-Не волнуйся — это не смертельно — поверь опытному человеку: у меня таких как твоя Дария почти весь факультет! — ободряюще улыбнулась ей Камила
С этого дня девушки начали вести затворническую жизнь: сразу после занятий обе запирались в комнате и репетировали, не допуская посторонних в помещение. Камила даже сократила время тренировок с Диком до всего одного часа, что явно нервировала парня. Однако же он стоически переживал все "лишения", не переставая ворчать про то, что она совсем все забудет и потеряет форму.
Во время учебы Камила никого не замечала: ей было плевать на косые взгляды некоторых одногруппников. Гров же снова стал спокойным и молчаливо-загадочным, словно ничего и не было: правда, Камила не могла не обратить внимания на следы побоев на его лице и уже тогда не сомневалась КТО именно это сделал. Тем более что Дик тоже в тот день явно хуже мог управлять правой рукой и сильно терял в скорости удара, чего с ним не случалась раньше, но все равно отказывался комментировать произошедшее и даже в избиении Грова отказался признавать своего участия, хотя и выдал себя одной наглой ухмылкой.
Слава в это время явно обижался на Шайлу за ее отстраненное поведение и нежелание общаться с ним. Подобная вопиющая неблагодарность по отношению к такому "благодетелю" как он, крайне отрицательно сказывалась на его самолюбии.
Но ничто из этого не отвлекало девушек от их занятия, разве что сны, продолжающие тревожить Камилу по ночам, а за одно и Шайлу, которая то и дело просыпалась то от стонов, то от криков, то от всхлипов подруги. На утро после такого всегда было трудно проснуться и опомниться.
В качестве концертного наряда девушки предпочли длинные вечерние платья, выуженные из гардероба жительниц общежития, волосы было решено оставить распущенными, а на лица они наденут короткие маски, словно сотканные из черного кружева, закрывающего только половину лица.
* * *
-Ты боишься? — сдерживая дрожь в голосе, спросила Шайла.
-Я? Нет, не капельки! — уверенно ответила Камила — ей скрыть собственное волнение удавалось намного легче.
Обе они боялись не огромной публики, что уже собралась в зале и тем более не деканши с факультета целителей, сидевшей совсем рядом с судейской ложей. Нет, девушки переживали из-за тех чувств, которые они вкладывали в эту песню: Шайла четко осознавала, что Норт наверняка будет в зале, как и Рей, не видеть которого Камиле удавалось целых пять дней и, наверное, она бы предпочла и дальше избегать его.
Шайла осмотрела подругу с ног до головы и улыбнулась.
-Ты чудесно выглядишь! И маска, действительно, хорошо тебя скрывает, — улыбнулась она.
Кета Дария, узнав, что Шайла будет петь, не то что покраснела, она потом еще и позеленела от злости, но все же смогла сдержаться и не устроить разнос своей студентке. Девушка бойко вынесла колкие замечания по поводу ее далеко не самых выдающихся вокальных данных и сообщила о наличии второй певицы по имени Таша Ветрова.
Студентка с таким именем училась на втором курсе: у нее тоже были черные волосы, хотя и не настолько пышные и богатые как у Камилы и довольно тонкая фигурка, ростом она была несколько пониже магичку, но эту проблему легко решили при помощи каблуков — сама же певица, наоборот, пришла в аккуратных ботиночках, скрытых под подолом длинного серебристо-черного платья.
Таким образом, они приготовили одинаковые наряды для двух девушек: Таша должна была только спрятаться в подсобке во время выступления и не попадаться никому на глаза, а потом поменяться с Камилой местами, которая в той же комнате припасла для себя более привычный наряд в виде черно жакета, огненно-оранжевой блузки и черных брюк.
-Таша уже на месте? — шепотом спросила магичка.
-Ага, Слава увел ее пятнадцать минут назад, — поджав губы, сообщила Шайла.
"Интересно, она сама осознает, что ревнует его?" — с усмешкой подумала Камила и сжала холодную ладошку своей подруги.
-Не думаю, что девочка-двойник так уж его заинтересовала, — как бы невзначай заметила магичка.
-Что? — вздрогнула целительница. — Я и не думала об этом... в смысле, какая мне разница... — она отвела взгляд, осторожно выглядывая из-за кулис.
-А почему вы выступаете первыми? — поинтересовалась магичка.
-Официально — это некая дань уважения! Ну, знаешь, что-то типа: "Да, мы маги у власти, но нет, мы нисколько не притесняем простых смертных", — язвительно сообщила Шайла. — Но на практике никто нам даже особо не аплодирует, а после выступления Магиата всем и каждому становится очевидным Ваше превосходство, — с удручающим видом сообщила она.
-Это не так, Шай, большинство этих напыщенных себялюбивых личностей ничего из себя не представляют, кроме дара, который перешел им по наследству, — спокойно заметила Камила.
-Хорошо, что ты у меня не такая, — буркнула целительница.
-О да, я скорее самая бездарная из всех этих дарований, — фыркнула магичка, в очередной раз тоскливо вздохнув из-за невозможности обратиться к своей стихии, вот хоть бы и сейчас — уж она бы мигом подпалила эту Дарию -королеву заносчивости и стервозности, по вине которой они и вляпались в эту историю.
-Главное не волнуйся, закрой глаза, если станет страшно — просто слушай музыку, хорошо? — в сотый раз наставляла ее Камила.
-Хорошо, — почти незаметно кивнула подруга.
Шум в зале стих, и ведущий вышел на сцену, объявляя о начале первого выступления.
Затем двое магов вышли на сцену и, остановившись у самого края, призвали стихию воздуха, а потом произнесли одновременно одно и то же заклинание, которое должно усиливать звучание поющих, даже в самых отдаленных уголках зала.
Камила вышла первой, Шайла за ней, остановившись чуть правее подруги. Магичка окинула публику небрежным взглядом: зал поражал воображение своими грандиозными размерами и дорогим отчасти даже вычурным убранством, сегодня сюда смогли вместить полчище студентов с трех факультетов и самых разных курсов — всех, кто принимал участие в состязаниях и кто имел высокие заслуги за обучение, а это по меньшей мере человек 500 или даже 600 человек, не говоря уже о преподавательском составе во главе с ректором и нескольких стражей. Девушка поудобнее перехватила гитару, медленно выдохнула и начала петь, закрыв глаза и не видя больше чужих и холодных лиц.
Ее голос, как и раньше, звучал сильно и проникновенно, заставлял прислушаться и прочувствовать его, едва ли ни онеметь от одного этого звука, слитого почти воедино с живой и обволакивающей разум мелодией.
Проникает в мою душу страх,
Пожирая все тепло, что есть.
И от веры остается прах,
Что не воскресила даже месть.
Между кончиками пальцев дрожь,
Но упрямо я допью до дна.
Даже если ты сейчас соврешь,
Я не брошусь в омут никогда.
Окончив куплет, она открыла глаза и вдруг встретилась с внимательным взглядом наследника престола, который был в первом ряду, но не сидел, как все нормальные люди, а стоял на ногах с левой стороны зала и не сводил с нее глаз, словно точно знал, кто она.
Сложно было понять, о чем он думает: лицо парня не выражало почти никаких эмоций, а вот весь его вид выдавал какую-то внутреннюю напряженность.
Камила не смогла закрыть глаза снова: она заставила себя петь, но была не в силах отвести взгляд.
Голос дрогнул на первой ноте припева, но это лишь придало чувственности его звучанию, а Шайла присоединилась к ней при повторе и их голоса смешались и в то же время звучали раздельно, высвобождая страхи и переживания каждой в отдельности.
Есть лишь боль... от одного касанья,
Есть лишь боль... от взгляда одного,
Есть лишь боль... от его дыхания,
И даже боль от запаха твоего...
— магичка с трудом перевела дух, прогоняя прочь свои сны и воспоминания.
Шайла сжала руки в кулачки: она тоже не видела больше никого из собравшихся, кроме Норта, который сидел напротив и завораживал, почти гипнотизировал ее своим взглядом. Его воздействие на нее было на столько сильным, что казалось, будто она и, в самом деле, чувствует боль от этого взгляда, его пальцы обжигают ее кожу, и будто она чувствует его дыхание и его запах.
Голос Камилы немного отрезвил ее, но не смог заставить отвернуться и она просто пыталась слышать слова песни, а не отчитывать в мыслях пульс его сердца.
Кто-то ждет, когда пройдет тоска
И расслабит на груди тиски,
Только в сердце у меня война —
Нам ее уже не усмирить.
Остывает пепел на губах —
Страстный поцелуй в пылу борьбы.
Уходи же и оставь меня,
Я не выдержу твоей любви
Взгляд Рея стал "читаемым": она определенно узнала в нем и страсть, и гнев, и похоть, и досаду. Парень приблизился к сцене только на полшага, а Камила словно слышала его прерывистое дыхание и едва не выронила гитару от этого странного и дикого ощущения его близости.
Есть лишь боль... от одного касанья,
Есть лишь боль... от взгляда одного,
Есть лишь боль... от его дыхания,
И даже боль от запаха твоего...
Пока продолжалось выступление в зале воцарилась настоящая тишина: мало кто мог отвести взгляд от поющих, и даже сложно оценить, кто из трех факультетов был удивлен больше всего, потому что даже сами целители с трудом узнавали в этих дарованиях своих студенток.
Дик тоже был среди присутствующих и не мог не заметить перекрещивающихся взглядов его девочки и "этого недоноска". Больше всего ему хотелось забрать Камилу со сцены и утащить подальше ото всех, чтобы никто никогда не пялился на нее ТАК! Вторым почти равным по силе желанием было прибить Рея, задушить прямо на месте, а потом еще порубить на мелкие куски, чтоб наверняка.
"Как этот недомерок узнал ее? Объявили ведь другое имя, другой факультет!"— не было сомнений в том, что Рей прекрасно осознает на кого так пристально смотрит и его пожирающий, просто горящий желанием взгляд не предвещал ничего хорошего — парень уже даже не пытался скрыть своих эмоций по отношению к этой девчонке.
Дик заставил себя отвернуться от наследника престола, чтобы не сорваться и наткнулся на еще один не более "приятный" взгляд.
Гров Мерик сидел в третьем ряду прямо по центру и тоже с какой-то удивленно-ленивой улыбкой следил за девушками, задумчиво почесывая подбородок.
"Вот же сволочь, мало я тебе ребер поломал! Надо было глаза выдавить и челюсть свернуть, чтоб не смотрел на нее и не скалился так!" — стиснув зубы от злости, думал Дик, а руки непроизвольно сжались в кулаки так, что подлокотники заскрипели.
В тот день, когда он подрался с этим странным типом, Дик понял одну очень важную вещь: парень не тот, за кого себя выдает. Он явно скрывает что-то и он, гоблин его дери, дрался с ним не в полную силу. Это бесило больше всего, но он был достаточно опытным воином, чтобы не сомневаться в своих выводах. Создавалось впечатление, что этот маг делает ему одолжение, позволяет победить: а за такими нужно глядеть в оба и не упускать из виду!
Когда прозвучали последние аккорды, зал взорвался аплодисментами, звучание которых, казалось тоже было усиленным, потому что у обоих девушек в раз заложило уши.
Рейтон хлопал стоя на своем месте, лицо его при этом было задумчивым, а на губах играла понимающая улыбка. Другой маг — его одногруппник — широко улыбался целительнице и тоже активно аплодировал, вид его при этом был до нельзя довольный, даже удовлетворенный, словно Шайле удалось заслужить его одобрение.
Девушки почтительно поклонились, взявшись за руки и подбадривая друг друга довольными улыбками, и покинули сцену.
Сейчас обоим было плевать на результаты этого соревнования и на то, как выступят следующие участники: так как и Шайла и Камила были все еще переполнены эмоциями, и обе желали скрыться подальше от ненавистных глаз, которые прожигали их насквозь во время выступления.
-Я найду Ташу и переоденусь! — шепнула Камила подруге.
-Я с тобой! Давай уйдем, Мил, не могу выходить туда! Зачем он так смотрел на меня, зачем? — она дрожала от волнения и ощущения, что Норт снова обретает над ней какую-то власть.
-Успокойся! Ты же со мной! — сжала ее ладонь Камила.
-Я быстро, а ты подожди меня снаружи, так мы меньше привлечем внимания! — кивая на запасной выход, прошептала Камила.
Шайла охотно подчинилась: сейчас ей больше всего на свете хотелось глотнуть свежего воздуха и одиночества. Девушка не хотела никого видеть и слышать, даже Дария со своими грозными обещаниями устроить ей взбучку в случае провала не имела значения.
Целительница сорвала с лица маску и швырнула в сторону. На улице было холодно и ветрено, небо затянуто грозовыми тучками с самого утра, но счастливые студенты сегодня не замечали этого, а для Шайлы погода вдруг целиком и полностью стала отражать состояние ее души. Она и про пальто не вспомнила, раздраженно отбрасывая с лица мешающиеся пряди волос.
Прислонившись к стене и наслаждаясь одиночеством и тишиной, девушка спрятала лицо в ладонях, она всегда так делала, чтобы скрыть свою боль и попытаться сдержать отчаяние.
"Кто мог подумать, что один только его взгляд смог сотворить со мной такое?" — недоуменно подумала она, поджимая губы, сдерживая предательский всхлип.
Камила тем временем буквально пылала от ярости: сначала ей пришлось обходными путями красться в подсобку, почти десять минут выжидать, пока притаившиеся неподалеку "влюбленные" вдоволь насладятся жаркими поцелуями.
Потом она наконец-то забралась внутрь и та самая Таша тут же набросилась на нее, требуя пересказать, как все прошло, как восприняла их выступление публика, и как ей следует себя вести.
Камила обошлась несколькими сухими фразами и с силой вытолкала девчонку прочь. Затем она взялась переодеваться и заплетать волосы, которые, как на зло, постоянно выбивались. И именно в этот момент девушка услышала где-то в коридоре всхлип и знакомый жалобный голосочек.
-Что вам от меня нужно! — едва ли не переходя на писк, кричала Таша.
-Откуда ты вообще такая взялась, выскочка! — оборвали ее звонкой пощечиной.
Голос говорившей девушки был Камиле незнаком, но вот прозвучавшие интонации явно ей не понравились и не предвещали юной целительнице ничего хорошего.
-Не надо, пожалуйста! — умоляла та.
-Давай заморозим ей связки, потом до конца своих дней хрипеть будет, неудачница! — явно усмехаясь, предложила другая девушка.
-А что, хорошая идея! Будет знать, как лезть, куда не просят! — обрадовалась такому предложению ее компаньонка.
Камила раздраженно сцепила косу резинкой и беззвучно выбралась из своего укрытия, к счастью, вся компания устроилась сразу за углом.
-А я вам не помешала, девочки? — очень спокойно и дружелюбно поинтересовалась она, удостоив целительницу безразличным взглядом.
-Ты еще кто такая? — грозным тоном спросила та, что удерживала Ташу за горло. Это была незнакомая магичка, достаточно высокая и эффектная, если принять во внимание ее короткие малиновые волосы и довольно таки откровенное белое платье, красноречиво демонстрирующее большую грудь.
