Бюро магической статистики - 2

Знаком служила небольшая хижина.

Аарен приходил в нее и растапливал печь. И дым начинал клубиться очень черный, плотный, так бывает, если дымоход долго не чистили. Или — если особый порошочек добавить в печь. Посыпать им дрова, и пускай горят.

Вот эта хижина, она хоть и не перевалочный пункт, зато стоит удобно, видно ее, откуда надо. И дым этот видно.

Вот и на этот раз Аарен пришел, привычно кивнул старателю, который тут жил и за долю малую предоставлял свой дом для... чего?

Да кто ж его знает?

Старатель искренне считал, что это какая-то контрабанда, и в принципе, сильно не ошибался. Просто не знал — КАКАЯ!

Порошок отправился в печь, а Аарен вышел и стал ждать ответного знака.

С чего стороны — черный дым. Из Доверна — белый. А с местными и так все договорено.

Горы!

Красивые, строгие, величественные, и лиловая дымка у подножия... Аарену было не до их красоты! Он ждал.

Ждал, пока не заклубится в условленном месте белый дым, откровенно плохо видимый днем, ну да ладно. Хоть как...

Дождался, выдохнул... и едва не упал.

В спину ему уперлось нечто твердое, острое, ледяное. И такой же ледяной голос поинтересовался.

— Аарен Тьянху, верно?

— Н-нет! — торопливо отперся Аарен. Повернуться и посмотреть он не успел.

Сильный удар под колено сбил его с ног, заставил уткнуться лицом в землю. Холодная сталь прижалась к шее, потом скользнула наверх, к уху. И тот же голос глухо прошептал.

— Если не отведешь нас к остальным подонкам — подыхать будешь очень долго. А потом все равно отведешь, некромантов у нас хватает.

Под Аареном начала расползаться темная лужа.

— Нек-кромантов?!

Один из самых страшных кошмаров любого довернца. Жуткие повелители мертвых!

— Можешь повернуться, только руки держи на виду. А то лишних-то нет, наверное?

Лишних не было. Да и что ты сделаешь, когда чужая сталь упирается в спину? И шею так холодит, неприятно... Аарен повернулся. На него смотрели несколько солдат.

— Точно, Тьянху, — высказался один из них.

— Как описали, — добавил другой. — Ну, поднимайся, гадина. Поползешь на допрос.

— Д-допрос?

— Пошли, сволочь! И старателя прихватите!

— Да уже, — откликнулся кто-то.

Когда в штаб попала карта, военные осмотрели ее, прикинули, где находилась пещера, от которой начинался путь, где находятся тропы контрабандистов, где более-менее проходимы горы — и наметили несколько точек, в которых можно было ждать появления подонков. Их оказалось всего-то четыре.

Почему не больше?

Так горы же!

Кто в горах побывал, тот понимает, так-то можно залезть и вылезти практически везде, но это — для сильного здорового мужчины, с альпинистским снаряжением, а желательно, еще и с магией.

А вот протащить пленных? Тем более, женщин?

Э, не так все просто! Это или бабы сами пойдут, и тогда неделю идти будут, риск повысится. Или их надо на животных везти... риска меньше, но везде животное не пройдет.

Это — горы. Они безжалостны.

В результате, был дан приказ на заставы, и пограничники активизировались в нужных районах.

Казалось бы — дым?

Ну так что же, бывает, печку человек не прочистил. Но вдруг? Зашли вот, в гости, и нашли интересненькое. Теперь Аарена ждал недолгий путь на заставу, а там уж его допросят. Все расскажет, тварь, и чего было, и чего не было.

Было искушение сейчас его допросить по-быстрому, там, иголки под ногти, ухо долой, а то и что пониже, что понежнее покромсать. Но солдаты службу знали крепко, и понимали — не надо лишней лихости. Мало ли, что наврет подонок? Опять же, скажет он, где пленники — и что? Его с собой тащить? Чтобы при удаче негодяй еще и освободился?

Ну, нет!

Есть Устав, он кровью написан, в том числе и разных лихих дурачков. Вот его и надо соблюдать. А чего ты там думаешь и про кого... вот уж это никого и рядом не волнует.

По уставу надо поступать, по Ус-та-ву! И точка!

Так что Аарена связали по рукам и ногам, заткнули ему рот и потащили. Тьянху кое-как шевелился, и мысль у него была только одна.

КАК?!

Как так получилось?! Все же было тихо, все как обычно, ничего беды не предвещало?

Нет, не понять.

А еще была лютая глухая тоска. Аарен про себя много чего знал, боли он боится, и если его будут бить... все он расскажет. Увы.

А что делают в Элларе с работорговцами — кто знает?

Он отлично знал.

Ошейник и пожизненно на рудники, да не на абы какие, а на те, в которых люди свои легкие наружу через год выплевывают. Туда и попадают-то только в наказание, и то... ненадолго! Если надо не убить, а именно проучить.*

*— природные асбесты (белый и голубой), калиевый шпат — звучит безобидно, а болезнями эти породы обеспечат мгновенно. И урана не надо. Прим. авт.

А ему оттуда не выйти.

Как же страшно!

За чтоооооо!?

* * *

Дамиан довольно потер руки.

— Попались, голубчики!

Зеленые глаза принца хитро и хищно блеснули. С одной из застав пришла телеграмма.

Взяли одного, допросили, потом еще раз допросили, более тщательно, проверяя уже сказанное, и к нужной пещере сейчас выдвигается группа захвата.

И несколько имен.

Кое-что Аарен знал, так что...

Дамиан передал телеграмму одному из военных.

— Вот этих людей тихо взять, допросить.

Не семечки — два капитана, один подполковник. Хватит этого для организации канала? Или есть еще кто-то?

Разберемся.

Жалости у Дамиана не было никакой. Вот ждать...

Чего не любил Дамиан, так это ожидания. А сейчас было именно оно. Пока группа захвата сработает, пока они доставят на заставу пленников, пока придет телеграмма, пока допрос пройдет... вроде и не уедешь никуда, и заниматься ничем толком не получается... виверново ожидание!

— Ваше высочество!

Дамиан повернулся — и расплылся в улыбке.

— Робин! Матео! А это кто с вами?

Возраст позволял общаться без лишних церемоний, Дамиан и не заморачивался. Парни сначала робели, а потом приноровились. Ну, его высочество!

Но не виверна ж! Сам разрешил, так почему с ним нельзя поговорить, как с нормальным человеком?

— А это Алан Юрлих, ваше высочество. Беда у него.

— Какая? — поинтересовался Дамиан. — Чем я могу вам помочь, рент Юрлих?

Вот и кстати этот бедолага, может, Дамиан сейчас на него и отвлечется?

Алан стоял, как совенок, и глазами хлопал, хорошо еще, поклониться сообразил. Дамиан ему улыбнулся.

— Вы говорите, рент, честное слово, я не страшный. и даже не кусаюсь, видите? Зубы берегу.

Алан растерялся еще больше, Матео фыркнул — и изложил дело своими словами.

— Ваше высочество, у него невеста пропала. Такое получилось...

Дамиан слушал внимательно. А потом ухмыльнулся.

— Рент Юрлих, да вас сюда сами Боги привели. Может, мы сегодня вашу невесту уже и найдем!

— КАК?! — возопил Алан, мигом растеряв и всю стеснительность, и все свои страхи. Миранда же!

— А вот. У нас тут в районе шайка работорговцев орудовала, сегодня их и накрыли. Сейчас как раз зачищают, должны освободить несколько пленных, и вроде как среди них есть девушки из Левенсберга. Имен не знаю, но может, и ваша любимая там?

Алан чуть на пол не осел. На колени.

— Ваше высочество!!!

— Как ее зовут?

— Мира... Миранда Цоффер, ваше высочество!

— Я запомню. Потерпите немного, Алан, если она там, нам и искать не придется.

— А если...

— А если нет — будем искать, — Дамиан даже не сомневался. — Еще не хватало, чтобы в Элларе красивые девушки пропадали. Она же красивая?

— Самая!

— Вы мне пока ее опишите. Как выглядит, сколько лет, может, во что была одета, когда пропала... мне сообщат, когда все закончится, и я сразу смогу сказать вам, там она или нет.

— Ваше высочество!!!

Дамиан улыбнулся.

— Рассказывайте, Алан. Только буквально минуту. Робин? Матео?

— У нас все с собой, — отчитался Робин. — И могу сказать, что получились не совсем обычные выводы, но их надо проверять. И лучше, не на нашей опытной базе, а в столице.

— Хммм? Ладно, о выводах я послушаю чуть позднее, сейчас уступите место Алану? Хорошо?

— Мы ж его сами привели, — расцвел улыбкой Матео.

Он отлично понимал, сейчас его высочество не сможет сосредоточиться на науке. Пока придут вести... вот, разберется с работорговцами — найдет минуту. А пока, чтобы отвлечься, прекрасно подойдет история любви Алана, которую умело и вытягивает из бедняги его высочество.

Вот, уже и про обувь речь зашла, и Робин принялся показывать свои сапоги.

Дамиан осмотрел, оценил, и тут же предложил Алану стачать и для него ботинки, пока его высочество тут. Пара дней еще есть.

Оплату Дамиан не задержит, и время пока еще есть.

Алан, который тоже от волнения готов был метаться по стенам, попытку отвлечь его оценил.

Опять же... тот самый, который ботинки лично его высочеству делал?

Это — статус! Это даже важнее денег.

Пока разговоры, пока измерения, пока Хью отправили за кожей и дратвой, а то у Алана запасов не хватит, и лучше бы, конечно, Алану самому съездить, но вот...

А там и телеграмма пришла.

Всех взяли.

* * *

Миранда даже не поняла, когда и как все изменилось. Слишком уж она была измотана.

Просто вот она лежит на охапке сухих лоз, а в следующую минуту по пещере движутся темные тени, и работорговца крутят в несколько рук, и снаружи чей-то крик несется, и к ней прижимается Эмма...

Девушкам было попросту страшно.

А вот...

Ой, мамочки!

Зачем Норма это делает?

Но она кошкой кинулась на мужчину, который сильным ударом свалил Жамиля. И тоже получила, правда, пощечину, но...

Миранда ничего не могла понять. Могла только съежиться в маленький комочек и молиться, чтобы ее не тронули, чтобы пронесло... да что ж такое? За что ей это все!?

По счастью, долго это не продлилось. Шум закончился, кто-то зажег факел, осторожно, чтобы не подпалить виноградные плети и не устроить из пещеры большой костер, еще один мужчина протянул Миранде руку.

— Рента, вставайте. Живы, целы?

— Д-да, — у Миранды от холода и шока зуб на зуб не попадал. — К-кто вы?

— Пограничная стража Эллары.

— Но как?!

— Схватили третьего из шайки, допросили, вот, он показал на это место. Дальше дело опыта.

Рядом истерически рыдали, уткнувшись друг в друга, Лиза и Мария.

Миранда попробовала подняться на ноги.

— Ох... веревки же!

— Сейчас разберемся, рента. Вас как зовут-то? И подруг? Вроде вы не ревете, а нам бы отчитаться?

Миранда огляделась. Все верно, Анна и Руби в обмороке, Лиза и Мария в истерике, а Норма...

— А наша спутница?

Мужчина пожал плечами.

— Вы не догадались? Она одна из них. Должна была тоже за вами приглядывать, чтобы не сговорились, чтобы бунта не было, побега... не за всем же уследишь! А так она одна из них, кстати, вроде как младшая жена вон того бугая, — небрежный кивок в сторону Жамиля.

Миранда схватилась за горло.

— Одна... из них?

— А что вас так удивляет, рента?

Миранда только рукой махнула, и принялась перечислять своих подруг по несчастью. Парней она не знала, но их уже развязали и расспрашивали. Благо, мужчины были спокойнее.

— ... Миранда Цоффер. Это как раз я. Скажите, а что с нами дальше будет?

— Поедете на заставу, там допросим, снимем показания, а дальше, как его высочество решит. Полагаю, вам будет выдана компенсация, ну и оказана помощь. Кому-то надо домой, кому-то работу... я точнее и не знаю.

Миранда кивнула.

— Спасибо вам.

— Работа у нас такая, милая девушка. Просто работа.

И тут Миранда не выдержала. И разревелась на плече у пограничника.

Из угла на нее грустно смотрела служебная собака. Ревут тут, понимаешь, в обмороке валяются... куда это годится? Собачке домой надо! И кушать! А пока эти тетки не проревутся, никто и никуда не пойдет. И что за жизнь такая, собачья?

* * *

Третий вагон от начала поезда?

Ну... перепутали немного.

Матео это понял, когда поднялся по ступенькам, распахнул дверь купе, и нос к носу оказался с симпатичной рыженькой девушкой.

Назад он шарахнулся так, что, если бы не Робин, так бы и приземлился на перрон пятой точкой.

— Тео, ты че... о, простите, рента, — глаза на девушку Робин поднял не сразу, был занят, ловил друга.

Карла тоже покраснела, как и все рыжие, ярко, от ушей и до самого низа.

— Вы тоже простите... я хотела найти его высочество.

— Он пока занят, — пожал плечами Робин. — Отправил нас ждать его в его личный вагон, а Матео... Тео, да очнись ты! Вагоны ты перепутал, что ли?

— Д-да, — с легкой запинкой отозвался Матео. — Наверное.

— Случилось что-то серьезное? — испугалась Карла.

Парни переглянулись.

С одной стороны, неизвестно, кто это такая. И насколько ей доверяет принц.

С другой, вряд ли бы он возил с собой кого-то, не заслуживающего доверия. Да и дело будет громким, наверняка.

Робин заколебался, и дело решила сама Каролина.

— Позвольте представиться. Рента Каролина Манангер.

— Рент Робин Лейтнер, рент Матео Шент, рент Алан Юрлих — представил себя и друзей Робин. И еще раз наступил Матео на ногу. Может, очнется?

— Может, вы побудете у меня? Мне тоскливо, и у меня есть горячий чай, и пирог с яблоками.

Это решило дело.

Робин согласился на чай с пирогом, и отправился к девушке, таща за собой Матео. Чай, пирог с яблоками и кремом, хорошая компания, что еще нужно для счастья? Тем более, когда еще его высочество освободится?

Чуточку сложнее было найти общие темы, но постепенно... Робин рассказывал о столице, Каролина о своем городе, потом они побеседовали о культуре, о книгах, эту беседу поддержал Матео, который наверстывал пять лет лютого информационного голода и читал все, что подворачивалось под руку, и постепенно общение наладилось. Да так хорошо, что приговорили и пирог с яблоками, и два пирога с мясом, и о способах окрашивания ткани спорили, и о разных конструкциях ткацких станков...

Когда в дверь купе заглянул его высочество, компания даже слегка огорчилась, что приходится расставаться.

Нечасто находишь таких удачных собеседников.

* * *

Элисон проспала до вечера, и проснулась в отличном настроении. Потянулась, улыбнулась, оделась в свою вычищенную и выглаженную одежду, а потом коснулась сонетки.

Служанка себя долго ждать не заставила.

— Добрый вечер, — Элисон доброжелательно улыбнулась девушке. — Скажите пожалуйста, по поводу меня у вас есть какие-то распоряжения?

— Сразу же сказать хозяину, — кивнула служанка.

— Я подожду, а вы действуйте? — предложила Элисон.

Служанка благодарно кивнула, и убежала. Рубиус тоже ждать себя не заставил.

— Рента Элисон, как ваше самочувствие?

— Просто чудесно, — улыбнулась Элисон. — Нельзя ли мне домой?

— Окажите любезность, поужинайте с нами? И я вас отвезу?

— Буду благодарна. Как состояние Фабиана?

— Я недавно узнавал, к нему прибыл маг, так что повреждения зарастут. Вот душа... с этим, конечно, сложнее. Сын в отчаянии.