— Конечно, доедай, я сейчас! — и мать метнулась на кухню.
Скорость, с которой она передвигалась, несколько насторожила Ли. Раньше мать не мелькала смутной тенью, и от её передвижений не колыхались занавески.
"Привыкай, девочка Ли. Странности только начинаются"
"Странности? Ты о чём?"
Однако ей никто не ответил.
Мать вернулась через несколько минут с чашкой свежесваренного какао, и всё время, пока её не было, Ли доедала манную кашу с дольками мандарина, и смотрела на солнце за окном.
— Ой, горячо! — воскликнула она, приложившись к чашке, и впервые увидела на лице мамы улыбку.
Потом слабость накатила снова, уже от сытости, и мать аккуратно уложила девочку обратно.
— Мам, а папа в командировке?
— Он приедет, я обещаю тебе, родная, приедет обязательно!
— А... Дракон?
— И Дракон твой приедет, правда, после Нового Года, но тоже обещал.
— Правда?!
— Конечно, правда. Разве я тебя когда-нибудь обманывала? — и мать уселась на постель рядом с дочкой. — Чем ты хочешь заняться?
— А разве тебе не надо на работу? — с подозрением спросила Ли.
— Нет, солнышко, мне дали больничный, ведь ты болела...
— Тогда... расскажи мне... как ты познакомилась с папой?
— С папой? — Елизавета Григорьевна насторожилась. — А почему это тебя так заинтересовало?
— Мне кажется, что я... что я... как Татьяна Ларина. Встретила своего Онегина, — прошептла Ли, густо покраснев. — Расскажи, как это было у тебя?
— Лина, доченька... Если это твой Дракон...
— Мам, он хороший! Он лучше всех!
— И лучше папы?
Ли задумалась. Раньше никого лучше папы в её жизни не существовало.
— Я не знаю... Расскажи мне, чтобы я поняла, — взмолилась девочка.
— Ну хорошо, — вздохнула мать. — Слушай. Однажды я возвращалась домой после спектакля...
— Ты ходила в театр одна? Без подруг? А нас всегда всем классом водят... Ты знаешь.
— Ну, я к тому времени уже была взрослой... барышней, — слегка нервно усмехнулась Елизавета Григорьевна. — От кавалеров отбоя не было. И вот один из них решил, что я... веду себя...
— Не по-комсомольски? — переспросила Ли.
— Да, дочка, это очень точное слово! — развеселилась мать. — Ну и решил меня проучить.
— Вызвать на товарищеский суд?
— Нет. Просто... украсть.
— Как в "Кавказской пленнице"? Здорово!
— Да, как в "Кавказской пленнице", — с явным облегчением выдохнула Елизавета Григорьевна. — Ну а папа меня спас.
— И меня Дракон спас, — согласно кивнула своим мыслям Ли. — И что, ты в папу сразу... влюбилась?
— Ну нет, — строго ответила мать, но лукавые смешинки в глазах выдавали её хорошее настроение.
От истерики не осталось и следа.
— Не сразу? А как?
— Ну, мы с ним сначала долго присматривались... Пытались найти общий язык... Пока однажды...
— Что? Ну что, мам???
— Пока однажды не поняли, что мы созданы друг для друга.
— А как вы это поняли, мам?
— Эээ, дочка, а давай я лучше расскажу тебе сказку?
— Я не маленький ребёнок, — насупилась та. — Ты с папой целовалась, да?
— Ну... да. И это тоже, — вздохнула Елизавета Григорьевна. — Ли, я тебе расскажу всё-всё, но только сначала ты должна поправиться.
— Когда?
— А вот поправишься за три дня — расскажу через три дня, поправишься через неделю — расскажу через неделю, попра...
— Я поняла. Через три дня, мам. Ты обещала.
— Ли, ты тоже обещала. Поэтому кушать будешь всё, что дам. Пить — что дам: горькое, солёное, невкусное... Договорились?
— Договорились.
Ли, вообще, была послушной девочкой. А уж при соответствующей мотивации... Весь день мать носилась из комнату в кухню, готовила, кормила и поила разлюбезное дитятко. Дитятко послушно ело, пило и к вечеру уже без труда самостоятельно поднималось с постели. Радостная Елизавета Григорьевна даже отважилась на водные процедуры — и Ли впервые за два месяца полноценно искупалась в ванне.
Нельзя сказать, чтобы день прошёл для неё легко. Поэтому последнее усилие привело к мгновенному переходу в сон, отчего мать опять перепугалась. Она привычно устроилась в ногах у Ли, с напряжением ожидая повторения кошмаров, которые заставляли бедную девочку кричать, а мать — тихо всхлипывать в абсолютном бессилии. Но сейчас личико Ли даже во сне озаряла улыбка. И Елизавета Григорьевна подумала, что Дракон, хоть и изрядная скотина, но слово сдержал. Она лишь самую малость расслабилась — и тоже моментально провалилась в сон.
Ли опять попала в туманный город с его лабиритнтом улиц, но теперь ей не было страшно, потому что в голове опять звучало уверенно-насмешливое: "Спокойствие, только спокойствие", а встречала обаятельная улыбка радужного дракона.
— Привет, Ли.
— Привет, Дракон! Ты такой красивый, я сначала не разглядела тебя целиком...
"Ну-ну, поменьше грубой лести, барышня"
— Это не лесть, как вы могли подумать! Дракон правда очень красивый, — и она восторженно уставилась в зелёные омуты его глаз.
"Приятель, ну-ка выключай своё обаяние, а то мы так и не закончим то, что должны"
Дракон, которому, конечно же, была приятна похвала малолетнего монстрика, моргнул пару раз, и решил, что Голос всё же прав. Пора заканчивать, пока девчонка всерьёз не поверила в то, что влюбилась.
— Как прошёл твой день? — спросил он, и Ли начала рассказывать — как обрадовалась мама, как кормила и поила её, и как она обещала поправиться полностью за три дня.
"Сам понимаешь, у нас осталось три ночи", — пояснил Голос.
— Понимаю. А теперь — исчезни.
"Уже"
— Дракон, ты... зачем его выгнал?
— Надоеда, будет нудеть и нудеть над ухом, — пояснил тот. — А у нас мало времени, Ли.
— Да? А что... мы будем делать?
— Ли, сейчас я помогу разобраться с твоими кошмарами. Со мной тебе не страшно?
-Нет. С тобой совсем не страшно. А может, ну их? Пока ты со мной, они же не вернутся? — резонно заметила девочка.
— Я же не смогу быть с тобой всегда, — дипломатично ответил Дракон. — Всякое может случиться... А тебе с ними жить.
— С кем?
— С твоими... отражениями, — подобрал правильное слово Дракон.
— А...
— Пойдём. Не бойся.
И массивная туша Дракона легко поднялась, развернулась и зашагала вперед, а Ли побежала следом, стараясь не отстать от его хвоста. Внезапно она обогнала его и, уже не торопясь, удивилась:
— Дракон, а как я тебя догнала? Ты же большой, а я маленькая...
— Это твой сон, Ли. В нём ты можешь всё, что хочешь.
— Да? Ты знаешь, как страшно было в том сером тумане?
— В этом? — Дракон повёл мордой вдоль улицы, и Ли удивилась — туман никуда не делся, но больше не внушал никакого ужаса.
Возможно, потому, что теперь она не боялась заблудиться?
— А я правда могу всё?
— Конечно. Это твой сон.
— Тогда я хочу увидеть тебя-человека.
— Вот с этим труднее, Ли. Я — дракон, и твой сон надо мной не властен.
— Жаль... Я соскучилась... Мама сказала, что ты приедешь после Нового Года, но до этого ещё так далеко...
— Я приеду. Но у нас с тобой сейчас мало времени. Пойдём.
— Мы и так идём!
— Ли, ты не хочешь встречаться со своими отражениями, поэтому мы не двигаемся с места. Поверь, со мной тебе нечего бояться.
— Я верю, — ответила девочка, и тут же оказалась перед входом в пустой дом с выломанной дверью.
В её проёме стояла точная копия Ли.
"Выпусти меня"
— Кто это?
— Я не знаю, Дракон.
— Так спроси у неё.
— Мне страшно.
"Выпусти меня!"
— Ли, я с тобой. Выпусти её, и пусть расскажет, кто она.
— У неё растут клыки!
— Ну и что? Тут ты — хозяйка. Разрешишь, вырастут, запретишь — не вырастут.
— Ну... не знаю...
— А что тебя смущает?
— То, что она так похожа на меня. Мне не нравится быть с клыками.
"Демиурги! Слышал бы тебя сейчас отец!"
— Сгинь!
— А при чём тут папа?
— Ну... не совсем уж и ни при чём... Просто это — его наследство.
— Дракон, я не понимаю...
— Давай сделаем так: не хочешь, чтобы она была похожа на тебя, сделай её похожей на кого-то другого.
— На кого?
— А давай спросим у неё?
— Ну, давай... Выходи!
Отражение Ли шагнуло ей навстречу, постепенно меняясь — лицо и фигура перетекали из одной формы в другую, пока не застыли в образе высокого стройного мужчины, как-то очень уж сильно похожего на Аркадия Владимировича. И костюм на нём был такой же — серый в полоску, и рубашка, и галстук, и даже ботинки.
— Вот видишь, теперь он похож на самого себя.
— Ты кто? — спросила прямо Ли.
"Вампир"
— Вампиров не бывает, — уверенно парировала девочка.
— На твоём месте я не был бы так категоричен, — заметил Дракон.
— Но вампиров правда не бывает!
"Я же есть"
— Ты мне снишься.
— Если бы его не было, он бы тебе и не снился. Попробуй с ним подружиться — это часть тебя, очень большая и важная часть.
— Дракон, ты в своём уме? Как он может быть частью меня?
— Ли, вообще я сейчас в ТВОЁМ уме. А про то, как он может быть частью тебя, лучше спроси у папы с мамой.
— Но...
— То, что я — Дракон, тебя не смущает. А то, что он — вампир, кажется невероятным?
— Но это же сон...
— Ну так хотя бы во сне ты можешь открыть пошире глаза и допустить, что в мире есть не только светлый путь к коммунизму?
— А он есть?
— Путь к коммунизму? Не знаю. Не видел. А вот вампиров видел.
— И что... кто они такие?
— Это, Ли, особая раса, которой для питания необходима кровь... людей.
"А ещё мы очень сильные, быстрые, умные и всегда находим выход из любого безвыходного положения"
— Кровь??? Как... Как это?
— Ну... обычно из вены. Артериальная кровь у людей слишком насыщена кислородом, а он в больших дозах опьяняет вампиров.
— Дракон, я не... пусть он уйдёт, я не хочу... — Ли собралась расплакаться, как вдруг вампир исчез, будто его и не было.
— Ли, зря ты с ним так.
— Дракон, я — человек, я не хочу, чтобы из нас пили кровь эти... вампиры!
— Понимаешь, Ли... ты — не совсем человек. И прости меня за то, что я сейчас сделаю, — сказал Дракон и выдохнул облачко светящегося пара в лицо девочке.
Личико Ли забавно сморщилось, она почувствовала, будто мягкие снежинки попали на кожу и мгновенно в неё впитались, оставив ощущение свежести и легкого покалывания. И вроде бы ничего не изменилось, поэтому она удивленно спросила:
— А что ты со мной сделал? И почему попросил прощения?
— Ты теперь будешь верить каждому моему слову, а потом забудешь всё до поры до времени, — просто ответил Дракон. — Просто это ментальная магия, а применять её без разрешения объекта — как это у вас? — некорректно, вот.
— Я и так верю тебе, Дракон, — ответила девочка.
— Нет, Ли, ты всё равно сопротивляешься, а времени у меня мало. Как бы тебе всё попроще объяснить?
"Давай уже я объясню"
— Ну, давай, может, тебе и правда будет легче его понять.
"Значит так, девочка Ли. Начнём с простого. Ты — не человек"
— Не человек??? А кто я???
— Дампир.
— А...
"Не слушай его, девочка Ли. Хотя он правильно назвал полукровок вампиров, но ты — нечто гораздо большее. Ты уникальна. Таких, как ты, в вашем мире просто больше нет."
— Дракон, что он говорит? — переспросила Ли.
— Правду, чистую правду. На самом деле, миров, подобных вашему, с таким ограничением магии, я тоже ещё не встречал.
— Ты... хочешь сказать, что...
"Он прямым текстом говорит тебе, что прибыл из другого мира. Но это не так важно сейчас, девочка Ли. Гораздо важнее разобраться с твоим миром. Ты ведь не знала, что, кроме людей, на вашей планетке живут вампиры и оборотни? Так вот есть они тут, и, представь, вполне уживаются с людьми, доминирующей немагической расой"
— Значит, про вампиров... не сказки? И Дракула...
"Ой, да причём тут Дракула? Он, кстати, был сыном последнего человека, ещё заставшего на вашей планете истинных Драконов"
— Но ты говорил про вампиров...
"Влад Цепеш был Валашским князем, прозвище Дракула — Драконёнок — получил потому, что его отец был последним из Драконидов, членов ордена Дракона. Но современники чаще называли его Колосажателем, потому что... ну, любил мужик видеть своих врагов на кольях. К вампирам, поверь, он не имел никакого отношения"
— А если хочешь узнать про настоящую историю вампиров, спроси у своего папы.
— У папы?
"Ох, девочка Ли... Твой папа — вампир, глава Сумеречного клана вампиров"
— Поэтому тот вампир, которого ты прогнала из своего сна, так похож на него, разве ты не заметила?
— Да... пожалуй... Но это значит, что я... тоже должна пить кровь? Я не хочу!
"У тебя и не выйдет. У тебя аллергия на человеческую кровь, за что надо сказать спасибо маме"
— Но я... Как же так? Папа — вампир? Пьёт кровь???
"Ну... а что в этом такого особенного?"
— Я всё равно люблю папу! И маму люблю!
— Ли, у тебя замечательные папа и... мама. Они тоже тебя очень любят, иначе ты просто не появилась бы на свет.
"Это был уникальный эксперимент, девочка Ли! Я до сих пор под впечатлением! Решить, что такой удивительный ребёнок должен жить, могли только незаурядные личности!"
— Так, вот это всё глупости и восторженный бред. Как бы я не относился к твоей маме, Ли, она никогда не сомневалась, что... Короче, она ещё до твоего рождения любила тебя больше жизни, а уж сейчас...
— А папа?
— И папа. Он очень обрадовался, когда узнал, что у него появишься ты.
— А ты откуда знаешь? Тебя же тогда на нашей Земле ещё не было?
— Пришлось немного покопаться в их головах, — усмехнулся Дракон.
"Мы, Драконы, лучшие ментальные маги во Вселенной"
— Копался ты там тоже, видимо, без разрешения.
— Видимо. К тому же вряд ли бы я его получил, особенно от твоей... мамы.
"Кстати, мама. Мама у тебя — тоже уникум. Правда, откуда она такая взялась, мне выяснить не удалось..."
— Это огромный пробел в твоих знаниях.
"А ты не язви. Этот пробел может нам ещё аукнуться"
— Так что с моей мамой?
— Она, как и ты, полукровка.
"Не полукровка, а гибрид первого поколения. Ли, ты знаешь о генетике?"
— Мама рассказывала... но в школе мы ещё не проходили.
"Значит, о законах Менделя говорить бессмысленно..."
— Вот ещё законы какого-то Менделя выдумал! Ли, всё просто. Каждый ребёнок берёт от своих родителей поровну...
"Генов"
— Наследственных признаков, понимаешь?
— Понимаю, — серьёзно кивнула Ли.
— Твой папа — вампир, значит одна твоя половина — тоже вампирская. А вторая половина — мамина, и с этим сложнее.
— Почему?
"Твоя мама тоже родилась не человеком. Словом, от неё ты унаследовала гены демонов, анималов и людей"
— И сейчас мы пойдём знакомиться с ними, — не давая Ли опомниться, улыбнулся Дракон.
— Демонов? Моя мама — демон? Как это?
