— Что понимать? Я учила этнографию мирных и пушистых лаксианцев и пегарцев, обывателей в высокоразвитой цивилизации. Но я не изучала вашу расу настолько глубоко, чтобы понимать, что у вас там хлещут берсерки перед боем. Мы, люди, в мирных условиях чистый спирт не особо пьём. А на войне так выдавали примерно в таких количествах каждому солдату. В моих учебниках про этнографию Пегара и Лакса ничего про хромирование когтей не было.
У нас тут война и ты — единственный эксперт по физиологии и этнографии пегарцев. Значит если ты говоришь, что в данной ситуации надо сто грамм валерьянки без закуски, держи.
Ирра перевела дух и в уголках её глаз появилась смешинка.
— Ну я же с сарказмом сказала. Что мне, смайлик хвостом в воздухе рисовать что ли?
— А кстати, подействовало, — оторвался от своего терминала Кеалор. — Сейчас тебя уже можно просить доложить по порядку, где мы сглупили, и что ещё можно сделать, чтобы поправить положение.
— Вот, всем буду рассказывать как мне удалось успокоить кошку одним видом стакана с валерьянкой. — усмехнулась Кэт, забирая у Ирры стакан.
— Так слушайте. В этом самом Фипсе я походила по домам мастеровых. И уровень бытовых удобств там не как полагается по общему уровню развития этой цивилизации, а куда выше. Прямо на городской быт эпохи поздней автомобилизации тянет.
— Но откуда? — удивилась Кэт. — Не было такого ни до войны, ни когда мы тут партизанили.
— С орбитальных обогатительных фабрик. Там людоракам было проще организовать высокотехнологичные удобства, чем бороться с антисанитарией и желудочно-кишенчными инфекциями. А мы не включили в группу, захватывавшую эти фабрики, ни одного планетолога. Там был Лэн Рамиц и матросы с "Юноны". Ни тот, ни другие ничего необычного для себя в жилых отсеках фабрик не увидели.
А теперь, оказывается, твой Эль Элвиэм срубил фишку и начал производить сантехнику, накопительные баки и погружные насосы, и торговать этим по всем деревням, где народ вкусил жизни на фабриках.
На Архипелаге я этого тоже не видела, потому что оттуда они народ на фабрики почти не брали, в основном Архипелаг продовольствие для рабочих производил.
— Теперь понятно, откуда у тал Фипса деньги на твердосплавный инструмент. Наверняка же поначалу людораки не планировали им здесь торговать.
— Ничего, сейчас поправки в модель внесём.
— Я уже пробовала на обратном пути. Джива за штурввал посадила, а сама все шесть часов ЛЭТ мучала, благо с погодой повезло. Ни хвоста. ни вибриссы экономика не сходится. Без притока средств извне — ну никак.
— Ну во-первых, не одним людоракам редкозёмы нужны. На переходный период можно будет продвать руду, например к вам на Пегар, в обмен на оборудование для Фипса. У нас же карт-бланш на прогрессорство от Сил. Вывернемся как-нибудь. Нам главное за пять лет вернуть экономику в самодостаточное состояние.
Коронация
— Осталось последнее дело перед тем, как хельмутский контингент покинет Ирганто, — сказал Рймар. — Пропитие планеты.
— Это что? — спросил Кеалор.
— Это традиция такая. Всегда, когда Федерация и Хельмут делят планеты, кончается это тем, что когда победитель определился, главы обоих миссий идут в лучший местный кабак, и победитель ставит выпивку побеждённому.
В данном случае в Круге Сил за планету спорили трое — Хельмут, Федерация и ты. Поэтому ты должен поить Майка, как командира федеральных сил и меня, как представителя Хельмута.
— А может быть устроим приём во дворце по этому случаю? — поинтересовалась Кэт. — Вроде необходимые формальности это соблюдает — за выпивку платит корона, то есть Кеалор.
— Ты что! Это же традиция, — горячо возразил Рймар. — Должен быть кабак. Ты же не хочешь сказать, что у вас в императорском дворце кабак и бардак.
— Ну во дворце, не во дворце, а в городе точно кабак и бардак. Я как-то не уверена в том, что свежекоронованный Император может спокойно разгуливать по улицам. Активных сторонников тал Милиля ещё очень много.
— Чтобы мне какие-то выкормыши людораков указывали, где я в моем городе могу ходить, а где нет! — возмутился Кеалор.
— Майк, ну хоть ты этим юным дуэлянтам объясни... — взмолилась Кэт. — Ты же взрослый ответственный человек, адмирал.
Майк замялся, и в разговор вновь вклинился Рймар:
— Нельзя нарушать такую древнюю и почтенную традицию. Вы, земляне, ещё на таких же парусниках, как здесь, плавали, когда мы с веорийцами первые планеты делили.
— Традиции — дело важное, — пробормотал Майк. — На традициях флот стоит.
— Вон Ирра вчера осматривать порт ходила, и нарвалась. Хотя она не Император, а просто кошка, которая на него регулярно смотрит. А у вас таких клыков и когтей, как у неё — нет.
— Ну у моего Кваша когти и клыки побольше Ирриных будут. Опять же, вина он не пьёт, — подумал вслух Рймар. — Кэт, если мы Кваша с собой возьмём, это тебя утешит?
— И как вы его собираетесь в кабак затаскивать? И что хозяин скажет?
— Хозяину, — бесплатная реклама, вмешался Кеалор — Он потом всю жизнь будет посетителям рассказывать "Вот на этом самом месте у меня настоящий боевой дракон сидел". Ты что, наших тинмоудских кабатчиков не знаешь? Хотя я вообще-то собирался пригласить ребят в "Телагскую лозу". А это заведение в рекламе не нуждается. Все и так знают, что это лучший винный погреб в Тинмаране.
Хозяин "Телагской лозы", впрочем по началу не разделял энтузимазма Кеалора насчёт рекламного потенциала хельмутского дракона.
— Куда, куда животину волочёшь! — загородил он собой парадную дверь. — Ты ещё лошадь в зал заведи! Коновязь же есть!
— Ну это все-таки не лошадь, пытался оправдываться Рймар. — Лошади стрелять не умеют. А Кваш — умеет, значит он не животина, а боевой товарищ.
Хозяин не был склонен согласиться с такой точкой зрения, но положение спас Эльпар, прошептавший на ухо хозяину:
— Вы понимаете, тал, если без дракона, то мы будем вынуждены ради безопасности Его Величества, удалить из зала всех посетителей. Думаю, что вашим завсегдатаям это не понравится. А с драконом, даже если тут и есть заговорщики, они не решатся нарушать порядок в вашем заведении.
— Ну только ради безопасности Его Величества, — неохотно уступил хозяин, сразу начавший прикидывать, что означает "тал" в речи императорского ординарца — просто фигуру речи или обещание чего-то такого, чего ни один кабатчик в Тинмоуде ещё не удостаивался.
Поскольку всех посетителей, пришедших раньше, вежливо проверили, а в дверях установили металлоискатель и поставили пару вежливых, но внушительных гвардейцев, Эльпар считал, что безопасность Императора обеспечена.
Разве что хельмутец напьётся, и начнёт бузить, а дракон бросится на защиту хозяина. Впрочем, Эльпар хельмутцев видел в деле неоднократно, и скорее был готов поверить, что храм Арсиэс поднимет паруса и выйдет в море, чем что хельмутский офицер начнёт бузить в присутствии своего дракона.
Но вот что отомстить за слух о "заколдованных пулях" спустя столько времени придёт в голову тал Эренду, никто и предположить не мог. Впрочем, у тал Эренда были и другие причины не любить Кеалора. При императоре Анру III он, старый собутыльник Анру тал Милиля, блистал на придворных балах. После смены власти его, естественно, никто не приглашал. Дворец заполнили люди не пойми какого происхождения, славные только тем, что воевали с людораками. Ну и старики вроде тал Эмбраса и тал Сиола, которые имели все что хотели ещё при предыдущем правлении.
Поэтому, когда Атер тал Линт мимоходом шепнул ему, что Император-де пьянствует в "Телагской лозе" с инозвёздными офицерами, тал Эренд решил поглядеть на это дело поближе.
К его удивлению, двери траттории были широко открыты, и, хотя за ними стояла парочка императорских гвардейцев, посетители свободно входили и выходили. Анру никогда бы себе такого не позволил. Вздумайся ему сидеть в кабаке будучи Императором, наверняка бы оцепили весь квартал.
Спрятавшись за крупом чьей-то лошади у коновязи, тал Эренд стал наблюдать за дверью повнимательнее.
То, что гвардейцы отобрали пистолеты у какого-то морского офицера, заявившегося в тратторию в поясе с кобурами, его совершенно не удивило.
Но вот когда не слишком приметного человека в добротном штатском костюме, похожего на купца средней руки, вежливо попросили показать, что у него там за пазухой, и тот был вынужден выложить двуствольный дорожный пистолет, тал Эренд понял, что тут не все так просто.
О том, что на свете бывают компасы, стрелка которых отклоняется рядом с куском железа, тал Эренд знал. Поэтому предположил, что и тут имеется какая-нибудь подобная техническая штучка. Вряд ли новый Император рискнёт применять магию посреди столицы. К тому же, никаких новых людей, приехавших с Севера незаметно.
Тал Эренд вспомнил, что некоторое время назад он как курьёз купил у какого-то торговца арбалет, не содержащий ни одной металлической детали. Лук из рога, спуск из железного дерева. Но бьёт не хуже обычных.
Он, стараясь не попасться на глаза гвардейцам, охраняющим двери, направился домой, спрятал разобранный арбалет под плащом, и вернулся. Как он и предполагал, аккуратно припрятанной под мышкой деревяшки охрана не заметила, и позволила ему спокойно войти в зал.
То что он там увидел, ему сильно не понравилось.
Обычно, в "Телагской лозе" (Можно подумать он тут был завсегдатаем. Это заведение ему было не слишком по карману. Вот старый тал Линт мог захаживать туда регулярно, пока Кеалор не всадил ему в голову пулю из людоракского ружья) половина зала была занята столиками, а половина представляла собой место для танцев.
Сейчас посредине этой пустой половины стоял одинокий столик, за которым сидели три наиболее интересных посетителя, а вокруг, окружив столик своим гибким чешуйчатым телом, разлеглось летающее чудовище. Да ещё и крылья свои, которые и в сложенном виде немаленькие, так повернуло, что с большей части столиков Кеалора просто не видно.
С большим трудом тал Эренд нашёл столик в углу, откуда Кеалор прекрасно просматривался. Но при этом эта чешуйчатая тварь, меланхолично подперев голову кончиком хвоста, смотрела прямо на него.
"Сожрёт, как есть сожрёт. И даже арбалетом не подавится," — подумал тал Эренд. Но отступать было некуда. Один раз он уже получил от Кеалора удар шпагой в грудь. Если теперь отступить, испугавшись крылатой ездовой скотины, как людям в глаза смотреть? Ну и что, что никто не знает о внезапно посетившем его замысле покушения. Как самому себе в зеркале в глаза смотреть?
Прикрывшись тарелкой с фирменным салатом заведения и высоким бокалом с "Кровью дракона" (ох, угораздило же заказать именно это. Но что поделать, если это лучшее из того, что здесь по карману), тал Эренд начал аккуратно собирать арбалет, время от времени оглядываясь на немигающие глаза дракона.
Наконец сборка была закончена. Он опустил арбалет под стол и стал крутить рукоятку.
Дракон приподнял голову с кончика хвоста, и неуловимым движением переместил хвост, потрогав хозяина за плечо. Хозяин обернулся в сторону тал Эренда, опустив руку на кобуру.
Бретёр вскочил, поднимая уже заряженный арбалет.
Голова дракона метнулась к нему, чуть не сметя на пол длинной шеей всю компанию.
Тал Эренд нажал на спуск, но буковый болт, пробивавший дюймовую доску, отскочил от глаза бестии как от железа.
Спустя несколько секунд тал Эренд стоял с поднятыми руками, чувствуя у груди острие так хорошо знакомой фамильной шпаги Альдо, в то время как громила Эльпар охлопывал его карманы.
Офицер флота Звёздных Купцов, покачивая головой, осматривал арбалет, а хозяин дракона хлопотал около головы своей зверюшки.
Когда гвардейцы увели неудачливого стрелка и порядок в зале восстановился, Майкл спросил у Рймара:
— Как это Кваш совсем не пострадал? У этой машинки пробивная сила не меньше, чем у местных пистолетов.
— Ну, Кваш не совсем в парадной сбруе. — ответил хельмутец. — Зная, что возможна драка в стеснённом пространстве, я на него пуленепробиваемые очки надел.
* * *
И вот опять, спустя три года Кеалор участвует в коронации. На этот раз не как отчим и опекун малолетнего императора, а в качестве главного действущего лица.
Дворцовая площадь сверкает новой брусчаткой — Арну за все три года своего правления так и не сподобился ликвидировать метеоритный кратер. Пришлось просить тал Фипса пригнать в столицу паровой бульдозер, который за неделю тут всё разровнял. А уж брусчатку уложили более традиционными средствами.
Вдоль края площади стояли войска. Шеренги дворцовой Гвардии, шеренги Корпуса Освобождения в камуфляжной форме, десяток хельмутских драконов со всадниками. И даже Майк выставил небольшой отряд федеральных космонавтов в белой парадной форме.
В качестве почетных гостей присутсвовали Госпожа и тал Анар, а также представители Совета Магов — Наргон и Ерон. Летательных средств у Корпуса так и не прибавилось, но имеющихся шлюпок вполне хватило на то, чтобы собрать почётных гостей.
Процессию, обходящую все четыре столичных храма Кеалор постарался минимизировать. И в ней не было ни одного колёсного экипажа, благо и он, и Кэт прекрасно ездили верхом, а старших родственников тут не было.
В общем, к большому облегчению и самой императорской четы, и тех, кто отвечал за безопасность мероприятия, часам к трём пополудни всё закончилось.
* * *
Михель ван Страатен защелкнул застежки чемодана. Пора на Дворцовую площадь, которая сейчас используется в качестве космодрома. Столько лет отдано этой планете, но все когда-нибудь кончается. Прощай, маленький домик, в котором прожито целых три года под легендой местного лекаря.
Михель еще раз окинул взглядом комнату. На стене висел земной календарь с фотографией окрестностей Алкмаара, который Кэт подарила ему на следующий день после того, как войска Кеалора вошли в Тинмоуд. Пусть остается. Еще неделя и он увидит этот пейзаж вживую.
Хм. А ведь на Земле послезавтра Пасха...
Эпилог
Пятнадцать лет спустя
В Тинмоуде стояла золотая осень. Трава на заднем дворе дома Звёздных Купцов ещё зеленела, хотя с растущих где-то в соседних дворах деревьев на неё уже налетели осенние листья.
Мария, Светлана и Джозеф озадаченно оглядывались вокруг. Почему их никто не встречает? Доктор Уильямстон подтвердила, что иргантийская планетологическая база готова принять дипломников-практикантов с Земли. Час прибытия федеральной шлюпки согласован. Но посадочная площадка совершенно пуста. Даже шлюпки, приписанной к базе, и то нет. И где все?
— Ну чего вы там стоите? — прозвучало откуда-то. Прибывшие нервно завертели головами, пытаясь разглядеть динамики. Судя по голосу, говорил ребёнок. На английском языке. — Идите в дом. С площадки выход ровно один, а во дворе я вам сейчас над нужной дверью фонарь включу.
Через пять минут трое студентов уже стояли в холле Дома Звёздных Купцов. Холл имел два входа — задний, через который они и вошли, и парадный, выходивший, видимо, на городскую улицу. Около парадного входа стоял стол с монитором системы видеонаблюдения. За столом сидела девочка лет десяти, одетая в некий вариант местного аристократического мужского костюма.
