Легенда No1. Отстойник

Сквозь хрип он услышал мелодичный перестук металлических паучьих лапок. Открыл глаза и увидел замершего неподалеку Дружка. Улыбнулся.

— Уцелел, чертяка!— прохрипел он тихо.— Нам с тобой сегодня везет.

Паучок был черен от копоти, но в остальном не пострадал. На реплику Тима он отреагировал энергичным приседанием, демонстрируя согласие.

— А теперь поработаем.

Теперь у Большакова был богатый выбор оружия и приличный запас патронов. Кроме того, он стал счастливым обладателем каких-то гаджетов, предназначения которых не знал. Пользуясь возможностью и отринув отвращение, он снял нагрудник одного из убитых. Это был довольно добротный образчик доспеха, сравнимого с бронежилетом 3 класса, выполненным из легкого композитного материала. Разве что выглядел стильнее. Вряд ли он способен был защитить от пули, выпущенной из мощной снайперской винтовки, но Тиму в нем было спокойнее. Снял он с трупа и обувь, натянул на ноги. Полусапожки сжались до необходимого размера и сидели, как влитые.

Пока он примерял обновку, потрошил припасы и собирал снаряжение, паучок получил отдельное задание и находился на пути к цели.

Все это время Большакова беспокоил один вопрос: что в данный момент делает Калем Гвар? Остался ли он на прежнем месте? И не отправился ли он на поиски противника? А еще коршут мог спрятаться, и в этом случае Тим потеряет свое и без того шаткое преимущество.

Но нет, ничего не изменилось. Тим узнал об этом, стоило ему высунуться из своего укрытия. Вернее даже, сделать попытку высунуться. Теперь уже активный Талант За секунду до... предупредил его об опасности, и голова Большакова разминулась с пулей заблаговременно.

— Поиграем,— недобро хмыкнул Тим.

Он вывел на "экран" картинку, видимую глазами дрона, находившегося в пределах несовершенной связи — расстояние было пограничное, поэтому картинка рябила и прерывалась помехами. Тем не менее, кое-что можно было разглядеть. Например, мелькавшие перед механическими глазами паучка камни или пробежавшего мимо маракана. А потом Дружок выбрался на открытое пространство, и Большаков увидел Калем Гвара, стоявшего к нему спиной.

Так и было задумано. Дрон должен был подкрасться именно сзади, чтобы в подходящий момент отвлечь внимание коршута, который точно знал, где находится Тим и поджидал его с готовым к бою оружием.

"Давай!"

Тим послал мысленный приказ. Дрон побежал через недавнее поле боя, стуча лапками по камням. Калем Гвар понятия не имел о паучке и просто вынужден был обернуться, чтобы избежать опасности, подкрадывающейся к нему с тыла. Так он и сделал. Но сделал хитро: используя свой Талант, он, превратившись в размазанный силуэт, едва уловимым рывком ушел в сторону, одновременно с этим разворачиваясь в сторону опасности вместе с винтовкой. И тут же выстрелил. Изображение перед глазами Тима пропало, а это значит, он попал в дрон, и Тимофей остался без своего механического помощника. Но он не стал терять время на сожаление, высунулся из-за скалы и, активировав С первого раза, выстрелил в Калем Гвара, стоявшего к нему боком.

В том, что Колонист — серьезный противник, Большаков убедился на собственной шкуре. Но чтобы настолько... Время реакции коршута составила тысячные доли секунды. Он ушел от пули грациозным рывком. Тиму даже показалось, что пуля изменила траекторию полета в тщетной надежде настичь цель, однако не преуспела. Калем Гвар не только избежал смерти, но и был готов к бою. Он вскинул винтовку. Тим выстрелил первым. И на этот раз коршут не успевал увернуться. Целую долю секунды Большаков был уверен в том, что теперь-то уж с неудобным противником будет покончено. Однако Калем Гвар вскинул руку, и пуля замерла, повиснув в считанных сантиметрах от появившейся на ее пути ладони. Лицо Колониста в этот момент выражало предельное напряжение, а по лбу катились капельки пота.

Но медлить он не стал. И прежде чем Тим выстрелил в третий раз, взмахнул все той же рукой. Отделившись от ладони, в небо взлетело нечто яркое и стремительное. Поднявшись под углом, оно на короткое мгновение зависло высоко над головой Большакова, а потом ударило вниз целенаправленным разрядом молнии.

Тим и сам не мог понять, каким чудом ему удалось увернуться. Молния ударила в то самое место, где он стоял, разметав во все стороны одни камни и расплавив другие. Но Калем Гвар не дал Тимофею опомниться. Он сделал еще что-то неуловимое, и в сторону Большакова устремилась необычная волна. Перекатываясь по синусоиде, она преломляла пространство, искажала его и перемалывала все, что встречалось на ее пути. Ее движение было стремительным, и Тим, своевременно сорвавшийся с места, чувствовал, что не успеет покинуть сектор, которому предстояло исчезнуть в результате прохода волны. Он сначала видел, а потом слышал и чувствовал, как крошатся камни, некогда служившие ему надежным укрытием. Как будто этого было мало, Калем Гвар принялся стрелять по бегущему противнику. Пули пролетали мимо — то спереди, то сзади. Все-таки Легенда !391 оказалась не самым выдающимся стрелком. И только поэтому Тим уцелел. В последний момент он успел выпрыгнуть из-под накатывающейся на него волны.

И если бы на этом все закончилось, Большаков мог бы считать, что ему снова повезло. Но нет. Калем Гвар не собирался отказываться от намеченной цели. Он жаждал крови. Более того — он был зол. Тимофей — тоже. Едва приняв вертикальное положение, он начал стрелять, не особо целясь при этом. Тем не менее, пули летели кучно и в цель. Но противник был начеку. Прислонив свою винтовку к камню, он выставил перед собой обе руки, и приближающиеся пули разлетались в стороны, огибая его величественную фигуру.

Тим выпустил весь магазин и начал перезаряжаться. Калем Гвар воспользовался заминкой и поманил Большакова рукой — махнул ею всего лишь раз, но требовательно, властно. На самого Тимофея его призыв не подействовал, зато винтовку вырвало из рук, ободрав пальцы. А потом началось нечто несусветное. Калем Гвар стал неистово размахивать руками, и со всех сторон в Тима полетели камни. Он заметался, прикрывая голову. Это не очень помогало. Часть камней пролетала мимо, но некоторые чувствительно били по телу, заставляя Большакова корчиться от боли. Он попытался спрятаться среди валунов. Это отчасти помогло: меткость Колониста снизилась, но камни продолжали искать беглеца и порой его находили.

Обезумев от отчаяния, Тим бросился бежать куда глаза глядят. Как только он вырвался на открытое пространство, неведомая сила подхватила его — ноги беспомощно засучили по воздуху, в то время как его самого повлекло к центру ристалища. Напрасно он пытался сопротивляться — сила притяжения была неумолима и непреодолима. Очутившись лицом к лицу с Калем Гваром, он нанес удар кулаком, но не достал до ненавистной физиономии. Коршут дернул щекой, словно усмехнулся, и Тимофея скрутило от невыносимой боли. Натянулись жилы, затрещали кости, внутренности рванули наружу.

Тим закричал.

— Больно?— участливо поинтересовался Калем Гвар.— Это хорошо. Я хочу, чтобы перед смертью тебе было больно. Очень больно... Неужели ты думал, что сможешь меня победить? Да кем ты себя возомнил? Выскочка! Самонадеянный недоумок!

Снова едва уловимое движение лицевой мускулатуры, и Тиму стало еще больнее. Он дико взвыл.

— Зачем ты остался? Ушел бы, и не было проблем. Ни у тебя, ни у меня. Когда ты сдохнешь, мне придется заново отстраивать этот мирок. Да, убогий, да, жалкий. Но он МОЙ! И никто, слышишь, никто не имеет права к нему прикасаться своими грязными ручонками!

Лицо Калем Гвара перекосило от ненависти и злобы. А Тима скрутило так, что предыдущая боль показалась ему расслабляющим массажем. Ох, как же он кричал! Долго, надрывно, до мурашек по коже.

А потом откуда-то издалека раздалось не менее надсадное и продолжительное:

— Ти-и-и-и-и-и...

Этот громкий детский голосок произвел эффект взорвавшейся бомбы. Он прокатился над полем боя, смел пыль с каменных обломков, улетел в пустыню и донесся до самых дальних ее окраин. Он звучал непрерывно, на одной застывшей ноте, звонко настолько, что задребезжал воздух и задрожала под ногами земля. Калем Гвара перекосило еще сильнее. Он повернул голову и увидел стоявшую на границе ристалища маленькую девочку в замызганном платьишке. Она, раскинув руки и приподняв голову, кричала на нескончаемом дыхании, вряд ли отдавая отчет своим действиям. Как будто не она сама кричала, а нечто в ней обитавшее рвалось наружу. И Калем Гвару стало от этого не по себе.

Однако...

-...и-и-и-и-и-м!!!

Девочка внезапно замолчала, и лицо Колониста расслабилось.

Что бы она ни задумывала, у нее ничего не вышло.

Калем Гвар рассмеялся. Было в этом смехе и издевка, и облегчение.

А потом смех внезапно оборвался, когда земля под ногами коршута заходила ходуном. Чтобы не упасть, ему пришлось расставить ноги и вытянуть руки в стороны. И снова выражение его лица изменилось. Теперь оно выглядело растерянным и даже испуганным. А еще, казалось, он начал о чем-то догадываться, но не успел. Высохшая до трещин земля взорвалась кусками, как корка перепеченного хлеба, и наружу вырвалась голова доселе невиданного чудовища, похожего...

...ни на что не похожего.

Сначала Калем Гвару повезло. Его подбросило вверх, и на мгновение он завис над огромной раззявленной пастью, аккурат между рядами жутких даже на вид остроконечных зубов. А потом он рухнул вниз. Он успел закричать... вернее, завизжать от страха, но как только его голова исчезла из виду, пасть захлопнулась, резко отрезав доносившийся из глотки Колониста звук. После чего голова, так и не показавшись полностью, ушла под землю, унеся с собой добычу.

Тим упал в тот момент, когда стих голос Майки. Когда появилась голова чудовища, его отбросило в сторону. Потом он уже сам пятился, перебирая одновременно руками и ногами, оставаясь при этом сидеть на пятой точке. Он завороженно смотрел на новоявленного Левиафана, словно загипнотизированный. Он не помнил, активировал ли он Подсветку или же она включилась сама собой. Перед глазами появилась более чем странная информация:

?????

Статус — Легенда !?

Основные Таланты — ?

Дополнительные Таланты — ?

Очень информативно.

Впрочем, чуть позже появилась хоть какая-то конкретика:

Трепещите, обитатели Отстойника 24! Великий и ужасный Гозрахт вернулся в этот мир! Он спал тысячи лет. И спал бы еще столько же. Но кто-то разбудил его, и он вне себя от гнева. Спасайтесь, кто сможет! Бегите!!!

Ах, да, кстати, Калем Гвар покинул этот мир, закончив свою жизнь в желудке Гозрахта. Но какое теперь это имеет значение?

Оповещение было более чем своевременным, потому что земля снова задрожала и начала трескаться. В образующиеся провалы летели каменные глыбы и неисчерпаемым водопадом лился песок.

— Чего сидишь, давай скорее сюда!— с водительского сидения броневика, некогда принадлежавшего Калем Гвару, прокричал Сан Саныч. Он махал рукой и дрожал от нетерпения.— А вам, дамочки, нужно особое приглашение?

А это уже предназначалось Майке и стоявшей позади нее Алисе.

Все трое сорвались с места и бросились к броневику, услужливо распахнувшему перед ними двери. Тим плюхнулся на сидение рядом с водителем, девчонки забрались назад, и машина рванула с места, оставляя позади уходящую в неизведанные глубины землю.

Глава 23