«Единство», блокируясь по различным вопросам с Союзом правых сил, ОВР, другими силами, стало ведущей фракцией в Думе. Такой расклад политических сил означал, что коммунисты утратили большинство в парламенте. Впервые Государственная дума стала лояльной правительству.
Вся вторая половина 1999 г. была временем роста политического веса Путина в стране. В этих условиях Б.Н. Ельцин сделал, пожалуй, один из самых важных шагов последних лет своего президентства. 31 декабря 1999 г. Б.Н. Ельцин в своем телевизионном обращении объяснил гражданам страны причины, заставившие его принять — впервые за тысячелетнюю историю России — добровольное решение об уходе с высшего поста в государстве. Это означало, что исполняющим обязанности президента, до проведения новых выборов, становится премьер-министр В.В. Путин. Б.Н. Ельцин говорил о том, что Россия уже никогда не вернется в прошлое, что Путин — «сильный человек, достойный быть президентом, и с которым сегодня практически каждый россиянин связывает свои надежды на будущее! Почему я должен ему мешать? Зачем ждать еще полгода?»
Подводя итоги бурного десятилетия своего президентства, он просил прощения «за то, что многие наши с вами мечты не сбылись. И то, что нам казалось просто, оказалось мучительно тяжело...» Он завершил свое выступление словами: «Я ухожу. Я сделал все, что мог. Мне на смену приходит новое поколение, поколение тех, кто может сделать больше и лучше».
26 марта 2000 г. уже в первом туре голосования Президентом Российской Федерации был избран В.В. Путин. Вступая на этот пост, В.В. Путин сказал: «Мы доказали, что Россия становится современным демократическим государством. Мирная преемственность власти — это важнейший элемент политической стабильности, о которой мы с вами мечтали, к которой стремились, которой добивались».
Восточная Европа: становление, расцвет и демонтаж системы
Вхождение ряда государств Центральной и Юго-Восточной Европы в сферу влияния СССР в условиях биполярной Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений предполагало формирование определенных механизмов централизованного контроля над этими странами, действие которых в той или иной мере сохранялось и после смерти И.В. Сталина в марте 1953 г. Они включали в себя аппарат Информационного бюро коммунистических и рабочих партий (Коминформа, существовавшего до апреля 1956 г.), присутствие советских войск в Восточной Германии, Польше, Венгрии и Румынии (до 1958 г.), функционирование в некоторых странах до середины 1950-х годов широкой сети совместных предприятий и обществ в ключевых отраслях промышленности, транспорта, а также в банковском деле, развитый институт советников, командированных из СССР для работы в экономической сфере и в государственном аппарате (включая силовые структуры). В условиях массированного и всестороннего советского влияния «народно-демократические» режимы к началу 1950-х годов перенимают многие существенные типологические черты сталинской модели социализма, которой были присущи сверхцентрализм управления всеми сторонами жизни общества, огосударствленная экономика, подчиненная единому плану, жесткое (и зачастую превентивное) преследование политической оппозиции, строгий контроль над духовной жизнью общества и средствами массовой информации. В соответствии с концептами советской коллективизации рубежа 1920 — 1930-х годов в европейских странах «народной демократии» осуществляются насильственными методами крайне болезненные для крестьян реформы сельского хозяйства. Во внешнеполитическом плане «народно-демократические» режимы, лишенные какой бы то ни было самостоятельности, по сути превратились в проводников внешней политики СССР, которая в условиях обострившейся холодной войны носила все более конфронтационный характер; в роли врагов при этом выступали как блок НАТО (созданный в 1949 г.), так и титовская Югославия, отлученная весной-летом 1948 г. по воле И.В. Сталина от мирового коммунистического движения и формирующегося советского лагеря.
Советско-югославские отношения, достигнув своей низшей точки к осени 1949 г., когда в Будапеште состоялся громкий судебный процесс по делу Ласло Райка ярко выраженной антиюгославской направленности (а вслед за этим была принята резолюция Коминформа «Югославская компартия во власти убийц и шпионов»), продолжали и в последующие годы оставаться предельно напряженными, балансируя на грани перерастания в войну — вдоль границ стран-сателлитов СССР с Югославией находилось большое количество войск и боевой техники, происходили частые приграничные инциденты. Не утихала и мощная пропагандистская кампания, направленная против Югославии и служившая задачам консолидации формирующегося советского блока, что предполагало безоговорочное подчинение национальных коммунистических элит единому центру.
Внутриполитическая борьба после ликвидации оппозиции локализуется в рамках правящих партий, не став при этом менее острой. Для устрашения и подавления любых потенциальных проявлений оппозиционности и уклонизма фабрикуются громкие судебные дела в отношении видных деятелей компартий (Л. Райка в Венгрии, Т. Костова в Болгарии, Р. Сланского в Чехословакии; причем последний из этих судебных процессов, состоявшийся осенью 1952 г., имел уже не антиюгославскую, а иную направленность, став важной составной частью инициированной И.В. Сталиным большой антисионистской кампании, реализация которой в масштабе всего советского блока прервалась лишь со смертью вождя СССР).
В начале 1950-х годов, по инициативе И.В. Сталина, в государствах советской сферы влияния принимаются меры по укреплению военно-промышленного комплекса. По итогам совещания в Кремле в январе 1951 г. этим странам было навязано заметное увеличение расходов на содержание армий и развитие тяжелой промышленности (в первую очередь ее оборонных отраслей). Поскольку создание мощного потенциала тяжелой индустрии и укрепление ВПК происходили за счет сокращения затрат на социальные нужды, этот курс не только приостановил наметившуюся тенденцию к повышению уровня жизни населения, но привел к его снижению, что крайне болезненно было воспринято обществами, совсем недавно пережившими жесточайшую военную разруху.
Со смертью И.В. Сталина 5 марта 1953 г. его соратники по кремлевскому руководству должны были внести определенные коррективы в конфронтационную внешнюю политику, чреватую перерастанием холодной войны в полномасштабное вооруженное столкновение с США и их союзниками. Требовал своего разрешения советско-югославский конфликт, продолжавший оставаться серьезным источником напряженности не только в региональном, но и в общеевропейском масштабе. Прежняя политика на югославском направлении была признана несостоятельной уже на июльском Пленуме ЦК КПСС 1953 г. Ведь в условиях советского вызова режим И.Броз Тито не только консолидировался во внутриполитическом плане, но своим смелым противостоянием сталинскому диктату снискал немалое уважение в мире далеко за пределами коммунистического движения. Хотя титовская Югославия еще продолжала оставаться отлученной от этого движения и восприниматься как часть враждебного социализму мира, в Москве отныне ее уже не квалифицировали как «особого» врага, а отношения с ней были выведены на уровень стандартных отношений с некоммунистическими государствами. После 4-летнего перерыва Москва и Белград обменялись послами.
Март 1953 г. застал европейские страны народной демократии перед лицом нарастающих экономических трудностей. Донесения по линии МИД СССР и спецслужб, поступавшие в Москву, свидетельствовали о неблагополучии в экономике, надрывавшейся под грузом непомерных военных расходов, о симптомах недовольства населения своим материальным положением, о тенденции к снижению уровня жизни. В этих условиях перед советскими лидерами достаточно остро встала задача сохранения устойчивости коммунистического правления в странах-сателлитах.
Первые открытые проявления протеста против экономической и социальной политики коммунистических властей имели место в наиболее развитых индустриальных странах — ГДР и Чехословакии, несших на себе немалую нагрузку в развернувшейся гонке вооружений. 1 июня 1953 г. прошли волнения в городе Пльзень (Западная Чехия), разогнанные полицией. 16-17 июня в Восточном Берлине и ряде других городов ГДР возмущение рабочих повышением норм выработки при понижении реальных доходов вылилось в массовые беспорядки, подавленные с помощью советских войск. События в ГДР явились самым серьезным сигналом, указавшим официальной Москве на неэффективность избранных методов контроля над Восточной Европой, а значит и на неизбежность корректировок во внутренней политике стран советского лагеря.
Наряду с ГДР, внутренние проблемы которой в то время пока еще рассматривались в более широком контексте решения германского вопроса в целом, большую обеспокоенность руководства СССР вызывало положение в Венгрии, где курс на форсированную индустриализацию привел к особенно серьезным экономическим и социальным диспропорциям, угрожавшим общей дестабилизацией. В середине июня 1953 г. делегация Венгерской партии трудящихся (ВПТ) во главе с ее лидером М. Ракоши выслушала на встрече в Кремле резкую критику в свой адрес — речь шла об игнорировании экономической политикой специфических особенностей страны, об ошибках в расстановке кадров, «перегибах» в репрессивной политической практике, негативно сказавшихся и на экономике. В Кремле в те дни приближалась к драматической развязке острая закулисная борьба между ближайшими сподвижниками И.В. Сталина, закончившаяся устранением Л.П. Берии, арестованного 26 июня. За несколько дней до ареста Берия настаивал на решительных кадровых изменениях в Венгрии. Его инициатива назначить главой правительства экономиста-аграрника И. Надя была поддержана другими членами Президиума ЦК КПСС, несмотря на давно поставленное на него клеймо правого уклониста.
Критика, прозвучавшая в Москве, дала зеленый свет переменам в Венгрии. Приоритеты в экономической политике изменились в пользу сельского хозяйства и легкой промышленности. Замедлились темпы индустриализации. Был разрешен выход крестьян из кооперативов, в интересах оживления торговли позволено, в известных пределах, мелкое городское предпринимательство. «Новый курс» И. Надя внешне не противоречил тогдашней политике советского руководства (провозглашенная Г.М. Маленковым в августе 1953 г. на сессии Верховного Совета СССР задача форсировать развитие легкой промышленности; решения сентябрьского Пленума ЦК КПСС 1953 г., ориентировавшие на подъем сельского хозяйства). Однако программа И. Надя была более радикальной, поскольку планы реформ распространились и на политическую сферу — предполагалось повысить роль местных советов, активизировать деятельность Отечественного Народного фронта, служившего ранее лишь одним из «приводных ремней» правящей партии, превратить его в рупор выражения многообразных общественных интересов. В этом проявилась, пусть и в зачаточной форме, тенденция к регенерации в обществе элементов плюрализма, задавленного при установлении диктатуры сталинского типа. Планы создания противовеса всесильному партийному аппарату были с некоторой надеждой восприняты как в кругах интеллигенции, так и среди членского состава левоцентристских политических партий, распущенных с установлением монополии коммунистов на власть.
Таким образом, хотя первым толчком к переменам в Венгрии явились импульсы, полученные из Москвы, новый курс И. Надя стал уникальной, в то время беспрецедентной в советской сфере влияния попыткой придать однопартийной коммунистической диктатуре человеческое лицо. Однако реализация нового курса проходила с большим трудом, не приведя к повышению эффективности экономики. Попытки ограничить властные полномочия партаппарата, перенеся центр тяжести в принятии решений на государственные органы, вызвали противодействие М. Ракоши и его окружения, саботировавших реформы. В октябре 1954 г. это привело к открытому конфликту на пленуме партии и к полемике в центральной прессе.
Выступление Имре Надя по радио (1 ноября 1956 г., 19 ч. 40 мин.)
Народ Венгрии!
Ощущая большую ответственность перед венгерским народом и историей и выражая единую волю миллионов представителей венгерского народа, венгерское национальное правительство провозглашает нейтралитет Венгерской Народной Республики. Венгерский народ желает жить в обстановке мира и подлинной дружбы со своим соседом, Советским Союзом, и со всеми народами мира на основе принципов независимости и равноправия и в соответствии с духом Устава ООН. Он желает закрепить и развивать завоевания своей национальной революции, не присоединяясь ни к какой группировке мировых держав.
Многовековая мечта венгерского народа тем самым становится реальностью. Революционная борьба, которую вели герои нашего национального прошлого и настоящего, наконец увенчалась победой дела свободы и независимости. Благодаря этой героической борьбе перед нашим народом открылась возможность реализовать в межгосударственных отношениях свой основополагающий национальный интерес — нейтралитет.
Мы призываем соседние и далекие от нас страны с уважением отнестись к этому непоколебимому решению нашего народа. Именно теперь стали подлинно истинными слова о том, что, вероятно, еще никогда в истории наш народ не был столь единодушен в своем решении.
Миллионы трудящихся Венгрии!
С революционной решимостью, самоотверженно трудясь и поддерживая порядок, защищайте и укрепляйте нашу родину, свободную, независимую демократическую и нейтральную Венгрию!
Перенесение в Венгрии кулуарной внутрипартийной борьбы в публичную сферу, равно как и попытки И. Надя слишком далеко отойти при реформе политической системы от привычных сталинских образцов, вызвали новую волну обеспокоенности в Москве. К этому времени осложнение международной обстановки, связанное с планами вхождения ФРГ в НАТО, стало причиной нового зигзага во внешней политике СССР, не замедлившего сказаться и на соотношении сил в Будапеште. Начало нового витка гонки вооружений предопределило увеличение расходов на оборону и тяжелую индустрию в масштабах всего советского блока. И. Надь, упорно настаивавший на сохранении своего курса, был подвергнут резкой критике на следующей встрече в Кремле, а весной 1955 г. смещен с поста председателя Совета министров, выведен из Политбюро, позже исключен из партии по обвинению во фракционности. Так неудачей завершилась первая в истории стран советского лагеря попытка реформировать существующие порядки сверху. В условиях контрнаступления антиреформаторских сил судьбу нового курса в конечном итоге предопределил продолжавший оставаться решающим внешний фактор — очередной поворот в политике КПСС сузил поле для маневров сторонников реформ. Кратковременная «оттепель» в Венгрии сменилась новыми «заморозками»: застопорился, едва начавшись, процесс реабилитации невинно осужденных, ужесточилась цензура, были свернуты все дискуссии в прессе, приняты решения о новых, совершенно разорительных для страны капиталовложениях в строительство крупных индустриальных объектов.
