрел на меня выпученными глазами, словно всё понял. Я отвела взгляд, засмущавшись ещё больше. Принесла бутылку, Андрюша молча открыл и разлил, я тут же залпом выпила целый стакан, м-м-м, какой холодненький, попросила ещё, и снова выпила…
— Хех, ничёсе квасохлёб! Вкусно?
— Ага… очень!
Дальше я ела уже аккуратнее и особо уже ничего на себя не роняла, ну так, квас пролила ещё раз только, но уже не специально…
— Господи, а ты как в одежде то ешь? — засмеялась тёть Люда, глядя на меня, я только виновато плечами пожала.
В общем, посидели, попили, поели и поболтали. Квас кстати оказался забористый такой, я ажно хорошенько так захмелела… и наконец снова раскрепостилась. Тёть Люда охая, всё не могла нарадоваться на меня, мол какая я и милая, и стройная, и вообще вся везде красавица, и умница, и не стеснительная, и помощница, и какая у Андрюши жена мерзкая толстая, глупая, стерва! А ещё она и то и это… Андрюша как мог пытался не реагировать, а только дулся и пыхтел. И почему-то даже не заступался за неё… странно, потому что даже мне пипец такое слушать было очень неприятно, что я даже не выдержала.
— Тёть Люда, ну вы чего — замахала руками я, — не надо так… нельзя такое говорить про людей! Ещё и за глаза!
— Ой… Вот видишь, Алиса ещё и добрая, и справедливая, и смелая, заступница! Ну конечно нельзя, лапуля ты моя, а я что, я уже всё сказала про эту гадину, теперь ты знаешь кто моего мальчика в оборот взял да? Чтоб её!
— Ма… Алиса всё поняла.
Пробубнил Андрюша и тут у него зазвонил телефон, он ответил и тут же ссадив Машку вышел из-за стола и отошёл, тёть Люда стала убирать со стола, а я ей попыталась помочь. Потому что двигаться спокойно с персиками в обеих дырочках было прямо не очень обычно… Персики тёрлись и непроизвольно снова возбуждали меня. И вот пока мы отнесли посуду в дом, а я её помыла, я снова была уже возбуждена до чёртиков. Офигеть просто! Ну и что у нас дальше? А дальше Машка потащила меня срочно показывать какие у неё есть ещё игрушки. Отлично! Настроение было просто замечательное! Волшебный квас всё ещё вставлял не по-детски, хи-хи, вышли из кухни в коридор и оттуда зашли в большой зал, где просто весь пол был усыпан кучами всяких разных игрушек.
Офигеть, прямо как в магазине игрушек, или даже больше… Нда, Машка просто в роскоши купается с таким папкой то. Машка сразу подвела меня к большущему и красивому домику Барби, полностью обставленному, с кучей красивой одежды и аксессуаров, да и самих кукол было несколько, одна красивше другой. Уселись на пол и стали играть. Хм, я уже давно в куклы не играла и даже забыла, что это так интересненько одевать их и особенно раздевать, хи-хи, представляя, что это ты. В общем через несколько минут я уже и не обращала внимание что лазю по комнате вокруг этого домика, окунувшись с головой в этот кукольный мирок. Да ещё и голышом… да и ещё эти персики… м-м-м-м…
— Машку надо в лозовое одеть! — Кричала Машка, показывая на куклу, которую она звала Машей, — да не-е-е, вот в это лозовое платье…
— Ну хорошо, тогда Алису, — я назвала другую куклу Алисой, — вот в эту голубую!
— Не-е-е, эта тоже Машина! — спорила Машка, отбирая у меня почти всю одежду.
— Ну так и что, Алиса на бал пойдёт голышом что ли?
— Да… ха-ха-ха…
— Ну и ладно… тогда я пошла… — Я привстав на коленки, повела голенькую куклу к выходу из домика, — ля, ля, ля, я пошла, а ты тут оставайся и наряжайся сколько влезет!
Я вышла куклой из дома и пошла ей по полу к коробке с игрушками… и тут я увидел его! Что за странный предмет? Для игрушки… Почему-то он больше всего мне напомнил… фаллоимитатор, ха-ха, я тут же выудила его из коробки, осмотрела. Выглядел как меч или сабля, только цилиндрический такой, заострённенький в конце, диаметром где-то четре сантиметра, а длиной сантиметров сорок, плюс ручка. А на конце цилиндрика было отверстие, ох…
— Маш, а что это?
— Этозе водяной меч!!! — Она подошла, взяла его и оттянула ручку на себя, — водой плыжица, набилай и блызгай!!! Вот так!
Она надавила на ручку и он задвинулся обратно, ах вон как, понятно, м-м-м, водой значит, но почему то у меня сразу же другие мысли полезли, хи-хи, как бы его можно было бы более интересненько применить… как и без того возбуждённая киска выплеснула порцию соков. Закусив губку, я сжала ножки и стала думать, как бы теперь ещё и с этим уединиться! Машка снова вернулась к домику и куклам и на меня не смотрела. Я же не выдержав, взяла и аккуратно провела мечом себе между ног, чувствуя, как снова потекла киска, едва по ней скользнуло что то… м-м-м, вот блин, не было бы Машки! Хотя она и не смотрит, да и вообще, если отвернуться вот так… я отвернулась от неё, села и раздвинув ножки, пристроила меч к киске, да-а-а, как я хочу его в себя! В обе себя, хи-хи…
В общем, потихоньку стала запихивать в киску, смачивая его её соками, м-м-м, ну и киска у меня ненасытная, только что же кончала, и что, уже снова готова?! И она ответила, выплеснув немножко соков, когда я вынула меч, ох… вставила ещё поглубже, и ещё… сдавливая и пропихивая персик. Блин, а может на улку пойти поиграться с ним? Было бы прикольно, конечно, только где? И там Андрюша… что он подумает? Что я тут строила из себя целочку, а сама! В общем, задумавшись, я даже не заметила, что кто то вошёл в комнату.
— Вот те раз… а это что тут у нас за нудистский пляж? — Я вздрогнула и ошарашенно уставилась на внезапно вошедшего дядю Витю, упс, он как-то очень неожиданно вернулся с рыбалки и сейчас озадаченно смотрел на нас, ну вернее больше на меня, голую… с этой штукой в руках… Уронила меч, покраснев как рак, ну пипец…
— Здрасьте, дядь Вить… ой, простите… я не…, — я повернулась к нему, смущённо улыбаясь, только развела руками, оглядываясь, но чем прикрыться так и не нашла, и покраснела ещё больше, и только сжала ножки, пытаясь прикрыть мокренькую киску.
— Деда-а плишёл!!! — спасла меня Машка и бросилась к нему, обняла, тут же заглянула в ведро, которое он держал в руках, и восхищённо прокомментировала. — Ого, сколько лыбы!!!
— Ну да, много! Где там баба, зови её, пусть забирает. — Она убежала, зовя тёть Люду, а он нахмурившись, смотря на меня, почесал затылок, — Дык я чо то всё равно не понял, ну Машка ладно, а ты то почему совсем голая?
— Да ну… я даже не знаю, что сказать… так получилось…, — пожала плечами я, сбивчиво пытаясь объяснить, — мне трусики Андрюша ваш промочил насквозь… из шланга… ну мы играли когда на лужайке то… а больше на мне ничего не было… и мне ничего не дали, сказали что можно так… Трусики в общем сохнут, а я… а я сейчас попрошу что-нибудь конечно! Простите!
