Тут Хво, наконец, возмутилась:
— Сколько можно в собственном доме питаться сухомяткой?
— Возьми и приготовь сама, если умеешь.— Парировал И-стик, у которого лапы дрожали от усталости так, что не могли хорошо удержать и куска, поэтому он был сердит и голоден.
Ерда поднял бровь:
— Ну если не хотите питаться сухомяткой, нужно организовать кухню, кто возьмётся за это?
Раздался дружный стон.
* * *
Фарра — особа песец с белым пушистым мехом, сестрица спасённого Реара была довольно мила и любезна, дом внутри представился уютным гнёздышком, где сразу чувствовалась практичная женская рука, где всегда всё чистенько, мило и на месте. Сразу становилось понятно, что дом розовый не только снаружи, но и внутри, уж больно много вещей данного цвета попадалось по пути в гостиную комнату. Всё это время, что я провёл в доме нахожусь на грани, и поэтому отчётливо вижу всю судьбу, что подарил Единый этому дому и его обитателям в частности. Да, похоже вовремя я пришёл: та неустойчивая видимая стабильность и даже некий видимый достаток и лоск скоро подойдёт к неизбежному концу, начало которому положит резкое ухудшение здоровья ребёнка. Будут тщетные попытки излечения, долги и много, очень много личного горя. Ну что же надо помочь — значит надо, вздыхаю и обращаюсь к хозяйке:
— Уважаемая Фарра, уж извините, но я пришёл не болтать, а по делу.
— Конечно, конечно, вы же выручили моего брата, сколько мы вам должны, если не хватит личных средств то мы отработаем, я шью да и брат мой маг не из последних, отработаем,— Лисичка подняла свою острую мордочку и заглянула ко мне в душу своими льдистым и довольно холодным взором.
Выпускаю цветной вероятностный узор, что мнится иным дымом из моей трубки, а на самом деле служит стабилизации и усилению моих возможностей вкупе с сосредоточением.
— Не угадали, не по этому делу, я пришёл не брать, а давать, не за платой, а как бы совсем даже наоборот. Ведь у вас на руках больная дочь, я прав?
Белая лисичка огорчилась, в глазах стояли слёзы, а сил ей хватило только на кивок.
-Проводите меня к ней, я постараюсь помочь, и, даст Единый, вылечим вашу дочь.
Мушка лежала в аккуратной постели, в это раннее время она ещё не проснулась, так что зашли мы тихо, а мать разбудила дочь, погладив её по голове. Девочка оказалась хрупкой лисичкой желтой шерсти с красной и белой опушкой.
— Не покидайте дочь и ты Реар останься, да лучше сядьте рядом, дело будет длинное.
Подала голос девочка:
— А это кто?
— Это дядя доктор.
— Ааа,— девочка разочарованно протянула, видно уже привыкла, что доктора много обещают, но мало делают, постараюсь и я не огорчить её.
С изнанки дело выглядело мягко говоря - пакостно, многочисленные повреждения на генетическом уровне не оставляли надежд на полное исцеление, впрочем можно постараться, правда придётся соблюдать определённый режим и ограничения, но лучше так, чем вообще никак.
Сначала подкорректируем линии вероятностей, уменьшив возможное негативное влияние на здоровье со стороны внешних и возможных внутренних факторов и, заодно, и вероятность спонтанной одновременной парализации. Знаете, когда на вас падает кирпич, или кулак случайного хулигана попадает вам прямо по причинному месту, или того хуже сами того не желая протыкают вас насквозь рабочим инструментом, то это обычно плохо сказывается на здоровье, поэтому уменьшение вероятности таких событий для девочки критично, хватит с неё и неслучайных факторов: генетической болезни и сопутствующих болезней (куда уж без них). Затем, передохнув, приступим к главному — восстановлению нервных окончаний и приведение их к идеалу по всему телу, дело тонкое, монотонное и очень долгое - всё равно, что заниматься тонкой вышивкой. Жаль, что это хоть и будет воспринято всеми как исцеление, таковым не является, ибо это всего лишь замена того, что организм должен делать сам, а без постоянной внешней коррекции такая конструкция быстро развалится и придёт к первоначальному виду, именно это бы получил Реар от большого круга исцеления, и на этом — всё (а что через полгода племянницу бы полностью парализовало, это для большого круга магов роли бы не играло, тут они привели бы универсальный аргумент, что процедуру каждый квартал надо повторять, но где же найти такие деньги?). Так что через час, когда у меня дрожали руки от напряжения, я всё же сумел по идеальному образцу построить нервную систему для лисички. Накладываю сеть средней релаксации, теперь подготавливаю контуры автоматического самоконтроля, которые будут следить за этой нервной системой и править её согласно идеальному образцу, полученному мной из маловероятного случая идеального рождения и существования (магу не владеющему моей магией это недоступно, поэтому этот этап никто не сможет выполнить - только учитель да я, большой круг, использующий универсальную модель тут бы и потерпел поражение, ну нет общей универсальной схемы на каждый момент и событие жизни, поэтому большой круг и не занимается фиксацией результата в таких случаях, попытки, ранее предпринимавшиеся, приводили к довольно неприятным случаям и смертям).
Ну вот, а теперь самое простое — обеспечить источниками энергии полученные конструкты, поддерживающие низкую вероятность случайных негативных событий и восстановления нервной системы, для этого прекрасно подойдёт пара колец (маг я основ — или нет). Создаю пару серебряных (шшш... Тихо. только не говорите подруге, а то она заставит меня так деньги делать, что противоречит моим моральным установкам) колец — браслетов, формируя на них затейливый узор на левом в виде лемура, а на правом выдры держащихся за свой же хвост (профессиональный знак). Ну добавим пару незатейливых камушков, концентрирующих энергию и хранящих её и построим каналы, запитывающие конструкты и привяжем их намертво. Фу, устал, но последним усилием заполняю накопители энергией под завязку, теперь каждый месяц надо будет ходить и заполнять их заново но, думаю, тут Реар справится и сам - пара часов в месяц его не устроит, да и маги не так дорого берут за это на рынке, знаю уже, интересовался.
Перед глазами розовая пелена, малость перестарался, поэтому расслабляюсь и наполняю себя энергией из источника, на лбу выступает пот.
— Хорошо...— вздыхаю и снимаю с комнаты паутину временного паралича, пришлось наложить, чтобы не мешали, а присутствие родни мне понадобилось, чтобы потом не говорили, что я с маленькими девочками невесть чем занимаюсь, страховка, однако... Тут только обращаю внимание на убранство детской: всё приспособлено для безногого, много же придётся перестраивать, ну да это будет радостный, весёлый процесс, уж это я предвижу и не выходя на изнанку мира, а на счастье добавлю - ка я немного смешинок и достав лапой прямо из воздуха горсть серебряных "мушек" подбрасываю их вверх, они разлетаются вокруг, кружась, словно живые, теперь кто бы не пришёл в эту комнату будет испытывать только хорошее настроение, пусть будет небольшим подарком от меня. Толика счастья, знаете, еще никому не мешала.
Серебряные мушки для Мушки разлетелись, и, девочка открыла глаза...
* * *
— Уважаемая госпожа, всё готово для проведения церемонии пожертвования Единому.
— Хвала Великому кольцу, — Аалла Улуа — рыжая лисица в полупрозрачной одежде, ласково взглянула на послушницу, которая принесла весть о готовности клира и прихода к проведению ежедневной службы. Убранство главного зала поражало воображение, резные колонны, золоченые, с затейливой резьбой изображающей сцены рождения, спасения и гибели мира, отдельно на стенах висели панно изображающие разные моменты создания мира Великого кольца, моменты создания Жемчужин — Лун Единым. Все изображения были оживлены церковной магией, так что казалось, что смотришь на реальность, отгороженную от вас только тонкой прозрачной перегородкой, впечатление особо усиливались тем, что живые изображения постоянно менялись, оставалась постоянной только тема, которой было посвящено изображение. Надо сказать авторы работ сами не знали как будут развиваться и что изображать работы, они создавали лишь изначальные изображения до наложения магии Единого, после чего они начинали жить собственной странной жизнью. Некоторые утверждали, что магия Единого действительно дарует возможность увидеть реально существовавшие моменты истории, во всём великолепии Единого. Всё великолепие было освещено магическими светильниками шести цветов, расположенных по часовой стрелке по периферии зала, над главным возвышением в данный момент находился светильник интенсивно фиолетового цвета. На возвышении лежал пюпитр с книгой Основ Единого, фактически аналог Библии Земного мира (нечто вроде Ветхого завета, ибо мир спасителя ещё не знал, и даже не был в курсе появится ли он и кто он будет). По краям возвышения стояли рядом девы — служительницы храма, в золотистых накидках, довольно фривольной формы, что и отражало основное их предназначение — утешение страждущих, ослабления боли мира и уменьшения количества совокупного Зла.(3) Далее, отгороженные рядом послушниц стояли жаждущие утешения прихожане, по краям зала в полутенях прятался и хор, ведущий основные темы сотворения мира во время службы.
Церемония пожертвования Единому проходила в полдень каждого дня вне зависимости от того: был ли день рабочий или выходной и состояла из чтения из священной книги, благословения Единого (церемонии на которой во имя Единого читались проповеди и с благословения его принимались и дарились дары), и "сопричастия" бедам и нуждам Мира. Большинство прихожан приходили именно ради последней части действа, ибо сопричастие часто проходило в довольно вольных формах в которых участвовали наряду с прихожанами и девы служительницы. Впрочем немало было и тех, кто просто пришёл в храм излить Единому душу и просто утешиться и обрести покой душевный и это тоже было одной из прерогатив служительниц. Но даже на это последнее утешение далеко не каждый прихожанин мог твёрдо рассчитывать. Каким-то неведомым способом среди прихожан, стоящих сейчас в зале, на каждой службе отбирались только те нреки которые наиболее нуждались в помощи любого вида и именно к ним и подходили служительницы храма по окончании службы, впрочем мы это ещё пронаблюдаем, а пока Аалла Улуа проводила церемонию, следя, чтобы каждая прочитанная глава намертво улеглась в головах прихожан, ибо речь в книге шла не столько об истории мира сколько о морали и выборе правильного пути и принятии верных решений. Фактически по основной Книге Великого Кольца Единый утвердил в своё время церковь Великого Кольца в роли учителя и сообщества нреков нуждающегося в обучении и следовании правильной жизни, где мораль и совесть не пустое чувство, а единственно верный способ просто жить. А остальное: сочувствие, соучастие, помощь и прочее,— следовало с неизбежностью из предыдущего пункта, так же как и обязанность церкви бороться с нежитью и нечистью разных видов. Часто говорили, что служители используют ментальные техники и, вообще магию менталистов для утверждения среди горожан, но сами маги менталисты отрицали этот факт со всем возможным пылом на который были способны.
В этот раз, служба шла как обычно, разве была принесена Единому дополнительная, особая молитва во славу за избавление от нечисти коварной, обретаемой близ Старого кладбища.
Закончились и приношения к Единому, и вновь запели певчие с новой силой, что знаменовало собой наступление времени утешения и сразу стало видно, что часть прихожан, словно ничего не соображая, двинулась к выходу, а несколько нреков твёрдо подошли к служительницам и были увлечены ими во внутренние покои, прошло несколько минут и храм опустел, остались только сама глава храма да её секретарь, подошедшая из — за колонн скрывающих пути в сокровенные комнаты и пути к покоям главы церкви.
— Госпожа?
— Слушаю, Ка-петта.
Подошедшая особа была представительной красной пандой более чем достойных габаритов, особенно когда речь шла о горизонтальных размерах и объёмах. Её розовые полупрозрачные одеяния мало что скрывали и предназначались лишь для подтверждения её статуса, как и знак единого кольца с шестилистником внутри. Впрочем особой она была неприступной и мало с кем заводила даже приятельские отношения, не говоря уже о каких— либо более тесных и доверенных отношениях. Исключением была только её госпожа - символ всей Церкви, которой она и служила, сколько себя помнила.
— Пришёл тот, о ком вы меня предупреждали вчера, лемур — сочетающий, но не один а в сопровождении лиса. Говорит, что ему жизненно необходимо видеть вас.
— Какое впечатление на тебя произвела данная парочка Ка?
— Интересное сочетание — задумчивая небрежность и при этом полный порядок в необходимом у первого и ярость и решительность при невозможности изменить начертанное во втором. Я бы сказала данная парочка далеко пойдёт, только лис как источник неприятностей вызывает сомнения, чего -то не хватает, а может и кого-то.
— Незаполненная пара? Интересно,— промурлыкала глава церкви.— Проведи их в розовую гостиную.
— А не рановато ли им в розовую?— пробурчала панда себе под нос, но замечание не осталось незамеченным.
— Самый раз, группу надо сплачивать, недоверие — вот что будет постоянно разрушать все благие начинания, не забывай, что борьба с этим недостойным истинного нрека чувством одно из главнейших предназначений, завещанных Единым нам — скромным служителям.
Панда смутилась, опустив взгляд и быстро покинула зал, скрывшись за колоннами. А лиса поправила символ власти и, вознеся Единому молитву о содействии благим начинаниям, покинула зал.
Коридоры в тайной части главного храма церкви Великого Кольца были тускло освещены магическими светильниками: допустить магов в тайные покои было для служителей совершенно невозможно, а сами служители не были достаточно квалифицированны в магическом искусстве, как обычные маги, чтобы постоянно поддерживать во всех коридорах хорошее освещение, а использовать для столь банальной вещи силу Единого, когда можно воспользоваться хоть факелом, хоть небольшим "фонариком" — индивидуальным магическим амулетом,- было для настоящих верующих совершенно запретно. Силу Единого следовало тратить только на цели определённые и завещанные самим создателем и основателем церкви (а это был сам Единый, который в милости своей после создания Великого Кольца и населения его народом н-реки решил, что заботиться о них, их чистоте, нравственности и душах должно особым кругам — объединениям — храмам). Попытки использовать силу не по назначению, разумеется раньше предпринимались, но приводили только к лишению сил и возможностей сестёр, пытающихся нажиться на возможностях церкви, при этом пытающаяся воспользоваться в личных целях этой силой сестра однажды вдруг просыпалась без этой силы, что чувствовалось всеми другими и приводило к изгнанию, неизбежному для оступившегося, поставившего личную наживу выше церкви и общества. Так что чистота рядов поддерживалась самим Единым и была одним из знаков, данных свыше, как символ истинности и непогрешимости церкви (это оспаривалось другими церквами но, разумеется безуспешно).
