Ханна улыбнулась и постучала пером по учебнику.
— Давай просто поработаем над заданием по чарам, хорошо?
Мэнди вздохнула и открыла свой учебник.
— отлично. Но не думай, что я откажусь от этого.
Ханна знала, что не сделает этого, но ей нужно было самой хорошенько подумать об этом. Она посмотрела на Невилла, который работал в библиотеке, делая аккуратные пометки в книгах, раскрытых перед ним. Его светло-каштановые волосы слегка растрепались на ветру, были заправлены за уши и немного длинноваты. Она заметила, что на рукаве его рубашки была грязь, и ей стало интересно, замечает ли он ее вообще. Мэнди заметила, что она наблюдает за ним, и вернулась к своей работе.
Ей определенно было о чем подумать.
* * *
28 января 1997 года...
Рон провел рукой по лицу, подавляя зевоту, пока они патрулировали коридоры. Он плохо спал и сегодня чувствовал себя очень разбитым.
Гермиона посмотрела на него.
— Я не мешаю тебе спать?
— Ха-ха, — сказал он. — Плохо спал.
— почему?
Он пожал плечами.
Гермиона указала на то место, где он проводил линии от мозга через рубашку, подсознательно очерчивая каждый шрам.
— С тобой все в порядке?
— Да, да, я в порядке. — Заметив ее взгляд, он вздохнул. — Я... Мне снились эти сны.
— Что это были за сны? — спросила она с любопытством в голосе. — О Крауче?
— Нет, к счастью, это давненько не всплывало. Нет, эти... Я думаю, это воспоминания парня, чей мозг... иногда просто не дает покоя.
Гермиона уставилась на него.
— Мечтает об этом... правда? Ты сказал об этом целителю?
Рон кивнул. Он знал, что мысли его девушки сразу же обратятся к целителю. Это было одной из причин, по которой он не поднимал эту тему. Если честно, он не поднимал ее, потому что это все еще нервировало его. Иногда, когда он обсуждал это с Джинни, у него возникало странное чувство. Она хотела знать так много подробностей, а он все еще понятия не имел, как, по ее мнению, это могло помочь. Он хотел рассказать Гермионе о них побольше, но так и не смог подобрать нужных слов.
Он украдкой взглянул на нее, ее карие глаза были устремлены на него, полные любопытства, и он увидел в них искру исследовательского интереса. Больше всего ему нравилось в ней то, как сильно она хотела помочь, но он не думал, что она сможет помочь ему в этом.
— Да, я говорил с целителем. Они ничего не могут сделать, это просто побочный эффект. Просто иногда я не понимаю их и того, что происходит, и это похоже на то, как если бы в твоей голове были чужие кошмары.
— Кошмары? Рон, почему ты ничего не сказал? — Спросила Гермиона, беря его за руку.
Он снова пожал плечами.
— В этом нет ничего особенного. Джинни знает. Она просто взбесилась из-за этого и начала проводить исследования.
— Исследования? — Спросила Гермиона, заинтригованная. — Над чем?
— о парне, чей мозг атаковал меня. По-видимому, он был магглом, который сражался в так называемой Великой войне.
— Первая мировая война?
— Да, та самая.
— Очаровательно, — сказала Гермиона. — Знаете, для магглов это было большое событие. Считалось, что эта война положит конец всем войнам, но на самом деле это было только начало еще более масштабных войн с применением более жестокого оружия. Великая отечественная война считается одним из самых важных поворотных моментов в истории Европы. Она стерла различие между гражданскими и военными объектами, разрушила города артиллерийским огнем и принесла войну народам. Не говоря уже о том, что мирные договоры, заключенные в попытке предотвратить повторение войны, подобной той, в которой они только что участвовали, на самом деле только усугубили проблемы внутри европейских стран и создали почву для начала Второй мировой войны. Я имею в виду, что, учитывая потерю крупных имперских держав, конец династий и монархий по всему миру и стремление колониальных стран к самоуправлению, это был великий конец того образа жизни, которым цивилизация жила до 1914 года.
Рон закатил глаза.
— Я пришел к тебе не на урок истории.
— Я просто хотела сказать... Извини, просто иногда мне кажется интересным, как много ты не знаешь об исторических событиях в мире маглов. Как Джинни узнала?
— Я сказал ей, — признался Рон. — Она разбирается в ночных кошмарах лучше, чем большинство из нас, и я подумал, что, может быть, она получит какой-нибудь мудрый совет от целителя разума, но вместо этого она была так же очарована, как и ты. Она задала сто один вопрос и хотела знать все, что целитель рассказал мне о мозге. Целитель обратился в Отдел тайн. Было известно не так много, поскольку все это было засекречено, но они назвали его имя, Майкл Мюррей, а также дату его рождения и смерти. Джинни пришла от этого в бешенство и сказала, что собирается все выяснить. Я знаю, что она какое-то время работала с Бирмингемом, и на Рождество она сказала мне, что собирает вещи воедино.
Гермиона вытаращила глаза.
— О его жизни? Как чудесно!
Рон фыркнул.
— Да, замечательно. Она хочет написать об этом. Я не знаю, что, по ее мнению, это даст, но она твердо намерена это сделать.
Гермиона сжала его руку в своей.
— Ну, узнать о нем побольше могло бы помочь, не так ли?
— Возможно, — признал он. — Но если бы я знал, как перестать видеть подобные сны, я бы это сделал.
— почему? О чем ты мечтаешь? — спросила она. — Расскажи мне о них.
— я не знаю. Кое-что из этого не имеет для меня смысла. Он был солдатом, и иногда случались взрывы. Его отравили газом, и его глаза горели... иногда все как в тумане, но когда я там, это действительно впечатляет! Это кажется реальным, и иногда я просыпаюсь и все еще чувствую запах дыма, а мои глаза горят...
Гермиона встала на цыпочки и обвила руками его шею.
— В следующий раз достань свое новое зеркальце и позови меня.
— да?
Ее губы коснулись его губ в нежном поцелуе.
— да.
Затем ее губы снова встретились с его губами, и по множеству причин Рон подумал, что, может быть, позвонить ей посреди ночи было бы не так уж и плохо.
* * *
31 января 1997...
Знание того, что Волдеморт строит планы по проникновению в Визенгамот, но не знает, когда именно, значительно усложняло посещение заседаний совета. Билл сидел рядом с братом, его взгляд блуждал по комнате, выискивая в людях какие-либо признаки подозрения.Выучившись на разрушителя проклятий, а затем поработав в Южной Америке и Египте, он многое узнал о проклятиях. Он знал об их опасностях, долгосрочных последствиях, ловушках и секретах, которые они таят в себе. Но проверить наличие признаков вмешательства в жизнь людей было чертовски сложно.
Непростительное проклятие было названо так не просто так. Восемьдесят процентов людей не могли с ним справиться. А те двадцать процентов, которые могли, все еще пытались справиться с проклятием. Империус был невероятно опасен. Некоторые люди утверждали, что, находясь под действием проклятия, люди могут делать только то, что им подсознательно хочется, но Билл знал, что это неправда. Он отказывался верить в это и, пока кто-нибудь не докажет обратное, всегда искал в людях хорошее.
А пока ему нужно было держать ухо востро в Визенгамоте. Кингсли передал ему список потенциальных жертв, который передал ему Малфой. Проблема заключалась в "потенциальных" жертвах. Они не знали, когда на них будет наложено проклятие и будет ли оно вообще. Сотрудники Департамента по делам авроров беседовали с ними и их семьями, предупреждая их о потенциальной угрозе. Некоторые люди были рады, что рядом с их домами и работой есть охрана, что аврор может их защитить. Другие настаивали на том, что они могут сами о себе позаботиться. Упрямство проявлялось даже среди тех, кто потенциально мог стать жертвами.
Взгляд Билла упал на Августу Лонгботтом, леди Камбрию. Его беспокоили такие женщины, как она и Гризельда Марчбэнкс. Малфой не внес их в список, и он знал, что они оба были слишком упрямы, чтобы когда-либо задуматься о проведении новых реформ, но они также не были такими молодыми и энергичными, как раньше.
Он огляделся по сторонам, отыскивая глазами лица, которые теперь казались ему знакомыми. Он выкрикивал приветствия и вел светскую беседу, выискивая любые признаки того, что кто-то ведет себя подозрительно, но ничего не заметил. К концу заседания совета он все больше нервничал, задаваясь вопросом, не пропустил ли он что-то важное. Он потратил время на разговоры с Перси, Тео и Невиллом, обсуждая то, что они видели или слышали, но даже с новыми силами безопасности все сводилось к одному и тому же. Никто еще не мог доказать, что кто-то находится под влиянием Империуса, и до тех пор, пока это кому-то не удалось, они должны были просто доверять или подозревать.
На данный момент Билл был на девяносто процентов уверен, что они в безопасности. Несколько членов Визенгамота не явились на сегодняшнее заседание, но посещать каждое заседание не было обязательным, так что его это не беспокоило. Он вышел из министерства, все еще думая о том, чего им следует опасаться, и направился обратно в Гринготтс, чтобы закончить свою дневную работу.
Он встретил Флер в своей квартире сразу после пяти и крепко поцеловал ее, когда они вошли внутрь.
— Как сегодня прошла работа?
— Спасибо, — сказала она, снимая туфли на каблуках и усаживаясь к нему на колени на кухонный стул. — Я закончила записывать все сокровища, найденные в хранилище месье Делорье. Если наследников нет, Зей все продаст.
Билл кивнул.
— Скорее всего, они останутся у гоблинов. Его жена умерла двадцать пять лет назад, а других родственников у него не было, и он не оставил завещания.
— Да. Говорят, что его жена была неподражаема в Любовной сфере Отдела тайн. Я действительно нашла интересную музыкальную шкатулку. Она воспроизводит музыку, которая вводит человека в транс. Фишер придвигался ко мне все ближе и ближе, пока я не закрыла крышку. У нас не было времени рассмотреть это подробнее, — сказала она ему.
Билл нахмурил брови.
— Вы нашли это в хранилище Делорье?
— Да, — сказала Флер. — Пока оно в сохранности, но на нем определенно лежит проклятие.
Билл знал, что она права. Он задался вопросом, было ли это сонное проклятие или что-то более экстремальное. Музыкальный транс означал множество различных потенциальных проклятий. Губы Флер на его горле заставили все мысли о проклятиях вылететь у него из головы.
— Я получил ключи этим утром.
Губы Флер изогнулись в улыбке.
— У нас есть кто-то еще!
— Да, — сказал Билл, целуя ее в губы. — Перси, Фред и Джордж будут здесь завтра в семь, чтобы помочь мне все упаковать и перевезти. Перси тоже снимет квартиру на эти выходные.
— Я бы хотел, чтобы мы съехались прямо сейчас, — сказала ему Флер.
— Я знаю, но срок аренды твоей квартиры истекает в мае. Ты все равно будешь проводить там большую часть ночей со мной, — поддразнил Билл, целуя ее. — И ты сможешь помочь мне выбрать мебель, и мы покрасим стены. К тому времени, как ты переедешь ко мне через несколько месяцев, все будет готово.
— я знаю. Но, с другой стороны, у нас есть еще одна, последняя ночь, чтобы быть уверенными, что мы будем заниматься любовью везде, не так ли? Теперь мы можем назвать наш новый дом так же, — сказала Флер, вставая и медленно раздеваясь.
Билл не сводил с нее глаз, наблюдая, как она медленно и вызывающе снимает жакет и блузку, как серые брюки скользят по ее кремовым бедрам, пока на ней не остались только золотистые кружевные трусики и лифчик в тон.
— Ты просто чудо.
Флер обхватила его лицо ладонями и крепко поцеловала.
— И на тебе слишком много одежды.
Билл встал, его руки скользнули вниз и обхватили ее за талию.
— Может, тебе стоит что-нибудь с этим сделать?
Губы Флер скользнули вниз по его шее.
— Я должна все делать сама?
Билл подхватил ее на руки и понес в спальню.
— Нет, не волнуйся, дальше я позабочусь о тебе.
И когда его губы прижались к ее трусикам, она вздохнула.
— Наша последняя ночь в твоей квартире, не забывай об этом.
Билл отбросил кружево за спину, его губы изогнулись в улыбке.
— О, не бойся, моя дорогая.
Его губы нашли ее, и она выкрикнула его имя. Он растворился в ней и в мыслях о будущем, которое у них двоих должно было начаться вместе.
* * *
2 февраля 1997 года...
У них ушли целые выходные на то, чтобы перевезти все вещи Билла в коттедж "Шелл" и перевезти вещи Перси в квартиру. Билл помог ему навести порядок, а Фред и Джордж помогли ему перенести в комнату его новую кровать. Он был полон решимости все распаковать и собрать до того, как отправится на работу в понедельник утром.
Билл отдал ему кое-что из своих старых кухонных принадлежностей, так как они с Флер собирались обзавестись новыми, и, когда Перси освоился, он почувствовал, что это место больше похоже на то, которое он может назвать своим домом. Едва его братья ушли, как в дверь постучала Одри.
Перси не смог сдержать улыбки, когда увидел ее. На ней были синие джинсы и мешковатый джемпер, но он подумал, что она выглядит потрясающе. Он крепко поцеловал ее, когда она вошла в квартиру, прежде чем показать ей все вокруг.
Одри украдкой взглянула на него через плечо, осматривая его спальню.
— И я скучала по твоим братьям? Жаль.
— Нет, поверь мне, это к лучшему, — заверил ее Перси.
Одри усмехнулась.
— Ты продолжаешь это повторять. — Она присела на его новую кровать, разглаживая рукой темно-синее бархатное одеяло. — Что ж, это выглядит очаровательно.
Перси сел на кровать рядом с ней.
— Это новое.
Одри схватила его за джемпер и притянула к себе, смеясь, когда они упали обратно на кровать, переплетя руки и ноги.
— Похоже, мне придется помочь тебе застегнуть его.
Щеки Перси вспыхнули.
— Не хочешь ли сначала заказать еду или еще что-нибудь? Я действительно пригласил тебя сюда на ужин.
Одри обвила руками его шею.
— Конечно. После.
Пять минут спустя руки Перси были привязаны к столбикам кровати двумя его старыми гриффиндорскими галстуками. Он был в одних боксерах и стоял на четвереньках, а Одри стояла на коленях позади него, одетая только в ярко-розовый лифчик и трусики. В руке у нее было перо, и он чувствовал, как она дразнит его этим пером.
— Скажите, мистер Уизли, вы были непослушным?
— Да, — промурлыкал он и застонал, когда перышко приятно пощекотало его бедро.
Одри медленно стянула с него боксеры, наблюдая, как он вытянулся по стойке "смирно", и нежно пощекотала его перышком, слегка подув при этом. Ее рука обхватила его яйца сзади. Она перекатывала их в ладони, пока перышко поглаживало его член.
Глаза Перси закатились.
— Непослушный, — пробормотала она. И тут ее ладонь ударила его по заднице, и он вскрикнул.
— О-о-о!
— Очень непослушный, — повторила она, прежде чем снова влепить ему пощечину.
Ни один из них не услышал, как открылась дверь.
— Хм, мистер Уизли, я не думаю, что вы усвоили урок. Я думаю, вас нужно наказать еще раз, — сказала она. Она превратила перо, которое держала в руке, в кожаную лопатку и как раз ударила им его по яйцам, когда дверь спальни открылась.
