Два корабля.

Обиженно полыхнув искрами, замок тюремной двери разблокировал запоры. С громким скрежетом сдвинув створку в сторону, Михаил вошёл в помещение. Нулёвый БСК летит на пол, а он сам возвращается к двери контролировать подступы.

-Быстро одевай! И объясни мне в двух словах: как вы это допустили?

Гибким движением, поднявшись с койки, Татьяна Иванова бросилась к скафу. Раскрыв его, она несколько неуклюже забралась внутрь. Через пару минут процедура полевого облачения была завершена и она наконец смогла ответить:

-Режим внешнего управления доступен только по коду Василя и президента. Кто мог знать, что получив всю полноту власти, главный окажется таким уродом?

-Должны были знать... — зло сплюнул Михаил и уже спокойно спросил. — Готова?

-Почти... Где Лена?

-Её больше нет... — три коротких слова упали в тишину и заставили Татьяну заметно вздрогнуть.

-Я понимаю... — подойдя к кровати, она достала из под одеяла ребенка и повернувшись к сыну спросила. — В руках нести опасно, что делать?

Михаил, уже готовый к выходу оглянувшись тихо сказал:

-У тебя багажник пустой...

Минут через сорок, вырвавшись в один из туннелей метро, они остановились:

-Всё дальше уходи одна...

-Миша, что ты собирался делать...

-Пойду обратно, там кое-что доделать надо... Держи! — он протянул матери планшет. — Он в режиме регистратора и на нём командный режим...

-Не надо...

-Надо мам... Если не уничтожить сейчас, то это будет конец всему... Я сбросил на планшет всё, что видел и слышал за этот год... И всё что сделал... Постарайся понять, жить с такими воспоминаниями я дальше не смогу. Если не получится у меня, то ты уж постарайся уничтожить этих сволочей сама... И позаботься о дочери...

Они коротко и немного застенчиво обнялись.

-Последняя просьба. Мне нужно минут шесть для полного слияния. Понаблюдай пока вокруг. Если появится десантура, то сразу уходи...

-Миша... — Татьяна попыталась ещё раз его порывисто обнять, но замерла, не сделав и шагу. Канал связи с БСК сына погас.

Через пару минут в отдалении прогремел взрыв. Сработала одна из оставленных беглецами ловушек.

-Миша... — Татьяна нежно провела пальцами по лицевому щитку и, развернувшись на месте, быстро побежала по туннелю...

Через некоторое время, к Михаилу осторожно поводя стволами автоматов, приблизилась пара десантников. Лучи фонарей пробежались вокруг и замерли, освещая замерший без движения, изрядно потрёпанный БСК. В эфире прозвучал доклад:

-Видим объект... Неподвижен... Внешние признаки жизнедеятельности отсутствуют...

-Второй группе продолжить преследование! — пришёл в ответ приказ. Но, прежде чем следующая двойка двинулась с места, в закрытый канал влез посторонний голос:

-Зря вы так, господин президент... Могли бы ещё пожить... Недельку другую...

-Система! — президентский голос был полон нескрываемого раздражения. — Код внешнего управления!

-Не выйдет, господин президент... Я уже под внешним управлением...

-Уничтожить! — на смену раздражению, пришёл страх. — Немедленно!

-К сожалению, здесь некому выполнять ваш приказ... — Михаил перевернул на живот труп десантника и выдернув контейнер боезапаса, стал быстро перекладывать содержимое к себе. — Уже некому... Ждите, я сейчас приду, господин президент...

Четыре единицы. Дистанция пятьдесят.

...принял.

Три право. Два лево. Два прямо.

...принял.

Стационарный пост обороны.

...принял ...активация управляемых боеприпасов.

Шлюз арсенала заблокирован.

...принял ...задействовать коды доступа техобслуживания ИОИ.

Коды приняты. Шлюз разблокирован.

...принял ...расстояние до контроллера?

Четыре километра. Скорость удаления 35 км/ч.

...принял ...рассчитать безопасное.

Тридцать километров.

...принял ...перехват управления резервных автотурелей по техпротоколу.

Выполнено. Доступно четыре единицы.

...принял ...передислокация в коридор ...держать оборону.

Выполнено.

-Боец, — голос Президента прокатился по коридору. — Неужели ты думаешь, что четыре каких-то жалких робота охраны, помогут тебе добраться до меня?

Боезапас восемьдесят процентов.

...принял ...время?

Минус двадцать минут.

-А ты неплохо держишься, боец. Не поделишься: как тебе удалось освободиться от контроля?

Критическое ранение.

...время?

Минус пять минут.

-Вот и все господин президент, до встречи...

-Интересно, где вы собрались со мной встретиться?

-В аду...

...команда на подрыв арсенала.

Под ногами Татьяны задрожала земля, а по туннелю подземки прокатился тяжелый гул. В нескольких местах обвалились секции туннельных креплений. На сжимаемом в руке планшете раз за разом мигала надпись:

Соединение потеряно...

* * *

1.12.4079 г. от Р. Х.

Дмитрий рывком вынырнул из омута воспоминаний...

-Ф-ух... Первый, и что вы обо всём этом думаете?

-Кажется, в прошлый раз я погорячился: когда сделал вывод насчет вашей нормальности...

-Э-э... Поясните?

-А как ещё назвать человека, который подключает блок с данными чужой гибели, как собственную память?

-Ну, это не совсем чужая для меня память... — как Дим не пытался, но найти какое-либо неприятие памяти Михаила, у него так и не получилось. Сама ситуация, да — вызывала отвращение, но никак не мысли и поступки предка. Так что, можно считать, что всё прошло штатно. — И всё же, мне интересно, что вы думаете о произошедшем тогда?

-Что тут можно думать? Сумасшедший отморозок с абсолютной властью в руках — это конец для человечества как вида...

-Вот и мне так подумалось... И что вы решили?

-Вы всё будете решать сами. Я, конечно, имею в виду не вас конкретно, а всё человечество в целом. Я вмешаюсь только вот при таких перегибах...

-Режим бога? — усмехнулся Дим.

-Считайте, как хотите...

-Хорошо, — Дмитрий на секунду ушёл в свои мысли. — Тогда я отключаюсь. Нужно хорошенько переварить свалившиеся воспоминания и обмозговать дальнейшие варианты...

-Время ещё есть.

-Я знаю — пятьдесят шесть часов. К этому времени я буду в норме... — кивнул Дим, обрывая связь.

* * *

Так, интересный вопрос, в какую сторону море ближе? По навигационной системе Черное, но там мелко и сероводород. До Балтики ещё ближе, но там другая беда — чересчур "людно" и торпедных автоматов не меньше, чем шпрот в банке. Остаётся лететь на Север. Хоть и дальше всего, зато тихо и глубоко. Значит там и утоплюсь. А что еще делать, когда выкопал такое?

Жил-был человек. Нормальный, в общем-то, человек, и даже с мечтой. Скромненькой такой: стать великим. И идеал у него был, и вполне прагматичные цели. Сначала, почти как у всех, школа. Отличие только в детях, которые в этой школе учились, и соответственно немного другие, чем у остальных, учителя. Потом институт, тут уже совсем как у всех, и даже без изысков — МГУ, факультет государственного управления. Следующие пять лет работа в министерстве культуры и довольно быстрая карьера. Странный выбор, если не знать, что именно там решают, что вся страна будет кушать и носить. Точнее не решают, а скажем так: организовывают. Достигнув почти потолка для своего возраста, он взял и уволился оттуда, и ушёл в армию. Можно было бы подумать, что простым лейтенантом, куда-нибудь во Владивосток. Но нет, он служил гораздо ближе, хотя тоже без изысков — Московский военный округ. Хорошо служил, и до сорока лет успел дослужиться до полковника. И, опять, резкий поворот — вышел в отставку. Вот только всё это было присказкой, а потом началась собственно сказка. И пошёл человек в политику, от которой, как вы понимаете, не очень далеко всё это время находился.

Человек благополучно встал у руля государства и стал проводить свою линию. В России все настолько были рады успешным результатам политики господина президента, что на такие мелочи, как увеличение штата сотрудников государственной безопасности, и плавное закручивание гаек законодательной системы, никто не обращал внимание. Вернее, все, всё прекрасно видели и всё понимали. Но те, кто мог на что-то влиять, делали вид, что ничего не происходит. Одни были за президента, другие, рассчитывая перехватить власть на выборах, уже близкого окончания второго срока, третьи решали, кого поддержать и к кому примкнуть, а четвертые... Четвертые начинали потихоньку пить на кухне водку, по наивности своей просто выключив коммуникатор, несмотря на то, что сами читали инструкцию о дежурно-поисковом режиме, работающем всегда, даже при вынутом аккумуляторе. Всё шло замечательно, кроме одного — за четыре дня до объявления даты выборов, американцы очень "неудачно" утопили транспорт, а наши генералы так погорячились с ответом, что началась война.

А теперь вопрос на логику, есть президент государства, он же главнокомандующий, а тут вы со своими выборами? Вот и побеседуйте пока с товарищами из ГБ, и не мешайте Родину спасать. И вообще, как вы во время войны собрались менять главнокомандующего? Да и господин президент будет против. Откуда знаю? А вы как думаете?

Согласитесь, не самый глупый и безнадежный план порулить государством подольше восьми лет. Сломавшийся, как всегда происходит с великими планами, на сущей мелочи, под названием клаустрофобия. В той или иной степени, в городской среде, этим заболеванием страдает до тридцати процентов населения. Если не верите, просто спросите всех своих знакомых, боятся ли они застрять в лифте? Нет? А если на двести каком-нибудь этаже? То-то... По количеству правдивых ответов, можно попутно оценить искренность вашего окружения.

Вот и господин президент, явно был негоден к службе на флоте, разве что на авианосец. На тот момент, эти мишени для "дельфинов", разве что и умели, что очень быстро нырять. Метров так на тысячу пятьсот.

Вяло текущее расстройство психики, подкрепленное неуёмным употреблением алкоголя и плавным переходам к средствам по-убойнее, биоботами вылечить было нельзя. Прибавьте к этому начальника службы госбезопасности "без страха и упрека" и солдат, под контролем интеллект-компьютеров в режиме марионеток. И в итоге получите то, что вышло в нашем случае. Масштаб, конечно, поменьше чем у Гитлера, но это, наверно, от того, что ему просто развернуться, как следует не дали...

-Первый, а зачем тебе подробные карты рельефа дна и течений Северного Ледовитого?

-Место ищу, где удобнее всего будет утопиться...

На канал связи приходят данные, из которых видно, что Второй не на шутку обеспокоен:

-Первый, не поделишься с братом: по какому поводу суицидальные намерения?

-А с чего ты подумал, что суицидальные?

-А какие?

-Чисто прагматичные. Подальше от людей, и даже если захотят разглядеть с орбиты, то ничего не получиться... Ну-ка напомни: когда, по твоим прогнозам, люди начнут задумываться о том, чтобы нас с гарантией притопить?

-Тебе в часах или минутах?

-В секундах... Люблю, знаешь ли, точные данные...

-Ну, тогда давай сразу с приставкой мили скажу.

-Давай в часах...

-Четыре тысячи триста девяносто два часа одиннадцать минут.

-Откуда такая точность прогноза?

-Погрешность плюс минус четыре тысячи триста девяносто два часа десять минут.

-Самое страшное слово физиков ядерщиков знаешь?

-Упс...

-Вот! А ты спрашиваешь: зачем мне карты?

Глава 17. Предатель.

3.12.4079 г. от Р. Х. Прибалтика.

-Сэр... Северо-западная ЛЗК "Лима", потерян контроль над реактором. Энергии в накопителях осталось на десять минут. ЛЗК линии "Омега" подвергаются непрерывному давлению со стороны противника. Через сорок минут мы потеряем всю стационарную ПВО! — заместитель Смита, глядя на начальника, замер в ожидании приказа. В его взгляде плескалось отчаянье пополам с безумной надеждой и верой в командира. Кумира, который вот-вот сейчас найдёт выход, как это уже не раз происходило. И всё будет хорошо: они устоят, и этот бой не станет последним на континентальной Европе, а война не продолжится на пороге дома.

Смит оторвался от тактической карты и мрачно осмотрел зал:

-Командиру четвертого батальона код "749392"! Остальным код "98"... — прозвучал спокойный и уверенный приказ.

-Но Сэр! Это приказ отступать!

Не обращая внимания на истерику заместителя, всё тем же, безжизненным голосом Смит продолжил:

-Все управление перевести на меня. Остальным немедленно покинуть командный центр! — и уже намного тише добавил. — Мы проиграли...

-Я остаюсь, Сэр! — выпалил внезапно всё понявший заместитель. И долгие беседы Смита с командирами подразделений, и странные переводы кадров, и почему ставший в результате самым боеспособным четвертый батальон, держали в резерве. В этом батальоне, как он теперь понимал, оказались самые преданные Смиту люди. А зная своего командира не первый год, понимал он и то, что там сейчас только те, кто согласился остаться добровольно. Майкл не собирался бросать их здесь умирать одних, ведь он лучший оператор системы тактического управления на этой войне... По крайней мере, в АСГ.

-Нет! Ты! Эвакуируешься вместе со всеми, — внезапно прорычал Смит. Его обычно ничего не выражающий взгляд, наполнился холодом стали.

Майкл внезапно почувствовал, что он скорее с голыми руками выйдет против русской боевой машины, которые с неумолимой неспешностью "тяжелого асфальтоукладчика" перемалывали линии обороны АСГ, чем будет оспаривать приказ.

-Здесь... — палец Смита указал на общую стратегическую карту, где небольшое синее пятно обозначало контролируемую АСГ территорию. — Полтора миллиона человек, которые должны вернуться домой, — и уже тише добавил. — И ещё... Делай что хочешь, но МОЯ корпорация, должна остаться независимой! Это приказ!

-Сэр!?

-Уходи... И не волнуйся. Про этот разговор, он не узнает...

-Сэр, я горд, служить под вашим командованием! — Майкл, вытянувшись как на параде, отдал честь.

-Иди!

Смит проводил заместителя взглядом, и когда двери командного центра за ним закрылись, покачал головой. А когда опять повернулся к тактической карте, то откуда-то нежданно пришла мысль: "А ведь не в первый раз Русские штурмуют этот город..."

-Командиру четвертого батальона! Эвакуация начата! Начинайте выдвижение на позиции. Вы должны выиграть для них три часа!

-Принято продержимся...

-И не геройствуйте... Уйдёте последними. Но уйти должны живыми.

Словно что-то почувствовав, противник усилил нажим и на тактическом модуляторе перед Смитом возникли десятки сообщений. Тройка тяжелых пехотинцев требовала помощи, оказавшись слишком далеко от своих, чтобы они смогли их прикрыть. На левом фланге взвод русских молниеносной атакой вклинился в позиции отходящей пехоты...