-Есть один выход, чтобы светлые сами отреклись от этой девушки. Она сама по доброй воде должна покинуть свой дом или принять тьму.
-Но она же... светлая... — с еле скрываемой болью вымолвил Аринор. — Она же светлая девушка. Ей нельзя быть тёмной...
-Могу сказать только то, что у крылатой довольно высокий потенциал. И если она примет тьму, то велика вероятность для неё стать чёрным целителем. Насколько я успела понять, стать целителем было её сокровенным желанием. Так что пока она обдумывает моё предложение.
-Я...могу её увидеть? — его голос предательски дрогнул.
-Завтра тебя проводят к ней.
-А что будет с нами?
-Майрэ* Тиарел любезно согласился обучать вас, — усмехнулась Майя, наблюдая за неоднозначной реакцией дракона на её слова. Тот кстати, так и остался стоять возле кресла с Аринором и практически всё время хранил молчание. — Так же там будут и другие учителя. Вы будете проходить специальную подготовку.
-Зачем всё это?
-Вы не приспособлены к жизни в тёмных землях, и я постараюсь это исправить. Впрочем, время показало, что вы вообще ни к чему не приспособлены...
Аринор вскочил с кресла, пылая возмущением как факел, с явным желанием высказать сейчас всё, что думает обо всей этой ситуации, как внезапно вздрогнул и побледнел. Его зрачки вытянулись в тонкую щелочку, а кожа местами покрылась серебристыми чешуйками. А потом в свете сверкнули показавшиеся клыки, и мальчишка быстрее молнии метнулся к двери. Замок ощутимо тряхнуло, и в душу Владычицы закралось страшное подозрение. Она перевела взволнованный взгляд на дракона, глаза которого тоже преобразились, а черты лица, казалось, немного заострились.
-Что случилось?
-Девочка очнулась... и она призвала сюда холодные разрушающие ветра... — тихо сказал мужчина, быстро направляясь к выходу. — Её нужно как можно скорее успокоить, иначе за последствия я не ручаюсь. Предположу только, что она сейчас в очень нестабильном состоянии.
А у Майи внезапно разболелось сердце, так что женщина еле сдержала болезненный стон, чуть отставая от бегущего впереди дракона. Её юбка путалась в ногах, что женщина с некоторой ностальгией вспомнила свою молодость, когда ещё могла позволить себе другие предпочтения в одежде. Она вообще была бунтаркой по природе, как бы невероятно это не звучало. Только один вечер перечеркнул все её мечты и верования, создав из неё ту, кто мог держать в стальных тисках всю тёмную империю. Но такова природа всех из их рода...
Серебро уже скрыл в одном из коридоров, а она уже так сильно отстала от него, что если бы не большой магический фон где-то впереди, то наверное и не нашла бы источник проблемы. Это когда-то давно она считала себя почти всемогущей, дальнейшее действие ясно показало, что это не так. А смерть дочери совсем подкосила здоровье. Хотя она сама загнала себя в эту ловушку, не оставляя шанса спастись. Когда женщина выскочила в полукруглую застеклённую залу, одну из любимых обитателями замка, то не смогла сдержать вздох изумления. Пол был устлан стеклянными осколками, а в центре зала кружился настоящий смерч из снега и холодных острых как лёд ветров, сердцем которых была маленькая хрупкая фигурка спасённой девушки. Её ломало на полу первой волной преображения, и Майя даже пожалела, что не может облегчить её страдания. Она сама помнила ту ужасную боль первого преображения, которая так и не стёрлась из памяти.
-Шейнара! — послышался рядом полный отчаяния и боли крик её брата, который упал на осколки, также переживая свою первую трансформацию. Сама того не ведая, его сестра потянула его за собой... в который раз.
-Бабушка, а я могу ему помочь? — раздался рядом грустный девичий голосок, и на Майю посмотрели полные печали глаза маленькой крылатой.
-Алисья? Что ты здесь делаешь? — в замешательстве спросила Владычица, а потом наткнулась взглядом на вечного спутника этой маленькой стрекозы. Сайгэ практически сидел возле стены, прижимая руку к кровоточащей ране на груди. — Лучше помоги своему охраннику, он ранен.
Тут девушка заметила раненного крылатого, и её глаза наполнились нешуточным страхом. С криком она бросилась к нему, и по её ладоням заструилась сияющая как солнце энергия, исцеляющая эти странные раны будто бы от когтей. А Майя смотрела на дракона, который словно не замечая злого ранящего ветра, шёл вперёд к сжавшейся маленькой фигурке. Но она видела, как застыло в напряжении его лицо, и чувствовала эти странные потоки драконьей магии, что создавали вокруг него, казалось бы, непробиваемый щит. Каждый шаг давался ему с трудом, но он упорно шёл вперёд.
-Ему действительно сложно... при должном обучении эта девочка может потягаться силами даже со старейшинами его клана, — раздался совсем рядом напряжённый мужской голос, и, обернувшись, Майя увидела полудуха, натянутого как стрела, готовая пуститься в бой, и в который раз подумала, что ненавидит телепатов. А рядом с ним стояли остальные два дракона, женщина испуганно смотрела на разворачивающееся действие, а её муж успокаивающее обнимал её за плечи до того момента, как она не вырвалась и не побежала к Аринору, пытаясь хоть как-то облегчить его страдания.
-Не копайся в моей голове, — зло прошипела Владычица, и в глазах сверкнула тьма. Была бы её воля, она засадила бы его в темницу ещё в самом начале, но ветер нельзя поймать в клетку, а с магией эта ошибка природы прекрасно справлялась сама. Она знала его ещё в молодости, так же как и то, что этому чёртову полудуху не одна тысяча лет уже исполнилась, и он активно портит жизнь всем окружающим.
-Как скажете, Владычица... как скажете... — в голосе так и сквозила насмешка, а потом мужчина внезапно стал серьёзным и с каким-то новым интересом посмотрел вперёд. — Интересно...
Майя тоже обернулась, и увидела, что ветер пропал, так же как и снег, а на полу сидит преобразившаяся девушка, только вот драконом её назвать было сложно. Но её облик... завораживал.
-Наслаждайся Владычица, это твоя кровь, — в голосе полудуха чувствовалось не скрываемое восхищение.
Её кожа была покрыта сверкающей чешуей, переливающейся всеми оттенками серебра, тонкий хвост с тёмным острием, маленький костяной нарост вдоль позвоночника, шипы на локтях, неплохие когти и клыки, которым позавидуют даже тёмные, глаза — ртутные озёра с вытянутым зрачком, длинные светло — серебристые волосы и, наконец, большие крылья со стальными перьями. Майя никогда не видела такой красоты. Её дочь всегда считала их вторую ипостась уродливой, словно сотканной из тьмы, а эта девочка, словно сверкающая драгоценность, которую хочется оберегать и беречь.
-Она прекрасна... но она же не дракон, — в голосе женщины сквозило замешательство, потому что облик драконов был несколько другим.
-Дракон. Не будь Шейнара драконом, она бы не призвала бы столько ветров. Даже я услышал её зов, — задумчиво сказал Северный ветер, глядя, как его друг берёт на руки этого глупого несмышлёного птенчика.
-Но её облик... — подал голос Лазарь, до этого момента хранивший молчание. — Я чувствую голос крови, но не могу понять.
-Всё просто, — как-то слишком весело сказал полудух. — у нашей малышки будет несколько обликов.
-Такого не бывает, — отрезал Лазарь.
-Нет, мой друг ещё как бывает. Я вот знал двух драконов с двумя ипостасями, сволочи, конечно, были те ещё. Не правда, Владычица?
Но Майя не ответила. Ей даже и в голову не могла прийти это, и она не понимала, как такое возможно. Полудух был прав, и в их истории были слишком тёмные страницы, а об этих двух вспоминать совершенно не хотелось. Слава Создателю, что их нет уже в этом мире, и он может спокойно существовать.
-Шейн... сестрёнка... — раздался тихий испуганный голос Аринора, и тут только все обратили на него внимание. Майя закрыла рот руками, чтобы не закричать, а драконница даже не скрывала своих слёз. Мальчик мало чем отличался от своей сестры, всё та же покрытая чешуёй кожа, всё те же когти, клыки, костяные наросты, глаза с вертикальным зрачком, только цвет чешуи был намного темнее, волосы были скорее цвета пепла, и у него... не было крыльев. Только две серые полоски, будто шрамы. Даже у её рода были крылья, пусть и сотканные из тьмы. А он... этот мальчик с текущей кровью драконов в его жилах был лишён не только облика дракона, но и крыльев. А драконы просто не могут жить без неба. За что его так наказали? Чем этот ребёнок заслужил такую судьбу? Майя не понимала.
Но сейчас Аринор не понимал, почему на него смотрят с такой жалостью, почему сам чувствует себя не цельным, словно лишён чего-то очень важного. Он только непонимающе растерянно смотрел в след уходящему дракону, несущему на руках его сестру, которая только сильнее сжалась, услышав его голос.
-Она чувствует себя виноватой, — ответил полудух на его невысказанный вопрос, видя перед собой только большее удивление.
-Почему? — и этот сухой надломленный голос принадлежал существу, которому пришлось слишком рано повзрослеть.
Тут внезапно Алисья слезла рук своего любимого крылатого и подошла к Аринору. Её глаза вновь мерцали, и Майя с новым приступом отчаяния поняла, что эта девочка вновь заглядывает за грань. Иногда её дар приносил слишком много хлопот.
-Ты ещё не понимаешь, но она уже догадывается. И винит себя в том, что ты стал таким, — она с грустью провела пальчиками по вздрогнувшей спине полукровки, а потом, наклонившись так близко к нему, чтобы никто больше не слышал, прошептала, — Ты сам сделал свой выбор, но и она виновата не меньше твоего. Только не делай ей слишком больно... иначе, она не сможет летать.
-Ему нужно с ней поговорить, — вдруг сказал полудух, переводя взгляд на Майю. — А Вам нужно разблокировать их связь, чтобы эти дети смогли помочь друг другу излечиться.
-Их связь может погубить их!
-Не сейчас... Поверьте, они никогда не сделают друг другу ничего плохого...пока.
* * *
Мне было холодно, не смотря на тёпло державшего меня на руках мужчины, не смотря на то, что чешуя, в общем-то, должна защищать меня от любых температур. Я замерзала и ничего не могла с этим поделать. Может быть, здесь больше влиял на состояние тела эмоциональный фактор. Я чувствовала себя разбитой, пустой, словно когда меня собирали по кусочкам, что-то просто забыли положить внутрь. И эта незаконченность, пустота в груди меня убивала. Не физически, эмоционально. Как и осознание того, что стало с той маленькой частичкой моей души, являющейся сущностью дракона.
-Почему вы это делаете? — спросила я, когда меня положили на кровать, а тяжёлые крылья так сильно мешались сзади, словно чужие.
-Тебе нужно сменить облик, девочка. Не бойся, я помогу тебе. Это будет немного болезненно, но только первый раз, дальше будет легче, — тихо сказал он, помогая мне устроиться поудобнее, и словно не слыша моего вопроса.
-Почему?
-Я отвечу на все твои вопросы, после того как ты сменишь облик. Это необходимо Шейнара, для твоего же благополучия.
-Как?
-Просто ты сама должна это пожелать. Это нельзя объяснить иначе, мы драконы с рождения учимся управлять своей магией. Она другая, чем у других рас, ведь у нас даже нет заклинаний, потому что мы пользуемся чистой силой и желанием.
Поверить? Просто поверить в возможность такого? Так сложно. Ведь даже в Академии требовались все те же заклинания. А потом я вспомнила, как играла на вершине башни с ветрами, и как необычно строит свои плетения брат. Ведь он тоже никогда не говорил ни слова из тех занудных книг, которые нас заставляли заучивать наизусть. Он просто создавал заклинания движением руки, так же как и я, видя только плетение, саму изнанку заклинания. Обычно не используя слова, творить магию могли только маги высшей ступени, но мы никогда не задумывались об этом, предпочитая как всегда умалчивать о подобных талантах. Хотя для меня это и не было такой важной особенностью. Я была крайне неодарённа в плане магии крылатых, в отличие от брата, чему ни капли не завидовала.
-Если тебе сложно представить это, посмотри вглубь себя. Найди свою искорку.
-Он убил мою искру, — сколько в голосе отчаяния, что хочется завыть в голос.
-Искру нельзя убить, — твёрдо сказал дракон, глядя мне прямо в глаза. — Если ты жива, значит и она жива в тебе.
Это было слишком. Не давай мне лишнюю надежду дракон! Я не выдержу больше! Но почему мне хочется верить тебе? Почему хочется верить, что она выжила?! Если в груди такой холод... Чувствуя, как слёзы застилают глаза, уже кричу, ударяя кулаками по его груди, и рассекая когтями кожу.
-Ты врёшь! Я видела, как она исчезла! Он убил её! Он меня убил! А где был ты?! Почему ты позволил этому случиться?! — и уже не выдержав, разрыдалась, чувствуя, как он аккуратно прижимает меня к себе, пытаясь успокоить.
-Я знаю, что вы с братом можете меня ненавидеть за всё, что произошло. Но если бы я только знал, что у моей дочери были дети, ваша жизнь сложилась бы по-другому. После смерти жены и дочери я искал смерти, но ваше существование до сих пор держало меня в этом мире, и я счастлив. Вы через многое прошли, и ты девочка должна быть сильной. Я никогда не причиню вам вреда, потому что вы всё, что у меня осталось.
-Тебя не было с нами. Нас бросили все, мама, отец... Мы не были нужны никому в этом мире. У меня был только брат, но я только усложняю ему жизнь.
-Не нужно говорить такое, вы нужны друг другу. И поверь, он не держит на тебя зла. Ты ни в чём не виновата. Всё случившееся просто стечение обстоятельств. И вы не одни. Я никогда не оставлю вас. Поверь мне, девочка.
И я поверила. Глупо, бездумно... Но мне хоть раз жизни хотелось довериться кому-то другому кроме брата. А этот мужчина был всё-таки моим родственником, единственным из всех кому мы были, наверное, нужны в этом мире. И надежда вновь появилась в сердце. Поэтому я заглянула внутрь себя, в самый дальний уголок своей души, и с каким-то потерянным чувством увидела две маленькие искорки, сияющие, словно две звёздочки. И стоило прикоснуться к одной, как тело скрутило спазмом, и крылья пропали, вместе со всем остальным. Неприятно, но терпимо.
-А у драконов бывает две искры?
— Нет.
Но я не стала говорить, что считаю иначе. Просто сейчас это казалось мне неуместным, а потом друг нахлынули чужие чувства, что я даже не поняла в начале, что случилось. Я вновь стала чувствовать брата. И эти эмоции...
Он стоял в дверях, бледный, растрёпанный, с тёмными кругами под глазами. Ведь всё это время брат сидел возле моей кровати, самим своим присутствием вытягивая меня с того света. Ведь он так волновался за меня, как и я, совершенно не представляя свою жизнь друг без друга. А я отвернулась от него тогда в зале, зациклившись на своих чувствах, и совершенно не замечая его эмоций.
-Братик... — чувствуя, что вот-вот вновь расплачусь, соскочила с кровати, бросившись к нему. И чувствуя такое знакомое родное тепло, такую незаменимую частичку себя, вздохнула с облегчением. Он здесь со мной. Живой... Братишка, за которого я совершу невозможное, только бы с ним всё было хорошо. Ты ведь тоже всегда меня защищал, даже в детстве.
