— Улф, не смей! — кричал Стиан.
— Я знаю, что делаю, — послышался ответ.
Меня догоняли, догоняли, потому что я постоянно спотыкалась и падала, отчаянно проклиная бедное человеческое зрение и прочие чувства. Будь я кошкой, он бы только хвост мой вдалеке увидел. А, нет, не увидел бы, ночь же. Пес блохастый! Я же книжечку там оставила! Надо как-то вернуться назад, забрать Коннланон и бежать подальше. Я резко ушла в сторону, снова завалившись. Поднялась на ноги и прислушалась. Улф был где-то совсем близко. Я затаилась, даже дышать перестала, прижавшись к стволу толстого дерева.
Убийца протопал мимо. Переведя дух, я осторожно двинулась обратно к домику. Свет в окошках стал для меня маяком. За спиной трещали ветки, удаляясь все дальше. Я прибавила шаг, застыв лишь один раз, когда недалеко от меня послышалось какое-то движение. Но лишь лес затих, я припустила к домику, влетела внутрь, схватила книгу и бросилась обратно. Отбежала, на мгновение обернувшись, а когда бросилась дальше...
— Попалась, ведьма? — в свете луны на лице убийцы я разглядела самодовольную усмешку. — Я знал, что ты не бросишь свою проклятую книгу.
— Отпус-сти, пес-с, — зашипела я, отчаянно вырываясь. — Чтоб тебя Тьма сожрала!
Коннланон опять полетел на землю, Улф схватил меня одной рукой за горло и толкнул к ближайшему дереву, вжимая спиной в ствол. Я царапалась, пиналась, пыталась вырваться, но он словно не замечал ни крови, окрасившей его руки, ни ударов по колену и по голени.
— Как открывается книга? — спросил он, подставляя к моей шее нож.
— Сдохни, — ответила я и отвернулась, тут же вскрикнув, когда лезвие сделало первый надрез на коже.
— Как открывается книга? — ровным голосом повторил Улф.
— Встань на колени перед ней и бейся башкой об пол, — заорала я, глядя ему в лицо.
Тут же меня тряхнули, и я приложилась затылком к дереву. В голове зашумело и ноги подкосились. А через мгновение я и вовсе упала на землю. Села и помотала головой.
— Я велел ее не трогать, — рядом яростно рычали.
— Ты под ее чарами, — ответил душегуб.
Я сосредоточила взгляд и увидела, как эти двое сцепились. Оглядевшись, я увидела свою книгу, подползла, чтобы взять ее, оглянулась, мужчины все еще были заняты друг другом. Подняв Коннланон, я снова побежала, но Улф откинул Стиана, который казался более коренастым и сильным, и моментально догнал меня. В руке снова сверкнул нож. Я зажмурилась, ожидая удара.
— Не тронь! — послышался короткий вскрик.
Рука синеглазого ухватила за плечо душегуба, рванула на себя, и нож, уже начавший свое смертоносное движение, вошел в лорда Фланнгала. Стиан изумленно уставился на рукоять, торчавшую из его живота. У него сейчас был точно такой же взгляд, как и у Джара, когда Тьма вогнала ему меч в грудь. Синеглазый тяжело повалился на землю, а Улф схватился за голову, издав утробный рев. Я попятилась, забыв даже про книгу, уперлась спиной в очередной ствол и задохнулась от животного ужаса, потому что убийца медленно обернулся ко мне.
— Это ты виновата, — прошептал он. — Ты! — теперь Улф начал заводиться. — Если бы ты сдохла с первого раза, ничего бы этого не было! Это ты виновата! — затем присел перед Фланнгалом. — Стиан, брат, прости. Я не хотел, это все она. Стиан, скажи, что ты жив, Стиан...
Страх вдруг куда-то исчез, сменяясь жгучим гневом. Я, значит, виновата? Это я тут размахивала ножом? Это я вбила себе в голову, что меня нужно убить? Я виновата?! Злость, родившаяся было во мне, стремительно перерастала в ярость, и я не хотела контролировать эмоцию, собирая ее в обжигающий тугой узел в животе.
Улф перестал всхлипывать и звать Стиана. Он поднялся, медленно развернулся ко мне, сжал кулаки и сделал первый решительный шаг. Ярость, бешенство, ненависть. Это все переполняло меня. Горячая волна взметнулась вверх, мгновенно наполняя ладони. Неожиданно воздух загудел. Ветер на мгновение стих, а потом... Потом я выпустила наружу все, что сжигало меня изнутри, и безумный порыв ветра наполнил пространство вокруг меня, взметнув сухие ветви, камни, листья, и все это понеслось в убийцу, застывшего с открытым ртом. Его подняло над землей, закружило, отшвырнуло, замолотив о деревья. Он кричал, а я стояла, слушала и улыбалась. Во мне не было сейчас ни сострадания, ни жалости, только убийственная ярость. Звук ломаемых костей донесся сквозь ревущий ветер. Я прикрыла глаза, наслаждаясь этим звуком.
— Марсия, — послышалось из-за спины. — Нашел.
Я резко обернулась и встретилась с льдисто-серыми глазами. Руки тут же взметнулись, и в ректора понесся новый поток силы. Он резко ушел в сторону, пригнулся, метнулся ко мне и впился в губы. Оглушенная его порывом, я бессильно обвисла на руках ректора. Он ненадолго оторвался от меня, огляделся. Дикая апатия все сильней накатывала, усталость и безразличие наполнили душу. Я равнодушно посмотрела на труп Стиана, которого зацепил мой выплеск и оттащил в сторону, заметила Улфа, похожего на сломанную куклу, повисшую на нижних сучьях дерева, снова посмотрела на ректора и покачнулась.
— Маленькая моя, — прошептал он. — Потерпи немножко.
— Книга, — прошептала я. — Без нее никуда не пойду.
Потом закрыла глаза и осела на траву. Ормондт вскоре подхватил меня. Острые углы Коннланона ткнулись мне в живот, и я обхватила книгу. После раздалось знакомое потрескивание, ректор открыл портал.
— Вот и дома, — сказал он.
Я открыла глаза, увидела академический двор, попыталась хоть что-нибудь почувствовать, не смогла и просто кивнула. Ормондт понес меня к своему дому.
— Ох, ты ж, девонька, — услышала я голос Бидди и провалилась в сон.
Глава 24
Утро началось с поцелуя, очень-очень нежного, но от этого не менее раздражающего. Чьи-то губы коснулись сначала подбородка, потом губ, потом кончика носа, отчего я сморщилась и фыркнула. Затем губы перебрались на лоб и совершили обратное путешествие, не забыв в этот раз и щеки.
— Не встану, — буркнула я и натянула одеяло на голову.
— И не надо, — знакомый голос тихо засмеялся, осторожно приоткрыл одеяло и снова поцеловал, теперь в висок. — Отдыхай, маленькая.
— Ага, — уже засыпая ответила я, переворачиваясь на живот.
Тут же волос коснулась рука ректора, осторожно погладив.
— Как же я рад, что ты опять со мной, — прошептал он и покинул спальню.
Сон издевательски помахал мне ручкой, и я осталась в отвратительно бодром состоянии. Помучив себя еще немного, я открыла глаза и уставилась в окно, глядя на хмурое небо. Надо же, а когда я была кошкой, мне даже отсутствие сна не мешало лежать с закрытыми глазами, а сейчас совсем не получается. И подушка уже не такая удобная, и перина не так лежит, и одеяло давит. Раздраженно откинув это самое одеяло, я встала и сладко потянулась. Просто мур-р-р, чувствовала я себя отлично. Затем взглянула на ладони. Если там и были ожоги, то Ормондт уже все исправил.
Я осмотрелась, на стуле лежало новое платье от Бидди. Благодаря домовихе мой гардероб пополнялся стабильно: одна ночевка — одно новое платье. Нижнее белье и чулочки более скромно примостились на сиденье второго стула, задвинутого за стол. "Как же я рад, что ты опять со мной", — вспомнился шепот ректора, и я самодовольно улыбнулась. Прошла в ванную комнату, встал под душ и до меня, наконец, дошло: я же в академии, я ДОМА!!! Спешно помывшись, я кинулась одеваться. Так захотелось обойти свои владения, осмотреть, проверить, навестить Силю, Нарвиса, Джара. Джара хотелось увидеть даже больше Сильвии.
— Проснулась? — в комнату заглянула Бидди. — Тогда иди завтракать, сердешная. Поди голодная там ходила. Кто ж так накормит, как тетушка Бидди?
Правильно. Сначала еда, потом все остальные. Я бухнулась на любимый стул и начала поглощать творожную запеканку, потом пришла очередь буженинки. Домовиха была отличной хозяйкой, хлеб совать мне не стала, и я благодарно потерлась о ее ладошку, когда она ставила на стол кружку молока. Она погладила меня по спине и улыбнулась.
— Кошка ты, кошка, — сказала она и ушла заниматься своими делами.
Оставшись одна, я огляделась, что-то было не так, чего-то не хватало. И не хватало именно мне. Я нахмурилась, еще раз огляделась, наткнулась взглядом на какую-то книжку и вскочила. Коннланон! Где моя книга? Залпом выпила молоко, не бросать же еду, и побежала в прихожую, спешно одеваясь.
— Ты куда, малахольная? — домовиха появилась за моей спиной.
— Мне нужна моя книга! — крикнула я, бестолково снуя между сапожками и вешалкой.
— Черная такая, с мерзостью костлявой на обложке? — спросила Бидди.
— Ага, — я жадно посмотрела на нее.
— Так Ормондт забрал с собой. Гадостная книжонка, меня от нее всю замутило, — она скривилась и сплюнула, тут же выудила из воздуха влажную тряпку и стерла свой плевок.
— Чтобы ты понимала, — проворчала я и бросилась в сторону академии.
Влетев в учебное здание, я быстро поздоровалась с кем-то, даже не обратив внимание с кем, затем мельком бросила на себя взгляд в зеркало и на мгновение остановилась. У меня опять были каштановые волосы и зеленые глаза. Ага, так мне больше нравится, ректор молодец. А вот за книгу... И я снова побежала, рванула дверь ректорского кабинета, влетела туда и застыла, зачаровано глядя на Коннланон, лежавший перед лордом Ронаном. Он задумчиво поглаживал подбородок, глядя на книгу. На краю стола примостился Алаис Бриннэйн. Оба мага повернулись в мою сторону и улыбнулись.
— Вы смотрите, кто пришел, — радостно воскликнул Алаис. — Сама леди Марсия.
— Доброе утро, — я кивнула и прошла мимо него, забрала со стола книгу и собралась уйти, не сказав никому ни слова.
Дверь отказалась открываться. Я подергала ее, обернулась и возмущенно посмотрела на ректора.
— Госпожа Коттинс, — сухо произнес лорд Ронан. — Потрудитесь объяснить ваше поведение.
Мое объяснение уложилось в одном слове.
— Мое.
— Замечательно, — засмеялся Бриннэйн. — Может, поделитесь с нами?
— Не дам, — сурово ответила я и спрятала книгу за спину.
— Марсия, — ректор встал из-за стола, подошел ко мне и взял за подбородок, вынуждая смотреть себе в глаза. — Ты чудесно выглядишь, — тихо произнес он, завладел моими губами и...
— Отдай! — возмущенно воскликнула я, как только Коннланон перекочевал к нему в руки. — Не честно!
— Зато приятно, — подмигнул гадкий Алаис. — А мне можно так же попробовать?
— Рискни, — спокойно, даже равнодушно ответил лорд-ворюга и вернулся к столу.
— Всегда знала, что тебе не стоит доверять, — проворчала я, идя следом за ним. — Сначала бутерброды с колбасой, потом пирог с мясом, а теперь мое сокровище стащил.
— Рон, да ты, оказывается, криминальная личность, — захохотал Бриннэйн. — Даже бутерброды с колбасой? — с явным возмущением спросил у меня Алаис.
— Два бутерброда, — обличила я ректора и уселась на свой стул.
— Мерза-авец, — покачал головой черноволосый и сочувственно похлопал меня по плечу.
Только вот ректору стыдно совсем не было. Он снова положил перед собой Коннланон и сделал пас, книга осталась равнодушна к его действиям. Потом Алаис стукнул себя по лбу, развернул книгу к себе и тоже помагичил немного, демон продолжал сладко спать. Я с интересом наблюдала за этими горе — взломщиками. Затем не удержалась и хмыкнула. Тут же две пары глаз воззрились на меня.
— Что? — настороженно спросила я.
— Ничего, — ответили мне и вернулись к своему занятию.
Ах, ну да, они же Воины Света, что им спрашивать у хозяйки книги, как она открывается. К тому же еще и гордые, знаем-знаем. Я даже встала, облокотившись на стол, чтобы лучше видеть их мучения. Воины продолжали сражаться с маленьким демоном, демон упорно побеждал.
— Двадцать три-ноль, — провозгласила я, суммируя их общие попытки. — Мой малыш явно в ударе. — Они недобро глянули на меня. — Ну, что же вы, благородные лорды, продолжайте. Мы с малышом ждем ваш следующий ход.
Благородные лорды не ответили, мрачно воззрились на книгу, на обложке которой застыл демон. Я так явно разглядела на его мордашке издевательскую мину, что не удержалась и рассмеялась.
— Давай сама, — решил, наконец, сдаться Ормондт.
— С чего это? — я изумленно вскинула брови. — Вы же два великих Воина, вот и воюйте.
— Хватит издеваться, — поморщился ректор.
— Точно, — кивнул Алаис, — это моя привилегия, так что попрошу не отнимать мой хлеб.
— Предпочитаю колбасу, — ответила я, сдался мне его хлеб.
Бриннэйн рассмеялся, похлопал в ладоши и подтолкнул ко мне книгу.
— Ну, пожалуйста, — он состроил несчастные глазки, и я сдалась.
Осмотрелась, заметила нож для бумаг, потянулась к нему и уколола палец. Оба мага внимательно следили за моими действиями. Я капнула в ротик демона каплю крови, и он тут же поймал мой палец, жадно зачмокав. Умиление в который раз охватило все мое существо. Не удержавшись, я протянула вторую руку и погладила малыша, пока он насыщался. Демон на мгновение оторвался от моего пальца, посмотрел в глаза и довольно заурчал.
— Малыш, котенок мой, — прошептала я.
Демон снова присосался к ране, потом сел, подтянув коленки к подбородку, и книга распахнулась, приглашая заглянуть в нее. Алаис тут же развернул ее к себе, с интересом перелистывая страницы, а Ормондт... В его глазах была злость. Он схватил меня за руку и рванул к себе. Вскрикнув, я упала к нему на колени, тут же оставив на щеке красные полосы. Точней, я собиралась их оставить, но кто-то быстро учится, потому мою руку перехватили уже у цели.
— Ты чего! — возмущенно воскликнула я, пытаясь вскочить с коленей.
Ормондт без труда удержал меня в исходном положении.
— Рон прав, — изрек Бриннэйн, перелистывая страницы.
— В чем? Что дергает меня? — спросила я, продолжая яростные попытки вырваться.
— В том, что сейчас скажет, — пояснил Алаис и открыл оглавление.
Я перестала вырываться и воззрилась на ректора, угрожающе сдвинув брови. Не испугался. Ладно, послушаем, что умного скажет. И он сказал. Да лучше бы молчал, чем такое!
— Ты больше никогда, ни под каким предлогом не приблизишься к этой книге, — жестко отчеканил лорд Ронан, и я задохнулась от возмущения. Ормондт продолжал одной рукой удерживать обе мои, а второй закрыл мне рот. — Это опасная книга. Ты даже не понимаешь, что происходит, когда ты вносишь плату за возможность открыть Коннланон. — Я замычала, но он только раздраженно тряхнул головой. — Демон забирает твои жизненные силы.
Я изловчилась и вцепилась зубами в палец. Когда ректор отнял у меня добычу и затряс ею, недобро поглядывая на меня и ругаясь сквозь зубы, я, наконец, смогла сказать все, что думаю о нем, о его словах и обо всех вместе взятых магах. Меня не перебивали, Алаис даже дыхание затаил, перестав шелестеть страницами. Лорд Ронан ничего не затаивал, он просто, слушал меня, время от времени кивая и поддакивая. Наконец, я закончила, вскочила с колен, забрала книгу и опять пошла к двери.
— Марсия, — ласково позвал меня ректор.
— Отстань, — отмахнулась я. — Моя книга, мой демон, а вы катитесь к псу под хвост, оба.
