— Тебе? Нет, — руку он все еще не опускал. — Пойдем?
— Спасибо, — негромко сказала я, зная, что он все же услышит. Некромант просто кивнул, подтверждая сказанное или просто принимая мою благодарность. И я рада, что он не сказал: "не за что". Я знала за что благодарила.
— Куда мы пойдем? — поинтересовалась, вкладывая свою прохладную руку в его неожиданно теплую ладонь.
— На кладбище, — отозвался мой спутник, и я чуть не споткнулась. — Ты что, забыла, что нам еще ритуал допроса проводить? — Рок поддержал меня под руку, пока я восстанавливала устойчивое вертикальное положение.
— Забыла, — признала очевидное, а под нос буркнула: — очень "романтично".
Надеюсь, он этого не услышал, хотя, если судить по легкой улыбке, скривившей его тонкие губы, на это можно не рассчитывать.
Что ни говорите, а кладбище посреди ночи, особенно когда рядом с тобой вышагивает некромант, — это весьма пугающее зрелище. Хотя присутствие Рока внушало мне некоторую уверенность в том, что все задуманное пройдет успешно и без эксцессов.
Сейчас мы шли по главной аллее кладбища Генча. По обеим сторонам от дороги теснились ухоженные, аккуратные бело-серые надгробия с простыми или ажурными крестами.
— Мы сейчас как раз на границе между военной и гражданской частями кладбища, — внезапно заговорил Рок, и от неожиданности я вздрогнула. — Вон там находиться мемориальный комплекс румынских воинов, погибших в "войне за целостность" в начале двадцатого столетия, — махнул он куда-то в темноту.
Обернувшись, я вгляделась в указанном направлении, напрягая и без того усиленное соответствующим заклинанием зрение. Невысокое здание, в котором неожиданно гармонично сочетались резко очерченные углы стен и плавные линии арок и колон, обрамлявших списки имен погибших.
— Если присмотришься, на стене сможешь рассмотреть фигуру орла.
— А нам в какую часть кладбища надо? — поинтересовалась, зябко поведя плечами.
— В военную, — лаконично ответил некромант, потянув меня за собой.
Еще минут через пять мы оказались возле склепа. Те же колонны, полукруглый барельеф над ажурной решеткой, закрывающей дверь, и какая-то надпись верхним краем оной. Слов я не разобрала: не знала языка, да и темно все же. А лишний раз колдовать не хотелось, повода, кроме как удовлетворить свое неуемное любопытство, не нашлось.
— Вход замурован ведь, — "просветила" я напарника.
— С каких пор это проблема? — хмыкнул мужчина, щелкнув пальцами, — решетка мягко отошла в сторону.
— Как ты это сделал?— изумилась, не почувствовав, чтобы он колдовал.
— Секрет, — хитро усмехнулся Рок, делая приглашающий жест.
— Я туда первой не пойду, — опасливо покосилась в темноту, заполнившую дверной проем.
— Это мой склеп! — рассмеялся экс-призрак. — То есть, склеп построили над моей бывшей лабораторией. Я тут обосновался, когда только в Бухарест приехал, еще до того, как в башне поселился. Как никак подопытный материал постоянно под рукой. Удобно.
— Ты все равно иди первым, — попросила я.
— Пойдем, аккуратно, там ступеньки, — предупредил меня Рок.
Ритуал. Я еще раз зябко передернула плечами.
— Ну, хорошо. От меня что-нибудь потребуется?
— В принципе, нет, — пожал плечами некромант, — просто постой рядом. А ты, кстати, совсем плохо к некромантии относишься?
— Почему? Сила как сила. Магия как магия. Смотря как использовать. Просто я раньше с ней близко не сталкивалась.
— А Янина? — заинтересовался экс-призрак.
— Так она же темная ведьма, а не некромантка. К тому же Кэт — это Кэт, а ты — это ты.
Да и жутковато здесь.
— Знаешь, на самом деле здесь даже красиво... — начал было он. Правильно, каждый кулик свое болото хвалит. Но его неожиданную лекцию о местных красотах решила прервать.
— В любое другое время, а сегодня Хэллоуин.
— Да в курсе я, — отмахнулся Рок. — Любой маг в курсе. Ты чего так нервничаешь? — он остановился на темной лестнице, освещенной только крохотным светляком, сейчас уплывающим вниз, так резко, что я буквально впечаталась в него. Чтобы удержаться на проклятых каблуках пришлось крепко вцепиться в лацканы его серого пальто.
— В конце концов Сомайн — это такой день, когда наша власть почти абсолютна. И не только наша! И мне не по себе, — призналась, пытаясь одновременно с этим понять, что меня сейчас смущает больше — теоретически возросшие силы наших опять же теоретических врагов или то, насколько близко мы сейчас стоим с Роком?
— Гела, ты слишком много думаешь, — поделился своими соображениями некромант и чмокнул меня в нос, для чего ему даже не пришлось наклоняться, поскольку я стояла одной ступенькой выше. Потом развернулся и вновь принялся спускаться.
Я никогда не присутствовала при некромантских обрядах. Может быть некогда в моей семье и была такая ветка (среди Снежных попадались уникумы с двойной, а то и с тройной предрасположенностью к различным стихиям. Правда чем больше сил мешаешь, тем слабее ты как профессионал в итоге. И свои некроманты были, но во время войны с демонами их целиком и полностью перебили).
Как уже упоминалось, ни одного обряда я не видела. И сейчас настороженно стояла в углу комнаты, брезгливо посматривая на отрубленную человеческую голову. Если так подумать, вполне обыкновенная такая голова. Господи, о чем я думаю?! Не обыкновенная она, а грязная, в засохшей крови... И вообще, теперь я, в принципе, понимаю, за что так не любят некромантов, и от чего у них такой специфический характер и юмор.
Рок, не выглядевший особо недовольным или взволнованным, что-то насвистывая, чертил пентаграмму на широкой каменной плите пола красным мелком. Тоже тут все ясно. В начертательной магии цвет линий имеет особое значение. Черным рисуют печати, белым — пентаграммы призыва, красным... Ну а красными мелками я не работала. На худой конец это можно будет у Рока потом уточнить. Любопытство — не порок!
Я все-таки рискнула приблизиться посмотреть на его художества. Хорошо, что здесь нет мелкой. Она бы не успокоилась — все интересующие детали из Рока вытрясла бы, а потом принялась бы за эксперименты. Меня аж передернуло. Фантазия у Мокоши бурная, силы не занимать, так что... Кстати, я тут подумала, что неплохо бы направить ее энергию да в мирное русло.
Пока я отвлеклась, Рок непонятно откуда достал тонкую бечеву бурого оттенка и четыре черных свечи. Сразу стало заметно радикальное отличие. У обычных магов печати шли на основе пяти, шести или в крайнем случает трех лучей. Рок использовал четыре.
Затеплив огонек свечи, некромант начал читать длинное певучее заклинание. Да уж, школа смерти может быть красивой...
Внезапно откуда-то повеяло ледяным ветром, настолько пронизывающим, что даже мне стало зябко. Неровно дернулись огоньки свечей, и глаза головы открылись, отсвечивая почему-то лиловым оттенком.
Услышанное заставило сердце прыгнуть в пятки. Рийхард! И не экс, а действующий третий генерал нижнего мира. И это наш враг?.. Девочки!
— Надо возвращаться!
— Идем! — Рок единым движением дезактивировал пентаграмму и так смущающая меня голова рассыпалась пеплом.
Быстрее, быстрее, быстрее! Мне казалось, что мы не успеваем, и то этого становилось страшно. Что мы можем противопоставить демону такого уровня? Почти ничего. У меня есть сила Габриеля, но я не могу ее контролировать. Да он же ... Стоп! Нельзя так думать. Я — Снежная. Мой клан сражался с демонами. Мой клан сражался с рийхардом. Я не могу бояться, не имею права на слабость, только не сейчас. Я — Снежная, и смогу защитить тех, кто мне дороги. Да и девочки не лыком шиты. Они сумеют постоять за себя. А еще там Габриель, он хоть и лишен большей части своих сил, но искусство боя у него никто не отбирал. Господи, с каких пор я начала надеяться на помощь демона? Эту мысль я затолкала поглубже. Мы справимся!
Янина
Под ногами мягко шелестела опавшая листва, мокрая от растаявшего снега. Хорошо, что хоть он сам сейчас не шел. Стоя посреди парка, я вдыхала полной грудью свежий, горьковатый воздух.
Теплые руки обвились вокруг моей талии. Уверена, что мой любимый вампир улыбался. Я прижалась спиной к его груди, чувствуя себя крайне неприятно, поскольку следующая моя фраза разрушит все очарование момента.
— Что ты вчера имел в виду, когда сказал, что я обязана выбрать, уйти или остаться? — я еще не успела договорить, а он уже напрягся и немного отстранился. Пришлось развернуться к Тиану лицом. — Ты же не только один вечер имел в виду, так? Ведь понимаешь, что мне нужно время?
— Не стану давить на тебя, хотя этим ты создаешь мне массу проблем, — напряженно улыбнулся вампир. — Моему народу нужна Повелительница, а прошлое наше расставание растянулось на несколько лет.
— Давай я не буду напоминать, с чего это все началось, — буркнула я и внезапно поняла, что наше свидание превращается в разборки, так что предложила: — Ладно, не будем портить наше свидание.
Кристиан помолчал, а потом не без сарказма спросил:
— А это свидание?
Я поморщилась и кивнула, признавая, что начало вышло неудачным. Что поделать, я мало практиковалась в этом. С другой стороны, исправить все было довольно просто. Так что я шагнула к мужу и поцеловала его. От этого приятного занятия меня внезапно отвлек странный звук.
— Ты слышал? Кто-то плачет, — я отстранилась и прислушалась, чувствуя неясную тревогу.
— Кажется, это там, — он безошибочно указал направление. Бросив на него быстрый взгляд, я отметила, как изменилось выражение его лица. Сейчас рядом со мной стоял не мой любимый, а Повелитель вампиров. Но вникать в причины таких метаморфоз времени не было. Решив выяснить для себя это позже, я пошла на звук. Маленький мальчик сидел посреди аллеи и давился слезами. Сев на корточки рядом с ним, я первым делом умыла чумазую мордашку. Мальчишка вскинул на меня огромные серые глазищи, а я с удивлением поняла, что передо мной находился маленький вампир.
— Мама? — тихий шепот ударил меня в самое сердце.
— Нет, маленький. Я не твоя мама, — сдавлено произнесла я. Не было ничего удивительного в том, что малыш ошибся, так как оказался слепым — глазки затянула какая-то странная белесая пленка.
— А где она? — он вцепился в рукав моей куртки.
— Мы сейчас с тобой ее найдем, — пообещала я ребенку, поднимаясь и беря его за ручку. — Как тебя зовут? — спросила я тихонько, оглядываясь по сторонам. Мне нужно было найти ту безголовую вампиршу, что умудрилась потерять своего маленького сына. Найти и сказать все, что я думаю на ее счет. В разные стороны потекли нити моей магии. Они заструились по всему парку, уходя все дальше.
— Милаш, — доверчиво отозвался ребенок.
— Нашла, — с предвкушением прошипела я и встретилась взглядом с Тианом.
Мой вампир стоял у дерева, глядя на меня, и в его темных глазах я отчетливо разглядела гордость.
— Я не буду вмешиваться, — произнес он. — Ты это начала, тебе и продолжать.
Мне оставалось лишь пожать плечами. Получив от Кристиана карт-бланш, я, тем не менее, особо и не нуждалась в его разрешении, все равно поступила бы так, как собиралась, даже вопреки. Я очень трепетно относилась к детям, и прощать такого отношения к больному ребенку, не собиралась. Возможно, причина столь агрессивного настроя к неизвестной мне женщине ночного народа была в моем достаточно сложном детстве, но заниматься анализом собственных комплексов я не собиралась.
Когда вампиршу притащило в парк на лассо из магии Тьмы, я успела закормить Милаша мороженым и разнообразными сладостями, рассказать ему сказку и утомить до безобразия. Сидя на лавочке рядом с Кристианом, я смотрела на спящего на моих коленях ребенка, перебирая короткие и такие восхитительно мягкие каштановые прядки. Вампир поглядывал то на меня, то на малыша, но молчал, хотя в его глазах была нежность. А потом он ощутил приближение своей подданной и исчез из поля зрения, оставляя меня один на один с этой дамочкой.
Через поводок из своей силы, на котором я тащила вампиршу, я отчетливо чувствовала ее нежелание подчиняться и попытки вырваться. И это злило еще больше, то, что она не стремилась вернуть своего ребенка, действовало на меня, как красная тряпка на быка.
Когда она увидела нас, на ее лице отразилось такое удивление, смешанное со страхом, что я даже растерялась. А женщина решила воспользоваться моментом и, используя силу тяги моего собственного заклинания, рванула ко мне. Я едва успела среагировать и отбросить злобную тварь на несколько метров. Незнакомка по-звериному припала к земле и рассержено зашипела, демонстрируя клыки.
— Кто ты такая и что делаешь рядом с моим ребенком?
Я некоторое время рассматривала мать Милаша, понимая, что ошиблась в своих выводах. Она реагировала так, что сразу становилось ясно: в произошедшем с ребенком вампирша не виновата.
— Так, давай проясним, как твой сын здесь оказался, — я решила чуть сбавить обороты, чтобы выяснить детали этого дела.
— Кто ты такая, ведьма, чтобы я перед тобой отчитывалась? — с прищуром, но, тем не менее, осторожно спросила вампирша. При этом она бросила на все еще спящего малыша обеспокоенный взгляд, словно боялась, что наши разборки его разбудят.
Я не собиралась церемониться, магией приподняла женщину над землей и хорошенько тряхнула.
— Здесь вопросы задаю я, — рыкнула в лучших традициях Кирыного воспитания. — Назовись.
— Мое имя Илита, — зло отозвалась женщина, подчинившись по праву силы. Впрочем, сейчас мне было достаточно и этого, главное, что она все же начала отвечать на мои вопросы.
— Итак, Илита, я не услышала ответа на мой вопрос: почему мальчик здесь? И где в это время была ты?
— У меня гости, а Милаш должен был гулять с сопровождением. Я не имела права уйти, поскольку наш дом посетила Княгиня, — что-то прозвучало в ее голосе, когда она помянула Мирабель, и это что-то мне очень понравилось.
— А почему ты отослала сына? — уже догадываясь, каков будет ответ, спросила я.
— Не хотела, чтобы он лишний раз попадался на глаза правительнице, — уже куда спокойней отозвалась вампирша, явно почувствовав, что я больше ей не угрожаю.
— У вас возникли разногласия? — продолжала допытываться.
— В некотором роде, — уклончиво отозвалась Илита. — Некогда мы били подругами, затем соперницами.
— Вот только у тебя есть Милаш, — закончила за нее я. — Это ведь ее проклятие ослепило твоего ребенка? — задала вопрос в лоб, а моя собеседница от неожиданности аж зубами клацнула, осознав, что слишком разоткровенничалась с незнакомой ей ведьмой.
— Отвечай на вопрос, — приказал внезапно оказавшийся рядом Кристиан.
— Повелитель! — в глазах Илиты мелькнул испуг. — Это лишь догадка... У меня нет доказательств...
— Надо было идти ко мне сразу же, когда это произошло, — холодно бросил вампир.
— И что бы я сказала? — с горечью спросила женщина. — Я водила сына ко всевозможным лекарям, но никто ничего не нашел. Моя мнительность могла бы испортить карьеру мужа.
— Я разберусь с Мирабель, — пообещал Кристиан.
