"Черствое сердце"_Третья книга цикла

Ведьмы почувствовали нас. Сила ветров усилилась. Я выставляла перед нами щиты, чтобы мы могли спокойно двигаться по дорожке к той самой сторожке, о которой нам рассказывал Таван. Его лицо менялось при каждом шаге. Он-то хмурился, то улыбался, то злился, — короче, он боялся. Мы остановились у обветшалого домишки. Дед заглянул туда, оставив нас у входа.

— Как думаешь, каким будет их встреча? — спросил Даниэль, обнимая меня.

— Не знаю. Учитывая то, как он ее обидел — вряд ли она бросится ему на шею. — Ответила я, помедлила немного, и воспользовалась отсутствием Тавана. Прижалась к мужу, крепко-крепко поцеловала.

— Эй! Не заставляйте меня завидовать! — донеслось из домика, и к нам вышел вампир. — Ее там нет.

Таван сел на пороге. Он расстроился.

— Наверное, она не верит в твое раскаяние. — Предположила я.

— Как мне доказать ей, что я изменился? — озадачился он. — Я итак думал о ней на протяжении столетий каждый день, каждую ночь. Вспоминал ее нежные руки...

Он снял с косы ленту, погладил ее.

— Это единственное, что осталось у меня от моей Лесточки. — С грустью проговорил он.

— Ну, зная их характер, — подал голос Даниэль. — Тебе придется наизнанку вывернуться, чтобы доказать свою любовь. Я — тому пример!

— Поверь малыш, эти женщины того стоят! — вздохнул Таван. — Только со своей ведьмой ты будешь по-настоящему счастлив.

В природе внезапно что-то изменилось. Мы не сразу поняли, что именно. Но облака пропустили несколько лучиков солнца. А те опустились на смереку у обрыва, рядом с которой стояла она — Гелеста. Стояла и смотрела прямо на Тавана. Он же боялся пошевелиться. Клянусь, я видела слезы на его глазах.

— Иди! — подсказал ему Даниэль.

И он бросился к ней с радостным кличем: "Родная, прости засранца!" Хотел поцеловать. Получил по морде. Завязался скромный семейный скандал, в ходе которого Таван ползал на коленях, целовал ноги первой карпатской ведьмы. Она улыбнулась ему, вроде бы соглашаясь на примирение, и выдвинула условие.

— Он что?.. Она потребовала, чтобы он?.. — срывалось у меня, при наблюдении за тем, как вампир подходит к краю скалы и с видом счастливого приговоренного машет нам ручкой.

— Да! Он прыгнет! — констатировал спокойный Даниэль.

Я трусливо взвизгнула, когда Таван рухнул в пропасть. Уперлась лицом в плечо мужа, боясь даже смотреть в ту сторону.

— Успокойся, — насмешливо проговорил Куран. — Он не умрет. Он бессмертный.

Я уставилась на мужа.

— Не смей брать пример с нее! Давай ссоры ограничим битыми тарелками... — Сказал он.

— Даниэль, — всхлипнула я, и меня крепче обняли.

— Я знаю, что когда больно мне, то и тебе плохо, — прошептал он. — Я уже давно различаю стук твоего сердца из тысячи! И могу найти тебя в любой точке мира, Дина! Ты не желаешь мне вреда. А я обещаю, что буду беречь себя, тебя и нашу семью в целом!

Вместо эпилога

— Чокнутая ведьма! — произносилось исключительно шепотом, и с оглядкой на лестницу.

Наверное, именно это и напугало Кая, когда он переступил порог дома. А, может быть, его смутила гробовая тишина в поместье.

— Что случи... — остаток фразы личный охранник, правая рука и просто лучший друг самого влиятельного вампира Франции, договаривал в пустоту. Потому что выбежавшие встречать его, Бруно и Сильвин, исчезли под дикий хохот и стук копыт, унесенные смутно знакомыми рогатыми тенями. Кай тяжело вздохнул. Покачал головой и снял пиджак, бросив его на спинку кресла в холле. Потом поднялся по лестнице на второй, третий этаж, совершенно четко отдавая себе отчет в том, что усадьба пуста! И он знал, кто в этом виноват. Дойдя до двери в покои своего господина, Кай постучался и переступил порог. Невысокая, темноволосая женщина-ведьма стояла спиной ко входу, — у окна. Она разглядывала белые облачка, плывущие по небу. И грызла леденец на палочке. Вампир присел на диван и поинтересовался:

— И почему у нас так тихо и безлюдно?

— Да что-то настроение не очень! — выдала она, оборачиваясь, и демонстрируя свой большой животик. Глаза ее сверкали то синим, то красным, и никак не могли определиться с оттенком, выдавая совершенно неуравновешенное настроение беременной женщины.

— Заметил! — хмыкнул Кай. — Но это не оправдание. Он рассердится, когда придет домой и не обнаружит своих подопечных!

— Пусть сначала домой придет! Он же у нас такой занятой! — скривилась женщина.

— Дин, ну ты же знаешь, что это важно. Особенно для тебя и ребенка! — спокойно объяснял вампир, помня, как легко ведьма выходит из себя и, чем грозит ее дурное настроение (а побывать на месте уже наказанных ему не хотелось). — Он боится, что за малышом или за тобой придут. Ведь ты в момент родов будешь слаба. Поэтому он усилил охрану, запугал несчастного врача настолько, что тот живет в съемном доме поблизости последние две недели, чтобы быть готовым сорваться с места и прибежать к тебе. А что творишь ты? Отдала всех вампиров его, и твоего, клана, между прочим, на растерзание чертям?

— Ну, — она надула губки, как обиженный ребенок и поправила юбку, — у меня было плохое настроение! Я же все-таки беременная! У меня гормоны и все такое.

Перепады настроения у ведьмы заканчивались для вампиров каждый раз весьма неожиданно: когда ей было холодно, то посреди холла можно было кататься на коньках, ведь все обрастало льдом; когда ей было жарко в доме росли пальмы и можно было не ходить в супермаркет за продуктами — бананы и кокосы сами падали с люстр. Часто на головы несчастных упырей.

Дина вдруг замерла. Схватилась за живот, напугав своего охранника, и удивленно уставилась на ноги, выдав: "Ой!".

— Что значит "ой"? — подскочил вампир, не зная куда бежать и что делать.

— Не пугайся, — успокаивала его она. — Кажется, мы рожаем! Воды отошли!

Кай только сейчас заметил лужу на полу. Он схватился за телефон и быстро набрал номер хозяина. Мелодия чужого сотового раздалась из-за двери. Темноволосый, встревоженный вампир быстрым уверенным шагом преодолел короткое расстояние до жены и подхватил ее на руки.

— Уже? — уточнил у нее он.

Растерянный охранник набрал номер врача, предупреждая, что пора собираться. Краем глаза Кай продолжал наблюдать за супругами.

— Больно! — ответила мужу ведьма, упираясь носом в его плечо.

— Потерпи, хорошо? — уговаривал он. — Я отнесу тебя к врачу!

— Зачем, Даниэль? — бурчала она, стиснув зубы. — Можно ведь телепортироваться!

— Уверена? — ужаснулся идее вампир, но не подал вида.

Дина прикрыла глаза и они оба исчезли. Ровно на мгновение. Потому что в следующее, — снова оказались на том же месте. Даниэль Куран с укором посмотрел на супругу.

— Прости. Здесь столько хороших воспоминаний, — сказала она в свое оправдание. — Может родим здесь?

Сильный приступ боли заставил ее мигом передумать.

— Нет! Пожалуй, к врачу! — пыхтела женщина. — Не будем портить спальню плохими воспоминаниями!

— Ох, ведьма! — бурчал Даниэль Куран, разворачиваясь к двери. Но врач уже подоспел, и идти никуда не пришлось. Супруга снова поменяла свое мнение о выборе места для родов.

— А была ни была, будем здесь рожать! Все равно никого дома нет!

— Не понял, а где все? — ни к месту озадачился глава клана, наличием собственного клана.

— Я тебе объясню, пойдем! — отозвал его в сторону Кай, но друг сопротивлялся, боясь оставить жену наедине с врачом и медсестрой. Все время беременности Дины, он никому не доверял заботу о ней — только верным и проверенным друзьям: Каю — единственному вампиру, двум демонам Лизе и Марку, а также оборотню Римме и ее супругу — магу Александру.

— Аааааа! — провозгласила начало схваток ведьма, доведя супруга до нервного срыва.

Обычно хладнокровный, не демонстрирующий никаких эмоций и уверенный в себе, мужчина дрогнул. На его лице была написана мука, а еще, судя по стиснутым зубам, он просто горел желанием растерзать врача!

— Все нормально! Идем! — подталкивал его к двери Кай.

Вдруг посреди комнаты из воздуха соткались пять фигур. Разглядев их внимательнее, глава Куран немного успокоился — Дина вызвала подкрепление.

— Ого! — воскликнула Римма оглядевшись вокруг, и радуясь, что вечером оставила сына на попечение свекрови. — Да тут все запущено!

Демон Марк кивнул вампирам в знак приветствия. Его вечная напарница и вторая половина, толкнула его в плечо, выдворяя из комнаты вместе с супругом роженицы.

— Не волнуйся, — прокричала Лиза Курану, — мы позаботимся о ней.

Маг быстро начертил на полу вокруг дивана, на котором мучилась ведьма, защитный контур. Демоница встала у окна, чтобы не мешать и охранять. Младшая сестра Дины, Маринка, вместе с оборотнихой, встали позади врача и принялись поучать роженицу, как правильно нужно дышать. Ведьма, по имени Диана Куран, совершенно не стесняясь, послала их так далеко и надолго, что девчонки на мгновение смолкли, явно прикидывая весь путь. Потом расхохотались, и принялись за свое: "Дыши, дыши. Тужься, тужься!". Маленький мальчик, не обращая внимания на взрослых, залез на диван и сел рядом с роженицей, положив ей ручки на лоб. Дина улыбнулась ему и тихо так проговорила: "Митя, солнышко, я не хочу сейчас смотреть мультики!" Потом юный ведьмак видимо показал ей что-то совершенно другое, потому что Дина разозлилась, но с той же напряженной улыбкой пробурчала: "Ужасы мне тоже показывать не надо! Лучше давай просто картинки природы!"...

Такой хаос Даниэль Куран оставил в своей комнате и вышел вместе с другом в коридор. Они встали под стенкой и долго вслушивались в происходящее. Но ничего не слышали, ведь супруга давно установила звукоизолирующий купол на покои. Каю с трудом удалось уговорить главу клана спуститься вниз и что-нибудь выпить. Даниэль так и не смог присесть — он был слишком взволнован и ходил туда-сюда, выслушивая короткую историю о том, как его жена в очередном приступе дурного настроения отправила весь его клан неведомо куда. Впрочем, его это не особо тревожило. Дина уже не раз вызывала чертову братию, и все подопечные главы возвращались ровно через два дня потрепанные, но проникшиеся уважением к госпоже Куран.

— Нервничаешь, папаша? — неожиданный вопрос заставил вампира оскалиться и остановиться. Он с жутким выражением ужаса на лице уставился на очередного гостя, явившегося непонятно откуда. Белокурый мужчина тоже занервничал, глядя на такое "приветствие".

— Ты чего? — переспросил гость.

— Михаил? Если ты здесь, значит с ней что-то... — проронил бледнеющий Куран, готовый рвать и метать. Больше всего в жизни он боялся потерять свою вторую половину. Кай был уверен, что не стало бы Дины, и Даниэль сошел бы с ума.

— Нет, — пожал плечами ангел-хранитель. — Я просто поддержать пришел! Она родит хорошень...

— Не говори! — прошипел будущий отец и хлопнулся в кресло, закрыв глаза.

— Понятно, хочешь сюрприз! — ухмыльнулся Михаил, подошел к бару, открыл его, достал самый крепкий напиток, наполнил стакан и сунул вампиру. — Пей, иначе, ты свихнешься от ожидания! Тебе нужно хоть немного расслабиться.

— Ну что, моя внучка уже родилась? — пнув ногой двери, в комнату вошел прародитель вампиров — Таван. Под мышкой он нес здоровенного плюшевого медведя с розовым бантиком.

Даниэль воздел глаза к потолку. Кай и Михаил расхохотались, понимая, что сюрприза таки не получится.

— Почему внучка? — вздыхал молодой отец.

— Потому что у Карла — внук! — безапелляционно выдал Таван, присел в соседнее кресло и отпил прямо из бутылки.

— И что? — не понимал Даниэль.

— Что-что? — передразнил его древний. — Малыш, ну не тупи! Я понимаю, что ты у нас нервный. Особенно сейчас. Но неужели волнение за жену, мешает тебе нормально мыслить?

Вдоволь наиздевавшись над Кураном Таван все же пояснил.

— У девочки должен быть суженый! И уж прости меня за старомодность, но я считаю, что парень должен быть старше девушки, опытнее и мудрее, чтобы направлять ее, защищать и оберегать! Дошло?

— Ты обо всем знал! — осенило молодого главу объединенных кланов. — Ты все подстроил!

— Это судьба! — ехидно ухмыльнулся в ответ Таван.

— Ну и... А мне плевать! — в итоге выдал Даниэль и сдался, озвучив признание стакану со спиртным. — Главное, что я люблю ее! Кстати, а где Гелеста? Кажется, когда мы тебя в последний раз видели, ты клялся, что не оставишь ее!

— А я своих клятв не нарушаю. Мы прибыли вместе. Она здесь. Наверху. Следит, чтобы все прошло нормально. — Ответил Таван.

Так за издевками, шутками и препирательствами мужчины провели внизу несколько часов. Даниэль трижды порывался подняться наверх и узнать, как дела у супруги, но Михаил заверял, что все отлично и нервного папашу никто так и не выпустил из комнаты.

Прошла ночь. И когда солнце собиралось подниматься на небосвод, в обители мужчин объявился маг.

— Можешь пойти и посмотреть на них! — провозгласил Саша.

Даниэль сорвался с места, как ужаленный. Он бежал по лестнице, не обращая внимания, что дом постепенно наполняется звуками, вампиры возвращаются в свои комнаты.

Он распахнул двери личных покоев и увидел ее: уставшую, мокрую от пота, румяную. Она лежала на диванчике, придерживая в руках маленький сопящий сверток. Вампир шел к своей жене, медленно. В его ушах отдавался бешеный стук собственного сердца. Куран упал на колени перед любимой и уже не единственной женщиной в его жизни. Потянулся, приоткрыл одеяльце. Крошечное создание едва расплющило глазки. Сквозь две маленькие щелочки мелькнул яркий зеленый свет.

— Еще одна ведьма! — рассмеялся он, целуя жену и дочь. — Моя ведьма!!!

— Две ведьмы! — поправила его Маринка. — И обе действительно твои!

Конец.

Клуб Изгнанников. Черствое сердце. — 5 —