— С нашей последней встречи ты изменилась, — спокойно продолжил Арчер, даже не призвав доспехи или оружие. — Стала носить больше черного.
Сейбер отпрыгнула к противоположному выходу, но Король Героев был быстрее, гораздо быстрее. Единственный целый глаз мечницы просто не успел заметить, как противник исчез, находясь в пяти метрах перед ней, когда вновь получила удар со спины. Инстинкты позволили девушке немного развернуться и выставить блок, но удар Короля Героев был столь силен, что просто отправил ее в полет через весь салон. Пробив межсалонную стену самолета, Сейбер, неловко прокатившись, с трудом затормозила, расцарапав металлические панели пола. Едва она успела подняться, блондин уже был перед ней с золотым кубком прекрасного вина. Рыцарь сделала горизонтальный удар мечом, Гильгамеш просто прыгнул и приземлился на потолок так, словно гравитация ничего для него не значила.
— Думаю, что твое лицо стало чуть менее прекрасным, чем раньше, — заметил Арчер сделав глоток не пролившегося вина, ибо только Король решает, где верх, а где низ.
Король Рыцарей выстрелила Режущим Воздухом, блондин медленно сделал еще один глоток. Когда Три Щита Веры с легкостью приняли атаку почти в упор, металл в салоне заскрипел, а большая часть защитных чар мгновенно разрушилась лишь от остатков силы удара Воздушной Кувалды проклятого рыцаря.
— Ты знатно повеселила меня, моя дорогая Сейбер, — отбросив кубок, Гильгамеш спрыгнул с потолка на пол разрушенного салона, часть воздушных лезвий прошла мимо щитов и оставила несколько опасных и глубоких царапин в падающем самолете. Воздух засвистел в поврежденном салоне, и ветер поднял весь мелкий мусор, но ни одна стихия не смела тревожить одежды или прическу Короля. — Но этого недостаточно.
Сейбер тяжело сглотнула, Фантазм использовать одной рукой не получится, Авалон больше не работал, из вооружения у нее остались лишь черные ключи и револьвер, но для этого придется отказаться от брони. Мелкие капельки пота покрыли лоб девушки, а рука предательски задрожала. Гильгамеш неторопливо, почти с ленцой двигался в ее сторону, но девушка прекрасно знала, что каждое движение ее противника выверено с абсолютной точностью. Пусть Древнейший Король и не был самым искусным мечником, но, благодаря набору фантазмов и их пассивных и активных способностей, он вполне мог противостоять любому мечнику даже в ближнем бою. Последнее сражение прекрасно демонстрировало, что даже Арчеру-Эмии не справиться с Королем Героев, что уже говорить о Сейбер, которая ни разу не смогла победить Стража Противодействия.
Мечница пнула перевернувшуюся тележку с едой в Гильгамеша, сразу же рванув следом, надеясь использовать долю мгновения, на которую отвлечется враг. Как и рассчитывала рыцарь, Король Героев отклонил корпус, не желая использовать фантазмы на что-то столь убогое, а продолжая играть с ослабшей девушкой. Черное лезвие Экскалибура, было остановлено голыми руками. Зажав удар справа пальцами, левой рукой мужчина провел удар в открывшийся живот, впечатав мечницу в потолок, а затем в прыжке ударил по падающему телу. Пролетев еще один салон и стенку, Сейбер неловко попыталась встать. Тело плохо слушалось, а единственная рука болела от последнего удара Короля Героев. Проклятая рыцарь, с силой сжав зубы, снова подняла теперь уже невероятно тяжелый меч. В конце концов, даже легендарное оружие всего лишь кусок железа в руках, не способных его удержать. Изначально девушка думала, что успела заблокировать удар, но теперь понимала, что Гильгамеш намеренно это позволил, чтобы сломать кость в руке. А ведь она была защищена доспехом.
Король Героев вновь атаковал, прыгнул прямо на нее, мечница нанесла еще один диагональный удар, но силы были слишком не равны. В воздухе появились три портала с мечами: Аскалон, Дюрандаль и Грамм. Атака Экскалибура была заблокирована в треугольном захвате великих фантазмов. Пока рыцарь пыталась отпрыгнуть, высвободив оружие, Арчер уже успел достаточно приблизиться, с силой впечатав девушку в бок борта очередным ударом кулака так, что весь самолет снова качнулся. Гильгамеш одной рукой схватил низкую мечницу, броня которой развеялась, за запястье и поднял над полом так, чтобы их глаза встретились.
— Сейбер, — алые глаза впились в змеиные желтые.
— Гильгамеш, — прошептала рыцарь, закусив щеку и бросив взгляд на отлетевший меч. Король наслаждался тем, как гаснет надежда в глазах девушки, как ее разум лихорадочно ищет варианты и не находит, как она осознает, что все ее потуги пусты, как появляется отчаяние, но непокорность... она остается, и это нравится ему еще больше.
Король Героев изначально хотел просто забрать то, что итак принадлежало ему. Позже, сражаясь в Зеркале Души того имитатора, он увидел в ней кое-что интересное. Тогда она удивила его: использовала Авалон для отражения Калибурна. Это было не то, что она задумала изначально, именно поэтому Гильгамеш повредил ее ногу, он просчитал ее действия наперед так же, как и остальных. Но она сделала то, чего он не учел, то, о чем он не знал. Тогда умирая, он сожалел. Она показала ему особую красоту, красоту вещи, которой он никогда не сможет обладать. Она согласилась стать его, лишь точно зная, что им не быть вместе.
Но Король Героев, не собирался оставлять эту ужасную женщину, первую женщину в его интересах, которую не мог теперь ни прочесть, ни приручить. Столь редкое сокровище он мог больше и никогда не встретить.
— Скажи, Сейбер, почему ты не надела мой подарок? — к своему удивлению Гильгамеш не чувствовал никакой злобы по этому поводу, скорее любопытство и толику сладкой интриги. Последние дни он провел вместе с ней, все время находясь ближе, чем она думала. И сердце ее было черно, это была не та Артурия, которая заинтересовала его в четвертой войне. Но...
Проклятая Слуга попыталась вырваться, все же в чистой физической силе она все еще превосходила Арчера. Однако теперь ее мастером была Рин — выдающийся маг, но все же ее цепи теперь не шли в сравнении с той мощью, которую дали Широ частицы Эа. Король Героев ждал, ему было просто любопытно, эта женщина одновременно была такой же, как Артурия и совершенно другой. Рука Гильгамеша дрогнула и начала медленно уступать под напором превосходящей силы Сейбер. Жалкая попытка.
— Скажи, Сейбер, что ты сделаешь теперь? — Арчер медленно и уверенно положил вторую руку, с легкостью пересиливая мечницу, его лицо опасно приблизилось, а губы шептали все ближе. — Твое тело дрожит от страха, я чувствую, как его запах пропитал тебя. Сейбер, ты не та, кого я выбрал, лишь жалкая подделка, — кровавые глаза впились в свою жертву. — А ты знаешь, что я делаю с подделками... я уничтожаю их.
Сейбер лишь улыбнулась. Плевок. Он мало бы что мог сделать Королю Героев, но до этого проклятая рыцарь закусила щеку вовсе не от случайности или отчаяния. Она молчала не потому, что ей нечего было сказать. Кровь, пропитанная миллиардами проклятий, выпущенная со всей силы легких Слуги класса Сейбер, врезалась в лицо Арчера со скоростью быстрее обычной пули и силой самой едкой кислоты или жгучей магмы. Конечно же, Короля Героев таким даже серьезно обжечь было сложно, но атака была слишком неожиданной, и к тому же Гильгамешу пришлось убрать одну руку, чтобы вытереть эту гадость с лица. Ни у кого в его стране бы просто не хватило наглости на столь дерзкий поступок, а если бы и хватило, Король вполне мог в ярости вырезать весь город.
На какую-то долю секунды не ожидавший столь низкого и неподобающего трюка мужчина потерял концентрацию. Мечница, мгновенно материализовав черный ключ из потайного магического кармашка на конце рукава, переполнила его своей праной, и, хотя блондин все еще продолжал прижимать ее руку за запястье, это не помешало ей сбросить перегруженный самодельный снаряд.
Конечно схватить зубами клинок и ударить противника в глаз или повторить Сломанные Фантазмы Арчера ЭМИИ проклятому рыцарю было не под силу, но принцип был в чем то схож. К разочарованию Сейбер перегруженный черный ключ не взорвался, а просто распался пылинками. Дунув "пыль" в сторону только оттиравшего глаза Гильгамеша, девушка ухмыльнулась черным кровавым оскалом. Эффект был мизерный, но был, Король Героев вдохнув остатки концептуального оружия, чихнул и немного ослабил хватку, позволив девушке освободиться от захвата.
— И что теперь, Сейбер? — насмешливо спросил Король Героев, лишь с интересом наблюдая за блондинкой.
Король Рыцарей материализовала еще один черный ключ, на что улыбка блондина стала лишь шире. Сокровище, что принадлежало ему, но всегда было вне досягаемости, она была подобна прекрасному ювелирному изделию в витрине, он мог любоваться им, но не мог коснуться. Сама суть проклятой Слуги отвергала его, так же как и его руки словно горели, лишь от прикосновения к Сейбер. Его неприкосновенное сокровище, это было так забавно и иронично. Она будет принадлежать ему, но не будет его.
— Не в этот раз, — мечница перевернула рукоять в левой руке и резко прыгнула вправо, разрезая бок развороченного самолета. Резкий перепад давления и столь большой урон на огромной высоте не выдержал даже многократно укрепленный самолет Святой Церкви, металл буквально скомкало, словно бумагу. Под невыносимый скрежет железа, рыцарь выпрыгнула из самолета, а секунду спустя ракета, влетевшая в проделанную дыру, разорвала все вокруг с силой бомбы, способной стереть целый город.
Волна взрыва усилила начальный импульс полета многократно, обжигая незащищенную броней кожу девушки. Она не приземлилась — не сумев вовремя и правильно вывернуться, рыцарь упала на землю, подобно метеориту, разорвав своим телом землю и образовав большой и глубокий кратер вдоль половины обширного яблоневого сада.
* * *
Болезненно прихрамывая, я медленно выкарабкался из земли и кашлянул черной кровью. Утерев грязным изорванным рукавом рот, я доковылял до ближайшего целого дерева и улегся, облокотившись спиной о ствол. Слегка стукнув о дерево локтем, подобрал один из упавших фруктов и с удовольствием надкусил. На вкус было не очень. Я фыркнул: вот каков вкус смерти, вот какими будут мои последние секунды. Ни на секунду не сомневался, что этот Слуга выживет. Теперь между нами я чувствовал некую связь и совершенно точно знал, что Гил не умер, да и действительно его не убил Калибурн, не навредила кровь с концентрацией из миллиардов проклятий... С чего какой-то ракете навредить? Если мне не изменяет память, оригинальная Артурия тоже так умерла у дерева. На секунду я задумался о судьбе Арчера... Не выдержав, рассмеялся. Да, ситуация... я покосился вбок.
— Явился не запылился, — протянул я, откидывая надкушенное яблоко и доставая револьвер из-за спины, медленно скользнув большим пальцем по барабану.
— Ты действительно нечто, Сейбер, — улыбнулся Король Героев, положив одну руку на пояс, а второй приложившись ко лбу. — Давненько я так не веселился.
— Ну так в путь, — откашлявшись, сказал я слегка осипшим голосом, — я даже адрес подскажу, Румыния...
— Трифас, Игдимилления, — Гильгамеш чуть склонил голову. — Неужели ты считаешь, что Королю подобает снизойти до жалких шавок вроде них? Какое дело Королю до крыс, копошащихся в сточных канавах, где им самое место?
— Я посмотрю, что вы скажете, когда столкнетесь с ними и их фантазмами, лицом к лицу — медленно, опираясь плечом о ствол небольшого дерева, я начал подниматься, холодная рукоять пистолета давала небольшую долю чувства защищенности, но направлять ствол я пока не решался.
— Жалкая попытка, Сейбер, — пренебрежительно сказал мужчина, складывая руки на груди. — Одно лишь МОЕ желание, и вся Румыния будет стерта с лица МОИХ земель. Но есть кое-что... — Золотой Арчер опасно улыбнулся, — что ты сделаешь для меня.
Я вскинул руку и нажал на курок, револьвер сухо щелкнул под довольным взглядом Короля Героев.
— Что такое, Сейбер? Забыла зарядить оружие с прошлой ночи? — насмешливо спросил Гильгамеш, начав двигаться в мою сторону, я недовольно цокнул.
— Да, память подводит с самого призыва, а после знакомства с пулей Арчера Черных забывчивость взяла свое, — вздохнул я и снова нажал на курок.
Всего метр или меньше, пуля Истока разогнанная Воздушной Кувалдой, мой последний шанс. Он не сдвинулся ни на миллиметр, не выставил щитов, на таком расстоянии даже Героический Дух бы не успел среагировать на внезапную атаку...
— Ты забыла зарядить, но еще один патрон у тебя был, — улыбка Короля Героев стала шире, а рука молниеносным движением выхватила уже бесполезное оружие из моей руки.
— Невозможно, — шокировано прошептал я, ведь целил прямо в глаз, всего метр, как я мог промахнуться? Или...
— Прокрутила барабан, пока я не видел, — Арчер недовольно скривившись, откинул в сторону оружие и вновь посмотрел на меня, — не сдаешься до самого конца.
— Попробовать стоило, — я вытащил новый черный ключ. Сколько их у меня еще осталось и будет ли от них толк?
— Ты правильно поняла, Сейбер, — блондин издал что-то среднее между смешком и довольным возгласом. — Ты была столь хороша потому, что я помогал тебе, ограниченно, конечно же, но не думаешь же ты, что смогла бы метать черные ключи с такой точностью?
— Инстинкты могли помочь мне лишь в защите, но не в атаке, — кивнул я, по-новому посмотрев на недавние бои. Действительно, одно дело стрелять и отбиваться от смертельных и опасных ударов, а другое — атаковать с высокой точностью самому. Но важнее другое, Гил дал кое-какие намеки на то, как он вообще смог воскреснуть или как там это у магов называется... восстановился? Его сила сейчас все равно не чувствуется столь большой, как в нашу прошлую встречу, но он по-прежнему сильнейший Слуга. Нужно еще немного времени, нужно...
— А что если я предложу исполнение твоего желания, Сейбер? — словно не замечая моей напряженности, Король Героев уселся на еще какую-то хрень вроде кушетки, только золотую, конечно же, с дорогим бархатом в качестве подстилки с ручной вышивкой. Рядом появился столик с вазочкой, наполненной фруктами, и Гильгамеш кинул мне один. Я аккуратно насадил яблоко на лезвие и присмотрелся к мужчине, что-то это мне напоминает.
— Помнится, этот опыт для первых людей и божественного яблока плохо кончился, — протянул я, разглядывая золотой фрукт. Неужто из садов Гесперид?
— А кто сказал, что те плоды несли зло? — задумчиво повертев в руках такое же яблоко, Король Героев надкусил плод и пронзительно уставился на меня. — Христианский Бог лишь велел не есть плоды с одного дерева, Адам и Ева ослушались и получили заслуженное наказание.
— И искуситель тут ни причем, — я не мог понять, к чему он клонит. Вот что Гил точно делать не будет, так это впустую тратить время.
— Змей сделал предложение — не заставлял и не приказывал, — улыбнулся Гильгамеш. — Змей лишил меня бессмертия, которого я желал и ради которого спустился в подземный мир.
— Но кто виновен больше, змей воспользовавшийся ситуацией... — я медленно поднес к губам яблоко и надкусил его, вкус был просто изумителен, определенно ничего более вкусного в жизни я могу и не попробовать, — или тот, кто был достаточно неосмотрителен и слишком расслабился, когда до конца его пути оставался лишь шаг?
