Когда упали первые десятки, остальные перешагивали через них, не замедляясь. Когда падала сотня, остальные всё равно шли. Их не пугали стрелы, огонь, сталь. Они не отступали, не прятались, не оборонялись. Они просто шли вперёд, пока могли и дрались остервенело. И когда не могли идти — падали и умирали без крика, без муки.
Очень скоро хаоситы потеснили массу игроков ближе к стенам. Сдвинуть не удалось две клановые команды, те остались островками блестящей стали в разливе серо-красном.
Янек по простоте своей только тому дивился, не понимая, как им удается удержаться на месте.
Клан 'Остроухи' — сплошняком эльфы — стоял на правом фланге. Их строй напоминал частокол: первый ряд с длинными мечами-флиссами и щитами, второй — с короткими копьями и алебардами, третий — лучники. За ними — резерв.
Хтонь натыкалась на копья, насаживалась, дёргалась, валилась, кто ухитрялся прорваться ближе падал под мечами и топорами. Давили массой. Клан пятился, но куда медленнее, чем все остальные, сбитые с места этим медленным цунами. Первый ряд отступал на шаг, оставляя кучи упавших тварей, второй добивал тех, кто прорвался. Без паники, без крика. Механизм. Над головами реяла богато расшитая хоругвь.
Янек навелся на нее. Система услужливо подсказала: 'Герб рода Остроухов — Шелига. В поле червлёном полумесяц золотой, рогами вверх обращённый, а из средины его выходит золотой крест. Нашлемник состоит из павлиньего хвоста'.
Капитан Ромуальд пожал плечами. Ничего не понял.
Остроухи пятились. Медленно и сохраняя порядок.
— Смена! — командовал их офицер, и ряды менялись местами. Свежие игроки выходили вперёд, уставшие — в тыл, приводить себя в порядок.
Другой клан — в нем было много гномов — практически стоял в центре. Их тактика была проще и грубее: первый ряд — здоровенные тяжелые щиты и короткие мечи, второй — двуручные топоры. Хтонь встречали стеной железа. Топоры рубили сверху вниз, рассекая тварей надвое, щиты отбрасывали их назад. Дисциплина держалась добре, но криков было больше.
— Руби! Не дави! Второй ряд, не отставать!
На левом фланге, где были одиночки и мелкие кланы, царил настоящий бедлам. Одиночки — кто во что горазд всяк на свой лад махали своим железом и вполне огребали урон от хаоситов. Маг огня стоял на небольшом бугорке и жёг хтонь огненными шарами. Один шар — три-четыре твари в пепел. Но мана кончаласьбыстро, и он спешно глотал из склянки синюю жидкость. Неподалеку маг в голубой мантии уже перешёл на слабенькие ледяные копья. Те замораживали хтонь на месте, но не убивали. Приходилось добивать посохом.
— Кто-нибудь, прикройте! — орал он, отбиваясь от лезущей твари.
Гном-берсеркер в рогатом шлеме крушил всё вокруг. Топор летал словно бабочка, хтонь разлеталась в клочья. Он орал так, что закладывало уши, и не замечал, что его самого уже покусали три твари — кровь текла по доспехам, но он не останавливался.
— А-а-а-а! Смерть хаосу!
Янек сам не ожидал, что медлительно ползущая толпа так внезапно окажется совсем рядом. Поморгал, приходя в себя. Чувствовал он себя странно — словно давно не спал... Или наоборот — только что проснулся.
Странно...
А уже все, кто стоял рядом рубятся вовсю.
Благоразумно отступил на несколько шагов.
Что ж так паршиво-то? Вроде уже и привык к дебаффам от голода и Хованца проклятого — а тут опять как прищемленный головою в дверях!
Перед глазами услужливо прозрачные буквы выскочили:
— Системное сообщение: 'Внимание! Вы отравлены тошнотворной аурой Хаоса. Ловкость -15%, концентрация -20%. При длительном пребывании в ауре — рвота, прерывание текущих действий'.
Теперь понятно.
Если бы Янек был повнимательнее, он бы и сам увидел, что это такое. Хтонь не пахла смертью, но пахла паскудно, как протухшее молоко или гнилая кровь. Этот запах не выветривался — он проникал в лёгкие, въедался в одежду, застревал в горле. Уже через пару минут боя у игроков начинала кружиться голова, к горлу подступала тошнота.
Рвотный рефлекс срабатывал у самых слабых. Игроки отворачивались, их рвало, они выпадали из строя. Лекари не могли ничего сделать — это была не магия, а чистая физиология. Когда просто воняет. Невыразимо. И это удивляло всех — раньше в игре таких явлений как тошнота или рвота просто не было физически. Впервые столкнулись с таковым и это всех поразило неприятно. Очень неприяно!
— Терпи! — орали командиры. — Не отвлекайся!
— Не могу, блевать тянет! — стонуще отзывались бойцы.
И это оказался отнюдь не первый омерзительный сюрприз хаоситов. Очень скоро те, кто сошелся в рукопашке с этой мразью дружно заорали от возмущения.
Янек, на которого брызнуло всего несколько капель омерзительной жижи с лабриса гнома-берсерка быстро понял, о чем тут разговор.
— Твою мать! У меня кираса течёт! — завопил воин рядом.
— Тряпку дайте! Живее! Кто-нибудь, дайте тряпку! — орал маг.
Когда Хтонь плевалась (а они плевались, и особенно брызгала вокруг мерзкой жижей, когда им сносили головы), на игрока попадала вязкая, прозрачная слизь. Она не жгла кожу, но мигом разъедала одежду и доспехи.
Через несколько попаданий кожаная броня начинала дырявиться, металлическая — покрываться язвами коррозии, снижая защиту. Ткань же просто расползалась на нитки. Те, кто не успел зачистить слизь любой жидкостью (маг спешно поливал побуревшую и на глазах ветшавшую мантию из склянки с лечилкой) или хотя бы не вытер тряпкой, очень быстро оставались полуголыми.
— Системное сообщение: 'Внимание! Паскудная слизь. Прочность доспехов снижена на 5% за попадание. Эффект суммируется'
Что-то Капитану Ромуальду сильно расхотелось лезть теперь в эту бойню.
Да, порождения Хаоса валились покорно от каждого считай удара.
Но никакого лута, судя по всему, с них не падало. А несколько мигом появившихся в медной кольчужке на рубахе дырочек с окисленным зеленым ободком — как-то сразу вызвали крайне неприятные воспоминания про хождение в одних памперсах.
ПРОДА
Заруба, начатая как лихая и бесшабашная веселуха, где враг валится от одного плевка становилась чем дальше, тем тяжелее. Те бравые игроки, что лихо кинулись в гущу Хтони уже пропали бесследно, да и вообще-то-то неладное творилось.
Янек не доглядел — и совсем рядом с ним оказалось две твари! Рубанул по той, что слева своей железной лопатой, фигура ссыпалась черно-серым прахом — не успел порадоваться — как резкой саднящей болью рвануло руку! Вторая тварь дотянулась, — но всего-то пара царапин'
Ссек и ее — и отмахнулся от пространного объявления виртсистемы. И что-то мало игроков рядом! Некогда эту тягомотину читать!
Вокруг что-то творилось нелепое. Гном-берсерк вдруг начал кромсать и рубить со всей яростью соседей и друзей. Командиры из его клана орали 'Оттащить его!', лекари пытались снять эффект, но зря теряли время, ману и конечности. Свои конечности! Лабрис был убийственно точен! Гном ни на что не обращал внимания, превратившись в неуправляемый аварийный вертолет, так он вертел своим смертоубийственным топором.
— Я тебя вылечу, стой! — орали медики.
— Не подходи, гадина! Я тебя! — рычал безумный гном.
— Это я, дурак! Свой! Ай!
— Держи его! Он туда, в глубь орды лезет!
— Оглушай! Не дай уйти!
— Плевать на урон, бей его по башке!
Капитану Ромуальду это все крайне не понравилось, да еще и кольчуга зазияла зелеными окислившимися дырами!
Плюнул на свою шляхетскую гордость и припустил в тыл войска. Шарахнулся от появившегося на дороге крысомордого комиссаржа, влепил по нему лопатой — и та впустую свистнула рассеченным воздухом, а кто-то рядом завопил возмущенно:
— Слепая корова, чего своей железякой машешь, идиот дебильный?
Остановился, протер глаза. Рядом — свои, зеленые маркеры по полю карты, лечатся во всю мочь — бинтуя раны и спешно хлебая из склянок лечилки и ману.
— Что это творится? — спросил у закончившего мотать бинты на своей покореженной руке эльфа.
— Читать не умеешь? — рассердился тот.
— Мне не написали — соврал Янек.
Тут ему определенно повезло — игрок был не жадным и чуточку хотел повеличаться. Потому не особо упираясь прочел как по — писаному. Хотя почему— как? Это для других сообщения системы были не видны — сам-то эльф отлично видел экран последней информации:
— 'Ступор хаоса' (при укусе или царапине). Когти и зубы Хтони не просто острые — в них частица первозданного хаоса. Одна царапина — и игрок начинает видеть галлюцинации. Берегитесь ран от хаоситских зубов и когтей!'
— Ого!
— Понял, недозомби? Скин у тебя прикольный, но жутковатый. Почем купил? — спросил добрый эльф, внезапно стремительно превращаясь в хтонь.
Янек шарахнулся в сторону. Хватило ума не рубить стоящего рядом врага. На этот раз прочел высветившиеся буквы:
— Системное сообщение: 'Ступор хаоса. Вы дезориентированы. Свои союзники выглядят как Хтонь. Атака по своим возможна'.
Вот оно в чем дело! В бою это убийственно. Пострадавший начинал рубить соседей, потому что ему казалось, что рядом — твари.
— 'Ступор хаоса'. Сейчас только написали — сказал Янек с трудом удерживаясь от махания своим заступом.
— Это еще не все — порадовала стоящая рядом хтонь. Хорошо хоть голос эльфа.
— А что еще?
— 'Усталость хаоса'. Еще большая дрянь, да еще и накопление дебаффа. 'Чем дольше игрок находился в окружении Хтони, тем сильнее его охватывала апатия. Это не магический дебафф — скорее психологическое давление массы, шёпота тысяч глоток, пустых глаз'.
— И что пишут? А уже вижу — мне тоже написали — осведомился и тут же поправился Капитан Ромуальд. У него перед глазами высветилось:
— Системное сообщение: 'Усталость хаоса (1 стадия). Скорость атаки -10%, сила воли -20%'
Через 10 минут — вторая стадия. Скорость атаки -20%, воля -30%. Начинает казаться, что бой бессмыслен, что всё равно не победить'.
Наваждение внезапно прошло. Опять перед паладином — раненый эльф.
— Что-то мне совсем паршиво! — признался Янек.
— Кому сейчас хорошо? — умудренно отозвался собеседник и показал поломанные пальцы, криво торчащие из окровавленного бинта.
Капитан Ромуальд кивнул и подался к воротам. Ему все это разонравилось. Впрочем, дальше пошло еще хуже'
— Паны братья! На мою конюшню напали!!! — истошный крик из рядов латников, стоящих у самых ворот кланов и гильдий неписей. Тут же возмущенные и панические вопли:
— Враг в городе!!!
— Закрыть ворота!!!
Янек растерялся и потерял совсем чуточку времени. Но это оказалось фатальным! Что-то загорелось совсем рядом, тут же в другом месте полыхнуло. Городские неписи четко и организованно мигом словно всосались в раскрытые ворота и тяжелые, окованные железом створки гулко захлопнулись перед самым носом паладина. От досады он даже грохнул своей лопатой выбив одну единичку урона из этого чуда крепостного и кузнечного искусства.
Зря это сделал. Сверху грубый голос:
— Эй ты, недодохлый, пошел вон, а то стрелу получишь!
И на карте боя его зеленая до того точечка заморгала красным — крепость оценивает нападение, как враждебное! Сквалыги!
И вокруг уже вперемешку враги и свои. И не понять — кто есть кто!
Тут же сияющие буквы сообщения радуют:
— 'Зов пустоты' (редкий эффект, при длительном контакте). Те, кого Хтонь окружала и долго не могла убить (или те, кто стоял в центре толпы), получают финальный дебафф.
— Системное сообщение: 'Зов пустоты. Эффект неизвестен. Рекомендуется немедленно покинуть зону поражения'
— Бросай это, — зашептал внутренний голос. — Беги!! Спасайся!!!
Со стены туча стрел и болтов! Сыплются ледяные осколки и каменюки. Судя по всему — не у одного Янека были галлюцинации. Строй даже у кланов утерян! Все со всеми дерутся. Игроки начинали слышать чужие голоса, которые звали их вперёд, прямо в гущу тварей. Терялись координация, рассудок.
Некоторые, как загипнотизированные, шли навстречу смерти, пока соседи не вырубали их сзади. Если успевали. Некоторые уже бежали прочь. Их не осуждали — систему не обманешь, с дебаффом — то и одним трудно драться, а тут их целые гроздьи!
Стемнело, но загорелись всякие постройки, что были с внешней стороны стены, в огненных всполохах рубка пошла еще страшнее. Веселый настрой легкого ивента пропал, как и не был.
Захлопали портальные вспышки — кто мог, покидал поле бесславного боя.
-Трусы! — крикнул кто-то, но его голос утонул в общем гвалте.
Янек огляделся. Вокруг творилось светопреставление. Свои били своих, хтонь лезла со всех сторон, а сверху, со стен, сыпались стрелы, болты и камни, не разбирая, куда летят. Одна из глыб прилетела совсем рядом, обдав щебнем.
Система тут же выдала:
Системное сообщение:'Получен урон 12 HP (дружественный огонь). Источник: гарнизон Варса'.
— Свои же, скоты! — выругался Янек, отползая к какой-то разрушенной постройке — вроде бы лавка чья-то? Прилег на стоящей тут же телеге. Сил не было совсем. Глянул, что в инвентаре — жадно, не теряя ни секунды сожрал и выпил все, что было. Задумался было, глядя на украденный пряник — но схарчил и его. Полегчало, но не сильно.
Он попытался встать, но ноги не слушались. Дебафф 'Усталость хаоса (2 стадия)' уже давал о себе знать: скорость атаки -20%, сила воли -30%. Руки дрожали, лопата казалась куда тяжелее обычного. А в довершение ко всему, из левого уха потекла кровь — лопнула барабанная перепонка от визга хтони.
Системное сообщение: 'Получен дебафф 'Разрыв барабанной перепонки': слух -50%, вероятность оглушения +20%'
— Отлично, — простонал он, вытирая ухо рукавом.
И повторил:
— Просто отлично!
Он не заметил, как оказался в самой гуще. Вокруг мелькали красные тела, черные когти, белые глаза. Кто-то упал рядом, закричал, забился в конвульсиях. Янек машинально рубанул лопатой — тварь рассыпалась в прах. Рубанул ещё раз — вторая. Третья. Но их было слишком много. Лучница рядом щелкала тетивой, стреляла в упор. Колчан опустел за минуту!
— Стрелы, дайте стрелы! — завопила она, вертясь под ударами и собирая те, что воткнулись в землю, выдёргивая их из тел упавших тварей. Кто-то бросил ей запасной колчан. Кивнула, продолжила.
— Попадаешь? — глупо спросил её парень с двуручным мечом.
— В глаз, — ответила она. — Только им это всё равно.
Безнадёжность наступила не сразу. Сначала просто стало понятно, что их больше. Потом — что они не кончатся. А потом накатила тошнотворная усталость, когда уже всё равно, сколько их, лишь бы скорее это закончилось.
Стрелы сыпались с городских стен, как дождь. Арбалетчики-неписи работали без остановки, но хтони было не счесть. Они всё лезли и лезли, обходя поле, заходя с флангов, давя массой. Там, где они шли — вспыхивали постройки посада.
— Отступаем! — заорал кто-то из клановых командиров, но отступать было некуда. Ворота забили наглухо, стража не пускала — боялись, что хтонь ворвётся следом.
— На стены! На стены лезьте!
Но как лезть, когда руки не держат меч, ноги подкашиваются, а перед глазами плывёт красный туман? Игроки падали, их топтали, кто-то пытался отползти, кто-то продолжал рубить, уже не глядя.
