— Ты уверен, что Крот не соврал?
— Кому? Привратнику? Не смеши меня, Алиса.
— Но какой смысл ему было откровенничать?
— Жить хочется всем. Кузьме даже не надо было пачкать своих лап, стоило просто передать Мортафея соронгам. Те бы только за Графа отдали его шоргам на съедение.
— Ты как-то уж совсем нас кровожадными представляешь,— рассмеялся Верховный.
— Извини, друг. Это не мои представления, а убеждения большинства вольных. Впрочем, у них есть основания для этого.
— Есть, не спорю. Поддерживать порядок без жесткости трудно. А грань между жесткостью и жестокостью очень тонкая.
— Я понимаю. И у меня нет претензий к власти.
— Подожди,— вмешалась Алиса.— Так Крот признался в том, что умышленно подставил Графа?
— Да, и не только в этом. Он дурил головы очень многим. Это его наемник убил подругу Этьена. И именно Мортафей свел Рыжего с липовым привратником, после чего имитировал гибель исполнителя от руки Графа. Он умышленно полез в ловушку, чтобы повязать отступника кровью и лишить обратной дороги.
— Но как Привратник пропустил такого проходимца в настоятели? — удивилась леомара.
— В тот момент за ним еще не было грязных дел, а замыслы утаить намного проще.
— Почему же тогда он не убил меня сразу? — поинтересовался Роджер.
— Потому что не знал, кто ты такой. Когда Этьен после вашей дуэли рассказал ему о тебе, то, даже будучи тяжелораненым, Крот придумал версию про старейшин. Одновременно он сам надоумил Рыжего взять тебя в заложники. Виртуозу интриги нужны были хоть какие-то козыри в почти проигранной схватке.
— Но чьи интересы он преследовал? На кого работал?
— Думаю, что черный настоятель вел свою собственную игру, хотя у него были связи и с Сеньорой, и с совами, и с наемниками. Например, он признался, что организовал покушение на Кузьму. Правда, в конце концов, у Крота снесло крышу, и он попытался свалить всю вину на какого-то неведомого четланенка. Но это было так нелепо, что следователи даже не стали звать Привратника проверить его показания.
— Только не говори, что вольные сохранили ему жизнь.— Алиса посмотрела на бывшего гарда с недоверием.
— Его отправили в островной Храм, где он и проведет остаток жизни в молитвах и покаянии.
— Вот видишь.— Роджер усмехнулся.— А ты боялась, что меня тут же порвут на части. В худшем случае, сошлют в тартарары.
— Позволь мне еще раз подтвердить, что я гарантирую тебе абсолютную безопасность в стенах моего Храма.
Тобио Экселанц Сильвер посмотрел внимательно на подругу и улыбнулся.
— Ну что, любимая? Готова ли ты последовать за своим суженым навстречу новым опасным и волнующим приключениям?
— Куда ж ты без меня? С тобой я готова сунуть голову даже в пасть крокодила.
Новый настоятель Храма посмеялся вместе со своими бывшими подопечными, после чего сказал:
— Как не обидно, но такие жертвы не потребуются. Если б вы только знали, как я рад видеть вас вместе, по-настоящему вместе. Идемте, нас уже ждут.
Глава 26
Как оказалось, за прошедшие месяцы прихожане вернулись на старую базу, в бункер гражданской обороны, законсервированный военными на случай ядерной войны. Около знакомого полуразрушенного дома их ожидал караул и делегация встречающих во главе с Кузьмой и Привратником. Они были явно предупреждены Рамзесом о прибытии высоких гостей. Правда, церемониальные действия были тут же скомканы неформальным поведением членов делегации, которые полезли обниматься со старыми друзьями. Теплее всего встречали отставного гарда, а к бывшему ученику храмовников и его подруге отнеслись с легкой настороженностью, что было вполне объяснимо.
Спустившись в подземный город, лиаты направились в штабную казарму, где их ожидал пышно накрытый стол. Трапеза была совсем не лишней для проголодавшихся странников. После обеда, в котором приняли участие десятка три прихожан, за столом остались лишь четверо: Привратник на правах хозяина, Рамзес как новый настоятель и Алиса с Роджером. Кузьма же, сославшись на неотложные дела, извинился и, галантно откланявшись, удалился. В его поведении сквозила какая-то нервозность, и Сильвер поинтересовался, все ли хорошо у нового магистра. Оказалось, что причина ухода была уважительной и весомо объясняла желание леомура покинуть пост главы Храма. Василиса с минуты на минуту ожидала свои первые роды.
Порадовавшись за старого друга, собеседники перешли от вопросов личных к политическим и идеологическим. Верховный соронг поделился с вольными своими соображениями об изменении роли кобортов и необходимости формирования нового отношения к четланам. Привратник нахмурился и задумался, а Рамзес напомнил:
— Если не ошибаюсь, мы уже общались на эту тему и в том же самом составе.— Все дружно закивали головами и начали весело переглядываться.— Но тем и интереснее. По-твоему получается, что лиаты не способны обойтись без слуг?
— Если бы они были слугами, то и проблем бы не было. Вольные всю жизнь боролись с барством соронгов, с сибаритством лиатов. Такую борьбу я всегда готов поддержать. Но люди давно переросли роль простых слуг.
— Хочешь сказать, что их надо отнести к разумным расам?
— Безусловно. Мы сами сделали все, чтобы сформировать у них инициативный и креативный интеллект, потому что были не в состоянии контролировать каждый их шаг.
— Конечно, ведь тогда потребовалось бы на каждого коборта по четыре, а то и по пять, лиатов.
— Ему столько было бы не прокормить в те дремучие времена,— подал голос Привратник.
— Никто не спорит, обстоятельства диктовали выбор,— согласился Тобио.— Но теперь пришло время признать, что нам удалось создать себе разумных помощников.
— Допустим, признаем.— Рамзес не стал возражать.— И к чему это нас приведет?
— В идеале или в далеком будущем, к прочному и равному союзу.
— Ну, это еще когда будет...
— Не скоро, но начинать готовить его надо уже сегодня. Нельзя перестроить мировоззрение и лиатов, и четлан за два-три поколения. Нужно изменить отношение наших рас друг к другу.
— Ну, хорошо,— снова вмешался в разговор Привратник.— С леомурами я еще могу понять задачу. Хотя это потребует титанических усилий, но перевоспитать их можно. А вот что делать с кобортами, если они слепы?
— Ты имеешь в виду отсутствие астрального зрения?
— И это, в том числе, но, прежде всего, непонимание людьми роли лиатов в истории их рода.
— Боишься, что возникнут серьезные проблемы, когда они узнают правду?
— Неизбежно. Зачем им нужны хозяева? Или даже просто союзники, которые способны залезть в их мозги и покопаться там? Они же от страха свихнутся.
— Поэтому и надо очень деликатно приучать их к мысли о существовании астрала. Чтобы эмоции не восторжествовали над разумом. Когда они узнают о собственной слепоте, то поймут, что без ментальных поводырей им не выжить. А кого же еще выбирать в союзники, как не сильнейших в телепатии? Тем более что у лиатов в запасниках найдется немало ценного для четлан. Связь без ограничений по дальности и барьерам, глобальный поиск, лечение психологических отклонений и многое другое.
— Не знаю. Я бы очень осторожно относился к изменениям в политике отношений леомуров с четланами. В этой области все выверено столетиями, и корни ее уходят в глубину темных веков.
— Только не надо представлять дело так, будто бы ее никогда не меняли. Если вспомнить древний Египет, то коты там были обожествлены. Сами люди до этого додуматься не могли. Фактически, четлане в те времена были не слугами лиатов, а рабами.
— Именно из-за восстаний рабов и был введен режим анонимности,— напомнил Рамзес.
— Правильно, любое унижение вызывает реакцию сопротивления. В этом случае необходимость соблюдения режима анонимности была обусловлена требованиями безопасности. Люди выросли, они перестали быть маленькими детьми, которых нужно обманывать ради их собственной пользы. Человечеству можно предложить равный и взаимовыгодный союз, который не будет вызывать у четлан возмущения или раздражения.
— Взаимовыгодный? Что же это даст лиатам? — выразил свои сомнения носитель традиций Храма.
— Свободу. Не нужно будет скрывать свою разумность, можно будет явно и открыто пользоваться благами цивилизации, работая рука об руку с людьми. Сделать машины для котов, поезда и самолеты, книги и компьютеры. Неужели вы никогда не хотели читать самостоятельно? Не через мозг коборта, а своими собственными глазами. Ведь вы же вольные, вы стремитесь к независимости. Где еще мне искать союзников, как ни в Храме?
Привратник и настоятель переглянулись. Похоже, идеи молодого правителя приглянулись вечным оппонентам соронгов, и обстановка в зале заметно потеплела. После непродолжительной паузы, которую Верховный дал собеседникам на обдумывание его слов, они продолжили беседу. Обсуждение как-то плавно и незаметно перетекло в практическое русло. В какой-то момент начальник охраны Храма неожиданно замолчал, углубившись в астрал. Прошло минуты две, прежде чем он вынырнул обратно, с улыбкой покачал головой и обратился к Роджеру:
— Прошу прощения, но у нас новый гость. Надеюсь, вы не против, если он присоединится к нашей беседе? Впрочем, у меня такое ощущение, что он присоединится в любом случае.
— Нет, конечно,— сгорая от любопытства, но сохраняя внешнее спокойствие, ответил Сильвер.
Пять минут спустя в распахнутые двери зала скорее ворвался, чем вошел Мики. Внешне он был холоден, но внутри его наверняка бушевала буря. Алиса вся сжалась, но ситуацию неожиданно разрядил дядька:
— Здравствуйте, учитель. Как видите, я послушался вашего совета.
— Рамзес? — Раздражение сменилось изумлением.— Но Роджер уверял меня, что ты погиб.
— Многие так думали. Даже я сам. Но, видимо, судьба решила сохранить меня еще для какой-то миссии, если верить вашим словам.
— Знакомьтесь, господа,— Привратник принял церемониальную позу.— Мики, это Сеогур Белитонзо Рамзес по прозвищу "Фараон", настоятель Храма. А это, Рамзес, Антвар Филициус Мики по прозвищу "Викинг", бывший наставник, а в настоящее время советник Верховного соронга, также известный избранным под кодовым именем "Первый".
— Что? — Восклицание удивления вначале сорвалось с уст нового гостя, потом — бывшего гарда, и, наконец, правителя. Старшинство в этом случае исчислялось не по возрасту, а по занимаемому положению:
— Почему Первый? — поинтересовался Роджер.
— Наверно, из-за стремления быть впереди,— усмехнулся Мики.
— Конечно, это желание тоже играло важную роль,— пояснил начальник охраны:— но есть и более приземленное объяснение позывному. Антвар занимает пост первого советника уже при втором Верховном.
— А ведь, правда. Все оказывается так просто.
— В жизни у любой загадки надо искать самое простое объяснение.— Викинг улыбнулся.— Вот Рамзес меня по-настоящему удивил. Мало того, что выжил, так еще и настоятелем стал.
— И что тут удивительного? — Привратник в ответ пожал плечами.— Вольные тоже умеют видеть персты провидения и знаки судьбы.
— Во всей этой истории удивительнее всего, что мой наставник оказался учителем для моего дядьки.— Сильвер посмотрел на Мики.— Только не говори, что ты его послал в Храм специально, чтобы он стал потом моим воспитателем.
— Не скажу. Пересечение ваших путей для меня такая же неожиданность. Честно говоря, я не сразу узнал в твоем изображении бывшего гарда Хесуса.
— А пересечение ваших дорог было случайным? — поинтересовался Верховный.
— Конечно, нет. Ко мне обратились высокопоставленные лица из гильдии гардов. Рассказали, что один из ее членов нарушил кодекс и скрывается. Справиться с ним собственными силами им не удалось.
— И они наняли тебя? — несколько ехидно поинтересовался Привратник.
— Ты прекрасно знаешь, что Первого нанять нельзя. Они пришли посоветоваться. Хотели привлечь боевых шоргов для организации охоты.
— Сильно я их зацепил,— покачал головой Рамзес.
— Очень сильно. Ты нанес урон репутации организации узаконенных боевиков, весь имидж которой держится на силе и традициях. Мало того, что ее член нарушил кодекс, так еще и продемонстрировал, что гильдии не хватает силы справиться с одиноким отступником.
— И что ты им посоветовал? Сдаться? — Алиса наконец-то пришла в себя после появления наставника.
— Нет. Я предложил им дать мне время разобраться во всем самому. Они с радостью согласились.
— Как же ты нашел гарда?
— Не забывайте, что в моем распоряжении находятся высшие сканеры. Чтобы не вспугнуть бойца, пришлось тщательно подготовить случайность нашей встречи.
— О да, мне даже показалось, что это я тебя напугал,— улыбнулся дядька Роджера.
— Так и планировалось. Зато удалось нормально пообщаться и выяснить все обстоятельства. Поняв, что Рамзес не виноват в смерти Хесуса и даже в собственном выздоровлении, я послал его в Храм. Прежде всего, поскольку не был уверен, что мне удастся снять его с крючка. В гильдии свои правила, они могли проигнорировать мои выводы и советы. А у вольных есть возможности защитить своего прихожанина от преследования даже такой могущественной организации. Хотя потом мне все-таки удалось убедить гардов не преследовать невинного.
— Забавно.— Привратник посмотрел в глаза Викинга.— Никогда бы не подумал, что главный идеолог соронгов будет заботиться о кадрах для брандов.
— На самом деле, между нами много больше общего, чем различий. И вольные — не враги соронгам, а скорее оппоненты, помогающие выбирать верную дорогу.
— Поэтому вы травите нас боевыми шоргами? — съязвил начальник охраны.
— Травили не брандов, а Крота с Рыжим, которые были такими же врагами вольным, как и соронгам.
— Допустим. Но почему ж ты так всполошился, когда узнал, что Верховный пошел в Храм?
— Леомуры не всегда поступают разумно, иногда их захлестывают эмоции. Ты сейчас предъявил мне претензии по поводу последней войсковой операции. Кто мне может гарантировать, что вы бы не решились предъявить их правителю?
— Ну, он тогда еще даже соронгом не был. Не может же он отвечать за все ошибки предшественников?
— Всякое случается. Согласись, Привратник, что с Кротом ты и сам ошибся. А потому ответственность за налет шоргов на Храм мы с тобой должны разделить на двоих.
— Глупо не признавать очевидное. Если б у нас был налажен личный контакт, многих жертв удалось бы избежать.
— Согласен. Надо уметь учиться на ошибках. Хочешь сказать, что визит Верховного — первый шаг на пути сотрудничества и понимания?
— Хотелось бы надеяться. Вот и ты пришел один, без охраны. Мы это ценим.
— Постой,— вмешался Роджер.— А как ты узнал, где нас искать?
— Я ж тебе много раз говорил, что у меня есть свои источники информации.
Рамзес рассмеялся, к нему присоединился Привратник, потом Сильвер с Алисой, не удержался и сам советник. После погашения всех взаимных претензий беседа вернулась к теме четлан и их роли в жизни леомуров. Убедить Викинга в необходимости перемен оказалось даже проще, чем брандов. Видимо, он уже успел подумать над словами правителя. Когда все пришли к общему мнению относительно глобальной стратегии, подруга Роджера, сидевшая до того в глубокой задумчивости, неожиданно высказалась:
