Гильгамеш улыбнулся и слегка толкнул стоящий рядом с собой столик, золотое изделие, паря над землей, медленно подлетело ко мне...
* * *
Сейбер перевела взгляд с яблока на своем клинке на полную таких же яблок корзину и волшебное зеркало на столе, а потом на Короля Героев. Ее желтый змеиный зрачок внимательно уставился на мужчину, и тот подтверждающе кивнул. За его спиной из золотого портала появился один из его самых любимых парных клинков Энки.
— Гильгамеш, ты понимаешь, чего я хочу и не собираешься помешать, а более того еще и помочь? — мечница отозвала лезвие черного ключа, и надкусанное яблоко упало в проклятую ладонь, облаченную в черную шелковую перчатку. Одно яблоко символизировало ее желание, корзина была предложением исполнить все ее желания, волшебное зеркало показало то, чем ей, возможно, придется уплатить. Король Героев не стал бы врать напрямую, но рыцарь не сомневалась, что цена ей не понравится.
— Конечно же я собираюсь насладиться сим зрелищем, если тебя так беспокоит целомудрие твоего тела, — Гилгамеш фыркнул, глядя на проклятую Слугу. — Я обещаю не притрагиваться к тебе, пока ты сама не попросишь, а ты попросишь однажды, — мужчина властно усмехнулся. — Слезливая история жалкого имитатора знатно повеселила меня... но этого недостаточно.
— Откуда ты знаешь, Король Героев? — подозрительно спросила мечница. — Он рассказал мне в Зеркале Души, когда мы были в Испании, никто не мог подслушать нас.
— К чему вопросы, на которые ты сама можешь найти ответы, Сейбер? — довольно оскалившись, уклонился от прямого ответа Король. — Давай, моя дорогая, я выбрал тебя не за красивую мордашку.
Да, Гильгамеш мог избрать себе любую красавицу, толпы самых разнообразных девственниц, для которых величайшей честью было бы ублажить его, не то, что родить наследника. Ему признавалась в любви даже богиня, но ни одна не пробудила в нем сколько-нибудь значимого интереса...
— Кольцо, — недовольно поморщилась рыцарь, коснувшись груди. Она задумалась, зачем вообще было его принимать? Хотелось ли ей просто пошутить, как она любила? Попытка завладеть неизведанной силой? Или это все как-то связано с ней, ее личностью и тем, кто вмешался в Призыв? — Ты не можешь меня убить, вернее можешь, но и сам исчезнешь, — девушка растеряно моргнула, не понимая всей ситуации и пытаясь сложить факты, но все время ее мозг что-то упускал, что-то важное каждый раз проскакивало мимо, и она чувствовала это. — Что ты потребуешь от меня за помощь?
— Конечно же ты заплатишь, — Древнейший Король медленно и величественно поднялся и подошел к напрягшейся девушке. Заставить плакать столь черствую душу — такого развлечения у Гильгамеша еще не было, подарить свет в черное сердце и наблюдать, как оно будет кровоточить от страданий... Когда-то кто-то спросил, кого легче по-настоящему влюбить: невинную жрицу или обычную блудницу, ответ всегда был очевиден. Чьи слезы были бы прекрасней на вкус: Артурии, что несла на своих хрупких плечах надежды всего мира или Сейбер перед ним, что ни в грош не ставила чужие жизни... кроме одной?..
Да, посмотреть, как она сломается, так же, как тогда, когда он принудил маленькую Короля Рыцарей собственноручно убить того бешеного пса Ланселота. Гильгамеш довольно выдохнул в предвкушении и протянул руку.
— Я сказал тебе достаточно, Сейбер, — Король Героев взмахнул второй рукой и откуда-то издали прилетел проклятый Экскалибур, вонзившись рядом с девушкой. — Мое условие лишь одно...
...Проклятая Рыцарь взяла меч и, прикрыв глаза, глубоко вздохнула.
— Убей их обоих, я хочу, чтобы они знали, кто их убил, знали, что это именно ты, — кровавые глаза Короля Героев всмотрелись своим жестким взглядом в проклятую Слугу. — Хочу, чтобы этот имитатор смотрел в твои бездушные глаза, когда ты загонишь Энки ему прямо в сердце, чтобы шептал твое имя.
— Давай только без шепота имен, — Сейбер протянула руку, в ее ледяном взгляде, казалось, больше не было сомнений. — И мне нужен будет второй Энки...
========== Глава 18. Фиолетовые глаза ==========
После ухода Слуги-Наблюдателя, в комнате еще несколько секунд хранилось напряженное молчание, пока мастера телепатически обговаривали свои идеи со Слугами или просто обдумывали произошедшее.
— Почему мы не сказали Рулер о... — Фьоре устало потерла переносицу. — Если честно, и сама не верю, что могло произойти нечто подобное.
— Успокойся, Горд, это не она, — положив руку на плечо друга сказал Дарник.
— Откуда мы знаем? — Музик быстро перевел взгляд с окна, где было видно уходящую девушку. Действительно хорошо, что Престон убедил его не приходить, иначе могло бы произойти... что-нибудь. — Можно было бы проверить.
— Да, Рулеры могут видеть истинные имена Слуг, — кивнул Дарник. — Но проблема в том, что у нас, — мужчина сделал паузу и мельком глянул на стрелка, — Арчер, из-за которого у Рулер могли бы возникнуть ненужные вопросы.
— К тому же мы не можем быть уверены, что она не выдаст истинные имена наших Слуг врагам, — добавила Фьоре, нервно теребя цепочку, свисающую с рукояти кейса, где хранилось ее боевая экипировка.
— Она не станет рассказывать, — подняв руку, чтобы прекратить этот спор, сказал Лансер. — Я посмотрел ей в глаза и могу сказать, что это человек чести и доблести.
— Именно такая, какой ее описывали в легендах, — добавила Кастер. — Девочка, что взяла слишком большой груз...
— И несет его с честью, как и последствия своей истории, — закончил Зигфрид, появившийся вместе с Семирамидой.
— Ладно, если вопрос закрыт, давайте перейдем к конкретной миссии, — снова взял инициативу Дарник. — Я не военный, поэтому, думаю, будет лучше, если наши Слуги выскажут идеи первыми.
— Его концептуальная защитная способность делает длительный бой на износ неэффективной, — поднял палец Лансер, а затем второй, — согласно полученным сведениям, Эвенджер может копировать себя много раз и при этом поддерживать не менее трех своих копий одновременно. Думаю, мой фантазм будет эффективен для его сдерживания, если он попытается задавить нас числом, но не уверен, что он погибнет, даже если я проколю ему мозг и сердце.
— Еще он, возможно, может копировать классовые способности Слуг, — Виктория постучала по столу указательным пальцем. — Мне не нравится формулировка.
— Рулер сказала, что Эвенджер имитировал Скрытие Присутствия Ассасина, но она не назвала его Ассасином, — кивнула Фьоре, прокрутив рассказ Рулер у себя в голове. — Конечно же, если учесть подсчет всех Слуг, то получается, что Эвенджер был призван именно вместо Ассасина.
— Вот именно, но она ни разу не назвала его Ассасином, — Виктория повернулась к Дарнику. — Что если у нас еще один неучтенный Слуга, о котором никто не знает?
— Спиритическая доска с Духовным Контрактом указала на присутствие четырнадцати Слуг и одного Рулера, — Престон напряженно взмахнул рукой, отдавая невербальное указание одному из гомункулов сделать еще один слепок и принести немедленно. — И согласно ему пока погиб лишь наш Слуга.
— Она не лгала, скорее, не уверена точно, — заметила Кастер. — Я не почувствовала обмана совершенно точно, но меня беспокоит ее неуверенность. Разве Рулер, обладая двумя дополнительными Командными Заклинаниями для каждого Слуги в войне, не может просто приказать Слуге убить себя?
— Из этого выходит, либо на Эвенджера не действуют Командные Заклинания, что сомнительно, ведь они почти идеально имитируют Истинную Магию и Даже Слуге с самой высокой Сопротивляемостью не устоять перед сразу двумя приказами, — начала раскладывать по полочкам информацию Виктория, — либо у нас тут бегает Ассасин, избежавший Духовного Контракта, что еще более невообразимо, каким бы навыком Скрытия он не обладал.
— А если Контракт показывает верно, а вне системы Духовного контракта — Эвенджер? — предположила Фьоре, ахнув. — Ведь это мы его высвободили из Грааля, хотя он уже был в нем! Что если Контракт не учитывает его, потому что для системы Ангра-Манью — часть Грааля, а не Слуга.
— Тогда кто, черт возьми, этот Ассасин? — задал вопрос Горд, — мы ведь отслеживали всю Ассоциацию, мы имеем список всех магов, въезжавших до начала войны и в первые его дни.
— Вероятность того, что с Ассасином неизвестный мог проскочить маг, велика, — вздохнул Дарник, все же основной специальностью этого типа Слуги было незаметное проникновение. — Большая проблема в том, что его мастер, видимо, действует независимо от Красных.
— Ну, учитывая класс Слуги, в этом нет ничего удивительного, — сказала Семирамида. — Наш брат самый слабый в прямом противостоянии, укрыться и бить исподтишка — самая верная стратегия.
— В этом и проблема. Если Ассасин существует, — на последних словах Горд сделал ударение, — если... то что помешает ему ударить нам в спину или напасть на крепость и вырезать мастеров?
— Мой фантазм еще не завершен, — вздохнула Семирамида, — поэтому я не смогу укрыть мастеров.
— Думаю, мы оставим Кастер и Ассасин. У Семирамиды все равно слишком низкий навык Скрытия Присутствия для эффективного проникновения к Эвенджеру, а руны Скатах против именно Ангра-Манью будут мало эффективны из-за концептуального проклятья. Зато Кастер вместе с Ассасин смогут сдержать даже всю команду Красных, — взяв карандаш, Влад III сделал несколько зарисовок на карте. — Виктория?
— Я готова, — коротко кивнула женщина.
— Тогда разделимся на группы, — продолжил Лансер. — Я с Сейбером в сопровождении десятка големов нападем в лоб, примем на себя основную атаку противника и отвлечем его, — Колосажатель отметил другую точку. — Виктория с Арчером займут снайперские позиции для оказания поддержки и ликвидации возможных защитников на пути Шики... вот тут. А затем Тоно разберется с этим Эвенджером с помощью своих способностей, — еще раз обведя взглядом группу, Слуга подвел итог: — Нападем по готовности, как только Рулер даст отмашку. Ночь не даст нам никаких преимуществ, а территория вокруг этого Эвенджера все равно мертвая. До заката два часа сорок минут, господа, поэтому, если есть вопросы, говорите сейчас.
— Что делать с мастером? — Виктория отметила в уме удачное расположение позиции: солнечные закатные лучи не выдадут позиции раньше времени, ветер не разнесет их запаха, а высота даст идеальный угол обстрела почти во всех точках, которые легко сможет взять Арчер.
— Устранить. Если есть сообщники, их тоже, — приказал Лансер.
— А если сам мастер или случайные гражданские втянуты под гипнозом? — спросил Шики.
— Ты слышал Се... кхм, извиняюсь, Рулер. Ангра-Манью вырезал целую деревушку, — сказал вместо Лансера Дарник, обменявшись со Слугой взглядами, — но в Апостолов он превращать не умеет. Мы полагаем, что мастером Эвенджера является...
* * *
— ... чертов Апостол, — Третий еле сдержался от того, чтобы грязно выругаться при девушке, — мастер Эвенджера.
— Я не слышала про такой класс, — сказала Седьмая, присев на скамью церкви.
— Этот класс был забракован, его призывали лишь один раз в третьей войне за Грааль Айнцберны, и он оказался очень слабым, — ответил Сервантес, заметив, что Шестой, Мистер Рассвет, тоже не понимает, и тут же поморщился, когда Третий, воспользовавшись тем, что священник отвлекся, резко дернул руку вставляя сустав. Да прыжок из машины на полном ходу выдался не очень удачным, совсем он расслабился, раз такая мелочь смогла повлиять на него. — Осторожнее, Коки.
— Не называй меня Коки, — злобно прошелестело за кучей бинтов Третьего, — иначе я случайно вырву тебе руку.
— Хорошо, хорошо — быстро поднял руки Ханзо, выдернув их из хватки агента Похоронного Бюро и делая шаг назад.
— Короче, Эвенджер и Апостол равняются: много трупов, много крови, много безумия, и все это сверху покрыто теперь охренительной силой жаждущей жрать души, — кратко и емко объяснил Третий. — А еще он в команде Красных, и навряд ли они будут рады нашей маленькой миссии.
— Выглядит как жопа, темная и беспросветная, — хмыкнул Сервантес. — Я могу устроить встречу, пока еще не стало темно.
— И что мы им скажем? Хей, мы пришли, чтобы завалить вашего товарища и уменьшить ваши шансы на обретения пути к Истоку. Может, вы подмогнете? — издевательски протянул Третий. — Возможно, со Слугой и Апостолом мы втроем и совладали бы, но не с целой командой.
— Давайте не будем спешить и обдумаем. Может, что еще придет в голову? — попытался успокоить ситуацию Мистер Рассвет, размахивая своими огромными ручищами. Ханзо всегда удивляло, как такой огромный амбал может быть таким пацифистом, что ходит на Апостолов и демонов без оружия и при этом вообще не умеет драться.
— Например, скажем, что нам нужна поддержка, — предложила Седьмая, но тут же шлепнула себя по лбу.
— Ну конечно, Нарбарек с удовольствием придет нам помочь, — фыркнул Третий. — Вот только затащить ее обратно в офис, пока она не раскачает пол страны, будет на грани фантастики.
— Не хочу, конечно, никого обижать, но вы забываете, что Слуги — это Героические Духи, помещенные в сосуды классов. Даже с ограничениями они маловероятно уступят Нарбарек вот так просто, — осторожно заметил Наблюдатель, вспоминая бой Сейбер Красных с Берсерком, Арчером и Сейбером Черных. Пусть Ханзо и находился на приличном расстоянии, любопытство остановило священника от побега, и он наблюдал бой до того момента, как все Слуги пропали после появления Арчера и Райдера Красных. Просто испарились. Если бы Сервантес не сталкивался однажды с похожей магией одного Апостола, теперь уже мертвого окончательно, то не смог бы понять, что было развернуто Зеркало Души.
— Да? — недоверчиво протянула Седьмая. — Первая захватила Прародителя Мертвых Апостолов. Живьем.
— У Красных есть Слуга с Зеркалом Души и обладатель Экскалибура, я тоже видел, — прохрипел Третий своим товарищам, а затем повернулся к священнику. — Мы сидели в уютном ресторанчике рядом с аэропортом, который открывал неплохой вид с высоты.
— Почему же мы ничего не видели? — удивился Шестой, которому надоело стоять, и он тоже присел рядом с Седьмой.
— Потому, что мы не умеем видеть сквозь барьеры, — сказала Сиэль, немного подвинувшись. Она даже не была удивлена, что этот падший ангел настолько силен.
— Ну он же великий герой церкви, — пожал плечами Сервантес.
— Да, и как мы все закончили? Неро — сбрендил, Роа — сбрендил, я — где-то близко, — бинты на лице Третьего раздраженно зашевелились, покрываясь большим количеством кровавых пятен. — Мы трое желали спасения человечества, стремились защитить людей, и в итоге маг из Бродяг сделал себя Апостолом, чтобы продлить жизнь, а затем просто начал поглощать все и вся. Епископ с той же целью стал Апостолом и закончил жизнь жалким сбрендившим насильником. Я тоже уже не вижу смысла в спасении людей и превращаюсь в социопата.
— Я бы сказала вам что-нибудь утешающее, но вы такой засранец, Третий, — фыркнула Седьмая. Откровенно говоря, ее тоже гнала долгие годы лишь месть, а теперь она просто не могла найти себе новую цель. Ну, за исключением уничтожения Апостолов и демонов.
