Желание

— Тише, Лети. Все закончилось. Правда. Все позади. Нам нужно идти дальше, слышишь? Граница с Альянсом совсем рядом. Мы можем дойти туда до утра. Лети, слышишь? — он взял в ладони мое лицо. — Мы оба живы, значит мы дойдем. Все будет хорошо.

Я замотала головой.

— Как? Как все может быть хорошо? Шен! Мы остались одни! Больше никого нет, понимаешь? Хейли и Тайлера больше нет!

— Я не знаю, что с ним, Лети. Тайлер просил найти тебя.

— А где он сам?

— Я не знаю, Лети. Нас раскидало во время взрыва.

— Взрыва?

Шен на миг опустил глаза.

— Был бой, Лети. Разве ты не знаешь?

Я мотнула головой.

— Перед самым уходом нагрянули имперцы. Потом был сильный взрыв. После него я уже ничего не помню. Очнулся посреди груды обломков, пришел в себя и отправился искать хоть кого-нибудь.

— Шен... — я крепко обняла брата. — Ты прав. Мы должный идти. Прямо сейчас, да?

Если Тайлер и выжил, то вряд ли мне удастся найти его в лесу. Джаред ни за что не оставил бы его здесь. Шен прав, лучше уйти к границе и спастись. Лучше для всех. Тайлер хотел бы именно этого.

Мы быстро затушили костер. Я отдала Шену часть своих сухарей.

— Что с твоей ногой?

— Поранило обломком.

— Болит?

Шен кивнул.

Я порылась в рюкзаке падшего, и нашла маленькую походную аптечку. Там оказалась одна-единственная ампула с обезболивающим.

— Возьми, пригодится.

— Что бы я без тебя делал, Лети? — улыбнулся Шен и тут же зашипел, коснувшись разбитой губы.

Я глухо усмехнулась:

— Ну и видок у нас с тобой, Шенни.

— Урожденные Кастелли, — кивнул он.

— Куда идти?

— На восток, — уверенно сказал Шен.

— И где он?

Шен сдержал улыбку и достал из кармана потрепанной куртки компас с треснувшим стеклом. Такого в этом мире я еще не видела и потому чуть не подпрыгнула от удивления.

— Где ты это взял? Здесь?

— Стащил у одного из падших. Идем?

Поддерживая друг друга, мы двинулись вглубь леса. Вскоре над еловыми вершинами я увидела снежные шапки гор.

* * *

У подножия хребта текла бурная речка. Шен сказал, что она берет начало далеко в горах. Стоило только опустить пальцы в воду, как их свело.

— Почему река не замерзла? — спросила я, дыша на руку.

— Некоторые горные реки не замерзают, — ответил Шен, глядя в мутно-белое небо. — Надо торопиться, Лети, скоро стемнеет.

Я поднялась на ноги и взглянула по сторонам.

— Здесь очень красиво, правда? Даже жаль уходить...

— Да, тут здорово. Идем, Лет?

— Да, конечно.

Шен помог мне слезть с большого плоского камня, на который я взгромоздилась.

— Ты точно знаешь, куда идти? — в очередной раз с сомнением спросила я.

Шен пожал плечами.

— В любом случае мы выйдем к границе.

— В любом случае... — эхом повторила я.

Лес редел и уходил прямо в горы, в самую вышину.

Нам с Шеном предстояло пройти по кромке гор, по едва заметной в снегу тропе. На высоту подниматься не придется, но я все равно волновалась. Дух захватывало, стоило только взглянуть на вершины, ушедшие в облака. Здесь просто сумасшедшая высота и при мысли, что я могу подняться на нее, становилось плохо. Горы давили на меня своей мощью. Так ощутимо, что все мои, казалось бы уснувшие от утомления инстинкты, вернулись. Снова стало страшно, холодно, голодно и вернулась ломота в теле. А, может, я просто заболеваю, что неудивительно после такого приключения.

— Шен? — окликнула я брата, который шел впереди. Он обернулся. — Ты знаешь о шаянах?

Он коротко усмехнулся.

— Не думал, что и тебя понянет в эту мистику, Лет. На тебя не похоже.

— Вкусы меняются. А кого еще тянуло?

— Хейли. Она верила в это...множество миров. Да, точно. Она считала, что во всем есть судьба, предназначение, смысл.

Я остановилась и поправила шапку.

— Мне тоже ее не хватает, Шен. Хейли была замечательной.

Шен только кивнул.

— Я не знаю, как буду без нее, Лет. Это самое страшное.

— Прости, что спросила...

— Не переживай, Лети. Идем. Знаешь, Хейли очень увлекалась множеством миров, но ото всех скрывала. Ты же понимаешь, это опасно.

— Не опаснее, чем бродить по лесу в одиночку, — улыбнулась я.

— Ну, Хейли была не такой экстремалкой.

— На самом деле, я трусиха, Шен. Просто жить очень хочется.

— Серьезно? — теперь улыбался он.

— Не поверишь.

Шен остановился и оглянулся:

— Вот доберемся до Альянса и там можешь сколько угодно искать своих шаянов. Договорились?

— Угу.

Мы снова пошли по тропе. День клонился к закату, и я начинала паниковать.

Ночь выдалась ясной. Лунный свет лился на белое полотно снега, а звезды усыпали небо яркими точками.

Я много раз пыталась найти знакомые созвездия, но так и не могла. Тайлер говорил, что в этом мире есть астрология и гороскопы, но вряд ли они напоминают привычный мне.

— Лети, стой, — Шен остановил меня за руку. — Смотри.

Я подняла глаза и увидела, что впереди, из-за каменного выступа, показалась металлическая опора ограждения. До нее оставалось метров двести-триста.

Я вопросительно взглянула на брата:

— Мы пришли, да? Шен?

Он молча кивнул и посмотрел вперед.

Я замерла.

Какое странное ощущение. Когда идешь к чему-то через слишком большие испытания, долго и мучительно, у самого финиша всегда встает вопрос "а стоило ли?". Стремишься, рвешься к мечте, кладешь все на ее исполнение, а потом, когда остается всего пара шагов, вдруг останавливаешься.

Стоило ли? Мы с Шеном стояли у занесенной снегом границы с Альянсом. Нас осталось всего двое и впереди неизвестность. Стоил ли проделанный путь результата?

— Пойдем? — Шен взял меня за руку.

— Погоди...

— Лети, что такое?

— Мне страшно, Шеннард. Я боюсь. Но мы же не можем вернуться и...

Я замолчала. Сказать больше нечего.

— Идем, Лети. Глупо останавливаться сейчас.

На открытом пространстве, куда мы вышли, все как на ладони. Два бредущих человека в лунном свете и темной одежде — проще простого заметить.

Стоило только обогнуть камни, как перед нами выстроился ровный ряд металлических столбов, связанных плотной проволокой, через пару метров друг от друга. Цепь ограждения уходила вдаль, петляя вдоль заснеженных гор. Метрах в пятидесяти от нас находилась вышка, больше напоминающая башню, в которой могла бы томиться принцесса, ожидая своего спасителя. Принцесса урбанистического мира, конечно же.

Яркий луч прожектора тут же упал на нас, и я зажмурилась, прикрывая лицо ладонью. Из-за яркого света невозможно было разглядеть, кто приближается, но вскоре нас окружили четверо на снегоходах.

Я увидела стволы лазерных винтовок, направленные на нас.

— Не двигаться с места, — сказал он из пограничников.

— Кто вы? — спросила я, не имея возможности рассмотреть форму пограничников. — С какой стороны?

— Мы из Альянса. А вот кто вы такие?

— Мы хотим перейти границу. Добровольно, — громко сказал Шен.

Пограничник сделал знак, и лазерная красная точка на лбу Шена погасла.

— Берем их, ребята, — скомандовал он.

Как оказалось после, мы с Шеном, двигаясь без карт, навигаторов и вообще любых конкретных ориентиров за исключением видавшего виды компаса, минули нейтральную полосу перед границей, оставшись незамеченными.

Нам крупно повезло. Попадись хотя бы один имперский пост, мы бы сейчас летели обратно в Ангресс на борту военного корабля. Теперь же сидели в кабинете старшего на этом посту Альянса(еще не разобралась в их званиях) и ожидали приговора.

Я тихонечко млела от разлившегося по телу тепла. Еще никогда ни одно помещение не казалось таким теплым и уютным.

Язык Альянса не слишком отличался от языка Ллерии и я понимала почти все, что говорили военные. Старший сообщил, что взяты еще двое, собравшиеся перейти границу добровольно.

— Еще двое? Еще? — тут же встрепенулась я, услышав это. — Значит, были другие?

Шен дернул за руку, чтоб не болтала, но было поздно.

— Потеряла друзей? — спросил пограничник, даже не удосужившийся представиться нам.

— Да, потеряла, — решительно сказала я.

— Вчера днем восточнее отсюда перехватили еще троих, если тебе станет легче.

— Что с нами будет дальше? — спросил Шен, пока я приходила в себя после услышанного.

— Для начала вас отвезут в город, а там уже разберутся, кто вы и что с вами делать.

— Нас не выдадут Ллерии?

— Не хочется домой?

— Ни капли. Неужели ты даже не спросишь наши имена?

Пограничник хмуро улыбнулся.

— Мне плевать, кто ты и подружка такие. Вы — нарушители границы. Пусть с вами разбираются другие.

Дальше все происходило очень быстро. Нам на руки надели наручники, вывели во двор и загрузили в катер, спустившийся с ночного неба.

Я была уже не в силах переживать или бояться. Навалилась громадная усталость, а следом пришел сон. Я задремала, положив голову Шену на плечо под мерное бормотание двигателя. Было плевать, что в этот миг на меня направлено дуло винтовки.

* * *

У меня не было часов, чтобы определить, сколько времени длился полет. Но когда я открыла глаза, дремал уже Шен. Наши охранники по-прежнему несли вахту, впрочем, не так уж и ревностно — все устали и всем хотелось отдохнуть и поскорее прилететь на место.

Я повернула голову и взглянула в круглый иллюминатор. Сквозь толстое стекло, по краям покрытое изморозью, увидела вершины гор и залегшие на них облака. А вдали на горизонте маячили высотные здания города. Куда нас везли, я и понятия не имела, спрашивать у угрюмых охранников побоялась.

Мне было уже почти все равно, куда я попаду. Лишь бы там было тепло. Мой измученный холодом организм настолько ослабел, что любое движение казалось настоящим подвигом. Все происходящее невероятно долгим сном, а прошлое и вовсе исчезло. Физическая усталость сильнее страданий, это правда. Люди слишком слабы, чтобы сутками стоя навытяжку переживать вновь и вновь страшные моменты. Ни один человек на это неспособен.

Шен вздохнул во сне и склонил голову набок.

Я улыбнулась. Мой брат — настоящий супергерой. А что? внешность и грустная история при нем. Сверхспособности тоже — талантливее водителя чем он, я еще не встречала. Тем более, способных управлять местными автомобилями-монстрами. Но это все ерунда в сравнении с тем, что Шен, в отличие от многих мужчин, умеет создавать настоящее чудо — исполнять данные обещания. После смерти Хейли он поклялся, что сделает все возможное и невозможное лишь бы доставить меня живой и невредимой в Альянс. И ему это удалось.

Мотор загудел громче и катер ускорился. Мы приближались к городу и вот я уже разглядела посадочную площадку на самой окраине.

Я не так много видела в Ллерии, но города Альянса заметно отличались. Здесь не было трущоб, выступающих далеко за пределы городской границы. Не было разбросанных тут и там зданий, ярких фасадов, стеклянных небоскребов.

В Альянсе все было по-другому. Город — настоящая крепость, обнесенная глухой мощной стеной со всех сторон. С наблюдательными вышками, громоздящемся на них оборудованием, наверное, оружием. Я успела увидеть совсем немного, но, кажется, в городе не было высоких зданий, ни одного небоскреба. Может, просто город не того масштаба, или, здесь не принято строить дома над облаками?

— Куда мы прилетели? — решилась спросить у охранника.

Тот задумчиво жевал шоколадный батончик и не выпускал из другой руки винтовку.

— Гродинск, город первого "пояса".

— "Пояса"?

— Угу. Ты разве не знала, детка, что у нас города не раскиданы где попало, как у вас?

— Откуда мне знать. И как же они раскиданы у вас?

Он сделал круговое движение пальцем.

— Кольцами — "поясами". А в самом центре столица.

— Хитро, — невольно улыбнулась я.

Нет, просто не вериться! Неужели все что говорили об Альянсе, правда? Тогда здесь не то, что города, здесь вся страна настоящая крепость.

— Куда нас отправят дальше?

Солдат наконец-то дожевал батончик, от одного вида которого у меня начинало сосать под ложечкой, и швырнул этикетку под скамью. Не слишком-то аккуратно для военного при исполнении.

— В Штаб. Там вас с приятелем, — ткнул пальцем в спящего Шена. — Проверят, все оформят, сделают дезинфекцию.

— Дезинфекцию?

— Мало ли какую заразу ты притащила из своей Ллерии. На ваших ступенях полно всякой мрази и дерьма.

— Не на всех.

— А-а-а... — протянул он, оценивающе окидывая меня взглядом. — Так ты видать с высшей? И за каким это ты с пентхауса только слезла?

— Не твое дело. Что будет дальше, после дезинфекции?

— Если хочешь остаться в Альянсе, будут готовить к принятию гражданства.

— Это как?

— Узнаешь. Ты задаешь много вопросов, детка. Давно таких не было.

— А какие бывают?

Он, похоже, был непрочь поболтать. Откинулся к стене, усаживаясь в удобную позу, смотрел на меня не то что бы дружелюбно, но так, как будто я была не событием, а повседневной работой.

— Разные к границе выходят. Иногда совсем буйные — тогда приходится пристрелить. Кидаются на наших с оружием, бывает. Один раз вышку хотели взорвать, прикинь?

— А ты сам откуда?

— Я с Севера, из самой морозилки. Может побываешь когда-нибудь...

Тут у него в кармане затрещала рация.

"Робсон, как наши гости?".

"Порядок, смирно сидят".

"Готовь высаживать, опускаемся".

"Понял, отбой".

— Ну все, детка, — солдат встал и выставил вперед винтовку. — Буди приятеля, приехали.

— Шен, Шенни, просыпайся, — принялась я будить брата.

Катер опустился очень мягко, почти неощутимо.

Я стояла, придерживая Шеннарда, и ощущала, как со спины на меня направлены сразу три винтовки. Дежурство моего "знакомого" подошло к концу и теперь нас охраняли сразу трое.

Огромный люк катера открывался медленно. Когда он опустился, я увидела всю картину целиком.

Небольшая площадка, расчерченная понятными для пилотов знаками, ангары для катеров по бокам. Небольшие — наверное, здешний порт рассчитан на мелкие суда. А впереди длинное двухэтажное здание с большими окнами.

— Это штаб? — спросила я, указывая на него.

— Не задавай вопросов, шагай, — похоже, новый конвоир не был расположен к беседе, потому что я получила слабый, но ощутимый тычок в спину.

Шену было очень плохо. Действие обезболивающего закончилось и рана сильно болела. К тому же, у него поднималась температура. Вспоминая о бедняге Берри, я боялась, что с братом может случиться то же самое.

Я шагнула вперед, выйдя из-под защиты катера. Впереди была метель. Сильные ветер нес с гор потоки мелких колчих снежинок. Небо налилось темно-серой тяжестью и вот-вот собиралось обрушить снегопад.

Нас встречали. Четверо в такой же военной форме, с оружием и автомобилем, смутно напоминающим автобус за спинами.

— Кристан, рад видеть, — один из них вышел вперед и пожал руку капитану катера. — Кого привезли на этот раз?

— Двое. Что за птицы, пока не ясно. Хотят перейти границу.

— Разберемся. Для тебя и твоих ребят все готово, отдыхайте, — он взглянул на небо. — Будет буря, не торопитесь назад.