Да, он ошибся сам, и не один раз. Но кто, как не учитель, призван помогать избегать ошибок и исправлять их вовремя, пока последствия не отравили жизнь неопытному подопечному? У молодого соронга даже закралось подозрение, что все это ему как раз Викинг и подстроил с целью заставить упрямого воспитанника согласиться на пост Верховного.
Он гнал от себя эту подлую мысль, не желая думать плохо о друге, но она упрямо возвращалась снова и снова, напоминая про Графа и о том, что в большой политике друзей не бывает. Если ради сохранения в строю барса можно пойти на убийство, то почему ради захвата трона нельзя подтасовать в колоду дикого лиата, что смотрится, как невинная шалость.
На следующий день вечером начались активные сборы. Семья заканчивала дачный сезон, консервировала дом на зиму и убирала ценные вещи в металлический гараж. Пуся активно участвовал в этой суете, мешаясь под ногами и пытаясь руководить процессом, налаженным задолго до появления на участке нынешних его совладельцев.
Сильвер лежал на крыше сарая, наблюдал за нелепыми потугами Маврика. Он размышлял над тем, насколько велико воздействие руководителя процесса на происходящие события. Малыш даже не осознавал, что он скорее мешает делу, реализуя свои властные полномочия в стиле прямого управления. Фактически он лишь играл в начальника, упоенно, но безрезультатно.
В сложившейся системе власти функции Верховного сводятся к реагированию на возникающие отклонения и выбору методов решения проблем из числа имеющихся. Это подданным снизу кажется, что владыка правит, а на самом деле он является одним из винтиков машины, собранной и отлаженной многими поколениями лиатов. Пусть этот винтик играет важную роль, но ее актуальность определяется, прежде всего, представительскими функциями. В этом нет ничего обидного, ведь один и на троне не воин.
По здравому размышлению получалось, что Антвар для своего воспитанника не желал ничего плохого, скорее, наоборот, пытался помочь ему занять достойное место в обществе. Добиваясь же своих целей, мы все используем различные методы давления на друзей и недругов. Если они не нарушают этических норм, глупо спорить об их допустимости.
То ли Роджер действительно осознал, что нелепо предъявлять претензии своему бывшему наставнику, то ли просто соскучился по умному собеседнику, но он послал Мики вызов. Советник откликнулся практически сразу:
"Привет, дачник, как дела на огороде?"
"В этом году огурцы хорошо уродились".
"Только не говори, что ты их уплетаешь с грядки прямо в парнике".
"Нет, там жарко, да и слуги имеются, принесут, помоют, нарежут, в миску положат".
"Смотрю, ты совсем барином стал. Случайно, не у нового своего приятеля такого обломовского сибаритства набрался?"
"Нет, сам учусь. Кстати, о приятеле. Ты знал, что он взял под контроль моих кобортов?"
"Конечно, а ты разве не имеешь привычки следить за своей собственностью?"
"Я в тот момент больше об здоровье Алисы думал. А вот ты, как наставник, мог бы мне и подсказать по-дружески".
"Извини, но я в последнее время больше думаю о здоровье Султана. Да и вообще, твердо был уверен, что ты в курсе того, что происходит дома".
"Думаешь, что если б мне было известно, я бы добровольно допустил дикого к своим слугам?"
"Почему и нет? Мало ли какие у тебя планы на него. Соронги иногда заводят себе экзотических слуг, крокодилов, питонов, да мало ли кого. А уж у правителя вообще никто не спросит, что он делает и зачем".
"Да уж, развлечение, черта лысого",— выругался Сильвер.
"А что? Есть какие-то проблемы? Так выстави его за дверь, с твоей-то силою вообще не проблема. Никто слова не скажет, ты же соронг".
"У него автоматическая блокировка восприятия".
"Неслабо".
"Да и жалко мальчишку. Он, в принципе, добрый и смешной".
"Ну, знаешь, если жалость сильнее раздражения, тогда терпи. Тем более что парни с такими талантами — большая редкость".
"Лучше скажи, что в мире делается, а то я тут со своими глупостями на даче мхом оброс. Сегодня в город перебираемся, а вдруг там уже все по-другому".
"В городе-то все по-прежнему, а вот в мире неспокойно".
"Что, гондурасцы гондурасят?" — усмехнулся Роджер.
"Почти. Мне в лапы тут один любопытный документик попал. Мы давно знали, что ястребы на эту осень готовят мировой экономический кризис. Так вот из бумажки следует, что они это делают отнюдь не ради сохранения монетарной монополии".
"Подожди. Какой кризис? Насколько я помню теорию, если власть сосредоточена в руках одной группировки, и она ведет плановое хозяйство, то для кризиса серьезных оснований нет".
"Да, только если сама же власть и не заинтересована в кризисе".
"А ей-то какой интерес?" — проявил несообразительность молодой соронг.
"Когда другим способом трудно сохранить монополию на финансовый контроль мира, хороши все средства, в том числе, и вооруженные".
"Это понятно. Только ты сказал, что у них другая цель".
"О том и речь. Раньше мы думали, что кризис готовится исключительно ради сохранения монетарного управления миром".— Антвар не стеснялся признаваться в собственных ошибках.
"Что же за бумажка тебе попала в лапы?"
"Программа организации массовых беспорядков во всех ведущих странах мира, свержения законных правительств, развязывания локальных конфликтов и разжигания третьей мировой войны".
"Неслабо размахнулись ребятишки. Напоминает план взятия Парижа в чемодане с картошкой".
"Я бы тоже посмеялся, если бы его первая стадия уже не была осуществлена. Если бы не были указаны имена и, самое главное, суммы, огромные суммы. Ястребы не жалеют средств".
"Что за ранняя стадия?" — спросил Роджер.
"На первом этапе, например, планировалось создать дополнительные очаги напряженности, захватив власть в Украине и Грузии, подготовить локальную войну на Кавказе, создать пиратское гнездо в районе Красного моря".
"Сукины дети. А почему Султан ничего не предпринимает?"
"Лучше спроси, почему он все еще жив",— тихо ответил советник.
"Все настолько плохо?"
"Даже еще хуже. Мне стыдно смотреть ему в глаза. Он терпит такие боли, что я бы на месте владыки давно уже послал весь этот мир с его ненормальными обитателями ко всем чертям".
"Ты имеешь в виду ястребов?"
"И их, в том числе".
"Или меня?" — дрогнувшим голосом поинтересовался молодой леомур.
Наставник ничего не ответил, а лишь глубоко вздохнул. Тобио Экселанц Сильвер помолчал немного, а потом сказал:
"Ладно, я не обижаюсь. Понимаю, что тебе тяжело. Хорошо. Передай Султану, что я согласен".
Глава 25
В ноябре Роджер уже вступил в должность Верховного. Если честно, он ожидал чего-то среднего между инаугурацией и коронацией, но соронги оказались не склонны к помпезности. Процедура принесения присяги прошла рутинно. Даже провокаций, ожидаемых советником со стороны ястребиного крыла, не последовало, правые тоже умели признавать свое поражение. Они все-таки обрушили мировую финансовую систему, сделав это просто по инерции и прекрасно понимая, что запланированного эффекта достичь не удасться.
На общий совет соронгов прибыли все авторитетные лидеры меньшинства, включая одиозную Синьору. Вместе с ней прибыли ее правая рука Тимофей и фаворит радикалов в претендентской гонке Симеон. Трудно сказать, насколько искренней была их покорность, но присягу они принесли по всем правилам. Видимо, понимали, что в трудные времена сплоченность клана важнее личных интересов. Некоторое время Роджер вынашивал планы сместить инициатора охоты за его головой с поста координатора финансовой политики долларовой зоны, но Мики отговорил его.
Советник объяснил, что подобного врага лучше всегда держать на виду. Для этого амбициозной матроне целесообразно связать руки должностью, от которой она не в силах будет отказаться. Воспользоваться же преимуществами положения в такой публичной позиции под пристальным взором и друзей, и недругов, совсем не так просто, как кажется на первый взгляд.
Верховный внял мудрым рассуждениям друга и к ужасу Викинга и всех своих соратников, повысил Синьору, назначив ее главным координатором мировой финансовой политики. Расчет молодого правителя оказался верным. Идея вести борьбу с кризисом лапами его главного идеолога принесла неожиданные плоды, лидер правых увлеклась масштабностью задачи. Ястребы, лишившиеся организующего начала в лице вождя, ушли в тень. Осколки глобального плана катаклизмов на уровне локальных стычек вызывали скорее усмешки, чем опасения.
За зиму ситуация стабилизировалась. Серьезного реформирования система управления мировой экономикой не потребовала, и у Роджера появилось достаточно много свободного времени. С самого начала весны Мики сам взял на себя дополнительные обязанности по сводничеству, предлагая владыке претенденток на роль матерей для его потомства.
Сильвер каждый раз придумывал всякие нелепые отговорки. Кончилось тем, что советник припер его к стенке, требуя объяснений по поводу манкирования обязанностями повелителя в части улучшения генетического фонда рода. Правитель долго смотрел в глаза советника, который стойко выдержал тяжелый взгляд бывшего воспитанника. Не заметив там и следа раскаяния, молодой леомур тихо произнес по слогам "не хо-чу", развернулся и ушел.
Отношения с Пусей у верховного соронга складывались на удивление хорошо. Подросшему сорванцу было наплевать на высокое положение соседа, он, как и прежде, охотился за его хвостом. Порой игривое настроение у Маврика выходило за границы разумного. Тогда черный разбойник устраивал засаду в каком-нибудь неожиданном месте, выскакивал из-за угла и нападал на правителя. Приходилось Роджеру изображать из себя сердитого монстра и загонять маленького нахаленка, визжащего от ужаса, в самый дальний угол под хозяйской кроватью. Тут же прибегала перепуганная Наташа, которая начинала увещевать взрослого кота, который, по ее мнению, обижал маленького безобидного котенка.
На самом деле, Сильверу нравилось наличие в доме взбалмошного бузотера. Он и сам не так давно вышел из детского возраста, а служебные обязанности его скорее утомляли, чем развлекали. Косматый чертенок был едва ли не единственным другом, который поднимал Тобио настроение, потому что Сережа посещал кучу кружков и почти не общался со своими "питомцами". У Алексея после избрания Верховного начался бурный карьерный рост, да и жена его не сильно отставала от мужа. Нанятая домработница с трудом успевала справляться с колтунами черного перса.
Загруженность слуг привела к тому, что на длинные майские выходные котов в Комарово повезли старики. Приехав на дачу, дедушка тут же засел за свои мемуары, а бабушка погрузилась в клумбы. Леомуры разбрелись по своим владениям, поскольку сами же для себя и организовали эту вольницу. Они решили на какое-то время ускользнуть от умилительной, но утомительной опеки кобортов.
Точнее, инициативу проявил Маврик, а Роджеру идея понравилась, и он несколькими умелыми намеками направил течение событий в нужное русло. Медленно, но верно молодой лиат осваивал искусство управления. Особенно ему нравилось производить радикальные изменения без прямолинейного вмешательства, едва заметным движением мысли.
В следующий раз после приезда на дачу все четыре члена семьи собрались вместе лишь вечером за ужином. Ольга Андреевна жарила замечательные пирожки с мясом, и Пуся наслаждался запахами около плиты. Сильвер занял свою любимое кресло в углу веранды и общался на глубокие философские темы с Мики, уехавшим на майские в столицу. При этом он не забывал в фоновом режиме контролировать происходящее на кухне.
Евгений Иванович сидел за столом и рассказывал жене, как у него продвигается работа. Воспоминания о былом так увлекли его, что он никак не мог вернуться из прошлого в настоящее. Старушка, поджав губы, в десятый раз слушала историю о том, как ее благоверный с приятелем на голом энтузиазме и вопреки руководству собирали установку века. Надо отдать должное ее выдержке, терпела она мужественно.
Советник, находящийся за сотни километров от Верховного, не особо удивился философскому настроению владыки и активно поддерживал беседу о роли четлан.
"Я согласен, Сильвер, сейчас уже некорректно называть кобортов слугами. Они уже достигли уровня помощников, а в ближайшем будущем станут лиатам соратниками".
"Если уже не стали. Шиены во многом правы, мы не только даем людям знания, не только подсказываем идеи, но и паразитируем на них, пользуясь результатами их труда".
"Едва ли это можно назвать паразитизмом. Затраты человечества на содержание леомуров составляют ничтожную долю их совокупной трудовой активности".
"Конечно, но мы пользуемся не только материальными плодами их физического труда. Лиаты многому учатся у людей в области искусства и эмоционального восприятия мира".
"Наверно, хотя мы всегда являлись рациональными созданиями и считали это отличительным признаком разумных рас".
"Не надо забывать, что все познается в сравнении. Если б не было зла, то не было бы и добра. Не будь эмоционального восприятия мира, как можно было бы определить рациональность?"
"Ты хочешь сказать, что четлане дают нам не намного меньше, чем мы делаем для них?"
"Это неизмеримо. Поэтому я даже не стал бы пытаться оценивать. Оставим монетаризм ястребам. Сколько не выдумывай единую меру, она всегда будет ущербной. Думаю, что между леомурами и людьми установился своеобразный симбиоз, и отрицать это уже просто глупо".
Мики надолго задумался, и Роджер заметил, что обстановка на веранде слегка изменилась. Евгению Ивановичу стало неловко за свою болтливость, и он поинтересовался делами супруги. Ольга Андреевна не преминула воспользоваться оказией. Она пустилась в длинный рассказ о делах Наины Петровны с соседнего участка, которую встретила у забора, обрабатывая кусты малины. Из чувства мести жена подробно пересказала все новости из глубоко интеллектуальной беседы с подружкой. Не забыла упомянуть даже о свадьбе троюродной племянницы соседки и про развод ее непутевого племянника.
— Кстати,— напоследок добавила неутомимая старушка, когда супруг уже облегченно вздохнул, решив, что фонтан слов наконец-то иссяк.— Ты же помнишь, что после того, как их доберман умер от чумки, они сказали, что больше не будут держать животных?
— Помню,— не совсем уверенно подтвердил расстроенный мемуарист.
— Так вот. Угадай, кого они завели.
— Кавказца? Нет? Только не говори, что какую-нибудь мелкую болонку.
— Холодно. Опять холодно. Они завели кошечку.
— Не может быть. Марусины всегда были собачниками. Они же никогда не понимали пристрастия наших детей к кошачьим.
— Вот и я о том же. Столько было громких слов, и вот нате вам.
Сильвер внутренне напрягся и осторожно просканировал соседнюю дачу. На диване в одной из комнат тускло поблескивала искорка спящей леомары. "Надо будет сделать замечание начальнику охраны",— подумал владыка.
Задуманное пришлось отложить на потом, поскольку он сам попросил Антвара дать гардам немного отдохнуть. Советник согласился с его доводами. Обстановка потеряла былую напряженность, и реальных угроз жизни правителя в ближайшем обозримом будущем не предвиделось. В результате глава телохранителей уехал в давно выпрашиваемый отпуск к родным, а охрана ограничилась контролем дальнего периметра резиденции.
