— Я у вас скоро рехнусь! — сказала Александра. — Вокруг одни маги и пришельцы! Надо будет действительно почитать фантастику. Значит, это не тот Бортников, который был раньше. Ты об этом тогда говорила?
— Да, — кивнула Ольга. — Он занял это тело совсем недавно.
— Что-то не сходится, — с сомнением сказала Александра. — Такая преуспевающая сволочь, как Бортников, никогда не уступил бы своего тела! И ещё. Извини, но я не верю, что он помогает из одной симпатии. Наверняка ты ему как-то отрабатываешь эти знания.
— Отрабатываю, — согласилась Ольга, наливая себе в чашку какао. — Помогаю искать тех, кто согласятся уступить управление телом. Сама должна понимать, что это непросто. И не надо так на меня смотреть! Недавно на это согласились двое умирающих от неизлечимых болезней. Согласились сами, я их не уговаривала.
— А почему именно ты? Почему они не занимаются этим сами?
— Потому что у тел, в которые они вселились, нет магических способностей. Магу легче войти в контакт с тем же больным, к которому родственники могут не пустить человека с улицы. И вселение происходит после того, как я наложу магическую метку.
— Ну хорошо, а Бортников?
— А Бортников из-за сыночка и оскорблённого самолюбия так наехал на нашу семью, что не оставил нам выбора. Точнее, выбор был. Или бежать отсюда, сломя голову, или его убить, или отдать дорам. В подобном случае принцип добровольности тоже действует. Человек должен сам выбрать, отдавать тело или нет. Вот он и выбрал. Иначе лежал бы на дне Алейки.
— И что же он вам такого сделал? — спросила побледневшая Александра.
— Сначала через директора лесхоза уволил отца. Это за то, что я отказала его сыну. Пришлось мне идти к директору и чуть-чуть его напугать. Узнав, что его послали, Бортников оскорбился и побежал за помощью к дружку — Васильеву. Знаешь такого?
— Директор сахарного завода?
— Да, он. После этого к нам наведались пять вооружённых бандитов. Меня хотели использовать всем коллективом, Нора избить, а отца не возбранялось убить. На его счастье от дома их отогнал Хитрец. Стрелять в кабана не стали, а встретили нас возле дома.
— И что вы сделали?
— А что сделала бы ты? — с вызовом спросила Ольга. — Мне надоело трястись за себя и близких, поэтому отправила этих бандитов топиться и решила разобраться с Бортниковым. На его счастье, на нас вышли доры. Осуждаешь?
— И всё только из-за сына? — сказала Александра. — Урод. Я тебя не осуждаю, просто как-то дико. Понимаю, что ты не врёшь, а верится слабо. Расскажешь мне всё? А то я каждый день тяну ваши тайны по кусочку.
— Так лучше, — улыбнулась Ольга. — Вот вывалила бы я тебе всё сразу. Или не поверила бы, или убежала, наплевав на свою любовь. Но если хочешь, завтра расскажу, а заодно разбудим твои скрытые способности. Так будет легче поверить в мой рассказ. Хочешь стать ведьмой? Да не пугайся ты так! Наш дар не имеет никакого отношения к нечистой силе, а принесёт он добро или зло, зависит только от тебя. Ладно, мы пойдём отдыхать. Спасибо за какао.
— Мне не нравится твоё настроение! — сказал Нор, когда они вошли в спальню. — После появления жреца ты ни разу не смеялась. Даже улыбки такие грустные, что хочется плакать. Так нельзя! А теперь эти неприятности с ученицами. Раньше ты была спокойней.
— Как я могу быть спокойной, если кто-то хочет тебя забрать? — возразила она. — А тут ещё такой облом с секцией! Я не могу быть спокойной или весёлой. Для того чтобы успокоиться, нужно время, а магию применять не будем. Не знаю, как тебе объяснить, но это кажется мне неправильным.
— Нам надо поговорить, — сказала Виктору жена. — Давай сядем. Ответь мне на вопрос: что мы здесь делаем? Только не надо увиливать! Ты сам сказал, что с вашим планом ничего не получилось. Меня это не сильно расстроило. По-моему, у тебя достаточно денег и влияния. Ты говорил, что до весны мы здесь в безопасности, а сам набираешь охранников в конце осени! Это из-за Дерешкова? Что я должна ждать и как долго мы будем здесь прятаться?
— Как много вопросов, — криво улыбнулся Виктор. — Любые планы могут расстроиться. Я неплохо всё просчитал, рискнул и не выиграл. Пока не знаю, в чём причина, но Дерешкову известно, кто под него подкапывался. Эта сволочь ничего не простит и не угомонится, пока не получит мой скальп. Мы можем поехать в Москву или в любой другой город, но придётся где-нибудь запереться и окружить себя надёжными людьми. Это жизнь? А в нашей жизни в этом доме есть только один смысл: я хочу выгадать время.
— Ты хочешь его убить, пока он до нас не добрался, — сделала вывод Александра Владимировна. — В любом другом случае сидеть здесь бессмысленно.
— Этим занимается Третьяков, который тоже попал под удар, — понизив голос, сказал Виктор. — Одна такая попытка провалилась, но у Николая большие возможности, а нам нужно выждать.
— Тогда почему ты нанял нас охранять только двоих? Что сделают эти ребята, если за нашими головами придут люди Дерешкова? У нас мало денег?
— Денег много, здесь другое. В городе только одно охранное агентство, и они отказали нам в помощи. Не надо на меня так смотреть, я в этом не виноват. С их точки зрения, у меня слишком рискованный заказ. Сказали, что не будут торговаться и не дадут своих людей. Хорошо, что свели с этими ребятами. Они профессионалы. Берут много, но не побоятся драки и не дадут застать себя врасплох. И я очень надеюсь на помощь соседей.
— Может, тогда предложить им переселиться к нам?
— Уже предлагал. У них обжитый дом, который никто не хочет бросать, а у Егора ещё и обязанности перед лесхозом. Если бы я знал, что нападение будет в ближайшее время, я их уломал бы. Но оно может случиться и через полгода, а может не случиться никогда.
— Почему мужчинам всегда всего мало? — сказала Александра Владимировна, поднимаясь с кресла. — Можешь не отвечать, это был риторический вопрос.
Снег шёл с утра. Сначала ветра почти не было, и крупные белые хлопья, кружась, падали на уже слежавшийся и потемневший снег. К обеду задул ветер. Сначала он был не очень сильным, но уже к пяти часам мела настоящая метель. Одновременно стало холодать. Электрообогрева в такую погоду не хватало, поэтому Егор подтапливал кухонную печь дровами. Сегодня он остался в квартире Александры, поэтому печь растопил Нор.
— Люблю сидеть на кухне, — сказала Ольга. — Дрова трещат, пахнет дымом, и тепло. А за окнами сходит с ума пурга. Смотри, что твориться! Налить тебе чай?
— Не хочу на ночь много пить, — отказался он. — Я тебя понимаю. У нас таких зим не было, но было холодно и топили. И я тоже любил сидеть у огня, особенно когда был маленьким. Потом уже в силу своего положения пришлось отказаться от многих привычек и пристрастий. У нас считают, что нельзя долго смотреть в огонь. Тем самым человек притягивает беду.
— Дурацкое суеверие.
— Дурацкое, — согласился Нор. — Они все дурацкие. Если так будет до утра, может намести сугробы. Снегоходу они не помеха, а машина не пройдёт. До школы два дня, поэтому завтра никто не будет чистить нашу дорогу, им и в городе хватит работы.
— Ничего страшного, — сказала Ольга. — Нашу живность покормим сами, а в заказник никто не сунется, так что пусть они остаются в городе. А вот послезавтра может накрыться секция. Открой, пожалуйста, дверь. Ты слишком плотно её закрыл, теперь Уголёк не может открыть.
— Мог бы разбежаться, — пошутил Нор. — Он уже весит десять кило, так что открыл бы.
Он поднялся и сходил впустить кота. Следом за ним на кухню заскочила белка, сразу же забравшаяся к Нору на плечо.
— Иди ко мне, маленький! — сказала Ольга, подняла Уголька и положила себе на колени. — Соскучился?
— Мама! — сказал он и стал тереться головой о её руки.
— Остановился в развитии, — посмотрел на него Нор. — Освоил одно слово — и всё. Раньше хоть улыбался, а сейчас от вас обоих не дождёшься улыбки. Обработала бы ты его несколько раз? Хуже, я думаю, не будет. Уголёк, хочешь стать умнее?
Зазвонил телефон Ольги.
— Появилась связь, — сказала она, посмотрев на дисплей. — Слушаю. Здравствуйте, Игорь.
— Здравствуй, красавица, — послышался из трубки голос Бортникова. — Звоню после разговора с Фроловым. Был у него утром перед началом снегопада. Обсудили свои дела, а потом я коснулся вопроса их безопасности. Он отказался говорить на эту тему, но я почувствовал страх. Меня заверил, что всё под контролем, но врал. Моих способностей хватает определить ложь. Но вам не горит, потому что до лета будете сидеть здесь. Подумай в свободное время, как ещё можно нам помочь. Может, опять провернуть вариант с больными? Тех двоих мы вылечили. Ко мне нет ничего? Тогда пока всё.
Михеев взял издающий трели телефон, подтвердил соединение и поднёс к уху.
— Николай Трофимович? — услышал он голос Семёнова. — Мои люди выполнили работу. В Заринске интересующей вас личности нет, по крайней мере, по контактам их ЧОПа "Вега" ничего не обнаружили. Канадского броневика ни инспекторы, ни опрошенные жители не видели, а опросили многих. Проверили и сделки с недвижимостью в районе. Подходящие строения продавались, но в них живут другие люди. Будет работа или нам сворачиваться?
— Вот что, Вадим Сергеевич, — сказал Михеев, — перебрасывайте ваших людей в Алейск. Не стоит ехать туда на ночь глядя, поэтому поезжайте в Барнаул, там и переночуете. Это по дороге.
— Семёнов? — спросил Михеева один из двух его замов.
— Да, они закончили с Заринском, — ответил Николай. — Я направил в Алейск. А мы, когда закончим, возьмёмся за Горняк и Белокуриху. И поторопи ребят. Почему-то семёновские работают быстрее наших.
— Куда ещё быстрее? — возразил зам. — На всю работу шеф выделил месяц, а мы выполним в два раза быстрее. Ребята и так носятся как угорелые.
Через день в частное охранное предприятие "Ястреб" зашли двое мужчин, которые сразу же потребовали встречи с его владельцем.
— К сожалению, не могу помочь, — ответил им принимавший заказы работник. — Рощина нет в Алейске. — Могу позвать того, кто его замещает.
— Хорошо, — недовольно сказал один из посетителей. — Вызывайте. И пожалуйста, побыстрее, мы спешим.
— Владимир Кириллов, — представился им спустившийся со второго этажа мужчина. — Назовитесь и изложите своё дело.
— Майор Ромашин, ФСБ, — сказал один из посетителей, разворачивая перед Кирилловым удостоверение. — Нам нужен перечень ваших заказов за последние четыре месяца.
— Разрешите взглянуть? — спросил тот, кивнув на удостоверение.
— Смотрите! — представившийся майором опять развернул удостоверение и полминуты подержал его открытым. — Достаточно? Прошу не тянуть время, его у нас мало.
— Садитесь за этот компьютер, — пригласил посетителей Кириллов. — Сейчас сделаю. Вот это работа по ноябрю. Все более раннее будет в этой папке с разбивкой по месяцам. Помощь нужна?
— Разберёмся сами, — сказал майор. — К вам только один вопрос: были за этот период отказы клиентам?
— Что вы! — натурально удивился Кириллов. — Как можно! Нас не заваливают заказами, чтобы мы ими пренебрегали.
Через час, сделав себе несколько пометок в блокнот, посетители попрощались и ушли. Выйдя на улицу, они остановились, высматривая такси.
— Заметил заминку перед ответом на мой вопрос? — спросил майор напарника.
— Да, он соврал, — ответил тот. — Прижать бы его, да не с нашими документами. Придётся заняться недвижимостью. "Найт" здесь видели, так что, похоже, что мы его нашли.
Через два дня вся группа собралась в самом большом из номеров, которые они снимали в гостинице "Белла".
— Подведём итоги, — сказал Семёнов. — "Найт" здесь видели и инспекторы, и несколько опрошенных горожан, но это было месяца два назад.
— Сменил машину? — предположил один из агентов. — Надо было сделать это сразу.
— Промашка, — согласился Семёнов. — Я на его месте вообще не покупал бы это чудо на колёсах. Наверняка покупка сделана в обход его службы безопасности, они отговорили бы Фадеева от этой глупости. Видимо, хотел скрыть покупку даже от своих. Идём дальше. В "Ястребе" нам соврали. Он к ним обращался, но, видимо, решили не рисковать. Но раз скрыли от нас, значит, взялся кто-то другой, кого не хотят подставлять. Других ЧОПов здесь нет, так что можно сделать вывод, что порекомендовали тех, кто за хорошие бабки берётся за любые дела и работает без лицензии, а таких не может быть много. Теперь по строениям. Подходящих по расположению и времени продажи всего два, а по составу проживающих семей и вовсе одно. Понятно, что мы даже не рассматривали деревни, только отдельно стоящие усадьбы. У владельца такой усадьбы возле Уржумского заказника совпадают даже имя и отчество. По всей видимости, господа Фролов и Фадеев — это одно и то же лицо. Дом стоит на отшибе, и, зная замашки наших клиентов, ничего хорошего его обитателям не светит. Поэтому мы туда соваться не станем. Сейчас я передам Михееву, а сами отсюда исчезаем. Пусть сводят свои счёты без нас. А вы получите премиальные и месячный отпуск. И желательно провести его где-нибудь подальше.
— Зря ты не пригласил на свой день рождения Фроловых! — упрекнула Ольга. — Было бы веселее. А то отмечаем вчетвером, можно сказать, по-семейному.
— Вот и хорошо, — отозвался Егор. — Мы его всегда так отмечали. А Фроловых пригласили на свадьбу, так что через неделю соберёмся в расширенном составе.
— Хорошо, что решили отмечать в кафе, — сказала она. — Мне не готовить на всю толпу.
— Не такая уж толпа, — возразил отец. — Всего шестнадцать человек. Но в доме будет тесно. Ладно, ты не о том говоришь. Кто будет первым произносить тост?
— Давай скажу я! — вызвалась Ольга. — Дорогой папа! Сегодня, в первый день зимы, мы отмечаем твоё рождение! Ты самый лучший из отцов, и я тебя люблю! За это и выпьем! А теперь подарки!
В спальню Нора и Ольги, где отмечали день рождения, вошёл Уголёк, несущий в передних лапах большой праздничный пакет. Подойдя к Егору, он с облегчением передал ему свою ношу и улыбнулся.
— Кот уже улыбается, — заметил Нор. — Теперь бы ещё вернуть улыбку на твоё лицо.
— Кто-то приехал, — сказала Ольга. — Нет, проехали мимо. Интересно, это к Фроловым или браконьеры?
— У нас в субботу ничего не намечалось, — сказал отец. — Позже позвонишь к Виктору, узнаешь, чего они разъездились. Кто скажет тост?
Ещё с час сидели за столом, переговариваясь и отдавая должное еде, когда Ольга вдруг застонала и упала со стула на пол.
— Оленька! — бросился перед ней на колени перепуганный Нор. — Что с тобой?!
— Олег! — её плечи затряслись и девушка зарыдала.
— Что-то случилось у Фроловых! — сказал побледневший Нор. — Что-то плохое с Олегом.
— Он убит! — рыдала Ольга. — Сделай же что-нибудь! Успокой меня, иначе их никого не будет!
Рыдания тут же смолкли, и Ольга поднялась с пола, утирая слёзы.
— Вооружайтесь! — сказала она мужчинам. — Поможете к ним подобраться. Я должна хоть кого-нибудь увидеть. Да быстрее вы! Саша, немного подвезёшь нас и вернёшься. Силы у тебя уже есть, но ты не умеешь ими пользоваться. Драться на кулаках там не будем, а у нас только два ствола. Будешь помехой, да ещё могут подстрелить. По мобильному не звони, как только сможем, позвоним сами. Всё, идём одеваться!
